Мечта художника

      — Вот это да, — присвистнул Хеймитч, первым переступив порог комнаты. — Мадж, я смотрю, игровая у твоих парней что надо. В прошлый раз эта махина была меньше раза в два, — сказал он, подойдя к широкому столу в дальнем углу комнаты.       — Скоро выживут они тебя отсюда вместе с твоей библиотекой, — подхватила Джоанна.       — Это вряд-ли, — усмехнулся Гейл, подмигнув жене. — Её книжные полки растут по стенам всего дома гораздо быстрее наших с Метью игрушек, особенно с тех пор как Мадж начала вести книжный блог.       — Ого какая! — воскликнула Лия на его руках, нависая над миниатюрной копией панемской железной дороги, и осторожно потрогала хребет гор, окружающих Дистрикт 1.       — Колется, — отдернув ручку, сказала девочка. — Как она работает?       — Смотри. — Хоторн улыбнулся и поочередно нажал несколько кнопок на пульте управления.       Железная дорога ожила, превратившись в настоящий сказочный мир. По рельсам побежали поезда, начали подниматься и опускаться шлагбаумы, замигали семафоры. Лия восхищённо ахнула.       — Маршруты поездов закладываются в компьютерную программу. — Гейл кликнул мышкой, и на экране появилась карта с мерцающими точками. — Вот видишь, можно спроецировать любую ситуацию, даже аварию.       Холодок пробежал по всему телу, Китнисс непроизвольно вздрогнула. Пит обнял ее за талию и мягко привлёк к себе. Обернувшись к нему, она благодарно улыбнулась, он подмигнул ей в ответ.       — Не понимаю тебя, Мадж, — тихо сказала Эффи, обходя рассыпанные по полу машинки, кубики и детали конструкторов. — Я бы не смогла отдать такую большую и светлую комнату под бесполезные игрушки. — Приподняв узкую юбку, женщина присела на диван. — Ладно ребенок, но мужу не лучше ли было подобрать другое помещение, подвал, например?       — А зачем? — хозяйка дома села рядом и обняла подушку. — Мы проводим здесь очень много времени. Каждый занят своим делом: я читаю, Метью играет, Гейл возится с поездами. Мы не мешаем друг другу, наоборот, часто объединяемся в игре с сыном, или муж помогает мне со съемкой видео, а иногда читаем что-нибудь по ролям.       — Ой, смотрите, крошечные человечки! — Лия рассмеялась. — Здорово как.       — Она такая интересная, правда, — улыбаясь, шепнула Мадж мисс Тринкет.       — Да уж, — поджав губы, ответила та, тут же опустив глаза в булькнувший планшет, а девушка, взглянув на экран видеоняни, продолжила наблюдать за друзьями.       — Я смотрю, твое хобби превратилось в пристрастие, — заметила Китнисс и взяла в руки отдельно стоящий вагон локомотива.       — Есть такое дело.       — А ты давно в них играешь? — спросила Лия.       — Давно, — усмехнулся вместе со всеми Хоторн. — Самый первый набор я получил на семилетие от своего отца. Вот он, — начал рассказывать Гейл, указывая на участок дороги рядом с центральным вокзалом Капитолия. — Пока отец не погиб, каждые два года он дарил мне еще по набору, всего три, никак не связанных между собой, из разных частей панема, но у нас в Двенадцатом это было сродни миллионному выигрышу в лотерею. Не каждый мальчишка мог похвастаться таким богатством. Я мог.       Гейл нажал ещё несколько кнопок, одна из серебряных гусениц нырнула в пасть тоннеля и спустя мгновение с гудком остановилась на вокзальной платформе.       — Хейзел ненавидела это мое увлечение.       — Почему?       — Не знаю, — парень пожал плечами, — может потому что комплектующие стоили бешеных денег, а мы не были обеспеченны от слова совсем. А может оттого что к вечеру я был перемазан с ног до головы в машинном масле и саже. Но это ли не предел мечтания для парня, грезившего посвятить свою жизнь настоящей железной дороге! — подмигнул он девочке и легко нажал пальцем на кончик ее носа, как на кнопку. Смеясь, Лия поморщилась.       Искаженный динамиком плачь наполнил комнату. Все одновременно посмотрели в сторону источника. Мадж подскочила с дивана и шагнула к выходу.       — Метью проснулся? — спросил Гейл. Девушка кивнула. — Тебе помочь?       — Нет, справлюсь. Сейчас мы вернемся, — пряча влажные глаза, сказала она и выскочила за дверь.       — Зато благодаря моей одержимости Хейзел всегда знала на что давить. — Глядя вслед жене, продолжал свой рассказ хозяин дома.       — У нас не было места оставлять железную дорогу в собранном виде. Поэтому если в табеле успеваемости не было троек, не было двоек за поведение, то в выходные я получал разрешение играть целый день и даже позвать друзей. Как же не хотелось вечером собирать ее, укладывать обратно в коробку!       — Понимаю тебя, — сказал Пит, ставя на место макет капитолийского небоскреба. — У нас с Китнисс была целая игровая, но нам каждый раз приходилось разбирать настроенное за день.       — Но не каждый раз вы могли с этим справиться, — хмыкнул Хеймитч. — Часто хотелось пригнать бульдозер и сравнять всё с землёй!       Ребята переглянулись и дружно рассмеялись. И только Эффи осталась безразлична к общему веселью, предпочитая планшет живому общению.       — А вот на этом поезде мы с мамочкой ехали! — Указала Лия на ярко алый состав с белыми завитушками на боках.       — Это экспресс, — сказал Гейл, посмотрев на Пита. — Ходит от Четвертого до Двенадцатого…       — … а оттуда идёт в Капитолий, — закончил Мелларк и повернулся к Китнисс. — Как ты решилась?       Девушка облизнула растревоженную ранку на нижней губе и подняла взгляд на парня:       — Не без труда…       В ожидании, когда у друзей закончится тренировка, Пит, Мадж и Делли сидели под одним из дубов круглого парка на территории кампуса. Погода баловала теплом. Неподалеку расположились разномастные компании студентов. Одни вели себя тихо, другие громко обсуждали понятные только им события, периодически взрываясь хохотом. Издалека доносился голос гитары, которому вторил барабанный стук, слышались слова знакомых песен.       — Профессор меня достал, — возмущалась Делли. — Чего он так взъелся, а, Пит?       Парень оторвался от альбома и поднял на нее удивленный взгляд.       — Делли, ты серьезно не понимаешь?       — Ну, — она надула губы, — подумаешь перепутала технику импасто с алла-прима! Это что, смертельно?!       — Как тебе объяснить… — Пит покрутил карандаш между двумя пальцами. — Ты перепутала драповое пальто с шифоновым шарфом.       Мадж прыснула от смеха, а Делли шумно выдохнула и одним глотком допила кофе.       — Это не повод отчитывать меня при всех.       С этими словами она смяла и бросила в сторону пустой стаканчик, даже не пытаясь попасть в урну. Мадж посмотрела на нее с укором и поднялась с земли.       — Андерси, оставь, тут есть кому убирать, — крикнула она вслед подруге, но девушка молча подобрала стакан и выкинула в контейнер. — Нет, ты мне скажи, неужели все это так важно, а Пит? — Делли тормошила парня.       — Важно, если собираешься продолжать учиться на художественном. — Оторвавшись от наброска, он посмотрел на подругу. — Хотя тебе этого делать не стоит. Только не думай обижаться.       — Да какие обиды, сейчас, когда начались практические занятия, сама понимаю, как сглупила. Художественная школа это одно, а тут совсем другое. Нет, мне конечно нравится рисовать, но не до такой степени как тебе. Для меня это точно не дело всей жизни.       — И что думаешь делать? — спросила Мадж, снова садясь рядом с друзьями, — переводиться?       — Да, пока не поздно.       — На актерский?       Со скучающим видом Делли вытянула руку и посмотрела на безукоризненный маникюр.       — Естественно, ни на твое же литературоведение…       Сквозь разномастный гул до них долетел спор знакомых голосов.       — Всё, нечего об этом больше говорить! — оборвала собеседника Джоанна, бросила свою сумку в центр круга и села по-турецки. Китнисс молчала. Она опустилась на землю рядом с Питом, подтянула к груди колени и обхватила их руками. Гейл остался стоять, возвышаясь над друзьями как гора.       — А вот и мы. Заждались? — Девушка посмотрела на друзей.       — Конечно, — нахмурившись, фыркнула Делли. — Мы на сколько договаривались? На час! А сейчас половина третьего!       — Не бурчи, а то морщины появятся, — прищурившись, сказала Мейсон, не пытаясь скрыть ухмылку, — нас тренер задержал. Снова выслушивали про тактику, стратегию… Короче готовились к соревнованиям, — махнула она рукой.       — Когда? — насторожился Пит.       — Через пару недель, — отмахнулась Джоанна, подсев ближе к подруге. — Мадж, объясни мне один момент, я никак не въеду в эту тему.       Мадж закрыла книгу и посмотрела в конспект, с готовностью отвечая на сыпавшиеся вопросы.       — Ты как? — озабоченно спросил Пит у Китнисс. — Что-то случилось?       Девушка неопределенно покачала головой, обхватила его руку и уткнулась в плечо.       — Она снова лучшая в стрельбе из лука. — Гейл смотрел уверенно, с вызовом. — Выбила максимум очков с трехсот метров.       — Отлично! Молодец, Китнисс! — накручивая на палец кончик ее косички, сказал Пит, затем добавил, склонившись к ее уху. — Я поеду с тобой. Мне как раз осталось сдать пару зачетов.       Она признательно посмотрела на парня, кивнула, вновь пряча взгляд за опущенными ресницами.       — Ну что, мы едем или все отменяем? — громко спросил Гейл.       — Ни в коем случае! — встрепенулась Делли. — Сезон «Голодных игр» не будет длиться вечно!       — Едем, нам всем надо развеяться, — выпалила Джо, резко и легко вскочив на ноги, и вся компания поднялась вслед за ней.

***

      — Здравствуйте, здравствуйте. Добро пожаловать в Голодные Игры. Вас ждет увлекательное, незабываемое путешествие. Шквал эмоций и острых ощущений. — верещали динамики над парком аттракционов. — Постарайтесь выжить. И пусть удача всегда будет на вашей стороне…       — А где Китнисс с Гейлом? — Заняв очередь в кассу, Пит осмотрелся по сторонам.       — Понятия не имею, — отмахнулась Делли. — Наверное отстали. Сам видел, какая толкучка на парковке.       — Да, наверняка, — отстраненно ответил парень, продолжая искать в толпе людей знакомые лица и не находя.       — Я хочу на «Центрифугу», Пит. — Делли потянула парня за руку. — Давайте начнем с неё.       — Да, конечно, — откликнулся он.       — Нет, я воздержусь, — Мадж опасливо покачала головой.       — Опять пойдешь на детские качели? — усмехнулась Картрайт.       — А что? Я люблю кататься на «Вихре». Хороший обзор и есть время подумать.       — Ну и толку? Никаких тебе острых ощущений.       — Скукота, — поддержала Джоанна, теребя на запястье черный напульсник с заклепками и логотипом одной из рок-групп.       — А мне и не надо. Я как посмотрю, с какой огромной скоростью колесо центрифуги поднимается вверх и встает вертикально… Мне аж плохо становится.       — Да ладно тебе, неужели не хочется рискнуть? Давай! — подначивала подругу Джоанна.       Мадж задумчиво посмотрела в сторону аттракциона, заслонив глаза ладонью от солнца.       — Нет, не сегодня, в следующий раз.       — Не трусь, Андерси. Решайся! Это как с восковыми полосками, резко раз… и все.       — Я предпочитаю шугаринг, Джо.       — А разница?       — Огромная!       Гомон голосов нарастал. Люди всё прибывали и прибывали. Очередь двигалась медленно. Девушки продолжали спор о косметических процедурах и любимых аттракционах. Пит почти не слушал. Пустые разговоры раздражали. Удушающей волной плескалось волнение. Мысли о Китнисс не давали покоя.       «Неспроста она была такая… — думал он. — Неспроста. Что же её так напугало?.. Что?»       Его волос что-то коснулось, и Пит машинально отпрянул.       — Ты чего испугался? — шепнула Делли, показывая сухую веточку. — Вот, запуталась.       Он автоматически кивнул.       — Чего ты так напрягаешься, — она взяла его под руку. — Не переживай, никуда твоя сестра не денется.       Пит обернулся, но посмотрел словно сквозь девушку. Усмехнулся. «Твоя сестра», — про себя повторил он.       Глупо, но Пит постоянно забывал, что для всех они брат и сестра. Сам он даже в мыслях не называл ее так. Уже давно Китнисс вызывала в нем иные, чрезвычайно нежные, но далеко не братские чувства. И он знал, что она чувствует то же самое. Но принять это было сложно, отчего в последнее время они плохо ладили и часто ссорились. Колкие фразы и острые взгляды вошли в привычку. Временами казалось, что говорят они на разных языках.       — Ну как хочешь, — уступая в споре, сказала Джоанна. — Только вот Гейл ценит смелых, он всегда говорит, что надо уметь побеждать свои страхи.       Мысли мгновенно оборвались, будто виниловую пластинку затормозили пальцами, и мелодия сменилась на скрип. Пит обернулся и посмотрел на подругу.       — Он правда так говорит? — тихо переспросила девушка, Мейсон кивнула. Мадж сжала кулаки. — Ладно, я пойду на «Центрифугу»!       — Отлично, моя девочка! — Джоанна похлопала ее по плечу. — Только я тебя умоляю, не передумай, когда мы наконец доберемся до конца очереди.       Догадки заскакали чехардой, сердце учащённо забилось, ладони вспотели.       — Надо уметь побеждать свои страхи… — повторил Пит и провёл по лбу рукой. — Джо, а о чем вы спорили?       — Гейл предлагал на выходных устроить поездку в Первый, — Джоанна в недоумении пожала плечами, — но на машине он не хочет, а на электричках у нас не все ездят.       — Вот черт, — зашипел Пит и схватился за голову.       Он словно захлебнулся той волной, что бушевала в душе. Страхи. Поезда!       — Джо, соревнования будут в Первом?       — Ну да, через две недели, — девушка внимательно посмотрела на друга. — Ты думаешь…       Договорить она не успела.       — Этот идиот потащил её на электричку! — выдохнул Пит, развернулся и, с трудом пробиваясь сквозь толпу, почти бегом направился обратно к машине.       — Что?       — С чего ты взял?       Девушки непонимающе переглянулись и бросились следом.       — Почему ты так думаешь?       Джоанна нагнала и теперь шла с ним наравне, а вот Мадж и Делли едва поспевали.       — Хоторн помешан на поездах. Он не раз жалел, что Китнисс до сих пор боится ездить на них. Его бесит, что она не ездит со всей командой, а ещё, что на все соревнования с Китнисс езжу я или кто-то из семьи, — выпалил Пит, на ходу посмотрев расписание и теперь набирая то один то другой номер. — Станция метро тут рядом, через десять минут идёт экспресс до Первого. Черт, разрядился!       Мейсон выхватила у него телефон, чтобы тот невзначай не встретился с асфальтом.       — Я со своего позвоню, — сказала она.       — Им бесполезно, они скорее всего уже в подземке, — сказал Пит, наспех высыпав из бардачка все содержимое, подобрал с пола небольшой свёрток и засунул его в свой рюкзак. — И маме не звони, в первую очередь свяжись с Хеймитчем. У тебя ведь есть его номер? — спросил он, посмотрев на подругу. Джоанна кивнула. — Отлично. Объяснишь все, он знает, что делать.       — Не парься об этом.       — А обязательно куда-то нестись? — задыхаясь от быстрой ходьбы, Картрайт кипела негодованием. — Мы вроде повеселиться и отдохнуть собирались. Что они, маленькие дети? Покатаются и вернутся.       — Делли, не встревай, — одёрнув её за рукав, шепнула Мадж.       — Простите, что так вышло. — Пит закинул рюкзак на плечо. — Отвезешь девчонок? — спросил он, обращаясь к Джоанне, но не дождался утверждающего кивка, отдал ключи от своей машины и побежал в сторону станции метро.       — И что мы прям сейчас и уедем? — не унималась Делли.       — Мы да, но лично ты можешь оставаться, — подкинув на ладони связку, выпалила Джо без лишних церемоний. — Мадж садись. Едем.

***

      Китнисс встала в ступор в нескольких метрах от платформы и не могла найти в себе сил пошевелиться. Мифическая уверенность развеялась в прах, стоило только спуститься в подземку. Не моргая, девушка смотрела на рельсы, уходящие вглубь тоннеля, на табло, отсчитывающее секунды до прибытия поезда, и понимала, что начинает задыхаться от нехватки кислорода.       Со свистом из темной норы выскочила серебряная электричка, обдала ожидающих волной воздуха и убежала вперёд на десятки метров. Китнисс вскрикнула и отскочила назад, впечатавшись в Гейла как в стену. Он сжал ее плечи.       — Не дрейфь, Кискисс, — сказал парень с железной уверенностью в голосе, — чем дольше ждёшь, тем хуже. Идём, а то поезд уедет.       Девушка упёрлась и замотала головой.       — Нет, нет, я не могу, — прохрипела она и развернулась к другу лицом. — Гейл, давай уйдем. Пожалуйста.       — Ну уж нет, я не дам тебе отступить, не Мелларк. С таким подходом ты никогда не избавишься от своих страхов и ещё десять лет будешь только по рельсам ходить и на поезда смотреть со стороны. Все, хватит, давай сделаем это!       Не успела Китнисс возразить, как парень обхватил ее, поднял на руки и шагнул в раскрытые двери, не обращая внимания на попытки вырваться и начавшуюся истерику.       Это и увидел Пит, влетевший на платформу. Проклиная инициативу Хоторна, он едва успел заскочить в последний вагон, мысленно подсчитывая расстояние до момента, когда можно будет сорвать стоп-кран.       Первый порыв сделать это сразу он откинул, ведь вероятность, что они не застрянут здесь на долгие часы очень мала, а потому, надо дождаться, когда поезд выберется наружу. Пит переживал только об одном, как Китнисс переживет эти минуты… Целых восемь минут в поезде.       Проталкиваясь к началу вагона, он лихорадочно вспоминал, под каким сиденьем искать этот самый рычаг, и считал каждую секунду, которые, казалось, текли дольше часов. Хотелось прибить Гейла, но Пит предпочитал об этом не думать. Это второстепенное. Главное, чтобы Китнисс продержалась как можно дольше.       А она тем временем металась по своему вагону, словно пойманная в силки птица. Воздух катастрофически заканчивался, глаза заливало слезами. В отчаянии она полностью осознавала собственную беспомощность. Сердце билось в истерике, отстукивая сумасшедший ритм. В голове гремели раскаты грома.       — Я не могу, не могу, не хочу… — повторяла она.       Попытки Гейла успокоить девушку ни к чему не приводили: чем больше он уговаривал, чем крепче пытался обнять, тем сильнее в её глазах разгорался огонёк безумия.       — Уйди от меня, — огрызалась Китнисс, вырываясь. — Зачем ты это сделал? Зачем, зачем, зачем…       Её крик заполнял помещение, пассажиры опасливо косились. Почти теряя сознание, она все равно продолжала вырываться, отбивалась, попадая кулаками куда придётся, призывая освободить ее.       Сквозь стекло Пит отчаянно наблюдал за происходящим, жалея, что не умеет ходить сквозь стены или телепортироваться, в этот момент то или другое очень бы пригодилось. Но сейчас он был бессилен. Оставалось только ждать. Ещё пять минут.       Когда Китнисс сжала в кулаках борта его куртки и упёрлась лбом в грудь, Гейл ошибочно предположил, что девушка успокоилась. На самом же деле это оказалась минутная передышка перед очередным приступом.       Надсадно дыша, Китнисс пыталась побороть панику. Хаотично вспоминая бесполезные сейчас рекомендации врачей, она ощущала только удушающую волну ужаса. Мозг отключался. Она оттолкнула потерявшего бдительность Гейла, отшатнулась, — и на миг остолбенела увидев Пита.       На подкошенных ногах Китнисс сделала осторожный шаг и прижала к стеклу обе ладони.       — Это правда ты? — то ли почувствовал, то ли прочитал по ее губам Пит.       — Правда…       Отозвался парень, прижимая ладонь со своей стороны, повторяя жест Китнисс. Он видел по глазам, что держалась она из последних сил, а потому беспрерывно говорил:       — Только держись, я с тобой…       Их разделяли два стекла и чуть меньше метра между вагонами. Пит дёргал ручку в бесплотной надежде открыть дверь и, перескочив на порог того вагона, стать ещё немного ближе к ней. Его не пугали ни расстояние ни мелькающие внизу рельсы. А до места, где можно будет осуществить задуманное, оставались ещё бесконечные три минуты.       Китнисс была на грани, смутно видела только как рот Пита открывался и закрывался, естественно, до неё не долетало ни звука — кроме грохота состава. Не имея возможности успокоиться, девушка постаралась сосредоточить последние силы только на нем. Просто смотрела на его лицо, силясь не растерять остатки разума.       Гейл растерянно оглядывался по сторонам, люди косились на них. Оставалось две минуты, но тут поезд стал набирать ход. Раздался свистяще-скрипящий звук, вагон качнуло на повороте и показалось, что железным боком он обтер каменные стены подземки.       Китнисс закричала и зажала ладонями уши так, словно готова раздавить свой собственный череп и начала оседать.       Пит понял — это конец. Она сдалась. Он со всей силой ударил по двери вагона, будто это могло помочь.       Гейл пытался удержать Китнисс от падения, но тщетно, она как вода ускользала из его рук.       Пассажиры оглядывались на них, бросали тревожные взгляды, но ни один не решился хотя бы узнать, что случилось, не то что помочь.       В конце концов потеряв последние силы, Китнисс неловко повалилась на бок и свернулась калачиком на полу. А Пит видел только спину Гейла, склонившегося над девушкой. И если бы два стекла работали как лупа, а взглядом можно было сжечь, то Хоторн превратился бы в пепел за секунду.       Пит и сам сходил с ума. Его душили злость и страх, сердце бешено стучало, отдаваясь глухим звуком в ушах, а до точки икс оставалось полминуты. Вечность, в её состоянии.       Поезд вырвался из тоннеля, и в окно запрыгнуло солнце. Не теряя ни доли секунды Пит нашарил нужный рычаг, за спинкой одного из сидений и молясь, чтобы состав не вынесло с рельсов, сорвал стоп-кран. Колеса возмущенно визжали еще с минуту, а потом поезд остановился.       Пит спрыгнул на землю и бросился к соседнему вагону. Заколотил по двери, призывая Хоторна дернуть рычаг ручной разблокировки. Когда створки со скрипом открылись он ошпарил Гейла ненавидящим взглядом и едва сдержался от крепких комментариев.       — Китнисс надо на воздух, — быстро проговорил он, зацепившись за образ девушки, и его сердце съежилось в такой же комок. — Шевелись, Гейл, — скомандовал он.       Стоящий среди поля поезд казался огромным. Пит едва доставал до порога. По громкой связи объявляли про сохранение спокойствия и аварийной остановке, но людской взволнованный гул скакал от вагона к вагону, и только пассажиры двух последних знали причину остановки, наблюдая за действиями парней.       Китнисс так и застыла в скрюченной позе. Она казалась тяжелее обычного, тело, скованное от напряжения, словно окаменело. Кое-как парням удалось аккуратно вытащить ее на улицу.       Пит скинул рюкзак, сам сел на траву и усадил девушку к себе на колени. Крепко прижимая и нежно покачивая, он говорил ей слова утешения. Китнисс не реагировала, не разжимала век, не убирала ладони от ушей и даже будто не дышала.       Гейл неподвижно сидел в двух шагах от них, обхватив руками голову. Решительный, бескомпромиссный, всегда уверенный в своих поступках, он впервые растерялся до такой степени что не знал, как действовать.       — Хоторн! Очнись в конце концов! — Он дернулся как от электрического разряда и посмотрел на Мелларка. Брови нахмурены, губы сжаты в тонкую полоску, а взгляд обжигает ненавистью. Но голос остался довольно ровный. Командный.       — Подай мне сумку! Быстро!       Гейл действовал механически, как в замедленной съёмке, руки казались тяжёлыми и отказывались слушаться.       — Открой!       — Что это? — хрипло спросил Гейл, глядя на сверток, который Пит достал из рюкзака.       — Успокоительное, — коротко объяснил тот и сделал девушке укол в плечо. — Набери Хеймитча и дай мне трубку, — не отрываясь от своего занятия, сказал он.       Гейл поражался хладнокровному поведению Пита, отточенным действиям, не подозревая, каких усилий тому это стоило.       — Все хорошо, Китнисс, все хорошо, давай возвращайся, — повторял Пит, касаясь губами ее лба, щёк, кончика носа, то и дело промакивая испарину платком, но бисеринки пота упорно проступали вновь.       По ощущениям прошла целая вечность, прежде чем девушка дернулась, всхлипнула и закашлялась. Она попыталась вырваться, но крепкие руки удержали ее на месте.       Она обхватила Пита за шею и зарыдала, сотрясаясь крупной дрожью.       — Прости что не сказала, — шептала она сквозь всхлипы. — Прости, я думала, что справлюсь…

***

      Ветер-повеса, толкая шторы, по-хозяйски врывался в комнату через открытую балконную дверь. Но Гейл не торопился следовать его примеру. Как вор взобравшись на второй этаж по опорной сетке плетистой розы, прислушиваясь к каждому шороху, уже больше получаса он мялся у порога, не решаясь что-то делать дальше.       В небе горели первые звезды, рассыпаясь серебряным светом. Полная луна смотрела с укором.       Гейл не набрался храбрости, чтобы войти напрямую через дверь. Боялся. Как последний трус боялся посмотреть в глаза мистеру и миссис Мелларк. Людям, благодаря которым он учится именно там где всегда мечтал. Которые без сомнений взяли его под крыло, дали возможность не только получать стипендию, но и работать, помогать матери, а он вот получается чем отплатил…       Еще одно останавливало: он понимал, что Китнисс сейчас не одна. Пит рядом, как верный пёс у ног хозяйки.       Первоначально Гейл слышал неразборчивый разговор Китнисс и Пита, видел их сидящими на постели. Они то сливались в единое пятно, то вновь разделялись на два силуэта. Постепенно девушка говорила все меньше, а голос парня, тихий, ровный, обволакивающий спокойствием, звучал все чаще.       Хоторн так и стоял, рассматривая в свете луны содранные ладони то заглядывая в комнату, то прячась, отпрянув к стене. Он одновременно злился на себя и завидовал Питу, мечтая быть на его месте…       — Ты долго думаешь там стоять, — вдруг услышал он, — заходи уже.       Понимая, что убегать будет глупо, парень осторожно перешагнул порог и осмотрелся.       Мягким светом вспыхнул ночник. Гейл на мгновение зажмурился. Пит сидел, облокотившись на спинку кровати, Китнисс обнимала его за талию, прижимаясь щекой к груди. Она вздрагивала, рвано дышала и всхлипывала во сне.       — Ты дверью пользоваться разучился? — устало спросил Пит, подтягивая плед, сползающий с плеч девушки.       — Как она? — проигнорировав вопрос, спросил Гейл.       — Как видишь. Пока уснула.       — Всё плохо?       — Хуже чем в прошлый раз. — Пит надавил на глаза и глубоко втянул воздух, немного помедлив с ответом. — Можешь забыть о соревнованиях.       — Да при чём тут, — вспыхнул Гейл, — я даже не думал…       — Тише, — оборвал его Мелларк, непроизвольно крепче обнимая вздрогнувшую девушку. — Знаю. Ты думал, что мы слишком её бережём и специально не пускаем в подобные поездки.       Парень переминался на месте, ему нечего было возразить.       — Я не понимал что все так… серьезно, — только и смог сказать он тихим, бесцветным голосом. — Хочешь, вреж мне…       Пит внимательно посмотрел на друга. Вся злость и заготовленные слова давно растаяли, и осталась только вязкая усталость, сменившая боевое настроение на апатию. Он улыбнулся краешком губ и посмотрел на Китнисс.       — Забудь, — тихо сказал Мелларк, отвёл прядь волос с лица девушки и легким касанием провел по её щеке, стирая непрошеную слезу. — Мне тоже важно, чтобы она навсегда забыла этот страх, только вот он въелся глубоко в сознание той пятилетней девочки и несмотря на то, что прошло уже больше десяти лет, никуда не делся. Да, он ослаб. Но каждая вероятная поездка — повод для нового приступа. — Пит выдохнул и посмотрел на Гейла. — Знаешь, сколько я ее уговаривал хотя бы просто подойти к рельсам? А ты одним разом перечеркнул все! Зачем ты затащил ее в поезд?       — Черт… Прости! — Хоторн сел на корточки и спрятал лицо в ладонях.       Мерно шуршала секундная стрелка часов на прикроватной тумбочке. Парни молчали. Далекое совиное уханье за окном и шум ветра в ветвях деревьев заполняли повисшую между ними тишину.       — Гейл, насчёт мамы, — наконец сказал Пит. — Ты не думай, она не отзовет попечительство и…       — Лучше бы отозвала. — Хоторн вскочил на ноги и заходил туда-сюда по комнате. — Как я ей в глаза посмотрю после всего? Я так налажал, я правда хотел как лучше… Пит, я просто хотел помочь!       — Нельзя научить гусеницу летать, просто приделав ей крылышки, — раздался рядом негромкий спокойный голос, — она сама должна пройти весь путь. Измениться изнутри.       Парни вздрогнули и одновременно обернулись. Оливия вошла в комнату, тихо прикрыв дверь. Она посмотрела на своих детей и подошла к Гейлу, глядя на него снизу вверх.       Парень стоял с поникшей головой. Он не мог заставить себя поднять глаза. Явно зная, что подвёл, предал доверие, и это было ужасное чувство. Оно давило тяжёлым грузом и не хотело проходить.       — Простите меня, миссис Мелларк, я правда не думал, что так получится.       — Я понимаю, ты искренне хотел как лучше, — женщина сжала его плечо, сначала мягко, а потом требовательно, заставляя посмотреть на неё. — Неужели ты посчитал, что мы не думали об этом, не рискнули бы так же поступить?       Гейл пожал плечами и никак не мог подобрать внятных слов оправданий.       — Да будь хоть пара шансов, что такая встряска пойдет ей на пользу, я испробовала бы этот метод в первые же годы!       Оливия замолчала, выдохнула, после чего подошла к кровати, потрогала лоб дочери и, потрепав по волосам сына, продолжила:       — Не на каждого одинаково действует подобный напор, Гейл, — сказала она, сделав знак Питу. Он поднялся и бережно уложил Китнисс на кровать. Девушка заворочалась, потерлась щекой о подушку.       — Ш-ш-ш, — прошептала Оливия и провела кончиками пальцев от виска до подбородка дочери, — спи, моя девочка.       Она, едва касаясь, погладила Китнисс по голове и осторожно укрыла одеялом.       — Этим она похожа на своего отца. — Оливия понизила голос до шепота. — Роберт был такой же. Будешь действовать напролом, сделаешь только хуже… — Она развернулась к парням. — Я постелила тебе в гостевой комнате, Гейл, останешься у нас, я не отпущу тебя ночью через весь город. Всё, ребята, идите ужинать, Метью и Хеймитч ждут вас.       — Но мама, — запротестовал было Пит, но тут же замолчал под пристальным взглядом.       — Ступайте, я останусь с ней.       Понимая, что спорить бесполезно, Пит толкнул Гейла плечом, и тот на автомате пошел за ним.       — И да, Гейл, — позвала Оливия. Он обернулся. — Больше никаких подобных выходок. Помни, что я стреляю без промаха, не только из лука.       — Конечно, — кивнул он и робко улыбнулся, — такого больше не повторится, ещё раз простите…       — А вот и мы. — Мадж вошла в комнату, держа на руках своего двухлетнего сына. Мальчик с любопытством оглядывался по сторонам, но засмущался, увидев столько взрослых. Он прижался к матери, теребя цепочку на ее шее.       — Ну ты чего испугался, малыш, — ласково сказала она, садясь на диван, — наверное, ещё не до конца проснулся. — Девушка подняла взгляд на присутствующих, — но он у нас и не очень общительный. Не любит шума и громких звуков.       — Он наверняка сходит с ума, когда к ним приходит Тринкет, — шепнула Джоанна Хеймитчу. Тот приглушённо хмыкнул.       — Это потому что ты все время сидишь с ним дома! — воскликнула Эффи. — Сколько раз я говорила тебе, что надо больше ходить по мамочкиным тусовкам, на площадку, в развлекательные центры. Совсем ты меня не слушаешь. Затворница. — Она потянулась к мальчику. — Правильно я говорю, детка?       Метью округлил глазки и, заплакав, снова прижался к маме. А Эффи хмыкнула и, пожав плечами, снова вернулась к планшету. Лия попросила Гейла отпустить ее и осторожно подошла к Мадж.       — Маленький, не плачь, — сказала она и погладила ребенка по спине. Мальчик обернулся и внимательно посмотрел на неё. — Он как крошечный дядя Гейл! — удивлённо воскликнула девочка.       — Точно, — улыбнулась девушка, — на меня совсем не похож.       — Похож на самом деле, — тихо сказал Гейл друзьям, — просто Мадж этого не замечает.       — Поконтик, мама, поконтик! — сказал мальчик, сжимая кулачки и причмокивая губами.       — Как смешно он говорит! — хихикнула в ладошки Лия.       — Он просит компотик, — пояснила Мадж, оглядываясь по сторонам, — я забыла поильник. Лия, можешь принести?       — Конечно, — с радостью отозвалась девочка, — а где?       — В соседней комнате. Ты сразу увидишь, на тумбочке стоит.       — Ага, сейчас! — сказала она и выпорхнула за дверь.