A quid pro quo

- Эй, меня кто-нибудь обслужит сегодня?! - Гамильтон поморщился и украдкой выглянул из кухни. Вздорного покупателя он увидеть не мог, но зато отсутствие Ли за стойкой заметил прекрасно. Зубы заскрежетали, но, натянув дежурную улыбку, Алекс пошел принимать заказ. - Здравствуйте, извините за задержку, мой... Слова оправдания застряли в горле, когда он поднял голову и наконец увидел человека перед собой. Знакомые черные кудри, как всегда лежащие в художественном беспорядке, смуглая кожа и карие глаза, в которых на секунду мелькнуло удивление, впрочем, быстро сменившееся презрением, не оставляли места для сомнений о личности покупателя. Томас Джефферсон собственной персоной. - Гамильтон. - Сказал он и Алекс кивнул, не спеша начинать разговор. - Меня может обслужить кто-то другой, есть подозрения, что ты меня отравишь. Если не едой, то своим присутствием. - Вообще-то здесь сейчас должен стоять Чарльз Ли, который наверняка отвечает всем твоим требованиям, но, к сожалению, его здесь нет. Так что либо делай заказ, либо проваливай куда подальше, мне же лучше будет. С чего ты вообще решил почтить нас своим присутствием, "мистер Эпоха Просвещения"? - Если ты настолько высокого обо мне мнения, то соизволь общаться повежливее. - Ухмыльнулся он, и Гамильтон на корню срубил желание стереть эту ухмылку с его лица. - Заказывай быстрее, Джефферсон. - Устало сказал Александр, решая не ввязываться в очередной бессмысленный спор. - Café gourmand и café allongé, если ты понял, что это. - Гамильтон вновь не отреагировал на издевку, просто кивнув. Он передал заказ повару и стал ждать, привалившись к стене. На кухне было жарко и, как всегда, пахло выпечкой и кофе. Тем более неожиданным оказался тонкий запах бензина. Александр насторожился и подобрался, оглядываясь по сторонам в поисках источника, но так ничего и не нашел. Страшная догадка пронзила его сердце, которое тут же заходило ходуном, а ладони вспотели. - Джей! - Позвал он повара, который на секунду отвлекся от варки кофе, глядя на него с поднятой бровью. - Ты никакой странный запах не чувствуешь? - Нет. - Коротко ответил мужчина и вернулся к готовке, а по спине Алекса побежали мурашки, несмотря на то, что здесь было жарко, как летом. "Только не сейчас, только не сейчас" - снова и снова повторял он, пытаясь игнорировать липкий ужас, разрастающийся внутри. Воздуха внезапно стало не хватать и он уже готов был позорно сбежать, но тут Джон впихнул в его подрагивающие руки поднос, и Гамильтону пришлось выйти в зал, чтобы отнести Джефферсону его чертов кофе. Внезапный посетитель, кстати, был не один, напротив него сидел мужчина средних лет, в сером костюме и какой-то папкой, которую он на данный момент просматривал, периодически задавая вопросы Томасу, который выглядел непривычно серьезным и сосредоточенным. В голову пришла гениальная идея того, как можно отыграться на Джефферсоне. И пусть она ударит по его карману, но зато Томас еще долго будет восстанавливать документы, которые сейчас так удачно лежат на столе. Гамильтон поставил поднос и аккуратно переместил первую кружку, злорадно ухмыляясь в душе. Он уже собирался "случайно" пролить кофе на бумаги, как рука, будто живя своей жизнью, дернулась в сторону и горячий напиток оказался на штанах кудрявого. Тот разъяренно вскрикнул, вскакивая со стула, а Александр почувствовал, как теряет контроль над телом. В нос ударил сильный токсичный запах бензина и, за несколько секунд до встречи с полом, он почувствовал, как его подхватили и бережно уложили к себе на колени. Последней осознанной мыслью было то, что ладони Томаса мягкие и приятно холодные.

***

Джефферсон вскочил из-за стола, через ткань чувствуя, насколько горячим был кофе. Внутри поднималась ярость на неуклюжего гремлина, но краем глаза Томас заметил, что Гамильтон заваливается набок, а его тело корежат судороги. Рефлекс сработал намного быстрее сознания, и Том подхватил Александра, удерживая от падения. Лихорадочно размышляя, что делать, Джефферсон опустился на пол, положив голову Гамильтона себе на колени, одновременно поворачивая его на бок, чтобы он не захлебнулся слюной. Здесь его знания заканчивались и, действуя по велению интуиции, он расстегнул верхние пуговицы на рубашке парня. Руки и ноги Александра то поджимались, то распрямлялись, челюсти были крепко сжаты, а глаза широко распахнулись, но были абсолютно стеклянными, в них не отражались ни эмоции, ни понимание происходящего. - Чего вы стоите! - Заорал Томас на стоящих адвоката и, судя по всему, повара, выбежавшего из кухни. - Вызовите скорую, живо! - Зашипел он, придерживая Гамильтона. Он не знал, нужно ли ограничивать его движения или лучше оставить в покое, просто наблюдая за тем, чтобы не пострадала голова. Пусть Александр и был отбитым ублюдком, и почти все их разговоры заканчивались ссорой, но Джефферсон не мог позволить ему умереть на полу заурядного кафе, у себя на руках. Мужчина в сером костюме наконец пришел в себя и достал телефон, быстро набирая телефон скорой. Томас не слушал, что он говорит, сосредоточив внимание на больном. Припадок, кажется, начал сходить на нет. Судороги стали слабее и еще через минуту совсем прекратились, и Александр затих. На секунду Джефферсону показалось, что он умер, и сердце пропустило удар, пока парень судорожно искал пульс на шее. Но сердце Алекса все еще билось, и Томас облегченно выдохнул. - Гамильтон. - Тихо позвал он, проводя рукой по его щеке. Веки парня затрепетали и он открыл слегка замутненные глаза. - Сейчас приедет скорая, а пока лежи. - Приказал Джефферсон, когда Алекс сделал провальную попытку подняться. - Нет. - Томасу пришлось напрячь слух и наклониться ближе, чтобы услышать слова Александра. - Неадо. - Скомкано попросил тот, глотая буквы. - Что значит "не надо"? - Процедил Джефферсон, чувствуя раздражение, перемешанное с облегчением. Если коротышка может спорить, значит, ничего смертельного не произошло. - Ты бьешься в припадке и отказываешься от помощи, это слишком даже для тебя, Гамильтон. Если я тебя не устраиваю, то могу позвонить твоим друзьям, уверен, они ради тебя будут здесь в следующие пять минут. - Нет. - Неожиданно громко воскликнул Алекс и даже дернулся, чтобы встать, но Томас вновь удержал его, даже не прикладывая особых усилий. - Так, слушай сюда, у тебя есть два выбора: либо с тобой еду я, либо кто-то из твоих дружков. Но в больницу ты едешь по любому. - На лице Александра появилось какое-то затравленное выражение, но Джефферсон был непреклонен. - Выбирай. - Ты. - Ответил Гамильтон, отворачивая голову. Его глаза блестели, но Томас списал это на последствия приступа. - Приехали. - Известил их адвокат, и в следующие несколько минут Александра окружили медики, спрашивая о самочувствии и проводя какие-то тесты. Джефферсон хотел отойти, чтобы не мешать, но Гамильтон неожиданно сильно вцепился в его руку, как утопающий за соломинку и потянул к себе. Ну, потянул сильно сказано, потому что силы быстро его покинули, и ладонь упала бы на пол, не перехвати ее Томас. Он вновь сел рядом с Александром, держа его за руку, которая была потной и горячей, и задумался о том, почему ему не противно. Они с Гамильтоном не были друзьями, их даже хорошими знакомыми нельзя было назвать. Но сейчас, сидя рядом с ним, Томас не чувствовал отвращения или желания поиздеваться. Вместо таких привычных эмоций в душе теплилось сочувствие и готовность помочь, но показывать это прилюдно он конечно не собирался. - Кем вы ему приходитесь? - Врач слева возникла внезапно, и Джефферсон с трудом подавил испуганную дрожь. - Я его друг, - Не моргнув глазом соврал он - мы учимся в одном университете. И я поеду с ним, он сейчас не в состоянии принимать адекватные решения. - Хорошо. - Женщина кивнула и потуже затянула высокий хвост. - В больнице ответите на пару вопросов по поводу приступа, а пока идемте в машину. - По пути он забрал рюкзак Алекса, перекидывая тот через плечо и захватил куртку, которую тут же отдал больному. Через несколько минут они уже ехали в ближайшую больницу. Врач сидела рядом с ними, бездумно смотря в окно, Александр лежал на боку, лицом повернувшись к Томасу и положив руки под голову. Джефферсон уже некоторое время наблюдал за ним, а потом заметил, что Алекс мелко подрагивает, причем вовсе не из-за тряски в машине. Кончики пальцев похолодели, и он дотронулся до плеча парня, привлекая к себе внимание. - Опять началось? - Его голос звучал безэмоционально, хотя на самом деле в груди все сжалось, но, к его радости, Александр отрицательно покачал головой. - Тогда почему ты дрожишь? - Неважно. - Коротко ответил Гамильтон и больше они не разговаривали до конца поездки. Но, когда им нужно было разойтись, Томас подошел к Алексу и коротко шепнул: - Я не собираюсь использовать произошедшее против тебя, хватит трястись.

***

После всевозможных тестов и обследований ему дали рецепт таблеток, заставили принять что-то горькое, с непроизносимым названием, и с чистой совестью отпустили. Почти все это время он прокручивал в уме произошедшее, а особенно последнюю фразу Джефферсона. Тот еще в скорой заметил, что Алексу страшно, но неужели воспринял на свой счет? "Может так даже лучше, он хотя бы не узнает мою истинную слабость. Одну из." - подумал он, выходя из кабинета и тут же встречаясь взглядом с предметом своих недавних размышлений. - Ты жив. - Констатировал очевидный факт Том и поднялся со скамейки, на которой сидел. - Я подброшу тебя до универа. - Спасибо, мне не нужна помощь. - Голос Джефферсона звучал дружелюбно, поэтому Александр тоже решил не огрызаться. - Правда, спасибо, что не кинул, но дальше я сам. - Гамильтон, не беси. - Тихо, но от того не менее угрожающе произнес Томас. - Джефферсон, видит Бог, я пытался быть дружелюбным. - Алекс закатил глаза и просто прошел мимо кудрявого, надеясь, что гордость Томаса не позволит ему последовать за ним. Он оказался прав. Герка в комнате не было, поэтому Александр мог не изображать хорошее настроение, а сразу, с размаха упасть на кровать, тихо простонав в подушку. Сил не было даже на то, чтобы раздеться, но он все же стянул с себя куртку, кинув ее на ближайший стул, а потом и обувь. В комнате было тепло, но его все еще морозило, поэтому он забрался под одеяло и уснул, едва голова коснулась подушки.

***

В следующий раз Александр проснулся в четыре часа утра, разбуженный очередным кошмаром. Он даже не помнил, что ему снилось, но возвращаться в кровать не хотел, поэтому решил принять душ, пока ему никто не мешал. Свет больно ударил по глазам, грозясь спровоцировать еще один приступ, но обошлось. Вода приятно холодила тело, смывая грязь, пот и, казалось, все события, произошедшие сегодня. Стоя под душем, Алекс вспомнил о рецепте, который лежал в кармане куртки. Там был целый список таблеток, которые наверняка помогли бы ему и вытащили из пучины неопределенности и постоянного страха, но был один маленький нюанс - они слишком дорогие для него. Даже не заглядывая в магазин, он знал, что лекарства ему не по карману. Работа в кафе не была такой уж прибыльной, Гамильтон давно думал о том, чтобы завязать с этим, но все тянул, потому что это лишило бы его единственного источника заработка. Алекс прекрасно понимал, что расскажи он все друзьям - они помогли бы, не задумываясь, но именно это его останавливало. Они могли дать ему очень многое, а он не мог вернуть что-то взамен. Александр не хотел быть паразитом в их компании. А еще он не хотел увидеть в их глазах отвращение или, того хуже, жалость. Уснуть снова так и не получилось, поэтому Гамильтон просто лежал на кровати, читая учебники, за неимением других книг. Он даже не заметил, как проснулся Геркулес, пока тот не кинул в него подушкой. - Черт! - Александр перехватил снаряд и отправил его обратно. - Что случилось? - Недовольно пробурчал он, откладывая книгу. - Джон звонил тебе несколько раз, хотел пообщаться, а ты не отвечаешь, поэтому он написал мне. Где кстати, твой рюкзак? - Алекс похолодел и застыл на месте, глядя в пустоту. Вчера он брал портфель с собой на работу, но не забрал, а значит, вся надежда на Джефферсона. - Я сейчас. Комната Томаса находилась в другом конце коридора, и Гамильтон достиг ее в считанные секунды, быстро постучав в дверь. Из важного в рюкзаке был только телефон, но Алекс и так копил на него почти полгода, и если он сейчас его потеряет, то уж точно придется искать что-то прибыльнее официанта. Или отправлять рукописные письма, как в средневековье. Поглощенный своими переживаниями, Гамильтон даже не заметил, что Джефферсон уже несколько секунд стоит на пороге и ждет его слов. Осознав это Александр поднял глаза от пола и открыл рот, чтобы задать волнующий его вопрос, но тут же захлопнул его, ошарашенный увиденным. Томас стоял, прислонившись к дверному косяку, в одном полотенце, обернутом вокруг бедер и влажными волосами, с кончиков которых еще стекала вода. Все остальное было открыто и Алекс невольно задержал взгляд на рельефном, но не перекаченном животе. Поняв, что натурально любуется открывшейся картиной, он поднял взгляд на смеющиеся глаза Джефферсона и покраснел, представив то, как все выглядит со стороны. - Прости, что так рано, но ты случайно не забрал мой рюкзак вчера из кафе? - Справившись с собой, спросил Гамильтон, глядя только на лицо Томаса. - Случайно нет. - Сердце ухнуло вниз, но в следующий миг взлетело обратно. - Я сделал это специально. Подожди секунду. - Том скрылся за дверью, но через несколько мгновений вернулся, протягивая его сумку. - Спасибо. - Александр подхватил рюкзак, но Джефферсон так и не отпустил другую лямку. - Ты лекарства купил? - Сегодня пойду. - Соврал Алекс и подумал, что это игра в добродетель как-то слишком затянулась. - В любом случае, это не твое дело, Томас. Мы даже не друзья. - Безэмоционально заметил он, и Джефферсон отпустил сумку. Расходясь в разные стороны, они даже не попрощались. Гамильтон на автомате конспектировал лекцию по праву, когда его отвлек звук пришедшего сообщения. На экране высветилось имя Анжелики, и он все же решил ответить, она обычно не отвлекала во время пар по мелочам. "Алекс, привет, тут такое дело - у нас внеплановое собрание студенческого комитета. В два часа, в сотой аудитории, по поводу нового года" - Александр нахмурился, не до конца понимая, чем вызвана такая срочность, но ответил, что обязательно придет. Разочаровывать Анжелику не хотелось. Поэтому в два часа Алекс уже сидел в названной аудитории, опершись локтями на парту, в ожидании остальных. Он даже пару раз перепроверил номер, висевший на двери, но все было правильно, поэтому оставалось только ждать и надеяться, что это не какой-то розыгрыш. - Привет еще раз. - Девушка, широко улыбаясь, вошла в комнату, а за ней следовал Томас Джефферсон. - Собрание не только внеплановое, но и не полное. - Алексу как-то резко перестало это нравится. Зачем ей понадобились именно он с Джефферсоном? - Вы оба знаете, что Адамс сейчас в больнице и вернется оттуда не скоро? - Они синхронно кивнули и зло покосились друг на друга. - Поэтому я и позвала вас. Как бы то ни было, нам все еще нужно подготовить празднование нового года и, по моему мнению, лучше вас с этим никто не справится. - Я смогу сделать все один, мне не нужна поддержка. - Томас сложил руки на груди, высокомерно улыбаясь и снисходительно глядя на Гамильтона. - Не сможешь, Джефферсон, слишком много мелких деталей, которые один человек может упустить. - Парировал он. - Тогда возьму Мэдисона. - Кудрявый пожал плечами и приподнял бровь, ожидая ответа противника. - Насколько я помню, у него недавно умер кто-то из родственников. Ты настолько плохой друг, что заставишь его работать? - А ты настолько хочешь работать вместе со мной, что пускаешь в ход любые аргументы? - Александр поперхнулся воздухом и стал надеяться, что не покраснел. Двусмысленные намеки от Томаса взбесили неожиданно сильно, и он готов был ответить, но тут вмешалась Анжелика. - Пожалуйста, ребят! - Они повернулись к девушке, которая всплеснула руками. - Я не прошу вас прекратить свои ссоры, но отложите их хотя бы на время. - Гамильтон отвернулся от них, понимая, что уже сдался. Он не мог отказать Анжелике, да и Джефферсон тоже. - Хорошо. - Первым уступил Томас. - Согласен. - Подтвердил Александр, предчувствуя веселое времяпровождение в компании кудрявого.

***

Шел второй час их спора о том, в каком стиле стоит оформить главный зал: современный или восемнадцатый век. Джефферсон отстаивал первый вариант, а Гамильтон настаивал на тематике прошлых веков - оба упорно гнули свою линию, не желая уступать. - Да как ты не понимаешь! Современность является для нас чем-то повседневным, обыденным, обычную вечеринку с бухлом и разрывающимися колонками можно в любой день устроить, а тематический вечер - это другой разговор. - С пеной у рта доказывал Александр. - Это более... - Хорошо. - Томас ударил кулаком по столу, а после возвел руки к небу. - Ладно, хорошо, возьмем твой план и.... - Мне не нужна жалость, Джефферсон! - Окончательно распалился Алекс и начал активно жестикулировать. - Я не слабый, я могу отстоять свою позицию, и мне не нужны твои одолжения. - Какие одолжения, Гамильтон? Какие, блять, одолжения! Сначала ты как чертова курица-наседка защищаешь свои планы, а когда я соглашаюсь, то начинаешь обвинять меня непонятно в чем. Ты сам себе противоречишь! - Томас выдохнул, пытаясь успокоиться. Им нужно сотрудничать, а не орать друг на друга. - К тому же, ты меня не дослушал. Я согласен на твой план, но и свой сбрасывать со счетов не собираюсь. Мы сделаем два мероприятия: сначала тематический вечер, но поскольку студентам явно не хватит пары часов, чтобы повеселиться, то ночью устроим, как ты выразился, вечеринку с бухлом. Идет? - Наш бюджет не резиновый. - Хмуро заметил Александр, еще не понимая, рад ли он внезапной смене стратегии Джефферсона. Он не понимал, чем это было продиктовано, поэтому оставался на взводе. - Ничего, нам хватит. - Пожал плечами Томас, внимательно наблюдая за реакцией Гамильтона. Тот все еще выглядел настороженным, но хотя бы не стал воспринимать все в штыки. Это уже было прогрессом. - Ладно, может сработать. - Кивнул Александр, тоже постепенно успокаиваясь. - Можем добавить современную музыку в программу вечера. Сыграем на контрасте. - Хорошая идея. Ну а теперь, когда мы наконец сошлись на тематике, давай обсудим распределение бюджета. В этот раз обсуждение происходило менее бурно, зато куда более продуктивно. Они составили схему и распределили почти все, когда телефон Джефферсона зазвонил и тот резко вскочил, отходя в сторону. - Алло. Да. Вы что нашли?! - Алекс дернулся от неожиданно прозвучавшего громкого баса. - Я сейчас буду. - Томас вихрем пронесся мимо Александра, и схватил свою сумку. - Гамильтон, мне нужно уйти, появились неотложные дела. Соберемся завтра? - Хорошо. Едва Александр пробормотал согласие, Джефферсон быстрым шагом вышел из кабинета, оставляя брата по несчастью одного. "Что за неотложные дела?" - С легким недовольством подумал он, а потом в мозгу что-то щелкнуло. "Связано ли это с его вчерашней встречей? Тот мужчина явно был юристом, иначе они не стали бы обсуждать документы".

***

- Алекс, mon ami, мы здесь. - Гамильтон услышал голос Лафайета и обернулся, стараясь найти самого друга. Он сидел в другом конце столовой, вместе с остальными. - Привет, ребят. - Александр поздоровался со всеми и, купив обед, присоединился к компании. - Слышал, тебя и Томаса заставили делать работу Джона? - Включился в разговор Жильбер, на что Алекс кивнул. - Удивлен, что вы друг друга не убили. Несколько часов в компании друг друга, а на твоем лице даже фингала нет. - Усмехнулся Герк, а остальные поддержали, подкалывая его. - Да, спасибо за поддержку. - Саркастично заметил Александр, впрочем, не обижаясь. - Кстати, Джон, о чем ты хотел поговорить с утра? - Да ничего особенного. - Отмахнулся блондин. - Просто хотел спросить, куда ты вчера пропал, даже на сообщения не отвечал. - Чарльз Ли снова "очень ответственно" - Гамильтон показал кавычки в воздухе, - отнесся к своей работе и ушел с рабочего места, пришлось дорабатывать его смену, да потом еще и свою стоять. Отрубился моментально, а телефон лежал в сумке, которую я благополучно кинул в дальний конец комнаты. - Только наткнувшись на подозрительный взгляд Маллигана Александр понял, что прокололся. Блять. Он же точно знал, что рюкзака Алекса с утра в комнате не было. Не то, чтобы преступление, да и сейчас Герк промолчит, но наедине объясниться точно придется. - Впрочем ничего нового. - Лоуренс с Лафайетом явно не заметили переглядок друзей, и от души чуть отлегло. - Когда-нибудь Ли попадет по полной. - Это точно. - Александр надеялся, что улыбка не выглядела нервной и до конца обеда игнорировал взгляд Геркулеса.

***

Отмалчиваться вечно не получилось. Жильбер с Джоном проводили их до двери, а потом направились на четвертый этаж, в свои комнаты. Гамильтон повернул ключ в замке и зашел внутрь, одновременно кидая рюкзак рядом с кроватью, а затем усаживаясь за стол, чтобы открыть ноутбук и сделать вид, что занят домашней работой. На самом деле он просто не хотел говорить с Маллиганом, ибо так и не придумал убедительную ложь. - Алекс, так что вчера произошло? - Герк сел на свою кровать, пристально глядя на Гамильтона. Удивительно, как этот парень, большую часть времени громкий и смешливый, мог быть таким серьезным. Его всегда поражало это. - Оказалось, что я оставил сумку в кафе и пришлось бежать туда, чтобы забрать ее. Думаешь почему я опоздал на первую пару? - Александр усмехнулся своим словам. Вообще-то он опоздал из-за куда более пикантной проблемы, но сейчас это только играло ему на руку. - Почему я тебе не верю? - Абсолютно спокойно спросил Маллиган, глядя, казалось, прямо ему в душу. Но Гамильтон не отвел глаз, зная, что это выдаст его с головой. - Ладно. - Геркулес сдался первым, и Алекс наконец расслабился. Как будто бы внутри лопнула верёвка, державшая его в напряжении. - Пойдёшь завтра с нами в бар? - В бар? Завтра только вторник. - Александр с радостью подхватил новую тему, одновременно начиная работать над домашней. - В любом случае нет, нам с Джефферсоном надо готовить этот чертов праздник. - Впервые вижу человека, который называет новый год "чертовым праздником". - Герк развалился на кровати, вновь принимая образ беспечного паренька. - А ты попробуй готовить его с тем, кого считаешь соперником! - Ты признал Томаса соперником? Это определенно продвижение в ваших отношениях, раньше ты отзывался о нем не иначе как "придурок, который никогда не может подобрать правильные аргументы и который в одном ряду со мной не стоит". В Геркулеса полетела подушка, тут же вернувшаяся к хозяину. В конце концов перепалка переросла в настоящую войну, которая закончилась временным перемирием и громким смехом.

***

День шел за днем, постепенно превращаясь в неделю, и, хоть и медленно, все налаживалось. Припадков больше не было, и страх постепенно отпускал его, исчезла эта неловкая недосказанность в общении с Герком, но самым большим достижением он считал налаживание отношений с Томасом. Нет, они не забыли в один миг два года разногласий, но научились находить компромиссы и точки соприкосновения. Из них получилась неплохая команда, так что Анжелика никак нарадоваться не могла, в то время как остальные относились настороженно, ожидая, когда бомба рванет. - Джефферсон, ты меня не слышишь. - Алекс пару раз щелкнул пальцами перед лицом собеседника и только тогда он обратил на него внимание. - Знаешь, я тоже порядком устал от звука твоего голоса, но осталась еще неделя и мы будем свободны, так что уж потерпи как-нибудь. - Томас блекло усмехнулся, но почти сразу на его лицо вернулось отстраненно-затравленное выражение. - Что-то случилось? - Даже если и так, я не стал бы тебе об этом рассказывать. Наше перемирие закончится, и ты используешь это против меня. - Ему показалось, или во взгляде Джефферсона мелькнуло разочарование? - Ты ведь мой секрет знаешь. - Заметил Александр. - Ладно, не хочешь говорить - не надо, но тогда хватит отравлять своей подавленной аурой пространство. Либо завтра продолжим, либо я закончу сам. - Я не собираюсь оставлять тебя без присмотра. - Заявил Томас, на что Алекс лишь закатил глаза. - Отлично, если ты можешь спорить, значит все действительно не так плохо. До завтра. - Гамильтон поднялся со стула и направился к двери. - До завтра. - Когда парень уже открывал дверь, его внезапно окликнули. - Александр... - Что-то непонятное замелькало в глазах Джефферсона, он как-будто бы боролся с собой. - Хотя нет, ничего. Все еще находясь в недоумении, Алекс вышел из аудитории и направился к себе в комнату. Что он только что видел во взгляде Томаса, и что вообще с ним происходит? Парень будто закрылся от мира, постоянно витая в своих мыслях, и не слышал никаких звуков извне. Александр нахмурился, ощутив внезапный укол беспокойства, и попытался как можно быстрее отогнать это чувство.