Бруно
3 августа 2019 г., 18:00
…он изо всех сил старался собрать организацию по кускам, потому что кто-то должен был это сделать, а значит мог и он. Это должен быть именно он.
Пытался склеить разрозненные части вместе. Или, точнее, пытался пристегнуть их молниями так плотно, чтобы никто не заметил щелей. И это сработало, в некотором смысле. Он преобразовал Пассионе. Открыл окна и впустил яркий солнечный свет, истребил гниль внутри. Он положил конец наркотрафику и понял, что мафия теперь помогает людям. Действительно помогает.
И ему еще столько всего предстоит сделать. Избавиться от испорченных частей. Присоединить оставшиеся. Они не заметят щелей. Он заметит. Его сердце медленно умирало, пока он пытался игнорировать, что Пассионе на самом деле делает с людьми, а Джорно Джованна вернул его к жизни.
Бруно похоронил Джорно в солнечном месте, полном цветов и поющих птиц. Возле могилы он посадил миртовое дерево. Его цветы напоминали божьих коровок, которыми была украшена одежда Джорно. Бруно пытался игнорировать то, что на похороны пришел только он один, но это было невозможно.
Он похоронил их всех. Его семья спит среди деревьев и цветов. Хотя работа в Пассионе требовала много сил, он всегда находил время посидеть на цветочном поле и поговорить со своей семьей. Он поливал цветы и рассказывал им, как прошел день, какие у него планы на будущее.
Для Наранчи Бруно посадил апельсиновое дерево. Когда на нем созревали апельсины, он собирал их, чистил, покрывал шоколадом и отдавал в созданную Пассионе школу для беспризорных детей. Для Бруно это было очень важно, потому что он знал Наранчу, знал Паннакотту, знал Джорно и знал, как много раз взрослые подводили их.
Бруно знал, как он подвел их. На протяжении многих лет он задумывался усыновить ребенка, но каждый раз чувство вины настигало его с новой силой. Его дети мертвы. Он один из самых опасных людей на планете, многие хотят его смерти, и он не переживет, если по его вине умрет еще хоть один ребенок.
На могиле Паннакотты выросла дикая клубника. Никто не сажал ее. Она просто появилась однажды, и Бруно воспринял это как знак. Он заботился о ней, ухаживал, и со временем она разрослась. Есть ее казалось не правильным, поэтому ягоды доставались кроликам.
Для Мисты он посадил бархатцы. Потому что они напоминали цвет его стенда. А позже Бруно узнал, что некоторые считают бархатцы проводниками умерших. Удивительно.
Триш не была похоронена на цветочном поле. Она была похоронена рядом со своей матерью. Несмотря на это, Бруно посадил в ее честь яркие пионы, так похожие на ее волосы. Он приносил их ей на могилу в качестве извинений Донателле за то, что не спас ее девочку от дьявола, который был ее отцом.
А для Аббаккио, для Леона, для человека, которого он любил и которого потерял, Бруно посадил лавандовое поле в качестве извинения. Теперь он держит пчел, ведь они так любят ароматные цветы. Бруно размешивает их мед в чае, и его вкус напоминает ему о губах его навеки ушедшей любви.
И когда над лавандовым полем поднимается ветер, а пчелы пускаются в пляс, Бруно закрывает глаза и всего на мгновение ему снова двадцать, и он в своем родном теле, а рядом Леон. В его глазах плещется веселье, он наклоняется ниже и шепчет на ухо скандальные секреты очередного мафиозного конкурента, теперь, вероятно, мертвого. А потом оставляет поцелуй на челюсти Бруно. А вокруг запах его парфюма. Лаванда.
Для себя он посадил лилии, белые, словно кость. Бруно похоронил себя рядом с Леоном тогда же, когда похоронил остальных.Теперь он находится в теле человека, который убил всех дорогих ему людей, убил его самого.
Он ненавидел быть таким, ненавидел смотреть в зеркало, ненавидел себя. Но это уже в прошлом. Ничего не поделаешь. Случившегося не изменить, но можно продолжать жить, потихоньку старея.
Бруно заботится о Пассионе, заботится о цветах и разговаривает со своей семьей, пока они спят.
