Красная нить судьбы. Часть 1. Теперь мы вместе!

             Когда народ потянулся домой, Лаимм успевал шустрить на кухне, перемывая посуду. Он её весь вечер моет… Хестан его даже за это успел поругать — типа, гости в доме, а он с посудой носится. Зато теперь не целую гору мыть. Ополоснул, пошёркал, да и поставил на удобную сушку. Сразу бы и вытер, но времени уходило очень много.       Первыми посиделки покинули Иллиан и Рэйкс. Первый всё ещё плохо себя чувствовал из-за срыва, да и течка давала о себе знать. Сверху ещё и его помощь при приготовлении ужина. Само собой, Рэйкс не оставил его одного. Да и из столовой чуть ли не на руках вынес. А через полчаса и Элон начал толкать Тода в бок, намекая, что и им пора.       Лаимму Элон не понравился. Он ему казался неприступным куском льда. Даже удивительно, что такой позитивный и задорный малый, как Тод, который, к слову, намного младше своего парня, умудряется встречаться с таким малоэмоциональным созданием, как Элон. А ещё эти его глаза с отблеском стали, точно он в любую минуту готов сорваться с места и поубивать всех. Вот уж действительно, противоположности притягиваются.       Остальные сидели до часу ночи. Олимп и Сяо помогли с посудой и уборкой. Поэтому всё прошло ещё быстрее. Кентавры решили прогуляться, хотя топать им пришлось ой как далеко. Но если что, могли и в галоп сорваться. Будет быстрее. Волкану и Сяо на несколько этажей выше подняться — и готово. Тиму заказали такси. Немного переживали за него, поэтому Маркус отправился с ним, дабы убедиться, что самый пьяный и хнычущий о своей холостятской судьбинушке мужик не принялся названивать Айкену, который наверняка уже сотый сон видит. Маркус по дороге его чуть из машины не выкинул, когда тот стал к нему приставать и чуть ли не в ухо вопить, как он любит своего дриада, а тот не реагирует на него.       Хэльмир как просидел молча весь вечер, так и утопал спать. Ни здрасте, ни спасибо, ни до свидания. Ничего. Лаимм махнул рукой, главное — поел, а остальное не важно. Но если продолжит в том же духе, Лаимм пообещал выпороть его на улице ремнём по голой заднице. Прям так и сказал. Хестану. Тот на него глянул, как на маньяка-убийцу, кашлянул и в ответ пообещал с ним поговорить. Зная Лаимма и его эмоциональность, будет неудивительно, если исполнит угрозу.       Ворчащий Кристан, что опять за всё отдувается его мужчина, получил несильный подзатыльник от отца и был отправлен спать. Для вида ещё побурчал и ушёл. А сам Хестан следил, как Лаимм хозяйничает на кухне, вытирая посуду.       — Спасибо за потрясающий вечер, Пирожочек, — Хестан встал позади и обнял.       — Ой, я так рад, что всё прошло удачно! — Лаимм вытер тарелку и поставил рядом, так бы убрал в шкаф, но Хестан мешал самую малость. — Чувствовал себя, правда, не в своей тарелке.       — Почему?       — Ну, сам посуди, какая у меня семья и как сейчас всё налаживается. Я и не думал, что встреча с друзьями так быстро произойдёт. Кентрис и Олимп мне понравились. Такие милые ребята. Тод хорошенький, но зажатый. Элон не нравится. Слишком высокомерный и холодный.       — У Тода и Элона, как у нас с тобой, — плодоносящий сильнее доминанта. Но в нашем случае это на пользу, а в их — не особо. Элон слишком подавляет его. Постоянно командует. Не хочется признавать, но Тод — подкаблучник. Причём натуральный. Я про Маркуса так думал, а сейчас понимаю, что сильно ошибался.       — Тоду бы немного уверенности. Жалко даже парнишку. Угробит он его.       — Сейчас начну ревновать, — в ухо шепнул Хестан. Его руки скользнули с талии к паху и груди.       — Эй! Дела ещё не закончились! — возмутился Лаимм, забавно сжав ноги, как будто хотел в туалет.       — В прошлый раз нам это нисколько не помешало, — напомнил Хестан и отобрал у Лаимма тарелку, открыл шкаф и поставил на место, надеясь, что сделал правильно.       Лаимм на это смотрел большими глазами — как ни странно, но Хестан сделал всё как надо. Вот только ещё не вся посуда была вытерта. Кого-кого, а Хестана этот факт нисколько не волновал. Сжав руку Лаимма, он увёл его в комнату, подхватил под рёбра и кинул на кровать.       — Кися, грязно, — Лаимм прижал кулачки ко рту и округлил глаза.       — Сейчас вымою, — хмыкнул Хестан.       — Ты пошутил?       Шутить Хестан и не думал. У каждого свои странности. Лаимм ведь это прекрасно понимал, хотя ему и не хотелось, чтобы Хестан вылизывал его. Нет, конечно же хотелось. Причём очень. Но не в период течки же! Хотя Хестану на это было начхать, судя по тому, как шустро он стаскивает с него шорты вместе с трусами и скидывает их на пол. Даже страшно как-то стало. Следом была снята футболка, которая также была кинута к остальным вещам. Хестан хотел снять и полосатые чулки, но подумал-подумал и оставил — ножки в них казались аппетитнее. Да и привлекало внимание место, где резинка впивалась в ляжку, образуя ямочку, — очень «вкусно».       У Лаимма к происходящему были противоречивые чувства. И хотелось, чтобы Хестан овладел им, и было боязливо из-за течки. Но внутри уже начал разгораться пожар. Желание отзывалось покалыванием в сосках, пульсацией в попке и туманом в голове — а это, возможно, из-за алкоголя, ибо туман образовался уже после первого бокала вина. Крепкие руки с силой хватались за бока, ляжки и груди. Лаимм от этого смущался ещё больше. Но Хестан уверенными движениями мял его, не задумываясь о последствиях в виде синяков, — не страшно.       Когда губы, а следом и зубы, сомкнулись на соске, Лаимм издал первый громкий стон. Тело содрогнулось от приятной боли. Хестан сжал второй сосок пальцами, немного покрутив и потянув. От вида всё больше распаляющегося Лаимма кровь прилила к паху активнее, и в штанах стало тесно. Но ненадолго.       Поспешно раздевшись, Хестан оскалился и медленно забрался на кровать. Встав на колени, присел максимально низко, отчего член лёг на удивлённую мордашку Лаимма — он тут же открыл рот и принялся активно его облизывать. Хестан с шумом выдохнул и немного отклонился назад, запрокинув голову. Страстный язычок любимого не оставлял и миллиметра члена без своего влажного внимания. А когда добрался до головки, ощутимо её прикусив, так и вовсе заставил Хестана рыкнуть от удовольствия.       Долго играться с членом Хестан не дал. У него и мыслей не было кончить Лаимму в сладкий ротик. Только подразнить. Совсем немного… Он отполз ниже, головка ткнулась в нижнюю губу — Лаимм попытался напоследок её лизнуть, забавно вытянув язык, — оставила мокрую дорожку на подбородке, немного пощекотала шею. Хестан с интересом уставился, как член лёг между чуть выпирающих сисек. И смешно, и грешно. Недолго думая, он сжал соски и под писк любимого потянул наверх, а после и вовсе свёл, заключая член в этакий капкан. Само собой, соски друг с другом при этом не соприкасались, да и пришлось отпустить, а то хоть суженый и молчал — вернее, громко и слезливо стонал, — было видно, что слишком больно. Хестан не расстроился, он сжал сиськи с боков и надавил посильнее, прижимая к члену.       — Кися, — тихо простонал Лаимм, которого трясло от возбуждения и от вида, как член скользит между его грудей, — мои титечки не настолько большие!       — Это мои тити, поэтому делаю что хочу! — посмеиваясь сказал Хестан и сжал пальцы на грудях.       Хестан поднялся и спустился с кровати. В эту короткую передышку Лаимм задышал более ровно. Присев на корточки, Хестан за ноги подтащил того к краю, хотел потереться щекой о ляжку, но наткнулся на ткань чулок и те были сорваны, а щека прижалась к приятной нежной коже.       — Кися, может, не надо? — прошептал Лаимм, делая большие испуганные глаза, когда тот придвинулся к его попке.       Хмыкнув, Хестан прижался губами к колечку тугих мышц и страстно поцеловал. С языком. Тут же ощутил стальной привкус чистой крови, что давало понять, что Лаимм не только силён и красив, но ещё здоров как бык. Язык беспрепятственно вошёл внутрь, и Лаимм, тихо застонав, смял одеяло пальцами. Самый кончик удлинившегося языка скользил по стенкам, собирая всю выделяемую ими влагу. Хестан и сам получал от этого непередаваемое удовольствие — и теперь он понял, что чувствует Лаимм, когда с такой жадностью насасывает член. Надо бы почаще его таким баловать…       Язык ткнулся в заветную ямочку, полизал шарики и снова ткнулся внутрь. От каждого тычка Лаимм несдержанно стонал и выгибался. Анус трепетал и начинал с каждым новым давящим прикосновением сжиматься всё сильнее. Хмыкнув, Хестан сжал свой член, с силой дроча и страстно целуя анус Лаимма — его явно надолго не хватит.       — Кися-а-а… — резко выдохнул Лаимм, сжимая пальцы на его волосах и давя на затылок, ещё и ляжками прижал.       Хестану пришлось оторваться от дрочева и, сжав ножки Лаимма, резко и грубо раздвинуть, чтобы не мешали. Правда от созерцания Лаимма вылизывать его попку он передумал. Весь такой открытый и податливый. Развратный и доступный. С разведёнными ногами и псевдосмущением на раскрасневшейся мордашке. С красноречивым блеском в светящихся глазах. И Хестан несдержанно вонзил в попку член, отчего Лаимм взвыл от боли и неожиданности, и тут же вскрикнул, когда пальцы сжались на соске.       Если бы Лаимму хватало длины рук, он бы обнял Хестана за шею, — но не хватало. Хотя тот и сам понял, чего хочет его Пирожочек, и опустился ниже, практически ложась на него, а после сгребая в охапку, чувствуя, как сильные пухлые ножки обхватывают его. Хестану это нравилось. Появлялось чувство сродни ощущению нужности. Словно они цеплялись друг за друга не просто в сексе, а во много большем. Точно Лаимм показывал, насколько сильно нуждается в нём.       — Иногда меня это пугает, — устало прохрипел Хестан, чувствуя, как его сперма постепенно заполняет Лаимма.       — А меня воодушевляет, — Лаимм вытер выступившие слёзы и уставился на Хестана.       — Всё время кажется, что эти эмоции накроют с головой, сделав безумцем, — Хестан медленно поднялся и заботливо обтёр любимого влажными салфетками, помогая надеть трусики.       — Ты же сам говорил, что иногда это полезно, — Лаимм сдвинулся от края, дождался, пока Хестан ляжет, и прижался к его потному боку, довольно потыкавшись в него носом, вдыхая яркий аромат.       — Я свои слова и не оспариваю. Просто немного страшно.       — Говорил же, что не надо это делать, пока у меня течка. От этого же всё обостряется.       — Сделали уже, — Хестан расхохотался, а после облизнулся. — Ты вкусный.       — Извращенец!       — Пирожочек, я демон, так что у меня это в крови.       — Жрать течку? — Лаимм недоумённо вскинул брови.       — Для начала, слизывать. И да, ты совершенно прав.       — Фу-у-у…       — Сам ты такой, — Хестан рассмеялся и крепче обнял Лаимма под рёбра.       — У меня такое ощущение, что если мы продолжим это делать, то в итоге ты меня просто сожрёшь.       — Ты же вкусный, — гоготнул Хестан и оскалился.       Лаимм, сведя брови к переносице, еле как приподнялся на локте — устал просто — и, глянув на оскал любимого, понял, что ни хрена ж тот не шутит. Он улёгся обратно, широко зевнул, потыкал пальцами ему в бок и вздохнул.       — Да не переживай, — Хестан скользнул рукой ниже и сжал пальцы на ягодице, — ты мне ещё живой нужен.       — Конечно, — Лаимм многозначительно кивнул, — тёпленькое тельце-то трахать приятнее, чем холодненькое. Да? — и он невинно захлопал ресничками, повернувшись к посмеивающемуся Хестану.       — Даже и не поспоришь.       Хестан подтянул Лаимма выше, а после и вовсе уложил сверху. Созерцать его довольную моську одно удовольствие. А ещё и плюсом был недавний весёлый ужин. Настолько уютный и домашний, что ничего не испортило его. Даже недовольная рожа Хэльмира и холод Элона. В голове крутился Лаимм. Мысли то и дело возвращались к этому милашке, который с готовностью накладывает всем еду или наливает напитки. Как он забавно «обиженно» фыркал на Кентриса с его добрыми шутками. Как они шустро нашли общий язык с Олимпом, который тоже увлёкся раскрасками по номерам и приклеиванием страз. И тут Хестан подумал…       — Надо тебе купить телефон и завести страничку в соцсетях.       — Ась? — почти уснувший Лаимм озадаченно на него уставился.       — Просто ты начинаешь заводить друзей. Тебе же нужно с ними общаться. А если вы не можете встретиться, то есть телефон и соцсети. Надо дать Кристану спецзадание, пусть обучит тебя всему этому.       — А сам? — взгляд Лаимма стал подозрительным.       — Боюсь, — Хестан нервно кашлянул, — у меня терпения не хватит.       — Ну ты и зараза! — Лаимм больно куснул того за плечо.       — Ай! Больно же! Мог бы настолько сильно и не кусать.       — Заслужил, — Лаимм многозначительно кивнул. — А я подарочки так и не открыл, — он насуплено засопел.       — У тебя их никто и не отбирает. С утра, как проснёшься, сразу и распечатывай.       — Кстати, — пришло время Лаимму нервно кашлять.       — М?       — Я позвонил домой! — радостно сообщил Лаимм и поведал свою увлекательнейшую историю о его разговоре с отцом.       — Мде, — через пару минут после конца повести выдал Хестан. — Я-то думал, что моя семья странная. А тут вон как.       — Больше не будешь меня заставлять им звонить?       — Нет. Ты выполнил свой долг, показал, что живой и здоровой. Остальное пусть думают, как хотят.       Лаимм хихикнул и, растянувшись на Хестане, устало вздохнул, а следом и обмяк. День выдался напряжённым из-за приготовления еды и уборки. Да и вечер был насыщенным. Столько гостей сразу! А некоторые ещё и незнакомые, мало ли чего или как. Немного нервничал. Нельзя же было допустить, чтобы гости были недовольны. Но ведь это друзья. Они поймут, в случае чего. Ведь так? Лаимм причмокнул во сне губами, а Хестан натянул одеяло повыше, чтобы укрыть своего Пирожочка.