Спасти профессора Снейпа

... "Requiem aeternem..." — звучало что-то знакомое, но он никак не мог вспомнить, что. Его ничто не беспокоило, ничего не волновало. Не было даже мыслей. Покой. Вечный покой. — Фальшивят. Явно мимо си бемоля, — пронеслось в голове. Стоп. В голове? У меня есть голова? Очевидно есть, раз я чем-то думаю. А что еще у меня есть, интересно? Так. Пойдем простым логическим путем. У кого может быть голова? У всяких тварей. А еще у людей, эльфов, кентавров, червяков, пауков... Я паук? Любопытный ход. Допустим, я паук. Тогда у меня должно быть с пару десятков рук и ног. Хм... Насчет десятков не знаю, но по паре точно имеется. И основа тоже на месте. Основа... Какое странное слово. И будто напоминает что-то... Вспомнить бы, откуда... Кстати, о словах. Словами думают люди. Значит, увы, я не паук. А жалко. Хотя с чего я взял, что я человек? Может я эльф домовой? Или кентавр? Или вообще привидение? А вот это уже интересно. Про привидения. Но сначала подытожим. Руки, ноги, голова, туловище на месте. Все шевелится — уже отлично. Проведем исследование дальше... Он ощупал себя всеми возможными конечностями и резко все понял. Браво, Северус, ты как всегда великолепен. Твоя логика тебя опять не подвела. Ты в абсолютном сознании, практически в полном здравии, но совершенно без понятия, где. И, кстати, кто я отныне, я так и не решил. Скорее всего, я привидение. Но если я привидение, тогда... Мерлин, что же тогда... Были же какие-то пять признаков самоопределения привидений... Где же я об этом читал... — Северус, а ты что здесь делаешь? Этот голос... Великий Мерлин, а я надеялся, что в кои-то веки все забыл. За что мне это, ведь я же наконец-то умер. — Директор... Снейп попытался подняться, но сил у него действительно было как у привидения. — Я и сам не знаю, директор, — ответил он. — Я думал, что больше уже никому не нужен… — Ну, пока это действительно так, — мирно сказал Дамблдор. — Просто с тобой, как и со мной, еще не решили, что делать. Снейп закрыл глаза. Опять. Даже в другом измерении ему никак места не найдут. Что за карма... — И кстати, Северус, не называй меня директором, — заметил Дамблдор. — Мы теперь коллеги, так что зови меня просто Альбус. — Нет уж, увольте, — зельевар наконец-то принял вертикальное положение. — Я вас буду звать, как звал. Хоть лимонными дольками угрожайте. Дамблдор ухмыльнулся в свою шикарную бороду. — Ты тоже скучаешь по этим конфеткам, Северус? — поинтересовался он. Северуса перекосило. — Простите, директор, отродясь не любил сладкого, — ответил Снейп, озираясь вокруг. — Лучше скажите, где мы находимся. Дамблдор потер переносицу, поправил очки. — Понятия не имею, — беспечно ответил он. И тогда Северус сказал. Все сказал. На чистом английском, французском, шотландском, болгарском и даже русском. Правда, только про себя. Потому что давно уже отвык ругаться вслух: перед коллегами было не комильфо, перед Лордом — опасно для жизни, для студентов у него был коронный номер «снимаю баллы с Гриффиндора». А вот тут уже терпения не хватило. Мало того, что жить не дали, так еще и помереть спокойно не получится… Вдох, выдох… Все хорошо, Северус, все хорошо… Темный Лорд тебя уже не достанет, Гарри Поттер — тем более, и вообще ты скоро увидишь Лили… И Поттера. И Блэка. Тьфу ты, дементор меня побери. Может, лучше я вернусь? А, Лили? Отпусти меня, пожалуйста, я ж уже все сделал, что мог, и даже то, чего не мог… Ты же все равно не будешь со мной, ты же любишь Поттера… — Великий Мерлин, дай же мне умереть наконец! Исчезнуть! Сгинуть к чертовой бабушке!.. — простонал Снейп и уронил голову на руки. Дамблдор подошел к нему и похлопал своего бывшего студента и коллегу по плечу. — Ну, ну, мальчик мой, не плачь, — сказал самый мудрейший директор Хогвартса. — Все уже закончилось, у нас все получилось. Мне очень жаль, что Том решил так поступить с тобой, но знаешь, тебя скоро наградят за это орденом Мерлина… — А можно вместо всех наград просто забыть про меня?! — крикнул Снейп, да так, что пространство закачалось. — Я устал, Альбус, просто устал. Знаете, о чем я мечтал все эти годы, что видел в вашем проклятом зеркале? Что Лили жива!!! Но даже кольцо Марволо Гонта не вернет ее, а значит все бессмысленно. У вас — да, у вас получается даже то, что вы не планируете, но я умею все только портить… Вот как сейчас например. Дамблдор смотрел на него своим коронным взглядом: поверх очков-половинок. — Северус… — Я уже тридцать восемь лет как Северус! И не надо быть особым гением легилименции, чтобы понять, что вы ждете этого треклятого Поттера с глазами моей вечной вины… Ради Мерлина, делайте с ним все, что хотите, хоть в рамку вставьте как Спасителя Мира, но избавьте меня от созерцания этого!.. Снейп отвернулся, отчаянно стараясь взять себя в руки. Нет, двойному шпиону такие сцены закатывать не годится. Что это он разошелся, разжалел себя… Поттер был прав, действительно Нюниус. Какая мерзость. — Северус, ты попал сюда не по моей вине, и не по моему желанию, — умиротворяюще сказал Дамблдор. — К сожалению, я не Мерлин, иначе никто бы не умирал напрасно… Но раз уж ты здесь, значит это кому-то нужно. — Поттеру, разумеется, — процедил Снейп, окончательно приходя в себя. — Не стоит винить детей за ошибки родителей, — философски изрек Дамблдор, смотря куда-то в вечность. Профессор зелий хотел как обычно что-то съязвить в духе классики жанра, но тут раздался хлопок и в межвременьи появился великий Гарри Поттер.