Отчёты за работу от сладенького персика

***

       Как начинается идеальное утро? С бодрящего душа и чашки кофе? Если так подумать, то да, но не для Юнги.

***

       Проснувшись от странной тяжести на груди, мужчина открыл глаза, пытаясь понять, что его так греет и придавливает к кровати?        Приведя в норму своё расфокусированное зрение, Мин посмотрел на свою грудь и счастливо, слегка смущённо улыбнулся. На нём спал сероволосый, что тихо сопел, приставив большой пальчик к своим пухлым губам и ими же причмокивал. Его чудо иногда жмурило глазки во сне и морщило от щекотки носик, как и всегда. Ну как такое солнышко не любить?        «Какая прелесть», — так и читается в глазах старшего. Он крепче обнял парня и приподнялся, принимая положение полусидя-полулёжа. Чимин, на радость брюнета, не проснулся, продолжая сопеть и морщить глазки. Юнги заботливо уложил голову Пака к себе на плечо и только потом заметил, что младший до сих пор с расстегнутой рубашкой, что была приспущена и дальше, открывая его сосок.        «Он что, соблазняет меня?» — рассуждал начальник до того момента, пока он не бросил взгляд на уже фиолетовую метку. Он беспокойно распахнул глаза и одной рукой легонько провел по ней, наблюдая за реакцией любимого. Парень жалобно проскулил, прижался к старшему ближе, не желая чувствовать боль. Брюнет ласково погладил младшего по голому плечу и натянул на него рубашку, убирая руку от укуса. Он поцеловал Пака в лоб, успокаивающе поглаживая по голове, перебирая светлые волосы, на что сотрудник расслабленно выдохнул и вновь засопел в юнгиевых объятиях.        — Прости меня, маленький мой, — Мин нежно нацеловывал личико ангела, шепча извинения, — прости, малыш… — проговаривал начальник.        Вдруг, руки младшего медленно поднимаются к плечам мужчины, а сам Пак, опираясь на свои колени, приподнимается с закрытыми глазами. Старший даже и не заметил, как парень коснулся губ любимого своими, нежно сминая и посасывая. А сам Юнги, удивлённый таким поступком, всё равно отвечает.        Оторвавшись от губ Юнги, Чимин открыл глаза и улыбнулся, поглаживая щёку брюнета.        — Прощаю, любимый, — работник снова целует Мина, сидя на его бёдрах, окольцовывая одной рукой плечи, а другую держит на щеке, чтобы возлюбленный не смог отстранить.        А тот и не будет пытаться. Наоборот, обнимет Пака за талию и ответит, закрывая глаза.        — Прости, солнышко, — шепчет старший, прижимая с себе ближе, утыкаясь в основание шеи младшего и вдыхая аромат арбузного геля, — тебе больно сейчас?        — Ну… Немного побаливает, — Чимин гладит брюнета по голове, иногда целуя в макушку, и чувствует, как его сильнее сжали в объятиях, — но это не повод делать из меня инвалида, Юнги.        — Я понимаю, милый мой, — он гладит младшего по спине, — но ты мог мне сказать, что тебе больно ещё вчера.        Парень ухмыльнулся и приблизился к уху Мина.        — Ты не представляешь, как это чудесно, — соблазнительно шепчет, — чувствовать, как ты меня кусаешь, как твои зубки прокусывают мою кожу, как твой язык слизывает выступившую кровь, — старший млеет от слов парня, чувствуя, как в паху разливается тепло, а после глубоко вздыхает, когда Чимин целует его в ухо, — я хочу, чтобы ты оставил на мне ещё своих меток.        От таких реплик Мин-младший скоро окончательно проснётся и будет просить внимания не только Юнги, но и сероволосого.        — Чимин, я с удовольствием, но, — работник смотрит на мужчину, а тот указывает пальцем на растущий бугорок, — если я начну, то доведу дело до самого конца, а твоя попа потом будет сильно болеть, — старший замечает, как работник краснеет, отводя взгляд, и немного отстраняется от него, — так что, ещё рано, а я не хочу заниматься с тобой сексом, пока ты не готов. Успеем, солнце.        Паку неловко. Ужасно неловко. Вот так, взять и возбудить любимого, просто шепча ему на ухо. Интересно, а что будет, когда они… Стоп! Пак Чимин! Что у тебя в голове?        — По… Пожалуй, ты прав, — младшего вновь сжимают в объятиях крепкие руки, — п-прости…        — Солнце, — зовёт парня брюнет, — мне нужно в душ.        — Да, конечно, — проговаривает тот и слезает со старшего, садясь рядом.        — Не соскучишься?        — Холли мне не позволит, — Пак встал, направляясь в зал поиграть с питомцем. А Юнги достал два полотенца, двое шорт и две футболки, также пару боксеров. Зачем? Для Чимина. Ведь начальник всё равно заставит его помыться, а сам закинет грязную одежду в стирку.        Брюнет, зайдя в душ, начал думать о том, какой подарок сделать парню. Хотелось сделать что-то особенное и романтичное.        «Ох, Мин Юнги. Сейчас начало сентября, а ты уже думаешь об этом?»

***

       Выйдя из душа уже в домашней одежде, старший замечает, что дома очень тихо. Пройдя в зал, он не находит ни Пака, ни Холли. Но, зайдя на кухню, успокоился, ведь парень просто кормил собаку и гладил её по шерсти.        — Чимин-а, — позвал парня Юнги, — душ свободен, можешь идти.        — Что? Хён, но у меня даже одежды с собой нет, — тараторил младший, пытаясь отговорить начальника.        — В моей комнате на кровати лежат полотенце и одежда, — он хитро щурится, — будешь так смотреть, то насильно затащу в душ и сам помою.        А работнику остаётся только согласиться, ведь другого выбора попросту нет. Поэтому, Пак находит указанные старшим вещи и идёт в душ, пропадая минут на 20.

***

       Чимину неловко. Снова. А все потому, что Юнги дал ему слишком обтягивающие шорты. Может, для старшего они и были в пору, но не для парня. Эти шорты еле-еле держались под натиском паковского орешка, а работник не хотел рисковать ещё и рвать вещи любимого. Он просто их не стал надевать, ведь футболка у старшего была достаточно свободной и длинной, как раз прикрывала и зад в чистых боксерах, и бёдра. Поэтому, бросив вещи в стирку, как и попросил Мин, сероволосый вышел и направился на кухню, вытирая полотенцем поменьше влажные волосы.        Всё это время брюнет готовил завтрак, а на столе стояли две пока что пустых тарелки и две кружки, одна с чаем, а другая с макиато.        — Юнги-я, — Пак подходит к своему парню и обнимает того со спины, пока старший ловко готовил блинчики, — м-м-м, — блаженной промычал сотрудник, впуская в лёгкие запах свежих вкусностей, — как вкусно пахнет…        Мин, ненадолго оторвавшись от готовки, повернул голову и чмокнул младшего в щёку, а после продолжил готовить.        — Приятно слушать, милый, — неожиданно на старшего брызгает раскалённое масло со сковородки, — ауч!        Он отскакивает от плиты, пугая парня, который тоже отскакивает от любимого. Тот быстро реагирует, выключает плиту и смотрит на руку Юнги, слегка дуя на неё. Сероволосый включает кухонный кран с холодной водой и подставляет минову руку, охлаждая и поглаживая.        — Спасибо, любовь моя, — босс целует Чимина в ухо и кладёт голову на хрупкое плечико с меткой, на что младший улыбается, продолжая мыть руку босса.        После, парень спрашивает, где у старшего аптечка и достаёт от туда охлаждающую мазь, начиная обрабатывать и дуть на ожог.        Юнги на это смотрит с тёплой улыбкой, обнажая десна, а после процедуры, целует Пака в обе щеки и нос, от чего его парень смущённо улыбается.        — Я люблю тебя, — брюнет сажает Чимина к себе на колени, нежно целуя и чувствуя ответ, а парень молча отвечает, обнимая старшего за шею.

***

       Спустя некоторое время, к парочке подбегает Холли, зовя хозяев поиграть с ним. Парни, улыбаясь, завтракают в компании питомца, а после, за руку отправляются в зал для бешеных игр с щенком.