Принятие...

Скрудж МакДак медленно брёл по особняку, стараясь подавить очередной сонный зевок. Не спеша проходя мимо бесчисленных окон, он мысленно поблагодарил того, кто забыл или же просто поленился задвинуть шторы. Сквозь прозрачные стёкла пробивался яркий лунный свет, служивший ему освещением, которое было просто необходимо, если ты живешь в огромном доме с большим количеством лестниц и детей, которые вечно разбрасывают повсюду их ролики и скейтборды. Да, пожалуй, свет играет большую роль в жизни того, кого не радует перспектива сломать шею в два часа ночи, лишь потому что тебе захотелось попить воды. Скрудж завернул за угол и толкнул дверь, ведущую на кухню, которая, в отличие от остальных комнат, была погружена во мрак. Закатив глаза, МакДак двинулся по темноте в поисках выключателя. Яркий свет ударил в глаза так резко, что ему пришлось зажмуриться на первые пару секунд. Повернув голову в сторону, Скрудж подпрыгнул от неожиданности. — О боже, Лина. — хватаясь за сердце, проговорил он. — Что ты делаешь здесь так поздно в темноте? Ты меня напугала. Лина, сидевшая у кухонного стола, виновато пожала плечами. — Свет слишком яркий и я не стала его включать. К тому же, голос из темноты звучал бы пострашнее и я решила подождать, пока ты сам меня заметишь… — неуверенно объяснила она, оглядываясь назад. Скрудж вздохнул. Он прекрасно знал, что дело не в ярком свете. Точнее не совсем в нём. МакДак посмотрел на Лину, и судя по её лицу, она тоже поняла, что он знает в чём кроется настоящая причина, однако девочка поспешила отвернуться в сторону. С тех пор, как Лина была спасена из царства теней, всё вроде бы шло хорошо, но воспоминания о тёте, что всегда преследовала её тенью и даже превратила в тень саму Лину, были слишком свежи. То и дело она оглядывалась на свою тень и МакДак, к своему сожалению, понял, что это надолго сохранится в памяти ребёнка. — Что ж… Да, пожалуй. — Скрудж потрепал её по волосам и подошел к холодильнику, оставив вопросы на некоторое время. Лина жила в особняке уже почти два месяца и пообщавшись с ней пару раз, он усвоил, что ей всегда нужно немного времени, чтобы привыкнуть к чьему-то присутствию, а потому Скрудж терпеливо ждал, когда она настроится на разговор, не нарушая её личного пространства. По лицу Лины он видел, что она хотела что-то сказать, но пока колебалась и не до конца приняла решение. Скрудж не очень хорошо разбирался в детях, точнее практически совсем не разбирался, но он всегда готов был выслушать, интуитивно полагая, что Лине это необходимо, хотя бы потому, что она всё ещё была ребенком и всё ещё не привыкла к семье и нормальной жизни. Но стоять у неё над душой, показывая, что он ждет только Лину, было неправильно, а он не хотел принуждать её к разговору или заставлять чувствовать себя неловко, как будто она тратит его время. Это могло её оттолкнуть. Скрудж решил, что лучше всего чем-то себя занять, давая Лине немного времени. Оглядев кухню, он заметил на столе пакетик чая. Что ж… Все знают, что он любит чай, а потому, девочка не будет думать, что она принуждает его остаться. МакДак подошел к крану, чтобы налить воды в чайник, украдкой наблюдая за Линой. Её лицо было нахмуренно даже больше, чем когда девочка обычно была погружена в свои мысли и это не могло не беспокоить. Прошло около пяти минут, когда Скрудж наконец сел за стол, поставив перед собой чашку чая. Лина нерешительно повернулась в его сторону. — Я… Мне приснился кошмар. Снова… Про… Про то, что я снова стала тенью. — сама не зная почему, призналась она, стараясь, чтобы её голос звучал, как можно более безразлично. Обычно Лина стремилась к самостоятельности, привыкнув к тому, что ей всю свою жизнь приходилось полагаться лишь на себя, но дядя Скрудж кажется правда пытался понять её и правда беспокоился о ней. Хоть он сам и не предавал большого значения своим действиям, для Лины это играло значение, даже если она сама не до конца осознавала этого. Ей показалось, что ему можно доверять. — Кошмар? — Скрудж задумчиво отпил немного чая из кружки. Что-то такое он и предполагал. Видя, каким тревожным стало её лицо, его сердце сжалось. Что говорил Дональд, когда на прошлой неделе рассказывал, как отводил маленьких Билли, Вилли и Дилли к стоматологу? Если ребенок чего-то боится, нужно его отвлечь. Но вот как? И к тому же, разве сначала не нужно помочь решить проблему? — «Стоматолог и перспектива вернуться в теневой мир, всё-таки разные вещи». — судорожно размышлял Скрудж, совершенно не представляя, что делать. Чёрт, он мог без труда добыть любое сокровище мира и выжить в потустороннем мире, но терялся, когда дело шло о ребенке, которому приснился кошмар. Уму непостижимо. — Ты больше не станешь тенью, Лина. — наконец уверенно произнес он, когда девочка уже решила, что он не ответит. — Это не помогает. — сказала она, пожав плечами. — Кажется, уже все в доме сказали мне это. — Лина отвела взгляд и раздраженно скрестила руки на груди. — Почему никто не может понять, что это не помогает? — пробормотала она, однако Скрудж всё равно услышал. — Ты права, эти слова не помогают. — он отложил кружку с чаем и посмотрел на Лину. — И не помогут. — Спасибо за поддержку, дядя Скрудж. — пробурчала она в рукав пижамы, однако было видно, что ей хочется узнать, что он скажет дальше. Скрудж вздохнул. — Единственный, кто может помочь тебе — это ты сама. Прими тот факт, что когда-то ты была тенью и то, что ты больше не вернешься в мир теней. Это всё в прошлом. Тень в прошлом, твоя тётя в прошлом, этого больше не случится. — А если случится? — упрямо спросила Лина. — Как можно узнать наперед, что я больше туда не вернусь? И что я должна буду делать, когда это произойдет? Скрудж прикрыл глаза. — Лина, теперь, когда у тебя есть семья, ты не одна. Если что-то случится, тебе есть на кого рассчитывать, девочка. Просто поверь в то, что этого не случится, а мы будем рядом, чтобы помочь. Всегда. Но ты должна помнить, что твоё будущее в твоих руках. Оно зависит от того — сдашься ты или нет. Стоило МакДаку закончить эту фразу, как кухня снова погрузилась в гробовую тишину. Он видел, что Лина смотрит на него, обдумывая сказанное, и изо всех сил старался не паниковать и сохранять спокойствие. Прошло около пяти минут, показавшихся для Скруджа вечностью, однако Лина по прежнему молчала. Когда он уже начал волноваться, что сказал что-то не то и всё испортил, послышался звук отодвигающегося стула. Не успела в его голове пронестись мысль о том, что ребенок собирается убежать от него, найдя что-то резкое и слишком обидное в его словах, как Скрудж почувствовал, что его обняли две детские руки. — Спасибо, дядя Скрудж. — тихо пробормотала Лина. — О… Да… Конечно. — неловко обнимая её в ответ, пробормотал он. Это был первый раз, когда Лина обняла его и он не был уверен, как должен реагировать, однако смотря на девочку, на лице которой снова была улыбка, он почувствовал, как ему самому становится лучше и тоже не сдержал улыбки. Взгляд Скруджа случайно упал на часы. Три часа ночи. Но разве можно отпускать ребенка спать, заканчивая беседу на мире теней и страхе, что она могла туда вернуться? Он подумал, что пожалуй, стоит отвлечь её от этих мыслей. — Эй! — воскликнул МакДак, когда оба отстранились. — Миссис Клювдия ведь приготовила вкусный шоколадный торт вечером. — вспомнил он, подходя к холодильнику. Лина приподняла бровь, точь в точь копируя манеру дяди. — А разве она не убьёт нас, если мы съедим его раньше времени и к тому же на ночь? — запрыгивая на стул, спросила она. — Да, скорей всего, но ведь это будет утром, а сейчас я собираюсь поесть. — доставая тарелку из шкафчика, произнес он, хитро оборачиваясь на Лину. — Похоже на вызов. — ответив ему ехидным взглядом, произнесла она. Скрудж усмехнулся, облокотившись о шкаф. — Так что скажешь, девочка? Не против заранее позавтракать, тортом, который миссис Клювдия строго настрого запретила всем трогать, а потом утром скрываться от неё по всему дому и скорее всего, если у неё будет плохое настроение, сменить имена и переехать в другую страну, чтобы обеспечить нашу безопасность? — скрестив руки, спросил он. Лина рассмеялась. — Завтрак в три часа ночи? Звучит здорово. — она прищурилась. — Вызов принят, дядя Скрудж.