Глава 16
11 марта 2020 г., 05:54
— Они друг друга не поубивают? — спросил Маркус, смотря вслед удаляющейся парочке.
— Не должны, — не особо уверенно протянул Кристан.
Бежавший за Лаиммом Лёд не переставая обнюхивал то его, то Хестана, которого всё также волочили по земле. Лаимм сделал волку «кыш-кыш», и тот на всех парах помчался обратно к Кристану, сел рядом и сделал вид, что он хороший мальчик.
— Тоже домой пойдёшь? — спросил Маркус, искоса посмотрев на поглаживающего варга Кристана.
— И слушать звуки их примирения? — хмыкнул тот. — Ну уж нет, увольте.
— Тогда прогуляемся? Я видел неплохое кафе поблизости, хотя скорее бар. Нет желания устроить небольшое свидание? — Маркус, подойдя, подставил согнутую в локте руку.
— Что ж, если есть место на улице, то можно, — Кристан посмотрел на потягивающегося Льда. — К сожалению, это чудо без присмотра оставлять не рекомендуется.
Маркус с обречением посмотрел на громко дышащего варга и согласно кивнул. Кристан, выругавшись, запрыгнул в машину отца, которая стояла открытой, да ещё и с ключами в замке зажигания. Недолго думая, он загнал её на территорию дома и оставил в стороне.
— Я готов! — он сжал протянутую руку Маркуса, при этом заметно сиял, особенно его золотисто-желтоватые глаза.
Лёд, точно верный страж, вышагивал рядом с таким серьёзным видом, что только посмеяться…
— Когда ты уже купишь мне кухню? Когда я буду готовить? Ты вещи на стирку почему опять не выбрасываешь? Я кому тазиком с утра махал? — бубнил Лаимм, а Хестан молча шёл позади.
Конечно молча, попробуй Лаимму что-то поперёк сказать, он потом так поперёк хребта вдарит, что по частям собирать придётся.
— С кухней постараюсь в ближайшие дни разобраться, — пообещал Хестан. — А чего тебе стирать выдать, если нечего? Я не успеваю снашивать, как ты на стирку требуешь. Хотя, — он глянул на свои штаны и хмыкнул.
— Заслужил, — Лаимм надул губки.
— Будь он таким же, как я, с чистым геном, я бы и слова против не сказал.
— Хестан, сам себе не ври, — Лаимм фыркнул. — Такие доминанты, как ты, вообще никакого другого доминанта на своей территории не потерпят. И плевать, будь он сильным или слабым.
— Кстати, — Хестан принюхался. — От тебя жёстко воняет.
— А ты думал, я солгал, когда сказал, что трахаться хочу? — Лаимм повернулся к Хестану. — Не забывай, что у меня течка скоро. А вообще, — он сделал ангельский вид, — я тебе для себя подарочек купил!
— За мои деньги… — крякнул Хестан, мысленно молясь, чтобы лифт ехал быстрее, и он уже наконец завалил этого вредного мелкого эльфа.
— Так я и сказал: «тебе для себя». Так что тут писят на писят!
— Где ты там писять собрался?
— Не то услышал, — Лаимм театрально вздохнул.
— А что за подарок? — Хестан прищурился, перебирая в голове десятки догадок.
— Красивое бельишко! Которое в порыве страсти можно с меня сорвать! — Лаимм выпрыгнул из лифта и замер перед дверью в квартиру.
— И когда я его получу? — Хестан даже занервничал от такой перспективы.
— После кухни, — мёртвым голосом сказал Лаимм, и Хестан ругнулся.
В квартиру толком зайти не успели, как Лаимм набросился на Хестана с горячими поцелуями. Одежда полетела по всему коридору. Хестан, от мыслей разорвать на Лаимме красивое бельё, разорвал на нём футболку. Тот попытался возмутиться, одежда же всё-таки не его, но Хестан заткнул его поцелуем, подхватил на руки и уже в комнате швырнул на кровать.
На пол полетели кроссовки, Хестан даже похвалил, сказав, что Лаимм выбрал весьма красивые и эротично смотрящиеся на его ножках, ещё больше заводя его этой похвалой. У одного стояк на пухленькие части тела другого, а второй кайфует от того, что его хвалят.
Следом полетели сорванные — частично разорванные — шорты. Хестан хмыкнул от вида подаренных им зелёных трусиков и тут же встал в ступор, подумав о том, какое же бельё набрал Лаимм — по цвету. Хотя, о каком белье и цвете может идти речь, когда тот так призывно выгибается и раздвигает ноги? Да ещё и от сочившейся из него смазки вонь в нос ударила такая, что в мозгу была только одна мысль: быстрее всадить в него член на всю длину.
Рыча, Хестан принялся раздеваться. Лаимм, — Хестан от этого даже замер, таращась большими глазами, — сделав туловищем волну, медленно перевернулся на живот. Он сильно повёл бёдрами из стороны в сторону. Плавно поднялся на четвереньки, раздвинул и согнул в коленях ноги. Чуть припав на руки, прогнулся в спине, выпячивая попку и запрокидывая голову. Вот как на это не посмотреть?! Так соблазнительно, что в паху уже огнём горит.
Развернувшись лицом к Хестану, Лаимм с хитро-похотливым выражением лица и блеском в глазах протянул руки к ремню на его брюках. Пальчики ловко и быстро сорвали ремень и расстегнули пуговицу, а следом и молнию. Штаны вместе с трусами были стянуты до самых колен, и Лаимм, собрав глазки в «кучку», уставился на замерший перед ними член.
Хестан застыл в ожидании. Ждать от Лаимма можно было чего угодно. Но, — кто бы сомневался, — Хестану нравилась его развратность, и то, что он не стыдится и не смущается делать первый шаг. Хотя возможно, что другие к нему так не лезли, считая, что раз он доминант, то пусть и делает, если хочет. Но с Лаиммом всё иначе. Если ему хочется секса, так в лоб и говорит. Если не доволен, то всё высказывает. Если радуется, то пищит, как маленький ребёнок. Всё через край. Зато честно.
Выдохнув, Хестан чуть запрокинул голову, когда маленький язычок Лаимма защекотал головку. У него и секса-то давно не было, — до появления Лаимма, — а про минет можно было вообще молчать, — все супруги отказывали, а он не упрашивал. А тут такой горячий рот заглатывает почти на половину, — ротик не попка, целиком не влезает. Да и Лаимм в этом не мастер, а такой размер попробуй-ка без подготовки по самые яйца взять. Но сосал он жадно, головка то и дело утыкалась в глотку, а если Хестан пытался давить на затылок, чтобы сунуть глубже, Лаимм начинал кашлять и смотреть надутой букой.
Одну руку Лаимм сжал на яйцах, немного дёргая их. Иногда он сжимал ею член, неистово дроча и изводя Хестана сильнее. Когда как второй растягивал и подготавливал себя. В попке пульсировало уже так, что терпеть становилось невмоготу. А увидевший это Хестан рассердился сам на себя, — он сам хотел его подготовить, жадно слизывая выделения. Но отсос тоже не плохо, — очень даже хорошо.
Язычок ловко и шустро скользил по стволу. Губы сжимались на головке, страстно её обсасывая и облизывая. Хестан от всего этого готов был кончить в любой момент, но всё же решил напоить Лаимма своей спермой в другой раз. Он перевернул его задницей к себе, немного применил силу, сделав самую малость больно. Однако проявление силы только раззадорило Лаимма, и он послушно встал коленями на край кровати, шире разведя ноги и встав на локти, чтобы было более устойчивое положение.
Ручищи Хестана легли на ягодицы и сжались на них. Он жадно мял, прислушиваясь к постанываниям и сбившемуся дыханию Лаимма. Шлёпнув его по попке, Хестан крепко схватился за талию и потёрся членом об анус. Лаимму уже хотелось завопить, чтобы тот вставил и трахнул его, как это случилось.
Лаимм даже не стал сдерживать крика, и не стал бы, даже если бы дома кто-то был. Яйца звонко шлёпнулись о задницу, и Хестан точно с цепи сорвался. Толчки были резче, чем в прошлый раз, хватался он крепче. Трахал так, словно Лаимм пытался убежать, и тот боялся упустить свой шанс спариться.
Лаимм тихо взвыл, когда навалившийся на него Хестан, чуть замедлив темп, сжал пальцами его соски, принявшись крутить и сжимать их. Не выдержав, Хестан перевернул его лицом и, навалившись сверху, принялся жадно целовать. Языки сплетались с яростной страстью. Лаимм судорожно сжимал пальцы на широких плечах Хестана. Поцелуй ему нравился ничуть не меньше. Да и ласку он предпочитал больше. Вот только в период течки желания выплёскивались наружу, обостряясь настолько, что появлялось желание быть элементарно изнасилованным. Хотя на самом деле Лаимм этого очень боялся.
А вот Хестан с таким, откровенно говоря, сталкивался впервые. Все бывшие в период течки, — те предпочитали называть это регулами, — наоборот начинали злиться и орать почём зря, точно беременные. И его никогда не подпускали. А с Лаиммом в точности до наоборот. Хестану так и хотелось завопить: «Где тебя такого идеального носило все эти годы?!». А вот так судьба распорядилась...
Хестан готов был рычать и от того, как Лаимм его сжимает; и от того, как царапает ноготками плечи; и от того, как его пухлые ножки обнимают за талию; и от того, как он стонет и кричит. Всё это было до того мозговыносящим, — естественно, в хорошем смысле, — что хотелось, чтобы это никогда не заканчивалась. Этот жар опьянял. Запах возбуждал. А его собственный запах оставлял на Лаимме отметины, говорящие, что он занят.
У Хестана, ввиду его расы, было развито чувство собственничества, которое, к сожалению, приравнивало Лаимма к вещи, которая принадлежала ему. Лаимм же, будучи осведомлённым о такой особенности вида своего мужчины, переделывать его и не собирался. Тем более, что пока тот молчит об этом и не говорит, то и Лаимм будет помалкивать, а если заикнётся, то… земля ему пухом.
— Иногда мне кажется, что ты как энергетический вампир, — прохрипел Хестан, изливаясь в Лаимма. При этом он крепко прижимал его к себе.
— Течка же, — устало, но довольно отозвался тот.
— То есть, — задумчиво протянул Хестан, перекладывая его на кровать удобнее, — когда этот период пройдёт, ты что, будешь как брёвнышко?
— Сам ты брёвнышко, — надулся Лаимм, выпуская Хестана из своей хватки и позволяя лечь рядом, а потом подлез к нему и закинул на живот ногу.
— Ну, просто я сужу по твоим словам, — Хестан сладко потянулся всем телом.
— Когда я получу свою кухню, — принялся бурчать Лаимм.
— Походу мало я тебя трахал сейчас, — кашлянул Хестан.
— Очень! — Лаимм, хихикнув, добавил с ехидцей: — демон-пятиминутка!
— Эй! — возмущённо рыкнул Хестан. — Это было не пять минут! А много дольше!
— Шесть? — невинно поинтересовался Лаимм и сделал ангельскую моську.
— Ну, всё! — прорычал Хестан, спихивая Лаимма с себя.
— Пощады! — хихикал Лаимм.
— Мой хуй тебе в жопу, а не пощада, — отозвался Хестан.
Перевернув Лаимма на живот, Хестан без всякого лёг сверху, вталкивая вставший член в разработанную дырку. Лаимм тихо застонал, раздвигая ноги сильнее. Пальцы судорожно сжались на подушках, комкая наволочку. Хестан в буквальном смысле вдалбливал его в кровать, да так, что та даже скрипеть начала…
— За нас! — Маркус поднял стакан полный пива.
— За нас! — согласно закивал Кристан, поднимая свой стакан с коктейлем приятного фиолетового оттенка и цветочком сверху.
Сидящий рядом с их столиком Лёд рыкнул и нагло стащил с плоской тарелки весь бекон. Парни озадаченно на него посмотрели, переглянулись и, посмеиваясь, легко соприкоснулись стаканами, и сделали по паре глотков.
После часа гуляний Маркус предложил съездить на пляж, — куда бы они ни заглянули, с волком не пускали. Поэтому в итоге они заказали такси и уехали на пляж, вдоль которого было с десяток открытых баров и ресторанов. Выбрали тот, куда их пустили со Льдом, и засели. Причём когда ехали на такси, Лёд мчался следом, и морда такая довольная, как будто у наркомана, получившего дозу… А теперь этот «наркоман» сожрал всю закуску, которую Кристан заказал специально для себя. Маркус усердно грыз чесночные гренки. Правильно, зачем волку гренки, когда бекон вкуснее?
— И чем я теперь закусывать-то буду? — проворчал Кристан.
— Велика беда, — рассмеялся Маркус, смотря, как Лёд ложится возле стола и делает невинную морду, — ещё заказать — и дел-то.
Кристан для вида немного поворчал, но согласился. Правда теперь заказал не только бекон, — который, опять же, сожрал Лёд, — но и ассорти из морепродуктов, а Маркусу сосиски. Лёд ещё на сосиски так таращился, словно медитировал, чтобы они ему в пасть прыгнули. Рыбу он не любил, поэтому даже и не смотрел в её сторону. Но сосиски… такие толстенькие, пять штук, все разные, в свете фонарей сок блестит… вкуснота…
— Здорово всё-таки вот так выбраться с работы и отдохнуть, — протянул Маркус, вздохнув с облегчением.
— Что-то свалилось на вас в последнее время, — протянул Кристан.
— У нас по-другому и не бывает. Закроют одно громкое дело, вроде бы всё. Готово. Что ещё нужно? Нет же, начинаются всяческие разбирательства, а оттуда тонны бумажной волокиты. Как будто не оперативный отряд, а отдел, занимающийся всей этой писаниной. Меня беготня за преступниками так не вымывает, как составление всех этих отчётов и объяснений с пояснениями.
— А когда же это всё закончится? — удивился Кристан.
— С учётом того, что недавно была закрыта ещё парочка нашумевших дел, то никогда, — Маркус выругался. — Хотя если Хестан добьётся открытия ещё одного отдела, и вся эта бумажная волокита упадёт, в основной своей массе, на него, то у нас будет больше свободного времени, и жить на работе перестанем.
— А дадут открыть? Насколько я помню, отец этого уже полгода добивается.
— Ну, там ещё подключились Волкан и Тим.
— О, эти два обормота всегда были за моего папу.
— Не забываем про Кентриса из совета. У твоего отца вообще сильные связи. — Маркус залпом допил пиво. — Неудивительно, что он и не хочет наших с тобой отношений. Всего он добился сам, своими делами, мозгами, всем этим движением. Я по сравнению с ним и его друзьями, так, амёба.
— Перестань, — Кристан поморщился. — Такое ощущение, что жалеешь себя. Это не делает тебе чести.
— Я не жалею, — Маркус усмехнулся, — лишь констатирую факт.
— Да? Серьёзно? — Кристан фыркнул. — А ты в курсе, что если бы Кентрис не нажал на кого надо, мой отец бы это место не получил?
— Я и не знал, — Маркус присвистнул.
— Вот и перестань заниматься констатацией фактов, — Кристан хихикнул. — Всё будет! Главное — к этому стремиться. Разве нет?
— Вот тут ты прав. Даже спорить не буду. Но всё равно, чтобы достигнуть тех же высот, что и Хестан, мне надо много трудиться!
— Нытик! — посмеиваясь, сказал Кристан и кинул в Маркуса небольшим кусочком рыбы, а тот не стал уклоняться, и закуска, врезавшись точно ему в лоб, плюхнулась в пустой пивной стакан.
— Что-то мне не наливают, — протянул Маркус, с любопытством разглядывая кусок рыбки на дне стакана.
— Может, не будешь слишком сильно налегать? — с нотками волнения попросил Кристан.
— Даже если и напьюсь, буду держать себя в руках. Хоть изредка-то можно расслабиться по полной. А я уже не могу. Столько всего наваливается. — Маркус пристально посмотрел на Кристана. — Хочется к тебе под бок и захрапеть.
— Надеюсь, Лаимм сможет задобрить отца.
— Я удивлён, что Хестан позволил с собой так обращаться.
— Я сам был в шоке, — Кристан залился весёлым смехом. — Но у них это судьба! Они прям созданы друг для друга. Я в восторге от Лаимма. Его характер — это что-то с чем-то.
— Точно… — Маркус осёкся, вслушиваясь в слова типа «кавалеры приглашают вторые половинки на танец». — Кристан, — он глянул на него так, что тот даже смутился, — потанцуешь со мной?
— С удовольствием! — Кристан, быстро допив свой коктейль, подорвался с места. — Лёд, охраняй места!
Волк, поднял голову, посмотрел на него, как на идиота, и положил обратно. Когда официант пришёл забрать посуду и поставить новую порцию выпивки и закусок, он вяло перевернулся на спину и сделал вид, что рычит. Официант с интересом на него посмотрел, хмыкнул и поплёлся работать.
