Момент жизни

Валтэна и Вакай

Старый инквизитор торопливым шагом нёсся по коридору замка. Бок болел, словно из него торчал арбалетный болт. От волнения у Валтэны сбилось дыхание. Он торопился к Лорду Фениксу. Валтэна влетел в тронный зал, прошёл сквозь толпу инквизиторов. Вслед за Валтэной идёт Вакай. Валтэна подошёл к трону, но прежде, чем инквизитор Щита заговорил, Феникс воскликнул: «А вот и наша легенда! Долго тебя не было, Валтэна, мы все тебя ждали». Пожилой инквизитор пытался подобрать вежливые слова, чтобы перебить Феникса и донести до него важную весть. Тем временем к трону тенью взошёл Вакай. Валтэна решил стерпеть речь Феникса, а затем рассказать. Юный Лорд продолжил. Он приказал: «Преклони колено, - Валтэна преклонил. Феникс подозвал слугу. В руках у слуги лежал ларец, - Верховный инквизитор Щита Окрана, Валтэна, защитник нашей нации, веры и Окрана, - инквизиторы приостановили свои развлечения, обратили взоры на Валтэну и Феникса, - за долгую службу ты свершил много деяний. Ты одолел Безумного Кат-Лона, Жестькулака, помог сокрушить Клинков Мейто! Ты славно сражался в каждой битве и побеждал даже в самых суровых. При твоём дозоре паладины Щита Окрана в частности, и все паладины в целом, вдохновлённые твоим примером, стали лишь сильнее. Оттого я, Святой Лорд Феникс шестьдесят третий, награждаю тебя орденом Святого Огня. Подать награду!» Слова Феникса сокрушили могучего воина. Валтэна застыл, будто кожа его покрылась мрамором. Орден Святого Огня – высшая награда, какую только может получить окранит при жизни. Лишь те, чей труд был признан достойнейшим, могут получить этот орден. Лишь восхождение в лик святых может быть для окранита большей наградой. «Встань, инквизитор», - приказал Феникс, и Валтэна поднялся, едва держась на ногах. Слуга прицепил орден к груди Валтэны. Это была награда в виде причудливых языков пламени, отлитых из сребра да злата. Захлопали инквизиторы. Роджин одобрительно кивнул другу. Даже Лорд Феникс поздравлял инквизитора хлопками. Гордость и поздравления порывами ветров уносили Валтэну, но старый инквизитор быстро вспомнил, для чего он здесь: «Благодарю Вас, мой Лорд, и не сочтите за грубость, но пока я не достоин этого ордена. Есть ещё одно дело. Могу ли я просить об одолжении? – Феникс кивнул. – Я допросил одного недавно пойманного шека, и тот рассказал мне страшное. Рогатый жив, мой Лорд. Не видать Святой Нации мира, пока дышит её последний старый и злейший враг. Позвольте мне выступить в последний поход и убить Рогатого. Я прошу Вас». Зашептались инквизиторы, и шёпот этот пропах едким запахом благоговейного страха – в сём нет ничего необычного. Многие инквизиторы молоды. Во время войны все они были детьми. Рогатый для них – чудовище почти что легендарное, будто бы пришедшее из старых мифов. Для них Рогатый не человек, но архетип зла, поросший лозами слухов, домыслов и баек. Прежде, чем Феникс успел что-либо ответить, к нему обратился Вакай: «Мой Лорд. Валтэна прав. Рогатый – злейший враг Святой Нации. Из-за него погибли Сэта и Ваше прошлое воплощение, он разрушил Плохие Зубы и осадил Стопку. Бед, принесённых Рогатым, не счесть. Но прошло уже восемнадцать лет. Рогатый уже стар и слаб. Посылать Инквизитора Щита Окрана на бой с немощным стариком – расточительство. Валтэна нужен нам, ведь он – символ того, чем должен быть инквизитор! – Феникс спросил, что же тогда делать с Рогатым. – Не беспокойтесь, мой Лорд. Я уже вызвал лучших охотников за головами из Глазницы. Нет наказания для бывшего раба лучше, чем смерть от охотников на рабов». Феникс выслушал, что сказал Вакай, и заключил: «Я услышал тебя, Валтэна. Но Вакай прав. Не стоит устраивать крестовый поход против старика. Думаю, охотники за головами справятся. Ты же нужен нам здесь, в Святой Нации, как символ силы Окрана». Валтэна едва держался на месте. Пламя кипело в нём, но он унял его. Так приказал Лорд Феникс. Валтэна склонил голову: «Как прикажете, мой Лорд».