Домик у моря

      3 сентября 2001 года.«Нора».              Хогвартс остался позади, а привычка Гермионы проводить всё своё свободное время с книгами осталась. Да и дождливый сентябрьский день, который ещё и оказался первым выходным за последних три недели — это лучшее время расслабиться. Девушка с каштановыми волосами, которые теперь доходили почти до поясницы, перевернула страницу любимой, но уже изрядно потрёпанной книги, не обращая внимания на споры Гарри и Джинни, буквально в трёх метрах от неё.       Ребята готовились к свадьбе, и Джинни ужасно злилась, что у неё на носу и так важный матч, а ещё и Гарри не хочет помогать с подготовкой праздника. Не то чтобы Поттер не хотел помогать, он просто не очень разбирался во всех этих многочисленных оттенках салфеток, свадебных арках и планах рассадки гостей.       — Тебе что, сложно выбрать чёртовы бокалы? — вскипела младшая Уизли, чуть не запустив в жениха очередным каталогом.       — Но они все одинаковые… — беспомощно развёл руками Гарри.       — Мерлин, ты победил Волан-де-Морта, а с этим справиться не можешь! — казалось, что девушка уже вот-вот взорвётся.       Гермиона старалась не отвлекаться от книги, но всё же не удержалась и усмехнулась. Гарри посмотрел на лучшую подругу, ища поддержки, но та лишь покачала головой. Ну, а что? Она и так подружка невесты! И со своими обязанностями вполне хорошо справилась. Грейнджер помогла Джинни выбрать свадебное платье, приглашения, букет невесты и даже спланировала девичник.       — Они продолжают ссориться? — внимание Гермионы привлёк только что вошедший Рон.       Рыжеволосый оставил на губах девушки лёгкий поцелуй, присаживаясь на другой край старенького дивана у окна. Это было любимое место Грейнджер в Норе. Тут как-то по-особенному уютно. Хотя ей казалось, что в Норе уютно всегда. Да, полно народу и вечный кавардак, но это не мешало. А ещё постоянно пахло чем-то вкусненьким, в исполнении Молли Уизли.       Наверное, именно поэтому девушка не так уж и сильно хотела переезжать. Они с Роном месяц уже занимаются поисками квартиры или небольшого дома, в магической части Лондона. Но то варианты совсем уже плохие, то отличные, но им пока не по карману.       — Да, и это закончится только после свадьбы. — усмехнулась девушка, закрывая и откладывая книгу.       — Я тебя умоляю, это не закончится никогда. — фыркнул Уизли, а потом прищурился. — Мне кажется, или пахнет моими любимыми отбивными с сыром?       Парень повёл носом по воздуху, безошибочно распознавая стряпню мамы. Он уже подорвался и хотел бежать на кухню, когда прямо у него перед носом «выросла» младшая сестра.       — Ты будешь послезавтра? — спросила она, строго посмотрев на Рональда.       — А послезавтра… — протянул парень, пытаясь понять, что же будет в этот день и где ему стоит появиться. Зато Гарри был рад, что невеста переключилась на кого-то другого.       — Игра, Рон! У меня игра! — взвизгнула Джинни, отвесив ему подзатыльник.       Тут-то Гермиона вспомнила, что ещё на прошлой неделе пообещала подруге тоже прийти. Святой Гордрик, и что теперь делать с работой? Не скажет же она своему начальнику из Министерства Магии, что должна пойти на матч по Квиддичу! Видимо, придётся брать работу домой и сидеть с миллиардом бумажек всю ночь, а потом ещё и выслушивать возмущения Рона.       Кровопролитие и братоубийство остановила Молли, позвав всех на ужин. Святая женщина! Она настолько чувствует своих детей, что всегда вовремя появляется, устраняя скандал мирового масштаба и вероятность начала Третьей Магической войны.              4 сентября 2001 года. «Мэнор».              Величественный серый замок шестнадцатого века возвышался над широкой подъездной дорогой, обсаженной тисами. Здесь больше не гуляли белые павлины по живой изгороди, а фонтан давно не включали. События Второй Магической войны изменили не только Мэнор, но и его обитателей.       Люциус Малфой скончался год назад в Азкабане, а Нарцисса просто задыхалась в стенах некогда любимого родового поместья семьи Малфоев. Женщина перебралась в небольшой, по сравнению с Мэнором, но уютный и красивый дом на другом конце Англии. Ей было там спокойнее. Ничего не напоминало о страшных днях, которые и без того навсегда останутся в её памяти.       А Драко резко повзрослел. На его плечи упал бизнес Люциуса, Мэнор, восстановление репутации семьи и свадьба с девушкой, которую он не любил. Хотя, после всего, через что прошёл Малфой, он уже не верил в то, что ещё может полюбить. Для этого, как минимум, нужно иметь сердце. А волшебник считал, что оно осталось у того шестнадцатилетнего мальчика, который жил без проклятой метки Пожирателей смерти на левом предплечье.       Да, уже прошли годы, и метка больше не тревожила. Но она оставалась побледневшим пятном на светлой аристократической коже, как напоминание всех его ошибок. Даже если у Драко и не было выбора, это были его ошибки. И он учился с этим жить. Всё ещё учился.       Иногда приходилось топить раздирающую изнутри боль огневиски в компании Блейза, а иногда и в полном одиночестве, сидя в пустом поместье. В другие дни Драко заполнял ту пустоту, внутри него на месте, где должно быть сердце, встречами с Асторией. Да, невесту Малфой не любил… Но не обязательно кого-то любить, чтобы заниматься сексом. Наверное, это стало его временным правилом. Так как верностью будущей жене парень тоже не отличался.       Стоя у огромных дверей Мэнора, Забини ждал пока его впустят и гадал, какое же сегодня настроение у друга. Он иногда сам побаивался подходить близко к Драко, когда тот в гневе. А то Круциатусом получить не очень хотелось, и потом ответить тем же — тоже.       — Хозяин в кабинете. — сказал домовой эльф, пропуская Блейза в просторный холл.       Парень кивнул, отказавшись от предложения провести его. За долгие годы дружбы с Малфоем он уже выучил Мэнор как свои пять пальцев. Ну, разве что обходил стороной подземелье и пугающие башни. Он готов был поклясться Салазаром, что там живут не особо дружелюбные приведения, а поскольку Драко было плевать, разбираться с их изгнанием он не спешил.       — Ты состаришься в этих четырёх стенах. — вместо приветствия заявил Блейз.       — Ты умрёшь раньше меня. Или от алкоголизма, или от дурацкого магловского увлечения гонками на машинах. — прищурился Драко, отрываясь от бумаг и поднимая голову на друга.       Эти двое отлично понимали друг друга, и им не нужно было строить из себя добропорядочных лордов при каждой встрече. Может быть, в этом и был залог их крепкой дружбы?       — Мы завтра идём на матч. — заявил Забини, завалившись в кресло напротив Драко.       — Нет, завтра у меня деловая встреча. — фыркнул парень, поправляя свою платиновую чёлку.       — Мне плевать. Я купил два билета, и ты притащишь свою задницу на Квиддич в 16:00. — пожал плечами темнокожий маг, не собирающий принимать отказа.       Когда Блейз так настроен, то ты хоть умри, но будет как он хочет. Драко было проще согласиться, чем начинать спорить. Да и он давно не выбирался куда-то не по работе. Может быть ему пойдёт на пользу посмотреть хорошую игру.              5 сентября 2001 года. Стадион в Холихэде, графство Уэльс.              На матч между «Холихедскими Гарпиями» и «Паддлмир Юнайтед» собралось много народу. Конечно, большинство болельщиков было в зелёных шарфиках и с атрибутикой Гарпий, так как всё же играли команды на их территории.       Гермиона снова опаздывала. Бедной девушке казалось, что последнее время вся её жизнь заключается в спешке и опозданиях из-за попыток успеть всё и сразу. А ей ещё пришлось заскочить в Нору, чтобы сменить строгий чёрный костюм и туфли на каблуке, на простенькие белые кеды, зауженные серые джинсы и зелёный свитер свободного кроя. Это была единственная вещь в гардеробе Грейнджер, подходящая к цветам команды. И волшебницу спасло то, что сейчас в Англии было уже достаточно холодно для тёплой одежды.       Повышенная влажность снова распушила её вьющиеся волосы. А учитывая то, что теперь они были ещё и ужасно длинными, Гермиона была похожа на маленького львёнка. Да, после школы она научилась «приручать» свою необъятную копну волос и приводить её в человеческий вид, но сегодня это не сработало.       Экс-Гриффиндорка знала, что Рон и Гарри будут ждать её уже на трибунах, поэтому отчаянно старалась пробраться через толпу снующих в разные стороны людей, к входу. Она уже ко всем дементорам прокляла свой маленький рост, который сейчас мешал как никогда. И настоящей вишенкой на торте стало то, что одна тучная женщина толкнула Грейнджер, и та налетела на кого-то, уткнувшись носом в его чёрный пиджак. Как минимум, это говорило, что «пострадавший» на голову выше самой девушки.       — Извините, я… — Грейнджер подняла голову, и её глаза чуть не выпали из орбит. — Малфой?!       Перед девушкой стоял высокий платиновый блондин в идеальном и дорогущем чёрном костюме, который отлично сидел на его широких плечах. На лице парня была привычная надменная ухмылка. А эти серые глаза… Кажется, они были лишь немного светлее грозового неба над их головами.       — Грейнджер. — закатил глаза Драко с тяжёлым вздохом. — Зачем ты отрастила волосы, если не умеешь за ними ухаживать?       Ну, вот. Он просто не мог начать не с оскорбления. Сколько они не виделись? Больше двух лет. И этот засранец отпускает очередную колкость в адрес её причёски так, словно за ними ещё не успели закрыться ворота Хогвартса.       — А зачем ты выполз из подземелья, если не умеешь общаться с людьми? — прищурилась девушка.       Но в её голосе не было злобы или язвительности. Скорее, Гермиона ответила так по привычке. Она долгие годы так сильно ненавидела Слизеринца каждой клеточкой своей души, что в итоге ей это попросту надоело. Малфой больше не вызывал в ней вспышки агрессии или отвращения. Он был как призрак прошлого. Но этот призрак начинал выводить её из себя.       — Отлично, мы обменялись любезностями и можем разойтись по своим делам, пока никого не стошнило. — фыркнул Драко, собираясь обойти девушку.       Он уже и сам давно пересмотрел свои взгляды к маглорождённым. Да и к той же Грейнджер. Малфой же не дурак, и понимал что многие его поступки, и слова ранили девушку. Это тоже входило в список его ошибок, которые нужно принять. Но вот что не изменилось, так это то, что она продолжала его раздражать. Видимо, у Грейнджер к этому особый талант, который невозможно потерять с годами.       — Да-да, иди, пока чистокровная аура вокруг тебя не испортилась. Ты же этого не переживёшь. – закатила глаза Гермиона, сама обходя блондина.       Но Драко был быстрее и схватил её за локоть, заставляя остановиться. Этой девушке хватило двух минут, чтобы из уравновешенного и взрослого парня превратить его в взбешённого мальчишку.       — Ты что-то хотел? — невозмутимо поинтересовалась Гермиона, гордо смотря ему прямо в глаза.       — Да, найти Маховик времени и не встречать тебя сегодня. — теперь пришла его очередь закатывать глаза. Но всё же Малфой нашёл, как выкрутиться и объяснить свой необдуманный порыв. — Вход там, Всезнайка.       Блондин развернул её ровно в противоположное направление от того, куда собиралась пойти сама Гермиона. А потом смешался с толпой быстрее, чем она успеет что-то ответить. Хотя Грейнджер ещё долго видела его платиновую макушку, возвышающуюся над большинством толпы.       Словно очнувшись, кареглазая поспешила к друзьям, а то Джинни не простит её, если не увидит на трибунах в первых же минутах матча. А Драко встретился с Забини у самого входа и не забыл осыпать того проклятиями. Ведь именно Блейз притащил его на этот матч.              15 декабря 2001 года. Залив Суонси, Уэльс.              Гермиона минут пять боролась с тем, чтобы окончательно проснуться. Она порой ненавидела свою привычку подниматься не позже восьми утра. Девушка медленно открыла глаза, потерев их и прогоняя последние капли сонливости. Лениво потянувшись в мягкой и удобной постели, волшебница хотела встать, но ей помешала тяжёлая мужская рука, обвивающая её талию.       Это было уже настолько привычно, что Грейнджер перестала возмущаться, будто ей так тяжело дышать и вообще неудобно. Да и в самом начале она делала это только чтобы оставить между ними хоть какие-то преграды, которые могли бы защитить её сердце. Но каждый день этот самовлюблённый и нахальный сероглазый парень с платиновыми волосами продолжал эти самые преграды с успехом разрушать.       Осторожно подняв руку Малфоя, волшебница выскользнула из постели, надевая его белую рубашку, валяющуюся на полу у кровати. Она всё ещё пахла парфюмом Драко с нотками мяты и табака. Но Гермиона уже и сама была пропитана этим ароматом и самим волшебником. Он бесцеремонно пробрался в каждую клеточку её тела и души.       Грейнджер прошла к большому и мягкому серому креслу, стоящему у окна в пол. Забравшись на него с ногами, она снова смотрела на море. Зимой оно было таким тёмным и волнующимся, прямо как её мысли сейчас. А вместо золотистого песка всё было усыпано снегом. Этот дом в заливе Суонси Драко купил ещё пару лет назад, но почти тут не бывал. Зато за последний месяц он стал любимым местом на земле у двух бывших врагов, которые умудрились влюбиться.       Всё произошло слишком неожиданно. После их встречи перед тем матчем по Квиддичу, Драко ненавидел себя за то, что не мог выкинуть из головы её большие карие глаза и непослушную копну волос. Малфой никогда не был романтиком или сентиментальным человеком, но ему буквально физически необходимо было снова увидеть некогда ненавистную им Грязнокровку. Так он узнал, где она работает, куда любит ходить… Благо, что люди в Министерстве ответят тебе что угодно за увесистый мешочек галлеонов. А Луна Лавгуд, она же одна из лучших подруг Гермионы, слишком наивна и болтлива, чтобы растрепать всё, что парню было интересно.       Драко до последнего не мог себе ответить, зачем он всё это делает. Но останавливаться не собирался. Так и последовала череда «случайных» встреч. Сначала в Министерстве, потом в Косом переулке, в чёртовой библиотеке магической части Лондона, куда бы нога Малфоя ни за что в жизни не ступила. Каждый раз он обещал себе, что это был последний раз. И каждый раз не сдерживал это обещание.       А в октябре у Джинни был девичник в одном из баров. Малфой потянул туда Забини. Конечно же, Гермиона не могла их не заметить. И тот раз стал решающим. Девушка чуть ли не силой вытолкала блондина на улицу и устроила допрос о том, зачем он её преследует. Но в разгар взаимного обмена колкостями Драко плюнул на все свои принципы, поцеловав девушку. И она никогда в этом не признается, но это был лучший поцелуй в её жизни. В нём было столько страсти, неопределённости и борьбы, что это опьяняло сильнее любого алкоголя.       Так и начались их уже совсем не случайные встречи. Конечно же, Грейнджер рассталась с Роном, так как не могла его обманывать. Она переехала в небольшую квартирку в старой части магловского Лондона, которая дико не нравилась Драко. Именно поэтому он постоянно забирал её в свой дом в заливе. В этот дом. И он теперь хранит столько воспоминаний этих двоих, сколько не уместится ни в одной колдографии.       Девушка всё ещё вела внутреннюю борьбу, постоянно ожидая, что её мир может рухнуть. Мир, который Драко поставил с ног на голову и окрасил в иные краски. Грейнджер всё ещё не могла поверить, что всё это происходит в реальности, а не в какой-то сюрреалистической театральной постановке. Они были такими разными, но такими одинаковыми, что это невозможно описать никакими словами.       — Грейнджер, вернись в постель, сегодня воскресенье. — сонно пробормотал Малфой, приподнимая голову.       Его платиновые волосы торчали в разные стороны, а на лице красовалась лёгкая небритость. Но даже сейчас он был до невозможности идеальным. Гермиона смотрела на него, закусив нижнюю губу и продолжая размышлять.       — Когда ты разорвёшь помолвку? — тихо спросила Грейнджер, посильнее натягивая и без того длинные рукава рубашки.       — А когда ты расскажешь своим друзьям? — слегка раздражённо спросил Драко, переворачиваясь на спину. Теперь можно было рассмотреть ещё и его подтянутый торс, так как одеяло прикрывало только до пояса.       — Ты же знаешь, что Рон ещё переживает наше расставание. Нужно время. — закатила глаза шатенка. — Но я серьёзно… Драко, я не хочу быть любовницей.       — Мерлин, ты не любовница. — мужчина поднялся и сел на кровати, разворачиваясь лицом к Гермионе.       — Да? А как называют тех, кто спит с чужими мужчинами? — издала нервный смешок экс-Гриффиндорка.       — Ты же знаешь, что Астория только начала оправляться от выкидыша. — вздохнул Малфой. И как бы это ни было ужасно, но не расстроился потере ребёнка. Он его просто не хотел. Не от Астории. — Я поговорю с ней после Рождества. Мы и так практически не видимся, я же в Мэноре появляюсь раз в неделю.       Он поднялся с кровати, даже не потрудившись надеть боксеры, и пошёл к Грейнджер, слегка смущая её. Да, она уже не один раз видела его голым, но от этого её щёки не переставали краснеть.       — И я не чужой мужчина, глупая. — одним лёгким движением Драко поднял её с кресла и закинул себе на плечо. — Я твой.       Грейнджер пыталась брыкаться в попытках выбраться, но всё это было безуспешно. Она колотила его спину своими маленькими кулачками угрожая избить его до смерти, пока Малфой направлялся в душ. Но вместо ответа он игриво укусил её за бедро, заставляя пищать на весь дом и возмущаться ещё сильнее.              23 декабря 2001 года. Косой переулок / Дом семьи Грейнджер.              Гермиона собиралась отметить Рождество с родителями. Они и так очень редко виделись, а это всё же любимый праздник её мамы. Хотя, в канун Рождества она всё же заглянет в Нору на часик, чтобы поздравить друзей. Девушка была рада, что Рон почти забыл их ужасное расставание и они снова на пути к нормальному общению. Всё же они семь лет дружили, прежде чем стать парой.       Девушка только сегодня узнала, что Гарри забирает на Рождество малыша Тедди. И теперь ей в срочном порядке нужно было купить ему подарок. Отпросившись пораньше с работы, Гермиона заскочила в Косой переулок, так как если есть что-то, что мальчик хочет найти под ёлкой, так это точно находится в «Всевозможных волшебных вредилках». К тому же, она давненько не видела Джорджа и уже соскучилась. А вечером ей нужно быть в доме у залива Суонси.       Но то, что Гермиона увидела около банка Гринготтс, полностью выбило её из колеи. Драко шёл с кучей пакетов в руках, по одну сторону от него была Нарцисса, а по вторую — довольная и счастливая Астория. Все втроём остановились у банка и о чём-то спорили. Гринграсс толкнула Малфоя локтём, на что он лишь закатил глаза и поцеловал её в висок.       Видит Мерлин, в этот момент сердце Гермионы разбилось как сосулька, упавшая с крыши на брусчатый тротуар. Она смотрела, но не могла поверить глазам. Он же клялся ей, что не любит Асторию. Что скоро разорвёт помолвку. Что он её.       Девушка и сама не поняла, как громко всхлипнула, тут же закрывая рот руками. Она быстро скрылась в переулке между магазинами и аппарировала прямиком в свою старую комнату родительского дома. Это единственное место, где она сейчас могла чувствовать себя хоть немного защищенной. Защищённой от него.              Драко долго ждал девушку в доме, но она не появлялась. Потом, не выдержав, он аппарировал в её квартиру, которая тоже оказалась пустой. Малфой начинал закипать от того, что не понимал, какого чёрта происходит. Он впервые в жизни подсматривал в окна чужого дома, чтобы убедиться, что там нет Гермионы. Ещё и чьего дома? Семейства Уизли! А это уже переходило все возможные рамки его самоуважения.       У него остался один вариант — дом родителей Грейнджер, и благо, что она рассказывала, где он находится. Но стоя в тёплом драповом пальто нараспашку, прямо на пороге этого дома, он минут пять заставлял себя нажать на звонок.       — Добрый вечер. Чем могу Вам помочь? — дверь открыла красивая и приветливая женщина, с очаровательной улыбкой и добрыми глазами. Именно такой он и представлял маму Грейнджер.       — Здравствуйте. Я Драко… Эм… Друг Гермионы. — ему было сложно подобрать определение для себя. — Мог бы я её увидеть?       — Да, конечно, проходи. — тут же ответила женщина.       — Благодарю, но я подожду её тут. Если можно. — он приложил огромные усилия, чтобы оставаться максимально спокойным и вежливым.       Миссис Грейнджер удивлённо посмотрела на него, но возражать не стала. Она уже хотела закрыть дверь, чтобы не пускать холод в дом, и позвать дочку. Но на пороге появилась Гермиона:       — Мам, кто там? — она тут же осеклась, увидев на крыльце Драко. — Что ты тут делаешь?       Мама изогнула бровь, но всё же оставила их наедине. Но Грейнджер уже понимала, что допроса ей не избежать. Она сейчас абсолютно не хотела разговаривать с Малфоем. Она даже видеть его не хотела. Это было слишком больно. И что-то подсказывало, что сейчас всё станет только хуже. Шатенка вышла на крыльцо, плотно закрыв за собой дверь и кутаясь в вязаный кардиган.       — У меня к тебе тот же вопрос. — начиная злиться сказал блондин. Да он видел заплаканные глаза Гермионы, но не понимал, что произошло.       — Это вообще-то дом моих родителей, Малфой. — ответила волшебница, смотря куда угодно, только не на него.       — Я в курсе. Но мы собирались встретиться, и я искал тебя везде. Под «везде» я имею в виду буквально везде! — он нервно взмахнул рукой, стараясь окончательно не выходить из себя.       — Я решила, что ты будешь занят с Асторией. — почти безжизненным тоном ответила Гермиона.       — Что? — опешил Драко. — При чём тут вообще Астория, ради Мерлина?       — А разве не с ней ты сегодня устроил семейную прогулку по Косому переулку?! — девушка не выдержала и повысила голос, повергая Малфоя в шок. Она всё же нашла в себе сила посмотреть на него, и одного этого взгляда хватило, чтобы сердце вновь разбилось на миллион маленьких кусочков. — Я видела вас.       — Это… Это было не то, что ты подумала. — блондин сжал пальцами свою переносицу, стараясь подобрать правильную формулировку. — У неё снова был нервный срыв вчера. И я просто не хотел делать ещё хуже.       Гермиона всё понимала. Она знала, что Драко винит себя в том выкидыше. Да, он не хотел ребёнка. Да, он довёл Гринграсс до истерики, из-за чего всё и произошло. Но всё это было его ответственностью. А учитывая, сколько ошибок в жизни он совершил, Малфой пытался хоть как-то загладить свою вину. Но Грейнджер просто не могла дальше так жить. Ей было больно. Невыносимо больно.       — Мы должны всё это прекратить. — неожиданно сказала шатенка.       — Прекратить что? — сердитый взгляд серых глаз заставил её поёжиться.       — Всё. Всё, Драко. Мы не можем и дальше тайно видеться в том доме. Я не хочу врать друзьям. И не хочу видеть, как ты постоянно пытаешься разорваться между мной и другой девушкой. Не могу. — на глазах Грейнджер появились слёзы и она попятилась к двери, стоило Малфою сделать шаг в её сторону.       — Грейнджер, хватит разводить драму. Мы взрослые люди и… — он пытался образумить её, так как в его голове не мог существовать сценарий, в котором они не вместе. Уже не мог.       — Вот именно. А ведём себя как школьники, прячась по углам. — перебила блондина Гермиона. — Если я хоть что-то для тебя значу, то просто уйди. Не мучай меня. И себя.       Чтобы сказать это, шатенке пришлось собрать все свои силы. Ведь больше всего на свете она сейчас не хотела, чтобы он уходил. За не такой уж и длительный срок Малфой стал нужен ей как воздух. Она больше не ощущала себя целой без него.       Но закрыв глаза, она услышала глухой хлопок аппарации. Он ушёл. И она простояла десять минут не в состоянии открыть глаза, и увидеть пустое место. Он сделал то, что она просила.              1 июня 2002 года. Больница святого Мунго.              Первый день лета начался с того, что Джинни Поттер забрали в больницу святого Мунго с жутким токсикозом. Молли успокаивала дочку, что первая беременность у многих девушек очень сложная, но действовало это не очень. Гарри был в командировке, и Джинни запретила всем дёргать его и вообще говорить, где она. Но зато Гермиона, как хорошая подруга, спешила проведать будущую маму, сразу после работы. Она только заскочила домой, чтобы переодеться в лёгкий хлопковый сарафан. Костюмы, которые Грейнджер носила в Министерство Магии, были жутко жаркими и это её убивало. А ещё и стянутые в тугой хвост волосы не давали расслабиться. Собственно, поэтому она их и распустила.       После того, как Драко ушёл в тот вечер, они больше не виделись. Каждый из них пытался жить дальше. Вот только «пытался» — это не «жил». Гермиона завалила себя работой, отказавшись от выходных. А Малфой всё же расторг помолвку с Асторией и ушёл во все тяжкие. Но ни алкоголь, ни другие девушки не помогали ему забыть Грейнджер. Каждый раз, закрывая глаза, он видел её непослушные волосы, тёплую улыбку, тонкие пальчики которыми она так любила рисовать узоры на его коже. И всё это сводило блондина с ума. Он уже ненавидел и себя, и её, и весь этот чёртов мир.       Доктор буквально вытолкал Гермиону из палаты Джинни, так как ей нужно было отдыхать. Рассерженная шатенка резко развернулась и неожиданно влетела кому-то прямо в грудь, уткнувшись носом в голубую рубашку.       — У меня дежавю, Грейнджер. — сказал Малфой, смотря на неё сверху вниз.       И услышать его голос было для бедной Гермионы маленьким инфарктом. Пять месяцев. Пять чёртовых месяцев она пыталась учиться жить без него. Не думать о нём каждую минуту. И тут он берёт, и рушит всё одной несчастной фразой.       Но знала бы Гермиона, что для Драко это было так же неожиданно. Он просто собирался проведать Забини, сломавшего накануне ногу, играя с племянником в догонялки. Ладно… это была официальная версия, которую Блейз впаривал своему начальству. А на деле же он напился и рухнул со сцены в магловском караоке-баре.       Малфой всё это время старался выбросить Грейнджер из своей головы. Он даже вспоминал все их ссоры в Хогвартсе. Но ничего не помогало. И сейчас она просто берёт и налетает на него в больнице.       — Я… Прости. Я не хотела. — промямлила девушка.       Она сама не поняла, чего именно она не хотела: налетать на Драко, или вообще видеть его. Но правда была куда глубже. Она не хотела, чтобы он тогда уходил. А теперь же спешила уйти сама, быстро обходя блондина.       Но Гермиона не успела сделать и шагу, как сильные руки Малфоя обхватили её, а уже в следующую секунду они аппарировали. Грейнджер пошатнулась, не успев толком прийти в себя после неожиданной аппарации, и уставилась на Драко. Они стояли посреди гостиной того самого дома у залива. Сердце предательски сжалось.       — Тут ничего не изменилось. — невольно озвучила свои мысли волшебница.       — Я сюда не приходил. — честно ответил Малфой.       — Ты не имел права меня похищать! — опомнилась Грейнджер, отшатнувшись от блондина.       — Я тебя не похищал. — закатил глаза мужчина. — Нам нужно поговорить.       — Нам не о чем разговаривать. — отрицательно помотала головой Гермиона. — Мы уже всё решили.       Драко знал, что эта девушка до безумия упёртая, сложная и невыносимая. И что чтобы ей хоть что-то доказать, нужно привести целый вагон аргументов. Но на деле, сейчас у него был лишь один.       Малфой быстро сократил между ними расстояние, одним резким движением вжимая Грейнджер в своё тело и поцеловал. Настойчиво, так словно ждал этого всю жизнь. Но он же действительно ждал. И эти проклятые пять месяцев показались маленькой жизнью. Серой и пустой жизнью без неё.       — Мы не можем… — пролепетала Гермиона, когда они оторвались.       — Можем. — ответил Драко, снова накрывая её губы своими.       Правда в том, что этот блондин заставлял такую умную девушку напрочь отключать мозги. Один его поцелуй, и в её голове уже полная каша. Гермиона просто не могла сопротивляться его рукам, которые подхватили её под бёдра, заставляя обвить Малфоя ногами. Она не могла сопротивляться губам, которые обжигали поцелуями нежную кожу на её шее, заставляя хотеть большего. Шатенка не могла сопротивляться ему, и больше не хотела этого делать.       Сейчас они оба наконец-то снова почувствовали себя целыми. Не разодранными на части. Не с разбитыми сердцами. А целыми. И если до Гермионы, Драко думал, что у него больше нет сердца, то сейчас понимал свою ошибку. Если его не было, то он не смог бы отдать его Грейнджер.       Малфой интуитивно поднялся по лестнице в спальню, не прекращая их поцелуев. Ему было мало. Так катастрофически мало её, что казалось, никогда не будет достаточно. Белый хлопковый сарафан полетел на пол, как только Гермиона ощутила, что снова стоит на полу.       — Оу… так ты настолько стала свободной за это время? — Драко бесцеремонно рассматривал тело девушки, на котором остались лишь трусики.       — Что? Нет! — Грейнджер снова покраснела от смущения. — Просто этот фасон не подразумевает…       Драко не дал ей договорить, затыкая рот поцелуем. Они вместе упали на высокую кровать, и Гермиона, не удержавшись рассмеялась. То ли это было нервное, то ли она была счастлива. У этих двоих явно куча проблем, но они подумают об этом позже.       Волшебница перестала смеяться, когда Малфой резко согнул её ноги в коленях, уверенно раздвигая их и стаскивая трусики. Он слишком долго ждал, чтобы сейчас тянуть или тратить время на разговоры. Мужчина припал губами к шее Гермионы там, где ощущался пульс и почувствовал, насколько он учащённый. Сероглазый ухмыльнулся, мучительно медленно проводя рукой про внутренней стороне бедра, заставляя девушку ёрзать под ним.       — Я не разрешал тебе дёргаться. — почти прорычал её на ухо Драко, одной рукой сводя её руки над головой и крепко держа за запястья.       Гермиона буквально задыхалась от его действий, когда блондин провёл языком по ключице, а потом резко прикусил один сосок, заставляя её вскрикнуть и выгнуть спину. Малфой довольно ухмыльнулся, возвращаясь к губам Грейнджер с требовательным поцелуем и запуская язык в её аккуратный ротик. Девушка простонала прямо ему в губы, стоило тому без предупреждения ввести в неё сразу два пальца.       Она не могла лежать на месте, двигая бёдрами и стараясь сильнее насадиться на его пальцы, но Драко не позволял. Ему нравилось мучить Гермиону, проблема была только в том, что он сам уже готов был выть от возбуждения.       Парень оторвался и убрал свои пальцы, вставая с кровати, чтобы избавиться от брюк, которые уже сильно мешали, и трусов. Гермиона села на кровати, сведя ноги, и наблюдала за Малфоем. Она неосознанно облизнула губы, увидев его вставший член.       — Хочешь…? — он видел её взгляд и прекрасно знал, какие картинку пляшут в этой некогда святой и непорочной голове.       Ничего не ответив, Грейнджер пододвинулась к краю, и наклонилась, проводя кончиком языка по всей длине. Драко шумно пропустил воздух сквозь сжатые зубы от приятных ощущений и намотал её длинные волосы себе на кулак. Гермиона обхватила губами головку члена, посасывая его и начиная двигать головой, постепенно заглатывая глубже. Драко так часто снилась эта картина, за последние пять месяцев, что он не мог ей не наслаждаться. Но скоро он грубо остановил девушку, сжав её скулы своими пальцами.       — На сегодня хватит. — ухмыльнулся парень и повалил её спиной на кровать.       Малфой снова раздвинул её стройные ноги, устраиваясь между ними, а потом взял за щиколотки и закинул себе на плечи. Он знал, что так войдёт сразу глубже. А Гермиона знала, что Драко сделает это резко, а учитывая его размеры, ей будет больно. Но ей нравилась эта боль. Да, такой правильной девочке, которая в Хогвартсе не смела надеть даже слишком короткую юбку, нравилось, когда блондин был с ней грубым.       Он действительно быстро толкнулся, грубо входя в Грейнджер и она тут же простонала прикрывая глаза и интуитивно сильнее выгибая спину. С каждым толчком её стоны становились более сладкими, а самой девушке казались жутко развратными.       — Я уже и забыл, как в тебе узко. — прохрипел Малфой на ухо Гермионе, сильнее вжимая её всем телом в мягкий матрац.       Грейнджер не могла ничего внятно ответить. Её щёки раскраснелись, а взгляд был затуманенным от желания. Драко казалось, что он может смотреть на это вечно. Их тела сплетались воедино в безумном порыве быть ещё ближе на клеточном уровне. Забраться друг другу под кожу.              Яркий солнечный свет заливал просторную спальню, а шум прибоя был слышен через приоткрытое окно. Гермиона сонно потянулась, переворачиваясь с живота на спину, не желая открывать глаза. Но не найдя рукой никого рядом, она резко села и осмотрелась. Драко не было, его одежды тоже. Было бы глупо думать, что он сбежал из своего же дома. Да и вообще, это не в его стиле. Но сердце девушки предательски забилось чаще.       Грейнджер поднялась с постели и быстро натянула свой сарафан. Спутанные волосы сейчас не особо заботили, так как взгляд наконец-то нашёл Малфоя. Развернувшись к окну, волшебница увидела вдалеке парня в голубой рубашке. Он стоял спиной к дому на песке, засунув руки в карманы, и смотрел на идеально спокойное море.       Стараясь вести себя как взрослый человек, и не бежать, Гермиона спустилась вниз и вышла на пляж, через задний дворик дома. Она тихо подошла к Драко и стала рядом, тоже смотря на море. Конечно же, он знал, что Грейнджер идёт, как только услышал звук захлопывающейся двери.       — Над чем думаешь? — осторожно спросила девушка, поднимая глаза на блондина. Его платиновые волосы развивались на ветру, а лицо было непривычно умиротворённым.       — Куда пригласить тебя на первое свидание. — усмехнулся Малфой, продолжая смотреть на горизонт.       Одной рукой он притянул Гермиону к себе за талию, зарываясь носом в её волосы. Драко уловил такой знакомый аромат мяты и табака.Она пахла им.