Sing To Me Your Insanity

      Удивительно, но Беллатрикс не набросилась на Гермиону, как только та решилась покинуть своё убежище на утро следующего дня.       В основном потому, что женщины не было дома.       Сначала девушка решила, что это очередная уловка, что за каждым углом её может поджидать Беллатрикс, готовая в любом момент начать бросаться проклятиями.       И всё же на обратном пути в свою комнату на Гермиону никто не напал.       Возможно, этот факт должен был заставить чувствовать себя лучше, но все было совершенно наоборот. Уровень её беспокойства и напряжённости медленно достигал своего пика.       Тихая Беллатрикс была очень хитра. Проигравшая Беллатрикс была очень опасна.       Гермиона ни на секунду не надеялась, что эта псевдобезопасность, которую она чувствовала во время дуэли, перейдёт и в её повседневную жизнь. Этот покой был временным. Теперь настал период ожидания, прежде чем Беллатрикс придёт, чтобы отомстить ей.       Весь день девушка ходила в беспокойном ожидании и напряжении.       Она ждала.       Прошло два дня, в течение которых Беллатрикс так и не появилась, это лишь удвоило общую нервозность Гермионы. Что-то не так.       Тот факт, что профессор Снегг всё ещё отсутствует, только ухудшал ситуацию.       Она попыталась расспросить Нимми, но и тот мало чем помог ей.       — Хозяйка сказала Нимми, что её не будет. Нимми было приказано выполнять его обычную работу.       Это всё, что девушка смогла узнать от маленького эльфа, прежде чем он испарился, продолжая выполнять свои обязанности. Гермиона не могла понять, что происходит. Сейчас у неё было так много вопросов, и никто не мог на них ответить. Насколько ей было известно, в доме остались всего три живых существа: Нимми, Живоглот и сама девушка.       — Может ты прекратишь, жадина? — недовольно сказала Гермиона, наблюдая, как фамильяр Беллатрикс съедает её завтрак.       И ещё в этом доме была птица.       На самом деле, решающим фактором, по которому девушка определила, что что-то явно случилось, было то, что Беллатрикс покинула дом, оставив своего фамильяра здесь.       На следующий день после дуэли Гермиона заметила этого зверя, сидящего на подоконнике в её комнате. Живоглот в это время сидел на полу, пристально следя за незваным гостем, яростно раскачивая хвостом. Удивительно, но они не атаковали друг друга, продолжая своё молчаливое сосуществование. Это было действительно странно, но девушка была не из тех, кто смотрит в зубы дареному коню. Если всё, чем они хотели заниматься, это было сидеть и смотреть друг на друга, то Гермиона ничего против не имела.       Так и прошёл первый день.       В следующие дни поведение птицы изменилось, она перестала наблюдать за ней и теперь начала преследовать Гермиону по всему дому. Иногда он бегал за ней, как маленькая собачка, щёлкая острыми когтями по полу. Иногда он бесшумно пролетал над головой, пока они вместе не приходили в пункт назначения. И что бы девушка ни делала, это всегда сопровождалась редкими вскриками и каркающим смехом.       Ей становилось не по себе от осознания, что между ними установилась некая дружеская связь. Она даже не успела заметить, когда именно.       — Скорее всего, во время или после дуэли, — подумала Гермиона, в очередной раз прогоняя зверя от жареного цыплёнка, мирно стоящего на столе.       Сразу же после этого слева от неё раздался хлопок. Девушка резко развернулась, видя, что там стоял Нимми с огромными испуганными глазами. Маленький эльф выглядел так, будто сейчас его кто-то собирался ударить. Он весь дрожал, неуверенно держа что-то в руке.       Газета.       — Хозяйка вернулась и приказала, чтобы Нимми отнёс это мисс Гермионе, — быстро сказал эльф, протягивая ей свёрток.       Девушка взяла его, предварительно поблагодарив Нимми. Он кивнул, мгновенно испаряясь и оставляя Гермиону наедине с чтивом. Она не хотела это читать. В последний раз, когда женщина дала ей газету, там было написано про нападение на мадам Пинс. Но, как бы ей того не хотелось, Гермиона понимала, что не может прятать голову в песок, игнорируя события в волшебном мире, пока Беллатрикс с радостью причиняет боль людям, которые ей дороги. Девушка решительно выдохнула, разворачивая газету на первой странице.

«Официальные новости от Министерства Магии: поиски Гермионы Грейнджер прекращены.

Приветствую и желаю хорошего дня всем ведьмам и волшебникам. Сегодняшняя история от ведущего журналиста волшебного мира является мрачной и крайне безрадостной. С тяжёлым грузом на сердце мои читатели узнали от ведущего аврора по делу об исчезновении Гермионы Грейнджер, что поиски пропавшего члена «Золотого Трио» прекращены.

            Гермиона почувствовала, как её сердце на мгновение остановилось.       — Что?

Да, вы всё правильно поняли, дорогие читатели. Кингсли Бруствер — главный аврор и министр магии заявил это в своём официальном заявлении:       «Исчезновение мисс Грейнджер уже несколько недель является нашим приоритетом. Мы с лучшими аврорами день и ночь пытались определить её местоположение. Однако, несмотря на все наши усилия, мы, к сожалению, ничего не нашли.       Наши аналитики пришли к выводу, что лица, ответственные за нападение на мадам Пинс, могут быть причастны и к похищению. Именно поэтому Министерство прекращает поиски самой мисс Грейнджер, сосредотачиваясь на поисках преступников, ответственных за нападение в Косом Переулке.       Как главный аврор в этом деле и Министр я понимаю, что это лучший курс действий в расследовании. Но, как друг мисс Грейнджер и двух моих лучших агентов — аврора Поттера и аврора Уизли — это трудное решение, которое я принял в отношении этого дела.       Независимо от того, как мы меняем направление расследования, наша конечная цель найти и вернуть мисс Грейнджер домой. Если у кого-то имеется информация, которая, по Вашему мнению, может помочь: пожалуйста, сразу же свяжитесь со мной или любым аврором. Спасибо за Ваше сотрудничество и понимание. Министерство Магии.»       Вот и всё, леди и джентльмены. Свеча погасла в тот же момент, как и зажглась, возможно, это наш последний шанс найти мисс Грейнджер. Весь волшебный мир поражён таким рискованным планом Министерства. Это заявление приносит новость, но что ещё более важно, тонну вопросов.       Как вы видите, мои дорогие читатели, наши опасения подтвердились. Эмоциональная нестабильность мисс Грейнджер не была причиной её внезапного исчезновения, что наталкивает на самую страшную мысль, что это было рук Пожирателей Смерти — тех самых людей, что ответственны за нападение на всеми любимого библиотекаря Хогвартса.       Не знаю, как вы, мои дорогие читатели, но я опасаюсь, что тёмные времена снова настали. Возможно, волшебный мир погрузится во мрак, как тогда, когда мы все были в страхе перед Тёмным Лордом и его приспешниками. Является ли этот способ медленным завершением всех поисков? Таким образом они пытаются сказать, что шансы найти мисс Грейнджер в целости и сохранности невыполнимы?       Действительно, эта история приняла такой оборот, который никто из нас не мог и предположить.       Несмотря на это, мы должны продолжать верить и доверять самоотвержённой работе наших авроров и самого Министерства. Я, как ваш верный слуга, конечно, продолжу освещать новые подробности этой тёмной истории. И, как человек, разделяющий всеобщее беспокойство о благополучии мисс Грейнджер — я считаю своим долгом держать вас в курсе. Если кто-то имеет важную информацию об этом деле, пожалуйста, свяжитесь со мной для эксклюзивного интервью.       Надежда всё ещё живёт в сердцах каждого из нас! Продолжайте верить, что общими силами мы, наконец, сможем вернуть мисс Грейнджер домой. До встречи, дорогие читатели, а с вами была ваша Рита Скитер.       Для получения дополнительной информации о детстве Гермионы Грейнджер, перейдите на страницу 3. Для получения информации о том, как связаться с аврорами для передачи информации, откройте страницу 5.»

      Гермиона с ненавистью откинула газету на пол.       Тяжёлое густое дыхание наполнило воздух, пока девушка медленно, но верно начала задыхаться.       Паника. Непонимание. Разочарование. Безнадёжность.       Эти эмоции беспорядочно кружили в её голове, образуя целый водоворот.       Они отмахнулись от неё.       — Нет. Они не сдались, — поправила себе Гериона, ища опору рядом с собой. — Они всё ещё ищут меня. Гарри с Роном всё ещё ищут.       Девушка снова и снова повторяла это себе, словно мантру.       Конечно, в глубине души она понимала, что только что прочитанное не было смертным приговором. Министерство Магии всё ещё искало её. Найдя, Пожирателей Смерти, которые напали на мадам Пинс в Косом Переулке, они выйдут на неё, так как Беллатрикс была к этому причастна.       Надежда всё ещё оставалась.       Но то, как это было сказано, смогло задеть её за живое.       Гермиона действительно не могла представить, что будет, если её не найдут. Они думают, что поиски нападавших приведут их к спасению девушки. Но, в конце концов, они не смогли найти её сразу, хотя условия были теми же. На неё нахлынула волна сомнения и отчаяния. Она проведёт остаток своих дней здесь: пленница в огромной доме, живущая рядом с Беллатрикс в вечном стрессе, в то время как остальной мир продолжит и дальше своё существование.       Девушка не выдержала, опускаясь на пол и позволяя печальному гудению сорваться с её губ.       Она даже не пыталась остановить это.       Гермиона совершенно не знала, что делать, во что верить. Она спрятала лицо в руки, пытаясь успокоиться. Сейчас ей больше всего хотелось найти какое-нибудь укрытие, чтобы спрятаться там и ненадолго исчезнуть. Горячие слёзы упорно не хотели останавливаться, пока Гермиона всё больше и больше погружалась в чувство безысходности.       Откуда-то сверху раздался странный звук, вынуждая её остановиться и посмотреть.       Сначала она подумала, что это феникс.       Но вскоре девушка поняла, что это точно не он. По крайней мере, Гермиона не встречала фениксов, которые могли каркать.       На столе, глядя на её жалкое положение, сидел фамильяр Беллатрикс. Зверь балансировал на краю, любопытно склонив голову, тихо что-то напевая. Эти светящиеся жёлтые глаза смотрели на неё с таким интеллектом, что Гермиона в очередной раз убедилась, что существо не просто животное. Девушка растерялась. Такое «пение» не было похоже ни на что, что она когда-либо слышала от птицы — волшебных или обычных — прежде. Она не слышала ничего подобного, что могло её так быстро успокоить.       Гермиона не знала, было ли это его целью или нет, но, в конце концов, это сработало.       Девушка по-детски вытерла слёзы, переводя взгляд на газету и начиная думать о её содержании более рационально. Конечно, в глубине души она понимала, что реагирует слишком остро.       А последнее время это происходит часто. Гермиона не могла с уверенностью сказать, было ли это из-за её нынешнего положения или из-за близости к Беллатрикс, но с каждым днём ей становилось труднее держать себя в руках. Она обнаружила, что слёзы и печальные гудения стали частыми гостями в её жизни, хотя раньше это происходило лишь при крайней тревоге.       Кроме того, ей нужно было петь.       Если раньше Гермиона занималась этим, чтобы исцелить себя, или когда была одна, то теперь это желание было почти что постоянным. Даже сейчас девушка чувствовала желание петь, хотя причин для этого, казалось бы, не было.       Ей просто необходимо было это сделать.       Но девушка старалась сопротивляться. Беллатрикс всё ещё была в доме, и Гермионе меньше всего на свете хотелось привлечь её внимание сейчас, когда она чувствовала себя невероятно уязвимой. Конечно, Гермиона понимала, чего именно пытается добиться женщина, приказывая Нимми доставить газету. Без сомнений, ведьма хотела, чтобы девушка впала в истерику и сама пошла искать её только для того, чтобы снова оказаться униженной и оскорблённой.       Гермиона не доставит ей такого удовольствия.       Вместо этого она окончательно вытерла слёзы и глубоко вздохнула. Девушка перевела взгляд на притихшую птицу, которая внимательно следила за каждым её движением.       — Ты же знаешь, что она будет зла, когда узнает, что крутишься вокруг меня. И тем более пытался утешить меня, — грустно сказала Гермиона.       В ответ на это его гребень на голове распушился, и он выпустил тихий каркающий звук, из-за которого всё столовое серебро задрожало. Девушка уже знала этот его эквивалент смеха. И сейчас существо ясно давало ей понять, что ему всё равно, что его хозяйка подумает об этом.       — Ты определённо странный. Кто же ты всё-таки такой?       Это был самый волнующий её вопрос, на которой, к сожалению, ни он, ни она не могли ответить. Может быть, когда-нибудь она всё же узнает.       После этого Гермиона решила, что лучше всего вернуться в свою комнату, поняв, что прочитанное напрочь отбило аппетит.       Девушка встала, рискнув на движение, которое, казалось, определённо опередило её разум. Гермиона протянула руку, проводя тыльной стороной пальца по его опасному клюву. Удивительно, но существо не клюнуло её сразу же за дерзость, и на её лице появилась маленькая улыбка.       — Спасибо, — тихо прошептала девушка, выходя из комнаты.       В отличие от предыдущих дней, птица не последовала за ней, но Гермиона слышала его хриплый смех, сопровождающий её до лестнице, ведущей на второй этаж.       На следующее утро Гермиона оказалась в довольно странном положении.       Она буквально влюбилась в декорации огромного бального зала, где они с Беллатрикс недавно устроили дуэль. Большие окна делали чтение более приятным, и подоконники были достаточно широкими, чтобы она могла сидеть на них, не испытывая при этом никаких неудобств. И вскоре после того, как она проснулась, Гермиона решила, что сейчас самое время для чтения. У неё было несколько книг, которые она хотела до этого прочитать, и теперь это казалось прекрасным способом, чтобы, наконец, сделать задуманное и сбежать от реальности.       Но не это делало её положением странным.       Нет, странным было то, что в сложенных ногах расположился её новый читающий компаньон.       Вчерашний день, должно быть, стал переломным моментом в их странных отношениях с фамильяром Беллатрикс. Сейчас можно было с уверенностью сказать, что они были неплохими знакомыми. После того, как она устроилась со своими книгами на подоконнике, существо практически сразу влетело в комнату, осторожно приземляясь у её ног. Он сложил свои крылья, несколько раз кружась вокруг себя, словно хорошо обученная собака. Казалось бы, птица не обращала на девушку никакого внимания, предпочитая молча наблюдать за лесом, окружившим дом.       Гермиона решила не портить их новую идиллию в отношениях.       До тех пор, пока он не причинял вред ей или Живоглоту — зверь мог делать всё, что его душе угодно.       Возможно, таким образом прошло несколько часов, пока эти двое уютно сидели вместе, занимаясь каждым своим делом.       Это было… мирно.       И, конечно же, это означало, что пришло время, чтобы пришла Беллатрикс и всё испортила.       Гермиона дошла до середины очередной книги про магию без палочек, когда послышался скрип тяжёлой двери, пропускавшей женщину. И девушка, и фамильяр ведьмы перевели взгляд на Беллатрикс, которая выглядела уж слишком важно. Когда Беллатрикс подошла ещё ближе, она оглядела парочку странным взглядом, снова возвращаясь к Гермионе.       — Ой, и что же мы тут делаем? — ласково пропела женщина. — Что ты делаешь с моим фамильяром?       Девушка медленно загнула край страницы, прикрывая книгу.       — Скорее, что твой фамильяр делает со мной? Он сам пришёл. Во всяком случае, я думала, что это ты послала его сюда, чтобы шпионить за каждым моим шагом.       — Шпионить за тобой? — Беллатрикс откинула голову, искренне начиная смеяться. — Зачем мне пытаться следить за тобой, если я и так знаю всё, что происходит в моём доме? — мрачная улыбка тронула её рубиново-красные губы. — Но позволь мне перефразировать для самых отсталых учеников: что ты делаешь с моим фамильяром… когда у тебя уже есть свой?       Гермиона тщетно попыталась скрыть панику в своих глазах.       — Моего фамильяра здесь нет. Он остался в замке, — просто соврала девушка.       Этот ответ лишь заставил Беллатрикс улыбаться ещё шире       — Неужели? Странно. Ну, раз ты так говоришь… — она дважды щёлкнула пальцами.       В комнате тут же появился Нимми.       С Живоглотом.       Гермиона тут же вскочила на ноги.       — Не-е-ет! — жалобно простонала девушка.       — Что случилось, Грязнокровка? Ты выглядишь слегка расстроенной. Хочешь сказать, что знаешь этого вредителя? — язвительно усмехнулась Беллатрикс. — Я нашла его вчера вечером, когда он бродил по моим коридорам. И я уже, конечно, собиралась выбросить его в океан, но, понимаешь, мне казалось, что я его уже где-то встречала и прежде. Интересно, где это могло быть?       — Отпусти его! Он ничего тебе не сделал! — отчаянно закричала Гермиона. Она приготовилась, если что, защищаться и нападать, чтобы спасти жизнь своего лучшего друга.       Беллатрикс лишь рассмеялась, будто рядом с ней стоял какой-то ребёнок.       — Ну-ну, за кого ты меня принимаешь? Конечно, я оставлю невинного маленького котика в покое… за определённую цену.       С этой женщиной ничего не могло быть просто так. Гермиона, как никто другой, знала, что Беллатрикс не делает ничего чисто по доброте душевной. Естественно, это цена будет высока.       Но именно эта цена заставила Гермиону нервничать.       Одного быстрого взгляда на испуганное лицо Живоглота, безвольно повисшего в объятиях Нимми, было достаточно, чтобы забыть об этом.       — Прекрасно, и что ты хочешь? — устало вздохнула, уже смирившись с тем, что её, скорее всего, ждут новые изощрённые мучения.       Беллатрикс щёлкнула пальцами, и Нимми сразу же аккуратно опустил кота на землю. Живоглот сделал бешеный рывок вперёд, карабкаясь по ногам Гермионы, чтобы, в конечном итоге, оказаться в её теплых объятиях. Его довольное мурлыканье было похоже на самую сладкую музыку для её ушей.       — Я знала, что ты поймёшь меня, — радостно улыбнулась Беллатрикс, и девушка даже со своего места могла с лёгкостью определить наигранность. — Я просто возьму то, что по праву должно было быть моим, если бы ты не сражалась так грязно во время нашей дуэли, Грязнокровка.       Гермиона мгновенно почувствовала раздражение от слов другой ведьмы.       — Мы договорились не использовать палочки. И я не использовала её, поэтому я выиграла честно и справедливо.       Беллатрикс опасно сузила глаза.       — Ни одна настоящая ведьма никогда не прибегнет к такому, но опять же, что я могу ожидать от такого низкородного человека, как ты.       — Я победила. Хочешь ты в это верить или нет — это твоё дело, — уверенно сказала Гермиона. Оглядываясь назад, она не должна была лишний раз тыкать пальцем в медведя, но сейчас на кону стояла её гордость, и девушка не собиралась уступать свою честную победу. Гермиона играла по правилам. Если это задело гордость Беллатрикс, то это не её проблема.       Хотя даже простого дыхания было достаточно, чтобы вывести женщину из себя.       — Мне плевать, что ты думаешь. Теперь это принадлежит мне, — Гермиона практически могла чувствовать магию, которая текла по её венам. — Но довольно об этом. Мне просто не терпится узнать, что ты думаешь о вчерашних новостях, — язвительно сказала женщина, перемещая вес на другую ногу.       Гермиона не собиралась поддаваться на её очередную уловку.       — Они не сдались. Теперь они ищут тебя и твоего сообщника. Это значит, что скоро все узнают, что ты жива. Вас обоих поймают из-за ваших садистских наклонностей. Это дело времени, — безэмоционально ответила девушка. Гермиона и глазом не моргнула, когда лицо Беллатрикс загорелось раздражением.       — Ты ещё наивнее, чем я думала, девочка. Хотя ладно, продолжай держаться за свои глупые маленькие надежды. Это сделает тот момент ещё слаще, когда они все превратятся в пыль, — рассмеялась женщина. — А теперь, прошу меня извинить, у меня и моего… сообщника есть дела. Не волнуйся, ты скоро об этом узнаешь, — она вышла из комнаты, небрежно бросая через плечо. — И я с нетерпением жду своей награды за то, что я позволила жить этому блохастому отродью. Уверена, это будет очень весело… для меня.       У Гермионы даже не было времени спросить, что она имела в виду, потому, что Беллатрикс исчезла так же быстро, как и появилась. Она до сих пор чувствовала, как магия долга присутствует в её теле. Теперь от этого никуда не деться. По крайней мере, Живоглот был в безопасности, а это самое главное.       Девушка так и не знала, что она всё же обменяла на жизнь кота.       И, если быть абсолютно честной, это была довольно скучная встреча. Гермиона ожидала криков или какой-нибудь очередной конфронтации из-за своего вопиющего «неуважения», но ничего из этого не произошло. Конечно, девушка знала, что всё равно необходимо быть начеку. Вскоре что-то обязательно случится.       Она просто пока не знала, что, возможно, это что-то случится этим же вечером.       Когда наступила ночь, Гермиона с криком проснулась, резко подскакивая на кровати. Сначала раздался грохот, ударивший в окно, и вскоре хрупкое стекло треснуло. Девушка испуганно наблюдала за тем, как тонкая трещина пробегает по всему окну. Гермиона подумала, что это ещё один шторм, но стекло оказалось абсолютно сухим.       Затем ещё один грохот сотряс стены дома, и стекло окончательно разбилось. В тот же момент в комнату со свистом ворвался ветер. Девушка с облегчением убедилась, что Живоглот находится на безопасном расстоянии от осколков.       — Что, во имя Мерлина, происходит? — вслух спросила Гермиона, откидывая одеяло и на цыпочках пробираясь к окну.       В глаза бросились сразу же две вещи.       Первой причиной было красно-оранжевое свечение под окном. Второй причиной был невероятно горячий воздух, который мешал нормально дышать. Тут что-то было не так. Сейчас было слишком рано для летнего зноя, и на острове никогда раньше не было так жарко. Покрутив головой, Гермиона, наконец, поняла, в чём была причина такой резкой смены температуры.       Во дворе буквально развернулся ад, извиваясь в огне, как разъярённая змея.       Её глаза удивлённо распахнулись.       Нет. Она действительно видела змею.       Девушке потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что огонь не был обычным. Гермиона уже видела такое, во время битвы за Хогвартс.       Дьявольский огонь.       Гермиона с ужасом наблюдала, как огненная змея извивается и шипит, прожигая себе путь через лес. Кажется, воздух на всём острове накалился. Ночная рубашка девушки неприятно липла к телу, а дышать становилось сложней. Как бы ей сейчас не хотелось спокойно вернуться в постель, но врождённое любопытство упорно не позволяло ей сделать этого.       Слева от неё внезапно раздался хлопок.       — Мисс Гермиона, пожалуйста, отойдите от окна! Нимми очень просит! Вы в опасности, — послышался испуганный голос эльфа, когда он попытался оттащить девушку от окна.       — Нимми, что происходит? — спросила Гермиона, осторожно разжимая его маленькие руки.       Ещё один взрыв сотряс дом.       Но в этот раз за ним последовал глубокий рёв, который мог испугать любого.       — Наглость! Безумие! Гниль. Чёртовы вредители! Низкородная отвратительная сволочь!       Нимми был практически в истерике.       — Это нехорошо! Очень нехорошо. Хозяйка злится! Хозяйка очень-очень сильно злится, — прокричал эльф, яростно дёргая свои уши, в любой момент готовый заплакать.       — Нимми, хватит, — Гермиона схватила его за маленькие руки, чтобы он не смог причинить себе ещё больше боли. — Что происходит? Почему Беллатрикс такая злая?       Снаружи рухнуло дерево, но женщина даже не собиралась останавливаться.       Нимми с трудом попытался успокоиться.       — Плохие новости. Очень плохие. Хозяйка была очень зла, когда вернулась с работы.       — Какие новости? — в её голосе были слышны нотки раздражения от его неопределённых ответов. Понимая, что он, как бы ни пытался, не может собраться с духом, чтобы говорить понятно, Нимми выскочил из комнаты, возвращаясь с газетой в руках. Эльф неуверенно протянул её, и Гермиона сразу же поняла, что так разозлило Беллатрикс.       На первой полосе было заявление об ещё одном нападение на небольшой городок рядом с Хогсмидом. Девушка любопытно наблюдала за живыми картинками, в которых двое нападавших в плащах сеяли хаос среди людей, живущих в мирном городе.       Вот только в этот раз все прошло отнюдь не так гладко, как в первую их вылазку.       Авроры из Министерства прибыли на место сразу же через несколько минут после прибытия нарушителей.       Гермиона смотрела, как несколько авроров сражались с опытными тёмными волшебниками, — одной из которых была сама Беллатрикс — явно проигрывая бой. Даже будучи в меньшинстве, эти двое работали великолепно, безупречно прикрывая друг друга. Казалось, что этих двоих ничего не могло остановить, пока не прибыли Бруствер и команда лучших авроров. Когда нападавшие поняли, что чаша весов склоняется не в их пользу, они попытались уйти, но их окружил магический барьер, который предусмотрительно был поставлен заранее. Через пару секунд одна из фигур всё же трансгрессировала, за ней последовала и другая, но в самый неподходящий момент была оставлена Бруствером.       Видя, что Беллатрикс всё ещё продолжает сеять хаос, разрушая всё вокруг, Гермиона поняла, что один из захваченных, должно быть, был её сообщником.       Эта догадка подтвердилась, когда девушка дошла до конца статьи, рассматривая фотографию второй фигуры.

«Осуждённый Пожиратель Смерти арестован: Родольфус Лестрейндж взят под стражу.

Сегодня вечером авроры были предупреждены от анонимного источника, что планируется новое нападение на город Ливсей к югу от Хогсмида.       Нападение произошло в соответствии с графиком, и два нападавших были встречены аврорами буквально через несколько минут после их появления. Прохожих попросили покинуть район, так как преступниками, предполагаемо, являлись бывшие Пожиратели Смерти. Битва продолжалась в пользу двух нападавших, но с прибытием аврора Поттера и главного аврора Бруствера всё изменилось. После этого преступники попытались трансгрессировать, но были остановлены магическими щитами, заранее поставленными аврорами.       К сожалению, один из нападавших смог воспользоваться тёмной магией, которую использовали приближённые и сам Тёмный Лорд. Благодаря быстрой реакции авроров, второй нападавший был обездвижен и немедленно задержан.       Захваченный волшебник был идентифицирован, как один из пропавших Пожирателей Смерти, Родольфус Лестрейндж — муж покойной Беллатрикс Лестрейндж и один из волшебников, ответственных за чудовищное нападение на Фрэнка и Алису Долгопупс несколько лет назад.       Вопрос, кто был его подельником, всё ещё остаётся открытым.       Лестрейндж был успешно взят под стражу и вскоре будет допрошен на предмет установления личности второго нападавшего и возможного местонахождения пропавшей Гермионы Грейнджер, которая, по мнению Министерства, может быть связана с этим делом. На сегодняшний день эта поимка является главным прорывом в этом непростом деле.       Более подробная информация будет обнародована по мере продвижения расследования.»

      Слёзы.       По её лицу текли настоящие слезы.       И впервые за долгое время пребывания здесь это были слёзы чистой радости.       Они поймали Родольфуса Лестрейнджа — мужа Беллатрикс. Вероятно, это был тот самый человек, с которым женщина каждый раз отправлялась на своё дело. И с тех пор, как Гермиона прочитала ту статью о нападении на мадам Пинс, её мучил вопрос, кто был вторым нападавшим. Большинство из тех, кто служил Тёмному Лорду, были либо мертвы, либо под арестом Министерства, а некоторые скрывались. Министерство вновь обрело былую силу и влияние, и общественность больше не испытывала страх перед Пожирателями Смерти.       Гермиона предполагала, что, возможно, это из-за того, что Гарри теперь является аврором.       Тем не менее, будучи Пожирателем Смерти — или обычным волшебником, практикующим тёмную магию — все они получали бесплатный билет в Азкабан. Тот, кто решился напасть на мирных людей сейчас, был абсолютно безумным.       И это прекрасно объясняет то, как Родольфус стал подельником Беллатрикс. Только такой же сумасшедший человек, как и сама женщина, мог согласиться.       Гермиона настойчиво игнорировала тихий голос в своём сознании, напоминавший, кто именно был сейчас истинной парой женщины.       Но сейчас это было неважно.       Важно было лишь то, что Родольфус, вероятно, был одним из немногих людей в этом мире, кому Беллатрикс более-менее доверяла. Единственный человек, которому она могла доверить все свои маленькие садистские тайны.       Например, о том, чтобы держать Гермиону взаперти на необитаемом острове. Это было нетрудно представить. Беллатрикс наверняка была невероятно горда собой, рассказывая о том, как она мучила и унижала её.       Родольфус должен был знать о ней.       И теперь, когда он попал под стражу, его будут допрашивать, и, в конце концов, авроры смогут найти её.       Гермиона будет спасена.       После всех этих мучений, боли и ужасов, через которые она прошла после своего похищения Беллатрикс, по иронии судьбы именно гордость этой женщины и привела к поимке её мужа.       Девушка не могла сдержать маленькой улыбки, не обращая внимания на то, что она всё ещё плачет. Любой, кто увидел бы сейчас её, подумал бы, что она сумасшедшая.       Но сейчас Гермионе было всё равно.       Давно потерянные шансы вернуться домой обрели новую надежду.       Она снова сможет увидеть своих друзей.       Невилла, Луну, Джинни, Рона и Гарри.       Может быть, она даже найдёт родителей.       И, наконец, сможет вернуть свою прежнюю жизнь.       В эту ночь в воздухе царила самая странная какофония звуков. Две совершенно разные мелодии соединялись в одну симфонию эмоций.       На улице звуки пепла и огня, крики Беллатрикс, полные ярости и отчаяния, которые заставили бы любого испугаться.       А внутри, на втором этаже, освещённом пламенем от костра женщины, радостное и полное надежды гудение Гермионы отражалось от стен, как самая сладкая мелодия.       Их голоса невольно сливались в один, создавая бессловесную песню потерь и надежды. Если бы они обе задумались, то, возможно, поняли бы, что их эмоции дополняют друг друга, подобно паре влюблённых.       К сожалению, утром ни одна из них этого не заметит; обе ведьмы слишком погружены в свои мысли, чтобы обратить внимание на то, что они неосознанно сотворили за ночь.       Однако того же нельзя было сказать и о другой их стороне; они всегда были в ожидании друг друга, пока Беллатрикс и Гермиона боролись с этим.       Бой, в котором обе сирены стали на один шаг ближе к тому, чтобы раз и навсегда проиграть его.