Спасти профессора Снейпа

"Все хорошо, все хорошо", — уговаривал себя Гарри, идя на встречу с Волдемортом. Как там говорит Гермиона? Аутотренинг — великое изобретение магглов. А может Мерлина? В любом случае — не волноваться, дышать ровно и спокойно. По сравнению с вечностью это все чепуха. Всего-то и нужно мне сделать, что умереть. И тогда я увижу профессора Дамблдора, Сириуса, папу, маму... И профессора Снейпа. О нет. Нет. Нет. Мерлин, Моргана, великий Один, пусть тогда профессор Снейп выживет, что ли... Ведь не вынесу я еще одной встречи с ним, особенно после таких воспоминаний... — Гарри Поттер... — прервало его размышления змеиное шипение. — Мальчик, который ЖИЛ... — Да, это я, — ответил Гарри. — Давайте по-быстрому, а то надоело мне все, устал я. Темный Лорд попытался изобразить эффектное удивление на своем загробном лице. — О, это просто замечательно, — медленно сказал он. — Мальчишка-то говорит словами Северуса. Ты ничего не хочешь мне сказать, Люциус? Малфой-старший побледнел, побелел, и, может быть, даже поседел бы, не будь его волосы такими пепельными от природы. — Я ничего не знаю, Повелитель, — прошептал он, съеживаясь под плащом. "На что это он намекает? — подумал Гарри, с ужасом допуская крамольную мысль. — Мерлиновы бретельки, только не это..." — Ай-яй-яй, как не хорошо врать, — причмокнул Волдеморт и послал в Малфоя Круцио. Люциус упал, вцепившись зубами в манжету: кричать от боли аристократу не полагалось. — Прекрати! — крикнул Поттер, и все обернулись. — Что? — пропела Белла. — Хватит, я сказал! Вот он я, тут, давайте убивайте меня скорее, забирайте чертов мир со всеми потрохами и прекратите этот балаган!!! Семь лет вы передо мной комедию разыгрываете, и до сих пор ничего вразумительного не сделали. Удивите меня хоть чем-нибудь, а то ж скука смертная. Не верю!!! Волдеморт медленно повернулся, оглядев всех своих скукожившихся от страха Пожирателей, и вернулся к фамилии Малфоев. — Ты все-таки обманул меня, Люциус, защищая нашего драгоценного Северуса, — прошипел он. — Кто еще знал об этом?! Кто знал, что Гарри — сын Снейпа?!! Тишина стояла такая мертвая, что даже Лорду стало страшно. И только Гарри Поттеру стало плохо. От смеха. — Отвечайте!!! — Не кричи, Том, это неаристократично, — ухмыльнулся Гарри. — И не пугай ты так вселенную, я к профессору Снейпу не имею никакого отношения. Жуткий смех Беллы прозвучал на редкость неуместно. — Докажи, — жеманно выговорила она, приставив палочку к горлу Гарри. — У меня глаза зеленые — мамины, близорукие — папины, и волосы, кстати, чистые, — ответил супергерой магического мира. — Глазки-то мамины, — пропела Белла. — А язычок-то Северуса… Остренький как лезвие, колючий как ежики, невозмутимый как удав… — Оставь метафоры, Белла, потом в английском языке поупражняемся, — прервал поэтический поток сравнений Волдеморт. — Наедине. Миссис Лестрейндж замолчала и — Гарри не поверил своим глазам! — покраснела. Лорд посмотрел на нее, потом на распластанного под ногами Люциуса и перевел взгляд на Гарри Поттера. — Не имеешь отношения, говоришь? — ровно и зловеще спросил Том Реддл. — А почему же последним, о чем думал Снейп, был ты? — И как это ты стал таким могущественным, если совсем ничего не понимаешь? — вздохнул Гарри. — Отпусти уже Люциуса, хватит топтать его шикарные волосы, он тебе этого не простит. Слушать всяких шрамоголовых было ниже достоинства Волдеморта, но доля правды в словах Поттера всё же была: трястись над своей прической — это у Малфоев наследственное… А попрания наследственного чистокровные не прощают. «Лучше бы он Пророчество так берег, как свою шевелюру!» — подумал Лорд, отступая на несколько шагов. Малфой моментально отполз от повелителя подальше в кусты. К своей верной жене то есть. — Эх, Томми, Томми… — вздохнул Гарри Поттер, изо всех сил пытаясь не рассмеяться. — Ты что-нибудь слышал о Лили Эванс? Бесцветная змеиная физиономия Волдеморта искривилась в подобии усмешки. — А, это рыжее недоразумение, — процедил он. — Люц, она ведь тебе тоже нравилась? Люциус уже был похож на привидение. — Никогда, мой Лорд, — согнулся он в три погибели, уворачиваясь от невербального Нарциссы. — В общем, вкратце: она любила Снейпа, — продолжил Гарри. — Что??? — не поняли Пожиратели. — Тьфу. То есть Снейп любил ее, — поправился Гарри. — Что, в общем-то, одна фигня, — добавил он уже себе под нос. — Что??? — поняли Пожиратели. — Молчать! — прикрикнул на всех Темный Лорд, поправляя мантию и приглаживая лысый череп. — Ну да, он хотел ее, как всякий истинный ариец. Ну, так что с того? — Да ничего, — Мальчик-которому-уже-ничего-не-было-страшно почти невозмутимо пожал плечами. — Так в сценарии написано: я должен тебе об этом сообщить. — Я впечатлен, — оскалился Лорд. — В любом случае, папашка твой уже давно видит Мерлина, и ты сейчас отправишься к нему. — Avec plaisir*, — Гарри окончательно добил Тома Реддла своим знанием французского. — Авада Кедавра, — рявкнул Волдеморт, поставив жирную точку. — Занавес. Антракт. * * * Гермиона крепко прижала к себе учебник Принца и заплакала. Самыми натуральными слезами горя, отчаяния, а паче всего — разочарования, ибо эксперимент не удался. — Ну, не реви, — попытался утешить ее Рон. — Ну, подумаешь, Снейп умер. Лично я об этом с первого курса мечтал. — Дурак! — Гермиона оттолкнула его и встала. — Он был лучшим учителем на свете, понимающим, что сначала надо изучить теорию, а потом уже экспериментировать. — О как… Может, тогда святым его сделаем? Сразу после банкета в честь окончания войны? Гермиона вздохнула. Рон Уизли — это диагноз, и это, к сожалению, неизлечимо. Она всхлипнула и отвернулась. В первый раз в жизни у нее что-то не вышло, и это раздражало больше всего. — Гермиона, ну не плачь… Ну, хочешь, я … сварю тебе успокоительное? — Лучше поищи его на полке в шкафу, — буркнула мисс Грейнджер. — Сожженного химической кислотой подземелья Хогвартс нам точно не простит. — А в какой пробирке оно должно быть? — поинтересовался Рон, послушно открывая дверцу и издавая восторженный возглас. — О! Смотри, что я нашел! — Безоар, что ли? — Гермиона подняла глаза на друга, едва ли заинтересовавшись. Рон держал в руках темную книжицу. — Тетрадь Гарри по зельям с первого курса! — ахнула Гермиона. — Но как она оказалась здесь??? — Снейп украл, — хмыкнул Рон. — Не ерничай, — Гермиона отобрала у рыжего тетрадь и открыла на первом листе. — Эврика! — вдруг воскликнула она. — Где? Что? Зачем? — испугался Рон и принял боевую стойку, озираясь вокруг. — Как хорошо, что Гарри записывал все, что говорил профессор! Ну, в смысле, списывал у меня всё, что я записывала, что говорил профессор! — ликовала Гермиона, не замечая Рона. — Так… разлить славу, сварить удачу, закупорить смерть… Вот оно! Тетрадка полетела прочь; зашелестели страницы учебника зелий. — Рон, давай сюда безоар, корень златоцветника, аконит, шалфей и спирт. Быстро! Рон сгреб ингредиенты со всей полки и поставил их перед Гермионой. — У нас полчаса на то, чтобы сварить зелье и научиться аппарировать из Хогвартса, — сказала она в ответ на ничего не понимающий взгляд младшего Уизли. — Из школы нельзя аппарировать, — возразил рыжий. — Ты сама твердила нам об этом семь лет! — Значит надо придумать, как этот запрет обойти! Перед тобой целая библиотека профессора, а ты не знаешь, что делать. Так что вперед. Читать, я надеюсь, умеешь? — Вот зацепил тебя профессор Снейп, — проворчал Рон, но изучать библиотеку все-таки пошел: отвлекать Гермиону от эксперимента было себе дороже. — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — * С удовольствием (фр)