Сумерки хаоса/Twilight of сhaos

Рассвет застиг Дискорда на балконе одной из высоких башен Кантерлота. Он не спал. Лапа, бывшая ночью ониксовым монолитом, теперь снова стала обычной, если не считать чёрных прожилок, похожих на трещины на старом фарфоре, которые теперь доходили почти до локтя. Он сидел, поджав ноги, и пристально смотрел на них, будто силой воли мог остановить их медленное, неумолимое продвижение. Воздух был холодным и чистым, пахло приближающимся утром и далёким дымом из кухонных труб дворца. Внизу город начинал просыпаться. Но в душе Дискорда бушевала буря, и победа над культом не принесла ничего, кроме тяжёлой, знакомой горечи и страха перед тем, что он в себе обнаружил. Тихий, но весомый звук крыльев прервал его размышления. Селестия приземлилась рядом, её грива переливалась в первых лучах солнца. Она не смотрела на него, её взгляд был устремлён на просыпающийся город, но осанка выдавала напряжённость. — Отчёты стражников и рассказ Трасти Трекера поступили ко мне на рассвете, — начала она, не оборачиваясь. Её голос был ровным, но в нём булькала подавленная ярость и разочарование. — Они описывают… чрезмерную жестокость. Пытки. Звериную ярость. Ты чуть не раздавил одного из них, обрушив на него стену. После того как они были обезоружены. Дискорд не шевелился. На его лапе, скрытая от глаз Селестии, была тугая, свежая повязка, под которой что-то слабо пульсировало. —Они готовились принести в жертву невинную пони, Тия, — его голос звучал низко и устало, без тени обычной бравады. — Они пели гимны разрушению и смерти. Я остановил это. Жертва жива. Это главное. — Главное? — Селестия резко обернулась, и в её глазах вспыхнул тот самый огонь, что двигал солнце по небу. — Ты вселил в моих стражников больший ужас, чем сам культ! Трасти, один из самых стойких, говорил о тебе как о… о стихийном бедствии в облике зверя! Теперь они боятся, что следующей целью можешь стать сам город! Ты перешёл грань, Дискорд. Снова. — Грань между чем и чем? — в голосе Дискорда прорвалось долго копившееся раздражение, чёрные прожилки под повязкой на мгновение вспыхнули тусклым светом. — Между изящным арестом и спасением жизни? Они не были «несчастными заблудшими», Тия! Они были фанатиками, готовыми перерезать горло девушке во имя «сумрака»! Что я должен был сделать? Попросить их вежливо остановиться?! — Ты должен был действовать как представитель порядка, который ты клялся уважать! А не как мстительный дух из древних кошмаров! — парировала Селестия. — Я на твоей стороне, Дискорд. Я пытаюсь показать всем, что ты изменился, что с тобой можно иметь дело! А ты сводишь на нет все мои усилия одним вечером! Что с тобой происходит? Откуда эта… эта ярость? — НУ НАЧАЛОСЬ! НАЧАЛОСЬ! Глаза Дискорда сузились, и в их глубинах на миг вспыхнуло алое, недоброе сияние, ярче восходящего солнца. Он вскочил, и его тень на каменных плитах стала неестественно длинной и колючей. —Всегда виновен только я! — его голос, обычно игривый или саркастичный, теперь гремел, как далёкий гром. — А твои пони? Они, знаешь ли, тоже не подарок! Они ненавидят меня! Боятся! И чтобы я ни делал — ничто не меняется! Я знаю, что совершил много ошибок! Тысячелетиями! Но я пытаюсь! А они смотрят на меня, как на чудовище, даже когда я спасаю им жизни! Пока в тоже момент именно Пони собирались совершить то зверство. В этот момент из тени колона вышла Луна, привлечённая шумом. Её лицо было суровым. —Мы понимаем тебя драконикус. Начала применительно Луна. Меня всегда тоже боялись после моего... «Помутнения» и думая мы тоже должны приложить свое усилие в помощи тебе. — Луна взяла и приобняла Драконикуса крылом. Не давай гневу и обиде застелить свой разум. Поверь это путь в некуда... И главное ты не один в своей истории искупления. И я могу понять твои эмоции и желание наказать Мерзавцев но твои действия лишь отдалят тебя от пони стоит новостям об твоих деяних расползтись дальше. Дискорд стоял, напряжённый, под крылом Луны. Его гнев, казалось, немного схлынул, сменившись усталой горечью. Он взглянул на свою забинтованную лапу, затем на лица принцесс — одну, полную разочарованной праведности, другую — понимающей, но тревожной симпатии. — Хорошо, — прошептал он, наконец, отводя взгляд. — Ты права....Буду… стараться вежливее. Прошу прощение но меня захлестнули эмоции. Просто... Для меня задело за живое что пони смогли совершать подобное... Тем-более восхваляя реальное чудовище прошлого... Он резко отвернулся и направился прочь с балкона Принцессы переглянулись, зная, что этот разговор решил мало что, но был необходим. — Ему не здоровится сестра. Мы видели его лапу в близи и там будто в его венях яд. — Возможно... Но похоже он никогда не скажет нам что с ним. И я надеюсь Твайлайт из-за этого не будет угрожать опасность. Тия запрокинула голову устало вбирая воздух. — Иди отдохни Луна... У нас еще много работы в переди..

***

Бессонная ночь, проведённая в разговоре с призрачным эхо Пандоры, оставила в её душе вихрь противоречий. «Окончательное Безумие». «Тьма». Слова звучали как бред пророка, как страшная сказка. Она хотела в них сомневаться. Очень хотела. Дискорд был неудержим, странен, порой невыносим — но он не был ччистым злом и абсолютно безумен. В его глазах всегда горел огонь, даже если это был огонь насмешки или мимолётной ярости. Твайлайт узнала от стражников об ночных событиях и была сильно поражена услышеным немного не веря что Дискорда, был на такое способен. Чтобы удостовериться она обыскала рразные места в замке — библиотеку, кухню, даже люстру в главном зале. Пусто. Беспокойство, тонкое и навязчивое, начало грызть её изнутри. Где он мог быть после ночной вылазки? И в каком состоянии? И вспомнив про свое магическое зрение нити привели её к самой высокой башне и дверям покоев. Она не планировала подслушивать. Она просто шла по коридору, ведущему к солнечным террасам, когда до неё донеслись приглушённые, но резкие голоса. Голос Селестии, обычно спокойный и мелодичный, был пронизан сталью. И голос Дискорда — но не его обычный, театральный баритон, а что-то низкое, хриплое, полное сдерживаемой ярости и… боли. Твайлайт замерла, прижавшись спиной к холодной мраморной стене у края арочного прохода, ведущего на балкон. Она не видела их, но каждое слово било по ней, как удар хлыста. «…ты перешёл грань, Дискорд. Снова.» «Что я должен был сделать? Попросить их вежливо остановиться?!» «Откуда эта… эта ярость?» И тогда раздался его крик. «НУ НАЧАЛОСЬ!». Это был не просто гневный возглас. Это был рёв загнанного в угол зверя, в котором смешались отчаяние, тысячелетняя обида и что-то ещё, чудовищно-чужое. Твайлайт невольно вжалась в стену, сердце бешено заколотилось. Она рискнула выглянуть. В проёме, залитом розовым светом зари, стояли три фигуры. Селестия — величавая и гневная. Луна — с тревожным пониманием на лице. И Дискорд. Его спина была напряжена, а одна рука, та самая, была сжата в кулак и прижата к груди. Он говорил ии рычал свою гневную правду что пони имне пытаются принять такое существо как он, его плечи вздымались от тяжёлого дыхания. И тогда она это увидела. Сквозь аккуратную, но уже слегка сползшую повязку на его предплечье, там, где должна была быть кожа и грива, проступал слабый, тёмно-багровый свет. Он пульсировал. Неровно, болезненно, в такт его яростному голосу. То затихая, то вспыхивая с новой силой, будто какая-то тёмная вена под кожей была заполнена не кровью, а сгустками тлеющей энергии. Это было живое, зловещее подтверждение слов Пандоры. Не абстрактная «болезнь», а физическая, растущая порча. Все её сомнения рассыпались в прах. Холодный ужас сковал её на мгновение. Это было реально. Это происходило с ним прямо сейчас. И его ярость, эта неконтролируемая вспышка… была ли она ещё его яростью? Или тьма в этих прожилках берет верх над его шутливым разумом? Она наблюдала, как Луна обняла его крылом, как напряжение в его фигуре немного спало, сменившись горькой усталостью. Он что-то коротко бросил, отвернулся и направился к выходу с балкона — прямо в её сторону. Твайлайт отпрыгнула от арки, затаив дыхание, слившись с глубокой тенью колоннады. Он прошёл мимо, не видя её. Его лицо в профиль было каменной маской, но в глазах, мелькнувших в полумраке коридора, она прочла то, от чего сжалось её собственное сердце: кромешное одиночество и страх. Она дала ему уйти. Пропустила несколько ударов собственного сердца, давая ему отойти, чтобы не столкнуться лоб в лоб. Её ум, уже отбросивший панику, лихорадочно работал. Что делать? Указать на прожилки? Засыпать вопросами? Нет. Он закроется. Отшутится, Уйдёт в себя или, что хуже, взорвётся снова. Слова принцесс только ранили его глубже. Ему был нужен не допрос, не осуждение и не жалость. Но тогда что? Ему нужна была… нормальность!? Напоминание о том, что он не только монстр Хаоса которому дали с милости принцесс второй шанс, а еще друг которого можно ценить! Подытожила Принцесса дружбы свои размышления довольно потирая лапы. Когда его шаги затихли вдали, Твайлайт глубоко вдохнула, расправила плечи и мягко тряхнула головой, как бы стряхивая остатки ночного трепета. Пора ученице, снова стать элементом Магии дружбы, и помочь её другу в беде. Она выбрала другой маршрут, обогнула галерею и вышла ему навстречу у величественных дверей, а не найдя тихо раздражённо выдохнула от осознания что ей сново его искать.

***

Она нашла его в маленьком, заброшенном внутреннем дворике, куда редко заходил даже садовник. Он сидел на краю заросшего мхом фонтана, который давно не работал, и смотрел на сад иногда направляя магию в разные стороны делая разные приукрашивания. Сделав вид, что только что его нашла. Её улыбка была лёгкой и расслабленной. Она начала говорить. — Вот ты где! Я обыскала пол-дворца, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал естественно и чуть уставше-дружелюбно. — Думала, ты уже телепортировался обратно, спасаясь от кантерлотского пафоса. Дискорд вздрогнул, словно вынырнув из глубокого транса. Призрачные узоры в воздухе рассыпались окончательно. Он не обернулся сразу, а сначала быстро поправил повязку на лапе, убедившись, что всё скрыто. —А вот и наша Принцесса-сыщик, — отозвался он, и в его голосе прозвучала попытка вернуть привычную насмешливую нотку, но она вышла плоской, вымученной. — Нет... Я еще тут... Видишь ландшафтным дизайном занимаюсь... Стиль забвение и опустошение... С нотками... Абстракции. Твайлайт подошла и села рядом с ним на холодный камень, оставив между ними расстояние. Она смотрела не на него, а на сухие листья, кружащиеся в чаше фонтана. —Слушай, Дискорд… — начала она, и теперь её голос стал серьёзным, но мягким. — Я кое-что слышала. О том, что было прошлой ночью. И… о том, что было здесь утром. Он замер, его тело напряглось, будто готовясь к удару. Он всё ещё смотрел в сторону. —А. Значит, и ты пришла прочитать мораль, — его слова были острыми, как лезвие. — «Дискорд, нельзя так грубо! Дискорд, ты напугал бедных стражников! Дискорд, веди себя прилично!» Сэкономишь время — я уже всё это слышал. Не раз. И даже "В стихах и в прозе." Хотя... Если моя любимая праведница, подаст это интересно я так уж и быть послушаю... — Нет, — твёрдо перебила она. — Я пришла не за этим. Это заставило его наконец повернуть к ней голову. В его жёлтых глазах читались Уудивление и недоверие. —Не за этим...Тогда за чем? — Чтобы сказать, что я понимаю, — сказала Твайлайт, намеренно ловя его взгляд. — Что я понимаю, почему ты это сделал. Они готовились убить невинную пони. Они воспевали тьму и разрушение. Ты увидел самое настоящее, подлинное зло. И твоя ярость… Она была из-за того, что они оскверняли всё, во что ты… во что ты, веришь. Жизнь. Свободу. Даже твой хаос, в его истинном виде, — это ведь не про смерть, ты сам говорил. Танец жизни и изменений. Дискорд смотрел на неё, и его глаза оживились даже появилась нелегкая улыбка — Я не одобряю эти методы, — продолжила она честно. — Калечить, этот… звериный ужас, что ты на них напустил. Это было слишком. Но… — она вздохнула, — я не осуждаю тебя за желание остановить их любой ценой. Я бы, наверное, в тот момент тоже не думала о прощении, и исправлении. — Ого! Какая ты у нас строгая девчонка. Шутливо произнес драконикус вскачив с фонтана и заставив его работать изливая сидр. — Ладно. Ты меня удивила. Похвально. Твайлайт отвела взгляд на работающий фонтан и немного взяла в лапы и выпила. На вкус было как из лучших яблок Эйджей. Но Твайлайт поняла что драконикус хочет отвлечь. Но сейчас Принцесса решилась брать дело в копыта. Твайлайт вытерла лапой подбородок, смахивая капли сладкого сидра, и мягко улыбнулась. Искренность, с которой он произнес эти слова, пусть и в привычной для него шутливой манере, была тем самым маленьким проблеском, который ей был нужен. — Знаешь что, — сказала она, вставая и слегка отряхивая мех. — Сидеть тут среди камней и сухих листьев — не лучший способ развеяться после такого утра. Даже с магическим сидром. И уроков как я понимаю, не будет . Она повернулась к нему, её выражение стало лёгким, почти беззаботным, но в глазах оставалась та самая серьёзная теплота. —Давай прогуляемся. Куда-нибудь. Можно просто по саду. Или… — она сделала небольшую паузу, давая выбор ему, — или туда, куда тебе самому захочется сейчас пойти. Куда угодно. Мне нужно размяться после ночи что я провела... за книгами, а тебе, думаю, не помешает сменить обстановку. Дискорд замер, изучая её лицо. Искал подвох, насмешку, тайный замысел. Но нашёл лишь открытое предложение. Не приказ принцессы, не попытку приручить или исправить, а просто… компанию. Его взгляд на мгновение скользнул к своей забинтованной лапе, затем снова к Твайлайт. — Сад? — фыркнул он, но уже без былой едкости. В его тоне появился знакомый, капризный интерес. — Скучно. Особенно такие! Он постучал когтем по краю фонтана, и струи сидра внезапно превратились в сверкающие ленты конфетти, которые с тихим шелестом рассыпались по земле. —Но если уж ты настаиваешь на прогулке… — Его глаза блеснули внезапной озорной искрой, смешанной с вызовом. — Что скажешь о месте, где мы уже были? Но ты его еще не видела, целиком? Он вытянул свою здоровую лапу в её сторону в театральном жесте приглашения. Твайлайт почувствовала, как лёгкая дрожь пробежала по спине. Она сделала глубокий вдох, а затем уверенно кивнула, принимая вызов. — Давай. Покажи мне. Уверено сказала Твайлайт Дискорд широко ухмыльнулся, и в этот раз улыбка почти достигла его глаз. Он щёлкнул пальцами. Мгновение и они оказались на знакомой полянке. Заповедник чистого природного хаоса. Место их уроков. — Это твое любимое место? — Да, это так. Идиальное место для отдыха. Воздух вибрировал тихой, живой музыкой. Под ногами мягко пружинил мох, испещрённый узорами из светящихся грибов. Это был хаос, но хаос умиротворённый, глубокий, словно сама природа здесь решила порезвиться и затем прилечь отдохнуть. Если раньше Твайлайт лишь визуально созерцала красоту, то сейчас она чувствовала всеми фибрами тела и души оперу окружающей её жизни. Они шли рядом, но не касаясь друг друга. Дискорд, казалось, немного оттаял. Он то и дело жестом или взглядом указывал на какие-то диковинные детали: То на Дерево росшое кое-то время с изгибом создавшую С-образную закорючку, то на редкое растение, говоря сколько сил и природе и хаосу нужно чтобы случайно порадить такие вещи под гнетом времени и случая.—Видишь ту скалу? — он кивнул на причудливое образование, напоминающее застывшую волну. — Она каждый раз когда ветра дуют с северо запада поёт арию из оперы, при помощи дырок в себе. Твайлайт слушала, и её беспокойство понемногу растворялось в этом странном спокойствии места. Здесь он был другим — не шутом, не изгоем, не бунтарём. Он был хозяином, показывающим своё самое сокровенное и при этом беззащитное сокровище. —Это… потрясающе, — призналась она искренне. — Здесь нет ни капли злобы. Только чистая, самодовлеющая игра. Я чувствую это. Дискорд бросил на неё быстрый, оценивающий взгляд, будто проверяя, не льстит ли она. Увидев чистый восторг в её глазах, он слегка выпрямился. —Ну, конечно. Злоба — это скучно. Предсказуемо. А вот это… — Он щёлкнул пальцами, и с ближайшего куста слетела бабочка, чьи крылья были сложены из крошечных калейдоскопических изображений. Она порхала между ними, оставляя за собой мерцающий след. Твайлайт рассмеялась, пытаясь поймать взглядом ускользающие картинки. Их плечи почти соприкоснулись, когда она повернулась, следуя за полётом бабочки. Дискорд замер, не отстраняясь. Близость была лёгкой, естественной. Именно тогда, обходя очередную цветущую спираль кустов, Твайлайт краем глаза заметила внизу, в небольшой лощине, скрытой плакучими ветвями дерева с серебряной корой, крышу. Не причуду ландшафта, а самую настоящую, хотя и причудливую, крышу. Под черепицей, напоминавшей чешую дракона, виднелись стены из пёстрого, будто собранного со всего света камня, и окно с витражом, на котором был изображён… смешной, кривобокий кубок в котором сидел кролик в короне. Она остановилась. —Дискорд… это что? Он последовал за её взглядом,и на его лице промелькнуло что-то вроде смущения —А, это… — он махнул лапой, делая вид, что это ерунда. — Моя Бывший дом… лачуга. Временное пристанище. Когда я только ппоселился в этом месте. Совершенно неинтересно. Тот камень у речки мне комфортабельней. Но Твайлайт уже сделала несколько шагов в сторону тропинки, ведущей вниз. Её любопытство, всегда сильное, теперь подпитывалось чем-то более личным, тёплым. Увидеть место, где он жил было интереснее, чем любой рассказ. Что же скрывает домик столь чудесатоно создания? —Можно посмотреть? — спросила она мягко, но уже не скрывая желания. — Обещаю не трогать пыльные склянки и книги или что там у тебя. Он задержался на мгновение, потом фыркнул, но пошёл за ней. —Только не жди ничего. Я давно там не... Убирался. Домик оказался маленьким и уютным. Дверь, склеенная из старых карт и нотных листов, отворилась сама собой. Внутри царил именно тот творческий беспорядок, который можно было ожидать. На полках стояли странные сувениры: перо феникса в бутылке, шахматная фигура, спорящая сама с собой, кристалл, внутри которого застыл маленький ураган. На столе валялись инструменты от Кларнета, до золотой скрипки. А в углу, на простом деревянном столике, стояла аккуратная, непохожая на весь этот хаос коллекция: несколько отполированных до блеска речных камней, засушенный, но сохранивший цвет одуванчик в стеклянном колпаке, кристал, чей-то сломанный рог и… слегка обгоревшая фотография, на которой Твайлайт увидела Дискорда в костюме джентельмена делающего фотку самого себя, с кем-то еще. Твайлайт видела отчетливо только два похожих на него или на драконов силуэта. Твайлайт молча рассматривала это скромное собрание. Сердце её сжалось. Здесь, среди всего этого безумия, хранились простые, тёплые воспоминания, которые для него, должно быть, значили больше, чем все чудеса мира. Она обернулась. Дискорд стоял в дверях, прислонившись к косяку, его взгляд был прикован к той самой полке и фотографии. Он казался уязвимым, почти обычным. —Это… очень мило, — тихо сказала Твайлайт, указывая на коллекцию. Он вздрогнул, словно пойманный на чём-то постыдном. —Да брось, это просто хлам, — пробормотал он, но не стал ничего менять или прятать. Вместо этого он подошёл к полке, взял один из кристаллов с ураганом и протянул ей. — Вот, держи. Сувенир. Попутно с этим вернув фотографию, из рук Твой и положив её на законное место. Она взяла кристалл. Его поверхность была тёплой. Их пальцы ненадолго встретились. Взгляды зацепились. В жёлтых глазах Дискорда не было ни насмешки, ни ярости. Была глубокая, бездонная усталость и… благодарность. Благодарность за то, что она здесь, за то, что видит это. — Спасибо, — прошептала Твайлайт. Он кивнул, отводя взгляд. На его забинтованной лапе, совсем рядом с её рукой, та самая багровая пульсация вспыхнула на мгновение слабее, будто приглушённая тишиной , царившей в комнате. Пока драконикус отвлёкся Твайлайт заметила несколько разных дверей. Это была не просто лачуга. Похоже домик был больше чем кажется. Но её размышления или попытки пройти дальше присек драконикус —Не за что, Принцесса-книг, — голос его сорвался. Он откашлялся. — Ладно, хватит копаться в моём старье. Пойдём, я покажу тебе свой садик. Никакой скуки одно только веселье и красота жизни. Он снова сделал театральный жест, с его руки слетел бинт демонстрируя чистоту и здоровье, рука грифона мягко коснулась её спины, подталкивая к центральной двери вглубь дома. Лёгкое, почти невесомое прикосновение, от которого по спине Твайлайт пробежали тёплые мурашки.

Они вышли, и новая дверь из карт тихо захлопнулась за ними. Солнце только только клонилось к зениту, отливая перламутром. Твайлайт шла рядом с ним, сжимая в ладони тёплый кристалл и чувствуя на спине, где он её коснулся, приятное тепло.

***

Он повел её в вглубь рощи, через проход, где деревья смыкались в причудливые арки, а воздух густел от аромата незнакомых цветов. Это был не сад в привычном смысле. Здесь не было клумб или аллей. Это был сад как творческое полотно из снов. — Тут уже я приложил лапу, — объявил Дискорд, и в его голосе снова зазвучали нотки театрала и волшебника, раскрывающего свой главный фокус. —Здесь всё растет по велению сердца. А у него, знаешь ли, свои прихоти. Они ступили под сень гигантских, похожих на папоротники растений, чьи листья переливались перламутром. Под ногами хрустел не песок, а что-то вроде разломанных радужных леденцов. И повсюду цвели розы. Но какие! Их стебли были завиты в золотые спирали, бутоны напоминали то застывшее пламя, то шёлк, а цвет менялся в зависимости от угла зрения — с алого на лавандовый, с лавановава на чёрный, а с чёрного на глубокий индиго. Твайлайт замерла в восхищении, разглядывая ближайший цветок. —Они… невероятные. —Правда? — Дискорд парил рядом, явно довольный её реакцией. — Они еще и поют, если к ним прислушаться. Тихим, терпким голосом. Что-то о любви и потере. Вечно они ноют. Он сделал небрежный жест, и лепестоки с ближайшей розы сорвались, запархав, как мотыльки, и сели Твайлайт на гриву, сверкнув на мгновение розоватым светом. Она вздрогнула от неожиданного, едва уловимого прикосновения. —Ой! —Не бойся, они не кусается, — усмехнулся Дискорд, но его взгляд прилип к тому месту, где лепестки застряли в её фиолетовой гриве. Они казались такими яркими, такими… уместными там. Он неловко потянулся, чтобы снять, и в тот же момент Твайлайт повернула голову. Его когти аккуратно задели её ухо, снимая лепесток, но при этом ладонь всей тяжестью легла на её щеку на долю секунды. Он замер. Она замерла. Его шершавая, теплая львиная лапа на её щеке. Её быстрое, сбившееся дыхание. Внезапная тишина, нарушаемая только тихим, терпким напевом роз и звуками леса. Дискорд первый отпрянул, как от ожога. — Извини... Я не это хотел! Серьезно! — О мой Бог! Создатель флиртует с милой девушкой! Как мииило! Раздался, радостный в конце почти пищащий голос девушки из кустов. У Твайлайт появился румянец на щеках. И от неожиданного незнакомца она и вовсе потеряла дар речи. — Не правда! Раздался голос Драконикуса развернувшийся к голосу. — Флауер! Кто тебя звал!? — А вы забыли? Я свободная! Меня никто не зовёт. Я сама прихожу! Радостно говорило создание похожее на единорога из лиан, древесных частей ствола и коры, усеяное разными цветами, и прямо на глазах её красно-жолтая шерстка цветов меняла цвет на Розова-фиолетовый. Драконикус издал усталый стон. — Ну что же... Твайлайт, Флауер. Флаувер, Твайлайт. Она моя садовница. Я создал её чтобы следила за садом в мое отсутствие, я тогда ушёл в путешествия. Когда же это было? — Примерно пару тысяч лет назад. Ответила Флауэр грациозно выплылвая из-за кустов, и Твайлайт увидела, что она больше похожа на ожившую цветущую лозу, чем на пони. Её грива и хвост были сплетены из живых стеблей плюща и нежных соцветий, а глаза сияли, как две капли утренней росы. Она с любопытством наклонила голову, разглядывая Твайлайт, а затем широко улыбнулась, обнажив маленькую улыбку — О, так это та самая Принцесса Дружбы! — прощебетала она, кружась вокруг Твайлайт, которая слегка отступила, ошеломлённая. — Он о тебе рассказывал! Ну, не рассказывал, конечно. Ворчал. «И эта настырная книжная пони опять заставляет меня пылать эмоциями!» — она мастерски скопировала его ворчливый баритон, заставив Дискорда скривиться. — Но в в оригинальном тоне была… нежность! Без злобы, по доброму. Добавила садовница. — Флауер, я сейчас превращу тебя обратно в саженец чертополоха, — проворчал Дискорд, но без настоящей угрозы. Напротив, Твайлайт заметила, как уголки его рта дёрнулись вверх, будто он изо всех сил старался не улыбнуться. — Не превратишь! Ты меня создал слишком живучей! — Флауер подскачила прямо перед его лицом и её лианы нежно обвили его плечи. — Ты же скучал по компании. По настоящей. Не по этим старым камням. — Она кивнула в сторону домика. — Я… Я не скучал. Мне некогда скучать, у меня есть целый мир для развлечений, — отмахнулся он, но его взгляд на миг встретился с взглядом Твайлайт. В нём промелькнуло что-то похожее на стыд и признание одновременно. — Ладно, ладно, хватит болтать, — Дискорд аккуратно отцепил лиану с себя. — Ладно, ладно, не серчай, создатель, — сказала она, вновь подойдя ближе к Твайлайт. — Привет. Я тут за главную. Он создал меня из капли росы, щепотки звездной пыли, чертополоха и… э-э-э… своего желания не заниматься садоводством в одиночку. Рада познакомиться. Если будут проблемы с гигантской венериной мухоловкой я помогу Все это время существо была будто как Пинки Пай, тресла лапу девушки в бесконечном пожатии — Да спасибо... Приятно познакомиться. Успела ответить Твайлайт — Иди поливай… ну, что там у тебя. Лунные кактусы. Или пой песни ветру. Не мешай экскурсии. Сказал драконикус —Кстати, Об обязанностях. Создатель, у нас завелись новые цветы, Лаванда и Фиалки... Такая пурпурная красота! Как раз пойду их поливать. Запело создание хаоса снова юрко исчезнув в кустах. — Пффф... Несносная болтунья. Сдержано сказал Драконикус, нотками иронии,все еще сдерживая улыбку на лице. — Вся в меня! Хахаха! Твайлайт наблюдала за этим взаимодействием, и сердце её сжалось от новой волны тепла и удивления. Даже будучи еще здодеем, он не просто создал слугу. Он создал существо, которое понимало его, не боялось его, и даже дразнило его с любовью. Для принцессы этот короткий момент был большой кладом для понимания своего учителя и друга. Хотя её и поразила фраза Флауер об флирте. Этоже невозможно. Думала принцесса чувствуя страно чувство в груди. — Вся в меня... Повторил драконикус уже не рассмеявшись и говоря, это заметно тише.— К сожалению. — К счастью, — мягко поправила Твайлайт. — Она тебя любит. Он дёрнул плечом, будто стряхивая слишком тяжёлое одеяло. —Любовь — это сложно. И больно. Тихо говорил драконикус и он не стал спорить об этом дальше. Вместо этого он резко развернулся и повёл Твайлайт дальше, в самую гущу сада, туда, где ветви переплетались в немыслимые арки, а воздух становился гуще, словно насыщенный не только ароматами, но и красками. — Идём. Там дальше кое-что… интересное.

***

Тем временем в Понивиле, в полном неведении о кантерлотских драмах, и делах учителя и ученицы, кипела другая работа. Замок дружбы был превращён в площадку проведения вечеринки. Пинки Пай с грохотом раскатывала по полу гигантский свиток с планом, который больше походил на схему захвата государства. Сменяя свои задумки с реальностью. — Итак, мои друзья соучастницы! — объявила она. — Этап «Отвлечение Цели» выполнен блестяще, благодаря Твайлайт и капризу судьбы! ИИ надеюсь у нас много времени для завершения эта «Создание сюрприза»! Рэрити, как декор!? Рэрити, стоя у книжных полок развешивая праздничные гирлянды из переплетённых лент. С выражением, будто её просят одеть статую в мешки из-под картошки. —Пинки, дорогая, это… это нарушает все каноны цветовой гармонии и симметрии. Это… ужасно. — Именно! — воскликнула Пинки. — Это же для Дискорда! Обычные ленточки будут скучные. Ему нужно, чтобы глаз дёргался от разноцветного кошмара! — Я думаю, она права, — неохотно поддержала Рейнбол, с трудом клея бумагу на каркас пиньяты в виде глупо выглядящего Дракона отдалено напоминающего имениника — Чем безумнее, тем ббольше процентов крутизны в глазах этого чудака. Просто… постарайтесь, чтобы ничего не загорелось само по себе. — О, не беспокойся! Самостоятельное возгорание ббыло бы не круто. Вместо этого будет залпы из Хлопушечных пушек. — весело сказала Пинки. Упрыгав на кухню.— Оки доки! Скоро готов будет торт. Справитесь пока без меня. Пока! — Будем надеятся сам неожидающий сюрприза именинник, не испортит все. Сказала Эпплджек помогая Флаттершай, украшавшивая стены бумажными гирляндами в виде бабочек и цветов. Пегаска тихо вздохнула. —Эпл... Я знаю он... Причудливый но... Можно быть о нем немного лучшего мнения! В комнате на мгновение повисла неловкая тишина. ЭЭпплджек фыркнула. —Честно? Мне до сих пор не по себе от его выходок. И жду что он выкинет новую дичь. Но… Твайлайт ему верит. И он, кажется, правда старается её учить, а не превращать в говорящий кактус. И он спас яблочный урожай от летучих мышей. Так что… я готова дать ему шанс. Один. Но если он испортит эту вечеринку я ему, за наши старания ушедшие в пустую, так зада... — Он не испортит! — твёрдо заявила Пинки спрыгну откуда то с потолка держа на гриве тарелку с кремами для торта. — Потому что это будет самая хаотичная, самая искренняя и самая полная сюрпризов вечеринка в истории! И он поймёт, что у него теперь есть… ну, типа, своя банда. Своя… куча друзей, которые готовы уустроить ради него праздник! И подруги, хоть и с разной степенью энтузиазма, продолжили работу.