Ersatz

Выходные закончились, как бы Тайлер не хотел, но ему нужно было идти в школу. Он заметно исхудал за эти дни, то ли из-за нервов, то ли из-за его новой фишки под названием «голодовка». Это то состояние, когда ты без каких-либо на то причин чувствуешь отвращение к еде. Ты можешь быть безумно голоден, но каждый раз, когда еда оказывается у тебя во рту, ты чувствуешь рвотный позыв. Никогда Тайлер еще не загонял себя в настолько ужасное состояние, когда его руки покрыты рубцами, когда его живот урчал каждые две минуты, когда его глаза закрывались, но тело не было способно погрузить его в полноценный сон. Встретив Джоша в школе он побоялся приблизиться к нему. Что будет, если он заметит его состояние. Он ведь чуть не падал с ног. Несмотря на все то, он успевал стараться в школе, даже получил несколько хороших отметок (на благо радости родителей, но самом деле, Тайлеру было глубоко наплевать на свои отметки). В среду было особенно тяжело, ведь по расписанию стояла физкультура. Он пытался незаметно для всех переодеться в туалете, даже умудрился добыть браслет для баскетбола и длинные штаны, но на выходе к нему подошел Джош. — Хей, Тай. — Привет, Джош, — Тайлер насторожился. Джош не выглядел дружелюбно настроенным, скорее…чересчур серьезным? — Почему ты решил переодеваться в туалете? Думал, что я совсем не замечаю, что происходит? — только не это. Тайлер ненавидел, когда на него давили, ведь это была его самая большая слабость. Не редко он начинал плакать во время подобных наездов. — Нет, Джош, конечно же я не переодевался в туалете, что за чушь, — жгучая боль в районе сердца не дала ему сказать это без дурацкой запинки. Он не умел врать. — Что с твоими руками? — Тайлер взглянул на свои запястья. Браслет не перекрывал все его раны. Черт. — Ничего, — Тайлер не нашел другого выхода, кроме как развернуться и пойти в противоположную сторону, но его схватили за плечо и развернули к себе. Он посмотрел в глаза Джоша и увидел в них дикое беспокойство. — Тайлер, ты в порядке? — на глазах начали накапливаться слезы. Как же сильно он хотел рассказать Джошу всю правду, но он черт возьми не мог. Он безумно боялся. Игнорируя вопрос Джоша, он ушел. Возможно, он видел его слезы, но Тайлеру сейчас было не до этого. Он пошел в туалет на другом этаже, заперся там и начал рыдать. Он сам не понимал, почему он так растрогался от одной дурацкой встречи с другом, но он чувствовал себя сломанным. Его сердце бешено билось, в горле стоял камень, все тело казалось ватным. В один момент его мысли переместились на смерть. Как только в его голове впервые возник этот образ, он уже не мог остановиться. Это было так привлекательно, так обнадеживающе. Все ведь может закончиться, стоит только провести лезвием по нужному месту. Все его страдания закончатся, стоит лишь захотеть! Он встал, вытер слезы и пошел домой, совершить затеянное. Все казалось слишком правильным, слишком оправданным, слишком нужным. Его губы искривились в больной усмешке, когда он увидел, что из его шкафчика с обувью что-то выпало. Записка. От Джоша. Неожиданное напоминание о его существовании привело Тайлера в чувство. Что он собирался сделать? Разве он подумал о чувствах своих родных? Из-за чего он вообще начал думать о смерти? Глупый, маленький мальчик. У него не было никакого права делать что-то с собой. Он поднял записку. «Мне нужно кое-что тебе рассказать. Встретимся на нашем старом месте в 8 вечера» Твой Джош. Что еще за «Твой Джош»? Тайлер улыбнулся. Вся тяжесть стразу же сползла в ноги, а после и вовсе ушла. Он понял, что безумно устал. На физкультуру он все равно не успел, поэтому решил пойти домой. Там он погрузился в глубокий, но сладкий сон. ** Когда он проснулся, на часах была половина седьмого. Он причесался, надел оранжевую толстовку с синими джинсами и направился к домику на дереве. Тому самому дурацкому домику, который разрушил Тайлеру жизнь, который забрал его лучшего друга. На улице шел дождь, поэтому он натянул капюшон и быстрыми шагами направился к тому самому месту. Когда он прибыл, Джош был уже на месте. — О, привет, Тайлер, — как и в тот раз, он выглядел серьезным. Тайлер надеялся, что их тема разговора не будет его состояние, — я должен сказать тебе кое-что очень важное, — дождь залил еще сильнее. — Джош, ты ведь не против, если мы пойдем в кафе? Мне становится холодно. — Прости, но нас никто не должен слышать. Не против, если мы спрячемся под ним, — он указал на полуразрушенный домик на дереве. Тайлер чувствовал, что разговор будет не из приятнейших. На небе можно было заметить просветы радуги, облака потихоньку расходились. Крышу домика создавало три больших, полусгоревших доски, но на удивление, на поверхности, на которой они уселись, было сухо. Он никогда не мог скрыть волнение во время разговора с Джошем: его руки потрясывались, грудь сильно вздымалась, перед глазами появлялись точки. Складывалась ощущение, будто он прямо сейчас готов упасть в обморок, но он держался и был готов слушать своего лучшего друга. — Тайлер, ты помнишь, спросил тебя в кафе? Мне есть, что тебе рассказать, — Тайлер насторожился, ведь он совсем не помнил, о чем Джош спришивал его в кафе…кажется, о хобби? Джош смотрел Тайлеру прямо в глаза, отчего у того начало бешено биться сердце. Почему он так любит этого придурковатого мальчика со странным цветом волос и персиковыми щечками? — Я искренне люблю тебя, Тайлер, но я совершил большую ошибку, бросив тебя одного. — Что ты имеешь ввиду, Джош? — он действительно не понимал, что тот имеет ввиду. Последний разговор? — Помнишь, как сгорел наш домик на дереве? — пальцы Джоша коснулись пальцев Тайлера. — Да, кажется, его сжег тогда я- — Нет, Тай, это неправда. Его уничтожил человек, который преследует тебя уже несколько лет, — он говорит о Блурри?! Откуда он узнал о нем? — это все моя вина, Тай, — на его глазах начали наворачиваться слезы, — я ужасный друг. Прости меня. Руки Джоша обвили живот Тайлера, и он положил свою голову ему на плечо, — Прости меня, пожалуйста, я был так напуган, он угрожал мне, — его слова плавно переросли в рыдания. Тайлер ощутил сырость на своих плечах и ему было так черт возьми жалко своего друга, пусть он и мало представлял, о чем тот говорил. Сам не веря в свою уверенность, он взял лицо Джоша в руки и поцеловал. Это был легкий, неловкий и странный поцелуй, и Тайлер, сразу же осознав, что сделал, отстранился и уже готов был потерять друга, но Джош тут же поцеловал его еще раз, но уже напористее и сильнее, чего Тайлер никак не мог осознать. После этого оба парня отстранились и начали искренне смеяться. — Как давно ты влюблен в меня? — Тайлер не мог поверить своему счастью. Неужели тот самый парень, которого он боготворил с самого детства, тоже в него влюблен? Он не мог перестать улыбаться, он был так черт возьми рад. — Возможно, с нашей первой встречи, — Джош цокнул и заулыбался. — Кажется, я тоже. На этой очень счастливой ноте Тайлер услышал совсем несчастливый рассказ. Джош рассказал ему о том, что с самого детства к Таю пристает богатый и очень значимый для города человек, и он угрожал всему его окружению, и именно поэтому к нему относятся так пренебрежительно. Он этого рассказа у Тайлера пошли мурашки по коже. Он никогда и представить не мог, что воображение в его голове было настоящим человеком. Но могут ли они выглядеть одинокого? Неужели богатый политик будет расхаживать с черной краске на теле. — Эй, Джош, прервись-ка на секунду. Скажи, как он выглядит? — Эээ…лет тридцати, спортивная фигура, голубые глаза, каштановые волосы, — точно не он. Получается, тем человеком, который избил Тайлера был не он? — а что? Стоит ли рассказывать ему о том, что произошло? Сможет ли Джош понять его? На этот вопрос он не знал ответа, он боялся, что потеряет ту любовь, которую он ожидал всю жизнь. Однако, он готов был рискнуть, поставить на кон свои будущие отношения. Тайлер собрался с духом и сильнее сжал руку Джоша. — Джош, недавно на меня напали, — парень уже хотел было сказать что-то, но замолчал с открытым ртом. Его глаза были полны страха, — меня изнасиловали, пока я был в отключке. — Господи, Тайлер, почему ты раньше мне не сказал? Ты ведь ходил в полицию? — Джош был поражен тому, о чем он услышал от Тайлера. Он не мог поверить, что его мальчик так пострадал, а он даже об этом не догадывался.  — Я не ходил в полицию, — в голове у Тайлера появились разные оправдания от нежелания расстраивать близких до плохого самочувствия в эти дни, однако он выбрал одно из самых глупых, — Я совсем не запомнил его внешность. Конечно же, это была ложь. Он помнил те красные, как огонь, глаза, эти цепкие руки, покрытые черной масляной краской, он помнил черную одежду и сильные мышцы ног, которые наносили удар за ударом. Он чувствовал болезненную тяжесть по всему телу, когда вспоминал события той ночи проносились в его голове, однако не давал волю слезам. Сразу же за этим последовал тяжелый комок в груди и ощущение грязи по всему телу. Это было то ощущение, которое не отмыть гелем для душа, которое не выцарапать лезвием. Оно глубоко внутри тебя, оно не собирается уходить. — Именно поэтому ты сделал это со своими руками? — Тайлер провел пальцами по своим шрамам. Действительно, сделал ли он это просто поэтому? Нет. Давка была со всех сторон, а это была лишь последняя капля. Ему было отчасти стыдно за это, ведь это был самый яркий показатель его слабости, однако в те моменты он не осознавал, где именно он их создавал. В ответ на вопрос Джоша, Тайлер положил свою голову ему на плечо и устремил взгляд в небо. Дождь уже почти закончился, но повсюду был звук капель, падающих с листьев деревьев. Он любил этот запах намокшей почвы, он напоминал ему о беззаботном детстве в дали от проблем и обязательств. Прямо сейчас он чувствовал то спокойствие, которое не чувствовал давно. Все казалось нереальным, далеким, ведь прямо сейчас он держался за руки с парнем, которого так сильно любил.