Невозможное возможно!

       Андрей, убитый горем и тоской, лежал на полу, на том самом месте, где он был утром, свернувшись в позу эмбриона, совсем обессилевший, заплаканный, смотрел в пол. Торс его был оголён, а рубашка с безрукавкой скомканные валялись в стороне. Атмосфера была крайне угнетающая, это Ярослав почувствовал ещё у порога. — Что случилось? Тебе больно? — прийдя в себя, спросил он Лаггера обеспокоенно, его обычно безразличные голос и взгляд смягчились. Он поставил пакет с продуктами на пол и подошёл к приятелю, — Скажи, что не так? — в ответ лишь молчание, но он вдруг вспомнил о кровавых следах на спине, обошёл парня и увидел страшное зрелище: две глубокие раны, размером не меньше яблока, на уровне лопаток, покрытые слоем запёкшейся крови, и кровавые следы по всей спине вперемешку с пылью и грязью, — Ты весь день здесь так провёл?! Вот же идиот! Так, я сейчас прийду, жди — он снова ушёл и вернулся уже с пакетом в руках, это были вата, перекись и заживляющая мазь, — Так, давай, поднимайся, я обработаю раны. Ну же! Не мне это нужно! — Ему пришлось помочь парню сесть, так как тот никак не реагировал на его слова. Он молча промыл повреждённые места и намазал затягивающим средством, — Ты вообще спускался вниз, ел сегодня? Давай, сделаю тебе хоть бутербродов. На, пока что яблоко, — он протянул больному фрукт. — Спасибо, — его голос был таким тихим, каким только мог быть — Но почему ты помогаешь мне? Я думал, раздражаю тебя. — Ещё как раздражаешь! Действительно, чего это я тебе помогаю? Сам не знаю, так что заткнись и ешь яблоко. — Я не голоден. — Вздор! Ты ж помрёшь, если не будешь питаться. Нет, мне, конечно, абсолютно всё равно, но сам-то о себе думай маленько! — он отвернулся и продолжил делать закуску, — До сыта этим, конечно, не наешься, но хоть что-то, я и подумать не мог, что ты настолько дурак, чтоб весь день тут просидеть в одиночестве, ничерта не делая, даже без попыток с места сдвинуться! — Прости.. Я не знаю, что мне делать, вот и.. — Снова врёшь! Да я тебя насквозь вижу! Печалишься о чём-то и боишься чего-то, вот тебя и рубит. Слушай, полагаю, мы оба не от мира сего, оба попали сюда случайно, и оба хотим вернуться обратно. Но сейчас, как видишь, путей назад не видно, а это значит, что нам нужно приспособиться к жизни здесь, понял?! — к нему вернулся его обычный раздражённый тон, — Иначе мы просто сдохнем! Понимаешь ты это?! Поэтому у нас нет ни времени, ни сил на сопли и прочие слабости, соберись! — он выдохнул и уже более спокойно продолжил, — Тогда у нас будет возможность найти дорогу домой.        Андрей не ожидал услышать ничего подобного, он сжимал в руках яблоко, удивлённо глядя на Ярика. Последний выглядел пугающе, но его слова дошли до сердца Дюши, что-то внутри него перевернулось, к нему начали возвращаться силы. Он так сосредоточился на его речи, что даже боль понемногу утихла. На душе стало спокойнее, мысли осветлели, мир поярчал, глаза вновь засияли, на лице появилась улыбка, хоть и лёгкая. Косухин заметил всё это: — Улыбка идёт тебе больше, чем слёзы, — неосознанно выдал он, поняв, что сказал, покрылся лёгким румянцем. — А где ты был сегодня? — сменил тему Шавель, чему был рад его собеседник. — На работе. Я здесь уже пятый день шатаюсь, подрабатываю разными способами. В этом мире без денег тяжко приходится. Кстати, надо бы тебе хоть рубашку купить, не ходить же тебе голым.. — Но у меня совсем нет денег местной валюты, и, сомневаюсь, что мою можно перевести в местную. — Я куплю тебе рубашку.. Но ты мне потом деньги вернёшь, понял? — Разумеется! — Как.. ты себя чувствуешь? — спросил Мистик, немного помолчав. — Уже лучше, спасибо тебе за помощь. — На "спасибо" хлеб не купишь. Что ж, хорошо ещё, хоть лето, не то совсем бы попали.. Боюсь, на квартиру нам денег не насобирать, поэтому нужно искать альтернативное жильё. — На квартиру - нет, но на палатку со спальниками же накопить можно. И жить в лесу. — Хоть понимаешь, что несёшь? Хотя, другого выхода-то и нет. Даже на аренду нужны деньги не шуточные. — Так что, пойдём в лес? — О, какой! Пойдём-пойдём, но не торопись. Ты поел? Тогда давай спать ложиться. Мазь уже, должно быть, впиталась. Возьми, — он протянул Дюше свою куртку, — а то замёрзнешь. — Спасибо. Спокойной ночи! — Да, спокойной..