sweater weather

Киту тепло. Он чувствует, как кровь циркулирует по артериям и венам, разнося кислород по всему телу. Кислород и тепло. Он иногда по привычке хватается за шарф, который потом с трудом запихивает в раздувшийся рюкзак, или надевает на ночь теплые носки, чтобы потом стаскивать их в полусонном состоянии, не вылезая из-под одеяла. Ему ещё предстояло привыкнуть ко многому. Например, к тому, что в футболке на улице весной совершенно не холодно, а летом и вовсе жарко. Он шёл до колледжа слишком медленно в день своего выпускного, старался как можно внимательнее прислушаться к своему телу, когда лёгкий ветер обдувал его голые руки и путался в волосах, не убранных под шапку или капюшон, как раньше. От его мягких касаний поначалу появлялись мурашки, но Кит знал, что они больше не от холода. Это как когда слушаешь новую песню, которая нравится так сильно, что ты не можешь игнорировать то самое ощущение в груди. Он, наверное, казался прохожим полным идиотом, когда с широченной улыбкой шёл через парк, выставив вперёд руку и стараясь прикоснуться к ветру сквозь растопыренные пальцы, только бы снова почувствовать его дуновение на своей коже. Он подставлял ему лицо, когда стоял в длинной мантии синего цвета и глупой шапочке выпускника на церемонии вручения дипломов и слушал напутственные речи директора и преподавателей. Адам тоже выступал, стоя за трибуной и нервно улыбаясь. Он нервничал жутко и периодически поглядывал на зрителей, среди который сидел Широ и показывал ему большие пальцы в качестве моральной поддержки. Они вместе начали писать эту речь ещё за долбанных два месяца до выпуска. Лэнс, к слову, даже свой диплом начал немногим позже. Придурок убеждал всех, что у него всё «схвачено», и волноваться им незачем, но в итоге оказался на пороге дома Кита с ноутбуком в одной руке и стопкой книг в другой. Он стоял совсем рядом, кстати, и так и норовил поймать Кита за руку, пряча их от лишних глаз в складках мантий. Лэнс улыбался до ушей и постоянно ёрзал, шёпотом предлагая закончить уже все эти речи и перейти к основному. Они с Кэти договорились напиться так, как никогда раньше, и весь организм обоих перешёл в режим нетерпеливого ожидания этого момента. Ханк в соседней колонне также одёргивал неусидчивую подругу. Когда объявили имя Кита, он поднялся и на ватных ногах пошёл в сторону сцены. Поразительно, но ему хлопали. Хлопали даже те, кто кидался в него бумажками и насмехался на протяжении всей учёбы, кроме последнего семестра. Ректор вручил ему диплом, а Коран долго тряс его руку и, не выдержав, всё-таки обнял его, похлопывая ладонью по спине. Он сказал: «Поздравляю, Кит! Надеюсь, я ещё многое услышу про тебя. Хорошее и великое многое, несомненно», и Кит зажмурился сильнее и скрестил пальцы, чтобы так оно и случилось. Сендак только пожал ему руку и сухо поздравил, но это ничего. — Что-то прохладно, — поёжился Лэнс, придерживая шапочку, чтобы та не слетела с его кучерявой головы вместе со следующим порывом ветра, и пробираясь сквозь толпу с рукой Кита в своей. — Ты серьёзно? Не верю, что ты это говоришь, — Кит пихнул его локтём в бок и едва успел отскочить от ответного удара. — Заткнись, я привык, что мне всегда жарко! Частично, это всё твоя вина, Когане, и не отнекивайся даже. — Могу одолжить парку, ты же так хотел… — Кит не закончил, потому что получил по затылку от Лэнса. Во взгляде последнего не было ни капли сожаления, и Кит просто вскинул руки, капитулируя, но не удержался от тихого смеха. Лэнс был таким забавным, когда старался держаться серьёзно. — Мы идём знакомиться с моей роднёй, так что сделай нормальное лицо и веди себя прилично! Семья Лэнса МакКлейна приехала с Кубы специально на выпускной, правда, не в полном составе. Не было его бабушки и младших детей, с которыми также остался один из братьев Лэнса и его отец. Их загорелые лица и непривычно яркая одежда сразу же бросалась в глаза, поэтому Кит быстро вычислил МакКлейнов в толпе восторженных и рыдающих родственников выпускников. — О, Лэнс, cariño, поздравляю! — низкая полная женщина, вероятно, мама Лэнса, тут же сгребла его в объятия и поцеловала в обе щёки, привстав на цыпочки. Она также быстро обратила внимание и на Кита. — А это что у нас за симпотяжка? Ты, должно быть, Кит? Лэнс постоянно о тебе болтает. Иди-ка сюда… — Да, очень приятно с вами познакомиться, — улыбнулся Кит в ответ и замялся, не зная, что делать дальше, но женщина решила эту проблему, кинувшись обнимать и его тоже. От неё пахло сладкими духами и домом. — Надеюсь, он не очень приставучий? — приятный низкий голос без намёка на акцент оторвал Кита от созерцания очередной сцены объятий Лэнса с мамой, которая явно старалась чересчур сильно. Перед ним стояла девушка, немногим старше его самого, с короткими вьющимися волосами, как у Лэнса, в белой рубашке и узких, едва различимых на её смуглой коже очках. — Я Вероника, старшая сестра Лэнса. — Кит, — он протянул её руку, не подумав, но она спокойно пожала её в ответ и широко улыбнулась. — Лэнс рассказывал про тебя. — О, нет, только не ту историю с Акшей. Лэ-э-энс! — она сжала кулаки и уже хотела было направиться к брату, но Кит успел её остановить. — Нет-нет! Никакой Акши! То есть… никакой истории. Он говорил, что ты учишься в университете имени Гаррисона. — А, это-то да. Ты сейчас спас его тощую задницу, — усмехнулась она и скрестила руки на груди. — Перешла на второй курс. А что? — И как там? Я слышал, там открывают новую экспериментальную программу. — Хм, это секретная информация, на самом деле. Странно, что ты слышал, но да, так и есть. Заинтересован? Ты же закончил астрофизику? — Да, мы с профессором Кораном… — Кораном? Да ты шутишь? Он, между прочим, стоит у истоков этой программы! Он ведёт теперь здесь? — Вероника прямо засветилась изнутри. — Я не видела его лично, но его имя на слуху в Гаррисоне. Значит, он за тебя ручается? — Он… ни разу не говорил мне, что работал там, но именно он предложил мне рассмотреть Гаррисон, — Кит удивлённо нахмурился и невольно заозирался в поисках Корана. — Поразительно… так вы там будете искать тёмную материю или квинтэссенцию? Разве её существование подтверждено? И это всё придумал Коран? — Тссс! Тише ты, программа секретная! — Вероника удержалась, чтобы не дать Киту по губам только потому, что знала его всего пару минут. — Мы зафиксировали частицу тёмной материи, но это всё ещё очень сложно и… в общем, там объяснят лучше. Ты уже подал документы? — Вероника, отвали, — пихнул её в плечо подошедший Лэнс и встал рядом с Китом, довольно улыбаясь. — Она не сильно тебя заболтала своими научными парадоксами? Они там в своём Гаррисоне занимаются непонятно чем. — Нет, мы просто говорили… — Кит поймал взгляд Вероники и нахмурился, заметив, как быстро поблекла её улыбка и потухли искорки в глазах; когда она ушла, Кит сказал: — Она классная. — Вероника? — Лэнс вскинул бровь и посмотрел на парня, как на сумасшедшего, прежде чем выдохнуть почти устало. — Ну, в целом она хорошая, да. Правда иногда её может занести. На неё даже жаловались в университете. — Тебе стоит быть с ней помягче, Лэнс, — пожурил Кит и помахал на прощание маме Лэнса и затем Веронике. — И это мне говоришь ты, а? — усмехнулся он и завертел головой: — Да где же эти задроты? Мне срочно нужна текила!

***

Кит всё ещё ненавидел вечеринки и всё ещё не собирался пить, но Кэти с Лэнсом оказались особенно настойчивыми в день выпускного, поэтому сейчас он тупо пялился на янтарную жидкость, плескавшуюся на дне пластикового стаканчика, и совершенно не знал, как к ней подступиться. Вспомнив ту мешанину, что сунул ему Гриффин на последней вечеринке в его «одинокой» жизни, Кит плеснул туда колы, но старался не переборщить, чтобы почувствовать-таки вкус молодости. — О, разбавляешь? Тут главное не переборщить, — рядом оказался Лэнс с пустой бутылкой пива, окинул оценивающим взглядом стакан парня и выхватил его, делая глоток и тут же кривясь. — Чувак! Ты пьёшь виски с колой, а не наоборот, окей? — Чего вы тут дегустируете? — Кэти перехватила стакан Кита из рук Лэнса и также сделала глоток, после чего зажмурилась и захохотала. — Мы на детском утреннике, что ли? Договорились же, что все пьют, Кит! Опять мухлюешь, мудила? — Дайте попробовать, придурки! — разозлился Когане и буквально вырвал стакан, одним глотком собирая остатки и глотая. Горло обожгло моментально, а на языке осела противная горечь, смешавшаяся с приторной сладостью пузырившейся колы. Он закашлялся и отбросил стакан подальше, опираясь на столешницу и стараясь выплюнуть эту мерзость в раковину. Где-то на периферии слышались смешки Лэнса и Кэти, а потом ему на талию легла тёплая знакомая рука. Губы Лэнса оставили короткий поцелуй за ухом Кита, и его подбородок удобно устроился на плече, пока сам парень крепко обнимал его со спины. — Никогда не меняйся, Кит, — промурчал он и крикнул: — Пидж, тащи сок! У меня оставался в холодильнике. Пьёшь виноградный или слишком крепко для тебя? — Иди нахер, Лэнс! — огрызнулся Кит, чувствуя, как щёки предательски краснеют. Наверное, это от алкоголя. Он выпутался из объятий, но МакКлейн всё ещё держал его в кольце своих длиннющих рук. — Я люблю тебя таким, какой ты есть, не переживай, малыш, — отсмеявшись прошептал Лэнс и поцеловал Кита нормально, обхватив его лицо сразу двумя ладонями и не в силах усмирить улыбку, так и норовившую снова искривить его губы. Кит всё ещё не любил целоваться, но поцелуи с Лэнсом не относились к разряду обычных. Ради них он делал исключения. Несмотря на то, что Лэнс уже выпил, его поцелуй всё ещё отдавал мятной жвачкой и ничем более. Его всегда мягкие губы целовали вечно сухие и искусанные губы Кита с той нежностью, на которую был способен только Лэнс собственной персоной. Он не углублял поцелуй, мягко целуя сначала верхнюю, потом нижнюю губы Кита и в перерывах задевал кончик его носа своим, будто дразня, пока Кит не замычит от раздражения и сам не потянется за поцелуем. Тогда Лэнс смеялся, опаляя щёку парня горячим дыханием, и продолжал. Кит знал, что это дурачество доставляет ему невероятное удовольствие, и просто подчинялся. Однако ему стоило признать, что где-то глубоко внутри он также сильно наслаждался этими моментами. — Я тоже люблю тебя, Лэнс, — прошептал он на ухо опешившему парню и отстранился, чмокнув эти мягкие раскрасневшиеся губы напоследок. — Но если ещё раз назовёшь меня малышом, я дам тебе в челюсть. Когда Кит отбился всё-таки от Лэнса, который чуть ли не со слезами на глазах набросился на него и грозился задушить его в объятиях, Кэти уже допивала второй стакан виски и валялась на полу, уставившись в потолок. Он только сейчас заметил, что вместо привычного для неё хип-хопа или рэпа играло что-то лайтовое, вроде того, что обычно слушает сам Кит. Ханк прислонился спиной к кровати Лэнса и обеспокоенно посматривал на Холт. — Эй, вы чего? — вскинул бровь Лэнс, наклонившись над девушкой и помахав ей перед лицом ладонью. — Вечеринка только началась, алоха! — Просто наткнулись на плейлист Кита, — пробормотала Кэти. — Прислушайся… он поёт про то, что его отец сошёл с ума и готовит покушение на президента, а лирический герой не может ничего с этим поделать. Херово, да? Кит окинул подругу скептическим взглядом и лично переключил плейлист на какой-нибудь другой, первый попавшийся. Она тут же вскочила и осмотрелась. — Сыграем в «Правду или действие»? — О, Пидж, нам что по пятнадцать? — простонал Ханк, отрываясь от телефона, где наверняка переписывался с Шей. Странно, но как только у Кита появился Лэнс, он стал относиться к этому их постоянному общению более спокойно, чем раньше. Наверное, потому что сам большую часть своего времени неосознанно проводил с Лэнсом и этим временем наслаждался. — Да давайте, ну. Мы только что закончили сраный колледж! Мы можем делать сейчас вообще всё, что захотим! — загорелся Лэнс и плюхнулся на пол рядом с Кэти. Они играли около пятнадцати минут и Ханк начал откровенно засыпать, но вдруг, когда настала его очередь, он встрепенулся и посмотрел на Кита с твёрдым намерением задать следующий вопрос именно ему. Отчего-то он начал волноваться сильнее обычного. — Кит, правда или действие? — Правда… — нехотя проговорил он, потому что по их правилам действие заключалось в том, чтобы выпить. — Куда ты подал документы? Пару секунд тишину заполняли разочарованные причитания Лэнса о том, что никто в этой комнате не умеет нормально играть в эту игру и превращает её в очередное занудство, но Кит всё ещё медлил с ответом, продолжая смотреть прямо Ханку в глаза. Ханк был единственным, кто примерно знал план Кита, и явно его не одобрял. Уже даже Лэнс, сидевший рядом, начал подозрительно поглядывать на него. От верной смерти его спасла Кэти. Она поднялась вдруг и проговорила: — Вместо своего хода я сразу хочу сказать кое-какую правду, — она выдохнула и крепко зажмурилась. — Вы же знаете, что моя родственная душа — это парень, который живёт во Флориде? — Что, он с другой планеты? — усмехнулся Лэнс, но тут же получил по руке от Кита. — Подумаешь, пошутил… — Нет, он не он, а она. Мой соулмейт — девушка. Она живёт во Флориде, ей 24 и её зовут Аллура. Кэти всё ещё стояла с закрытыми глазами и с силой сжимала пластиковый стаканчик в руке до хруста. Кит сглотнул и нахмурился. Нет, такого просто не может быть. Просто совпадение. Мало что ли в мире Аллур? Чёрт, а разве много? — Ну… круто. Только врать было зачем? — первым нарушил тишину Лэнс, обиженно надув губы. — В… в смысле? — Кэти приоткрыла один глаз. — Она же девушка. Мы обе девушки и… — Подруга, если ты вдруг не заметила, мы с Китом оба парни, — Лэнс демонстративно закинул свою руку на плечи Киту и продолжил скептически поглядывать на девушку. — Или ты думала, что мы… — Я думала вы все гетеро и потому боялась вашей реакции, да, — она потупила взгляд и рассматривала стоптанный ковёр в крошках столетней давности. — Кэти! — воскликнул Ханк, до того молчавший. — Мы бы никогда в жизни не перестали с тобой общаться только из-за того, кого ты любишь. Что за абсурд! Мы же не пещерные люди. — Да, это немного обидно, — припечатал Лэнс. — Честно, я на многое рассчитывала. Но такого варианта развития событий не было даже предусмотрено. Вы обиделись на меня теперь? — улыбнулась Кэти, рассматривая всех по очереди, но вдруг остановилась на Ките: — Кит? Всё хорошо? Ты выглядишь… озадаченно. — Аллура… Она такая смуглая, с длинными белыми волосами? У неё блог на тамблере был? А она занималась конным спортом, теннисом? У неё ещё мама умерла рано, да? Кэти даже отступила на пару шагов назад, окончательно смяв стаканчик и уронив его на тот самый ковёр. Их взгляды встретились, и в испуганных и удивлённых зелёных глазах подруги он нашёл подтверждение своим догадкам. Но такого просто не могло быть… — Я думал, что она умерла. Я читал её блог, потому что у неё тоже долго не было соулмейта. И ещё у неё было усиленное чувство холода, как у меня. Она перестала постить где-то два года назад, и я подумал, что она умерла от холода. Боже. Какого хрена? — Да, какого хрена? — вскрикнул Лэнс, не зная, на кого смотреть: на Кэти, которая уже копалась в своём телефоне в поисках чего-то, или на Кита, который старался переварить полученную информацию и не слететь с катушек. — Это она? Кэти сунула Киту телефон с открытой на ней фотографией. Там правда была Аллура. Она улыбалась и смотрела в камеру поверх поднятой кружки с кофе. Её волосы стали немного короче, да и черты лица немного изменились, но это определённо была она. Кит закивал головой и не смог сдержать улыбку, передавая телефон обратно подруге. — Кэти, это… охренеть! Я так счастлив за вас, ты не представляешь! — он поднялся на ноги, игнорируя покалывания в правой, которую он стопроцентно отсидел, и обнял удивлённую не меньше девушку, прижимая её голову к груди. — Я так счастлив… Кэти рассказала, что они познакомились на какой-то сходке во Флориде, куда она летала, чтобы посмотреть кампус тамошнего технологического университета. Она, правда, не знала, что у Аллуры была та же самая проблема, что и у Кита, потому что они встретились зимой и все, в принципе, были в куртках. Спустя пару дней, они обе влюбились по уши, и домой Кэти улетела с теплом внутри и девушкой в сердце. Кит слушал её, прижимаясь к Лэнсу и перебирая его пальцы, и понял вдруг, что всё всегда заканчивается хорошо. Если пока что всё плохо, значит ты ещё только в самом начале своего пути. Кит думал о том, что вполне мог сгореть в том пожаре по глупости. Или замёрзнуть на заднем дворе под одеялом из жалкой картонки. Если бы он сдался, он не обрёл бы всё то, что сейчас поддерживает в нём жизнь. Он не встретил бы Лэнса, Широ, Адама, Кэти с Ханком, Корана, Аллуру. Вся его жизнь оборвалась бы, не успев начаться, и состояла бы из отчаяния и тьмы от начала и до конца. И он, и Аллура были на пороге смерти, когда казалось, что избежать её просто невозможно, но оба не позволяли ей одержать верх даже на последнем вздохе. И вот она, их награда за всё пережитое. Счастье. Настоящее, тёплое, всепоглощающее. — Кстати, Кит, так куда ты подал документы? Мы тебе все карты уже давно раскрыли, — осторожно спросил как всегда любопытный Лэнс, когда за окном уже стемнело, а музыка снова сменилась на что-то спокойное. Кэти поступила во Флориду. Они будут жить вместе с Аллурой и честно постараются навещать их хотя бы на каникулах. Ханк выбрал Калифорнию, его уже приняли в Caltech, и Шей переезжает с ним, потому что где-то там ей предложили работу в лаборатории. Лэнс решил, что с астрофизикой он далеко не уйдёт, поэтому собирается пойти в лётное училище, но пока что не решил куда именно, хотя Вероника настоятельно тащила его к себе в Гаррисон. — Я поступил в Гаррисон, — на выдохе выпалил Кит и уставился в пол, стараясь не смотреть на друзей, а особенно на Ханка. — Да ты гонишь, Кит… — ахнула Кэти. — Как ты туда вообще протиснулся? Там же… Вау, Кит! Ой, ну то есть, там всё очень мутно и засекречено, а может и опасно, да, Ханк, я вижу твой взгляд, но… твою мать, Кит! — Если честно, мне во многом помог Коран. Вероника, сестра Лэнса, учится там сейчас, и она сказала, что Коран раньше работал там и был важной шишкой. — Чел, я рад за тебя, — выдавил улыбку Ханк, но никто в комнате в неё не поверил. — Но ты знаешь, я жутко боюсь этих секретных полувоенных заведений. Химиотрассы, там, все дела. Однако, если это то, о чём ты мечтал, то я рад за тебя, Кит. Только не пропадай, пиши каждый день и всегда держи при себе телефон, ты понял? Кит рассмеялся и даже вскинул руки к груди, но кивнул, всматриваясь в обеспокоенные глаза Ханка. Молчал только Лэнс, и это напрягало Кита, потому что этот парень говорил буквально всегда. Не проронив ни единого слова, он поднялся и потащил Кита из комнаты. Они стояли на общем балконе общаги и разгребали вязкую недосказанность со свинцовой каплей осуждения. Лэнс опирался на холодные железные перила и смотрел в одну точку уже около минуты. Кит старался его не трогать поначалу, но вскоре даже его терпение лопнуло. — Скажи уже, ну. Я уже понял, что ты тоже не жалуешь Гаррисон, но то, что они там делают… это будущее, Лэнс! И я могу стать его частью, как и твоя сестра. Неужели ты совершенно ей не гордишься? — Горжусь? — Лэнс горько усмехнулся и заглянул прямо в глаза Киту впервые за последние минут десять. — Да я все уши друзьям прожужжал, когда Вероника туда поступила. А потом она начала пропадать там месяцами, а потом и вовсе улетела в чёртов космос! Кит, ей было всего 23, а она уже могла умереть там в этой бесконечной пустоте и вакууме. Так что да, я ей горжусь, но знаешь, чего мне хочется больше этой сраной гордости? Чтобы она прожила долгую жизнь, завела семью или не завела, не важно. Главное, чтобы она просто жила. Кит уткнулся лбом в острую лопатку Лэнса и тихо прошептал: — Я понимаю, Лэнс, но я поступил скорее на теоретика. Мы будем искать кое-что тут, на Земле, в безопасности. Тебе не о чем волноваться. — Адам с Широ знают? — Да. Адам не против, они обсуждали это с Кораном. А Широ всё ещё немного бесится, но это пройдёт. Кит вынашивал эту идею столько, сколько себя помнил. Он смотрел на звёзды из окна комнаты на чердаке и до рези в глазах высматривал бесчисленные точки далёких звёзд и галактик, связанных загадочной неуловимой тёмной материей. В этом вакууме и пустоте скрывалось ещё столько всего, и Кит с детства так сильно хотел приложить руку к познанию всего этого, как только впервые услышал от мамы историю про их дом, Млечный путь, в центре которого находилась огромная чёрная дыра. — Я поступлю с тобой в Гаррисон. Вероника уговаривала меня выбрать именно его, но я не хотел, если честно, — Лэнс поднялся и продолжил, глядя прямо в глаза Кита и сжимая его плечи тонкими цепкими пальцами: — Только никакого космоса, понял? Ты будешь примерным зубрилой с книжками и формулами. После пар будешь возвращаться домой, где я буду ждать тебя, и мы вместе будем смотреть твои дурацкие документалки, сериалы и слушать твою дурацкую музыку. Договорились? Лэнс теперь не выпрямлял волосы. Ветер на балконе лениво перебирал их, то сдувая со лба, то, наоборот, скрывая ими даже глаза. Но даже из-под каштановых завитков Кит видел серьёзную складку между сведенных к переносице бровей и уверенный прищур голубых глаз. И Кит попросту кивнул в ответ, поддавшись порыву и сжав парня в объятиях. Да, он много о чём мечтал, пока кутался в куртки и прятался от всего в своей комнате. Он мечтал полететь в космос, мечтал изучить его изнутри, устроившись в Nasa. Стать астронавтом. Кто вообще не грезил этим в детстве? Но все эти мечты моментально блекли на фоне копны этих каштановых волос, туманности из родинок на худой спине и мягкой улыбки. Кит знал теперь, что по утрам Лэнс ненавидит весь мир, долго собирается и совершенно ничего не соображает до первой чашки кофе. Когда ему грустно, он устраивает спа-вечер, мажется каким-то масками и кремами и опустошает их скудные запасы мороженого. Когда он счастлив, он не может усидеть на месте, постоянно бормочет себе под нос какие-то древние испанские песни и становится невероятно приставучим. Он забирается на коленки Кита, сгребает в объятия и целует каждый участок кожи, который ему подвернётся. Кит теперь знал Лэнса вдоль и поперёк, но понимал, что глубоко внутри у него ещё столько всего неизведанного. Как во Вселенной. Да, Лэнс МакКлейн стал для Кита целой карманной Вселенной, на разгадку тайн которой у него теперь будет вся жизнь. Ведь больше всего на свете, больше поиска тёмной материи и загадочной квинтесенции, больше собственного имени на первой полосе научных журналов и одобрения Корана, Кит хотел быть с Лэнсом, идти к своей цели бок о бок с любовью всей его жизни. В Гаррисон. Не останавливаясь и не теряя друг друга никогда. Целую вечность и дольше.