Глава 1
3 августа 2019 г., 11:42
Молодой человек двадцати семи лет, уверенной походкой шёл по коридору одной известной в Лондоне строительной фирмы.
Уставший внешний вид и замученное выражение лица говорили, что мыслями он был за тысячу километров от дождливой столицы Соединенного Королевства, на другом конце света, в небольшой уютной комнате под самой крышей. В этот момент, юноша отдал бы все на свете, чтобы грядущий прохладный вечер провести в ней, но его в ближайшие часы ждал холодный президентский номер в пятизвёздочном отеле.
«Надо же было проспорить отцу в глупом пари», – подумал он, прежде, чем его отвлекла мелодия звонившего телефона.
Он ответил на звонок, догадываясь, что ждёт т его в ближайшие несколько минут.
– Нацу, внучок, – раздался голос из трубки. – Ты не хочешь мне что-нибудь сказать? – пусть звонившая женщина и говорила спокойно, по спине Нацу Драгнила – успешного молодого предпринимателя, завидного жениха и человека, попавшего в черный список большинства элитных клубов Европы, – прошел легкий холодок: он знал эту интонацию, не сулившую ничего хорошего.
– Э... Привет, бабуля, – ответил он, слегка забавляясь происходящим. Не каждый может заставить его так нервничать. – Как здоровье?
– ГДЕ МОИ БАНКИ, НАЦУ?
Молодой человек рассмеялся. Позвонить единственному внуку, на другой континент, только чтобы спросить где стеклянная тара – только его бабушка могла учудить такое.
– Бабуль, я вообще-то в Лондоне и через пять минут у меня будет важные переговоры с влиятельными людьми. Тебе не кажется, что сейчас не самое время?
«Ох, зря я это сказал», – вновь подумал парень.
– Меня не волнует где ты и с кем! – отчеканила женщина. – Хоть на луне с пришельцами! Огурцы брал? Брал! Изволь и банки вернуть!
Женщина сбросила вызов, оставляя своего внука в недоумении. Он положил гаджет во внутренний карман пиджака и продолжил путь по коридору. А идея оказаться в любимой с детства комнате стала заманчивей.
***
День близился к концу. Люди возвращались домой после тяжёлого рабочего дня и к счастью для англичан, их ждали выходные, поэтому в данный момент большинство горожан строили планы на ближайшие двое суток. Нацу был раздражён. Переговоры прошли не так хорошо, как ему хотелось. Природного обаяния и нескольких трюков оказалось недостаточно для заключения контракта, пусть партнёры и пообещали рассмотреть его предложение. Впереди ожидались тёплые выходные в компании друзей. Нацу был не прочь развеяться после нескольких недель кропотливой работы и даже сегодняшний провал никак не повлиял бы на его планы. Желания отдохнуть только прибавилось, также как и желание кинуть нудную работу и послать куда подальше единственного родителя, решившего управлять жизнью сына. Игнил Драгнил всеми силами пытался заставить своего ребёнка принять факт, что он никогда не сможет жить так как хочет, разъезжая по странам с лучшими друзьями и разрушая общественные заведения на своём пути. В то время как Нацу постоянно делал всё по своему, вляпываясь в скандальные истории и выходя сухим из воды благодаря деньгам отца. Нацу взъерошил свои волосы и посмотрел на большое панорамное окно, открывавшего живописный вид на Темзу, прозванного британцами «Отцом Лондона». В ночное время суток столица Соединенного королевства была менее оживленной, но даже тогда с улиц доносились звуки проезжающих автомобилей и смех подростков. Время было поздним, когда в идеальной ночной тишине гостиничного номера Нацу Драгнила зазвонил мобильный телефон. Он нехотя взял его в руки и, увидев, что звонит отец, сбросил вызов, поставив телефон на беззвучный режим. Драгнил догадывался почему родитель решил пообщаться в это время суток, но не горел желанием ругаться с ним на ночь глядя. Сообщение содержащее в себе гнев и злость Драгнила-старшего, пришло сразу же после нескольких безуспешных звонков. Нацу удалил сообщения, даже не взглянув на их содержание, а после набрал чей-то номер. – Привет, – сказал он, потирая переносицу. – Закажи мне билет на ближайший рейс в Америку. И не давая своей секретарше возможности оспорить его слова, сбросил вызов.***
Перелет прошёл хорошо. Молодой человек спал всю дорогу и проснулся за полчаса до приземления. По прибытию в Штаты Драгнил включил свой мобильный, который зазвонил сразу же после включения. Это была его бабушка. Вздохнув поглубже, он ответил на звонок и отодвинул смартфон подальше от уха. – Нацу Драгнил, как ты посмел отключить телефон? – гневно спросила женщина. – Почему твой отец звонил мне всю ночь и обвинял меня в неизвестно в чём?! – Я... – начал парень, но Полюшка не хотела давать ему даже шанса для оправданий. – Так и знай, Нацу, сунешься ко мне – на порог не пущу! Не хватало мне, чтобы твой папашка мне глаза мозолил! А банки посылкой отправь! – бросив последнюю фразу, она отключилась. Нацу был в замешательстве. Он стоял посреди оживленной толпы, не зная, что делать дальше. Смысла возвращаться обратно в Англию он не видел. Там его сразу же перехватит отец и будет читать нотации о его безответственном поведении. Да ещё припомнит остальные косяки. Самым логичным и верным решением он считал взять такси и ехать к Полюшке. Ну не выгонит же она его на самом деле? Соглашаясь в голове со своими же аргументами, молодой человек поспешил к выходу из аэропорта.***
Город Седалия с населением чуть больше двадцати тысяч человек находился на севере штата Миссури. Эта часть, восемнадцатого в США по численности штата, представляла собой бескрайние равнины и степи, активно использовавшиеся под сельское хозяйство. Был разгар июля и поэтому Нацу смог налюбоваться цветущими полями и садами, встречающиеся ему на пути. Он, словно ребёнок, смотрел в окно, за пределами которого на несколько километров растягивались яркие полосы сельскохозяйственных культур. А грозовые облака смотрелись пугающе в солнечном свете на фоне цветущих растений. Вскоре равнины закончились и по обе стороны дороги замелькали высокие ели, среди которых встречались и другие деревья. Нацу взглянул на часы на руке. Время близилось к вечеру, а до Седалии оставалось ещё несколько километров. Молодой человек вновь отвернулся к окну, наблюдая за сменяющимися пейзажами.***
Когда Нацу вышел из такси и ступил ногами на землю города, где родилась и выросла его мать, а через много лет и он сделал тут первые шаги – он почувствовал странное чувство ностальгии и грусти. Даже после свадьбы с отцом, предпочитавшего многомиллионные города, его мама старалась при удобном случае приехать в знакомые с детства места. И прививала эту любовь единственному сыну. Удалось ей это сделать лишь наполовину. Драгнил с удовольствием колесил по Европе, проезжая по маршруту начинающего туриста: Берлин-Париж-Рим; частенько зависал и в других многомиллионниках, но отдохнуть морально и физически от всех проблем и забот он ехал в этот небольшой городок Северной Америки. Последнее время он делал это всё реже. Раз или, самое большое, два раза в год, в силу занятости или каких-то ещё причин. Вдоволь налюбовавшись забытыми за длительное время родными местами, юноша расплатился с таксистом и поспешил в дом. Жилище его бабушки находилось практически в самом конце улицы. Дальше стояло ещё несколько домов, а после дорога сворачивала в небольшой лесопарк. Место было тихое, машины проезжали редко, а основным транспортом горожан были либо велосипеды, либо мотоциклы. И второго было в несколько раз меньше. Само здание представляло собой типичный американский дом с верандой, уставленной цветами, и прилегающим к дому участком с зелёным газоном, аккуратным бежевым заборчиком и гаражом. Правда, гараж его бабушка не использовала из-за отсутствия какого-либо вида транспорта, и передвигаясь по городу либо на своих двоих, либо в крайних случаях используя свой старый велосипед. Нацу прошёл к дому. Часы показывали половину девятого. Небо затягивали тучи и поэтому на улице стало немного темнее. Отставив в сторону портфель с документами, а в другую сторону чемодан с одеждой, он начал громко стучать в двери, надеясь успеть спрятаться в доме до начала дождя. Когда спустя пять минут ему так никто и не открыл, Драгнил достал из кармана мобильный и набрал номер домашнего Полюшки. Через пару секунд он услышал звук телефона внутри, но сколько бы он не звонил – трубку так никто и не поднял. Молодой человек решил, что бабушки скорее всего нет дома, иначе она бы уже давно выбежала на порог и понадавала ему затрещин, а после затащила бы во внутрь. «Кажется, бабушка прячет запасные ключи, на случай если её потеряются», – вспомнил Нацу, и принялся обыскивать все щели. Увлеченный своим поиском, он не услышал за собой чьих-то шагов. Он активно просматривал каждую дырку, бубня себе под нос что-то про Полюшку, а когда ключи все-таки были найдены, он торжественно потряс ими перед собой, а вставив их в замочную скважину, почувствовал резкую боль на затылке. После упал и растянулся перед дверью.***
– Я просто шла от соседки со скалкой, – всхлипывая говорила девушка, трясясь от волнения. – Наша куда-то запропастилась, а мне нужно было тесто раскатать на пирожки для папы. Я уже к дому подходила, когда услышала какую-то возню возле дома Полюшки. Пошла посмотреть, а там он, – сказала она, и указала взглядом на лежащего на диване Нацу. – Я решила, что это грабитель, ну и ударила его, а дальше... – незнакомка снова всхлипнула, а успокоившись, продолжила: – дальше вы знаете. Нацу пришёл в себя не сразу, и до него не доходило где он находится. Голова раскалывалась, свет от лампы слепил глаза, а плач незнакомки только усугублял боль, полученную в результате глупого недоразумения. Через какой-то промежуток времени, когда голова раскалывалась чуть меньше, молодой человек продолжал лежать с закрытыми глазами, пытаясь разобраться в происходящем. Вскоре ситуация прояснилась: девушка, живущая по соседству с его вредной бабушкой, приняла его за вора, пытавшегося обогатиться за счёт пенсионерки и захотела самостоятельно, своими силами, нейтрализовать преступника, а когда он грохнулся, позвонила местному шерифу, испугавшись, что переборщила с ударом и ненароком убила горе-воришку. Он открыл глаза привлекая тем самым внимание девушки и мужчины в форме. Стоило ему это сделать, незнакомка тут же перестала рыдать и подошла к дивану на котором он располагался – Как вы себя чувствуете? Голова сильно болит? Может, вам водички дать? Простите меня, я не хотела, – она без умолку засыпала его вопросами, а на последнем предложении на глазах выступили слезы. – Ты как? Может позвонить в больницу? – спросил шериф у Нацу. Нацу медленно перевёл взгляд с девушки на полицейского, стоящего неподалёку со сложенными на груди руками. Мужчине было лет пятьдесят, но он выглядел довольно-таки молодо: каштановые волосы, доходящие до плеч были аккуратно зачесаны назад, а, неплохое для этого возраста спортивное телосложение, было спрятано за формой шерифа. – Принеси ему воды, – обратился он к девушке. Незнакомка кивнула, вытерла слезы и ушла из комнаты. И стоило ей пропасть из виду, как гостиную заполнил громкий смех шерифа: – Ну, ты балбес, Нацу, – мужчина в полицейской форме искренне потешался над внуком местной целительницы. – Надо же, девчонка с одного удара тебя уделала. Он засмеялся ещё громче, тем самым зля Драгнила. Он открыл было рот, чтобы высказать ему всё, что он о нём думает, но вместо членоразделительной речи, из рта раздались лишь хрипы. Его попытки заговорить вызвали новый приступ смеха у шерифа. Через минуту в гостиной вновь появилась бабушкина соседка со стаканом воды. Она непонимающе уставилась на шерифа, держащегося за живот от смеха, а тот, увидев, что в комнату вернулась хозяйка дома успокоился, вытирая, выступившие от сильного смеха, слёзы. Девушка подошла к дивану и, положив одну руку под розовую шевелюру пострадавшего, медленными движениями стала приподнимать его голову, чтобы ему было проще пить. Нацу как в тумане наблюдал за её действиями. Смотря на неё отмечал про себя, что она довольно-таки симпатичная, даже можно сказать красивая: длинные густые светлые волосы, заплетенные в две косы, большие карие глаза, цвета топленного шоколада, небольшой носик и пухлые розовые губки. А стоило ему придвинуться поближе к ней — уловил запах корицы и какао. Он выпил воды, откашлялся, а через минуту спросил: – Где Полюшка? – Она и ещё несколько женщин с нашей улицы проведут ночь в книжном клубе. Не знаю, что у них за дело, но вернутся они только утром, – с готовностью затараторила блондинка. Нацу кивнул, а затем попытался встать. Увидев, что он хочет сделать, девушка подошла к нему и помогла ему подняться, утыкаясь своим немаленьким бюстом ему в лицо. Нацу, то ли от неожиданности, то ли от смущения, отвёл взгляд в сторону, что было непросто сделать в данной ситуации. Проследив за его выражением, Гилдартс Клайв – шериф Седалии и старый знакомый Драгнила, – покачал головой и погрозил кулаком. – Я пожалуй пойду. Ты, – обратился он к хозяйке дома, – в следующий раз, если столкнешься с подобным, тут же звони в полицию и не надо принимать самостоятельных попыток задержать преступника. Девушка понуро опустила голову, бормоча что-то про то, что в следующий раз поступит именно так как говорит шериф. – Тебе повезло, что это всего лишь внук Полюшки, – последние слова немного задели Драгнила, ведь создавалось впечатление, будто быть внуком Полюшки намного хуже и позорнее, чем вором, обчищающего дома одиноких старух. – А ты, – обратился он к Нацу, – предупреждай заранее о своём приезде. Или дубликат ключей сделай. Если бы на месте Люси оказался кто-то другой – тебе бы не сладко пришлось. Драгнил кивнул, схватившись за голову. Люси засуетилась и вскоре сев возле него, стала обрабатывать рану. Когда с перевязкой было закончено, Гилдартс сказал: – Принесёшь мне водички? Горло ужасно пересохло, а домой я ещё не скоро попаду. Та кивнула и вновь скрылась на кухне. – Ай! Ты чего творишь?! – воскликнул Драгнил, после того как Клайв дал ему подзатыльник. – Брось-ка ты свои пошлые мыслишки. – Какие мыслишки? – недоумевал Нацу. – Я видел твой взгляд, – прищуривая один глаз, сказал шериф. – Имей ввиду, любой парень положивший взгляд на неё, – он кивнул в сторону кухни, – обязательно должен быть одобрен её отцом. А это пока никому не удавалось. Затем в гостиной появилась блондинка со стаканом воды и Клайв умолк. Через две минуты шериф попрощался с присутствующими и, показав Нацу напоследок кулак, вышел за дверь. – Я наверное тоже пойду, – сказал Нацу, едва за Клайвом захлопнулась дверь. Он встал с дивана, но тут же сел обратно из-за пронзающей головной боли. Люси подошла к нему, и положила несколько подушек под его спину. – Куда Вы пойдёте сейчас? Полюшка будет только утром, Вам ещё плохо. Да и там к тому же такой ливень идёт, пока дойдёте – промокните, ещё и с температурой сляжете. Ваша бабушка мне потом этого точно не простит. Оставайтесь лучше здесь, отдохните, а утром, как станет лучше пойдёте к себе. – Разве ваш отец не будет против моего пребывания в вашем доме в ночное время суток? – Моего отца нет дома сейчас. Он уехал в другой город, будет только завтра вечером, – пытаясь облегчить свои муки совести из-за причененного ею вреда парню, блондинка не задалась элементарными вопросами о том, откуда, например, этот человек, знает про её отца. Да и предлагая ему остаться у себя в доме, практически незнакомому человеку, она только потом подумала о своей безопасности. Но, вспомнив о своих, оказывается неплохих, навыках владения скалкой немного успокоилась. Соглашаясь с доводами блондинки, Нацу кивнул, а вспомнив об одной важной детали, начал вертеть головой в разные стороны, ища глазами чемодан с рабочим портфелем. — Что вы ищите? – проследив за его действиями, спросила девушка. – Простите, как Вас зовут? – неожиданно спросил Драгнил. – Лю... Люси, – запинаясь ответила блондинка. – Люси, ты не могла бы принести мне мой чемодан с вещами? Раз уж я буду ночевать здесь, мне нужно переодеться. – Чемодан? – испуганно переспросила Люси. – Да, чемодан, а ещё чёрный портфель. Я поставил их на веранде, пока ключи искал. Парень внимательно посмотрел на Люси, а та вновь опустила голову. – Простите... – Нацу, — подсказал Драгнил. – Но кажется они остались там же где Вы их поставили. Девушка подняла свои огромные глаза на Нацу, и тот почесал затылок. Злость возникшая секунду назад, пропала также быстро как и появилась. – Я могу принести одежду старшего брата. Вы примерно одного телосложения, и я думаю его вещи должны вам подойти. Подождите секунду, – она убежала наверх, оставляя Нацу в одиночестве. Он не успел ей ничего возразить поэтому откинул голову на подушку и прикрыл глаза. – Вот, это должно подойти, – произнесла Люси, спускаясь по лестнице со стопкой одежды. Она хотела сказать что-то ещё, но вскоре поняла, что молодой человек уснул пока ждал её со сменной одеждой. Она положила вещи на журнальный столик и аккуратно вернула Драгнила в лежачее положение, положила под голову подушку, и, накрыв его одеялом, выключила верхний свет. – Ещё раз извините, Нацу, – прошептала она и тихо, стараясь не издавать лишних звуков, прихватив с кухни скалку, поднялась к себе в спальню. За окном бушевала гроза, лил проливной дождь. На веранде соседнего дома мокли документы и отчёты, в то время как сам хозяин всей этой документации сладко спал в уютной гостиной семьи Хартафилиев.
