Увидимся, подружка

Вилланель торопливо пробиралась сквозь лесные заросли. Ветки деревьев скользили по мокрой, после недавно прошедшего дождя, куртке, цеплялись за волосы и хлестали по лицу, когда девушка не успевала от них увернуться. Она двигалась на юго-запад, к дороге, где должен был ждать Константин. Ноги ступали по опавшим листьям и сломанным веткам, что лежали на земле, увязали в грязи, затрудняя положение и без того уставшей Вилланель. Запах сырости пропитал одежду насквозь. Погода отдавала осенними нотами, несмотря на поздний апрель. Девушка недовольно морщила лицо, делая каждый новый шаг с нарочитым пренебрежением. Ей удалось частично справиться с миссией и устранить троих бывших агентов ФСБ. Для последнего задания с печальным исходом выглядело довольно оптимистично. Единственное, чего не учла девушка так это то, что за ней будет охотиться MI6. Вряд ли Вилланель горела желанием бежать по лесу в слякоть, пытаясь избавиться от хвоста. Силы медленно покидали её. Девушка прислонилась спиной к стволу сосны и едва не заплакала от боли. Огнестрельная рана в районе живота вновь дала о себе знать. Преследователь успел выстрелить, прежде чем пуля, выпущенная Вилланель, достигла своей цели. Она аккуратно распахнула куртку, чтобы взглянуть. Кровь проступала сквозь сделанную на скорую руку повязку интенсивней. Вилланель стянула с себя куртку, бросила пистолет на землю и медленно пошла вперёд. Нужно было следовать прямо, чтобы сократить путь. Энтузиазма хватило ровно на пятьдесят шагов — она упала на спину, споткнувшись о сваленное дерево. Вилланель вскрикнула и, стиснув зубы от боли, предприняла несколько безуспешных попыток подняться. Тело больше не поддавалось столь чёткому контролю. Ладонью она пыталась нащупать среди листьев и грязи что-то, на что можно было бы опереться. Ничего не обнаружив, Вилланель смирилась с собственной беспомощностью и продолжила лежать на земле. Вилланель медленно вдыхала и выдыхала воздух, пытаясь забыть о пронзающей боли и дыре от огнестрельного ранения, из-за которой девушка оказалась в чрезвычайно невыгодном для себя положении. Капли прошедшего дождя не спеша падали с деревьев ей на лицо. Где-то рядом доносилось беззаботное пение птиц. Убийственное спокойствие, подумалось ей. Треск веток неподалёку заставил Вилланель насторожиться. Она повернула голову на звук, продолжая лежать. Возле дерева виднелся чей-то силуэт. Человек склонился, поднял пистолет, который она выбросила, чтобы облегчить путь, и направился к ней. Боль новой волной прошла по телу. Темнота медленно охватывала её глаза.

***

Утром Каролин сказала, что Вилланель погибла. Её лицо не отражало никаких эмоций, если не учесть едва заметного блеска облегчения в глазах, который символизировал победу. Одной проблемой стало меньше. Так сказала Каролин, когда Ева всячески пыталась совладать с собой, лишь бы не выдать, что на самом деле происходило с ней в тот момент. Спустя час она не выдержала накала эмоций и зарыдала в уборной. Ева нуждалась в том, чтобы выпустить съедающие чувства наружу. Она стояла возле раковины и смотрела на своё отражение, полное бессилия. Звук воды из-под крана создавал видимость занятости и позволял скрыть тихие всхлипы, которые время от времени издавала женщина. Ева не могла поверить, что этому пришёл конец. Каролин вошла, когда Ева вытирала глаза, пытаясь привести себя в порядок. Некоторое время она стояла в проходе, словно сомневаясь в правильности дальнейших действий. Она строго обвела подчинённую взглядом и едва слышно вздохнула. Каролин считала проявление чувств на работе высшей формой непрофессионализма. Она поправила пиджак и подошла к Еве. Тёплая ладонь легла на её плечо, отчего она вздрогнула. — Не люблю нарушать чужое пространство и когда лезут в моё, но, думаю, это будет вполне уместным. Нужно уметь принять и отпустить, — Ева с удивлением смотрела на женщину. Неужели она обо всём знала? — Любые отношения, даже со столь хорошим человеком вроде Нико, рано или поздно заканчиваются. Мне искренне жаль, что вы расходитесь, но я не хочу, чтобы это отразилось на твоей работе. Ева обняла женщину и поблагодарила за заботу. Где-то в закоулках сознания таился вопрос о том, что бы сказала Каролин, узнай она, что Ева оплакивала убийцу? По возращению домой Ева сбросила с себя ветровку, небрежно кинула ключи на стол и поднялась наверх. В доме царила давящая тишина, атмосфера тепла и уюта испарилась вместе с вчерашним разговором с Нико. В спальне исчезли его вещи, он забрал их, пока жена была на работе, чтобы избежать ненужной встречи. Ева упала на кровать, пренебрегая тем, чтобы переодеться. Сил совсем не было. Внутренний голос кричал всё громче, она с трудом контролировала сбившееся дыхание. Казалось, в определённый момент всё обрушилось, словно карточный домик, который Ева собирала с такими усилиями. Она не помнила, сколько лежала, смотря в одну точку. Ева чувствовала себя опустошенно. Наверняка, так ощущает себя человек, потерявший призрачный проблеск свободы, который едва появился, рассуждала она. Ева прикрыла глаза и провела рукой по волосам. Она отказывалась верить в гибель Вилланель, если это было правдой, почему Каролин не предоставила доказательств? Отрицание, охватившее её мысли, не позволяло думать в ином направлении. Наверное, Ева просила слишком многого. Она тихо зашипела, когда браслет зацепился за тёмную шевелюру, и отвела руку. Гравировка на украшении блеснула в полутёмной комнате. Женщина вспомнила их последнюю встречу и слова Вилланель, что глубоко врезались в память. «Как бы далеко мы ни были, мы связаны, Ева. Всегда помни это», — сказала тогда она, крепко сжимая её запястье. Сердце пропустило несколько ударов. Ева широко раскрыла глаза, осознав то, что постоянно упускала из виду, а затем поднялась с постели и схватила ноутбук.

***

Неделю Вилланель провела в постельном режиме под строгим наблюдением Константина. Он нашёл её без сознания в лесу и отвёз к знакомому доктору, который позаботился об огнестрельном ранении. Когда девушка пришла в себя, она увидела перед собой знакомое лицо и с облегчением выдохнула. Ей не хотелось бы умереть в сырой местности среди грязи и дождя. Лишаться жизни столь рано не входило в её планы. Когда Вилланель немного оправилась, Константин вручил ей поддельные документы на новое имя вместе с билетом в Берн. Он сказал, что позаботился о том, чтобы в гибели Вилланель не было сомнений. Больше помочь он ничем не мог, ему не нужны излишние подозрения от «Двенадцати». Перед прощанием мужчина настоятельно порекомендовал остаться в Берне на неопределённое время, пока она не восстановится окончательно. Вилланель согласилась, всё равно не было куда больше идти. Ей не удалось насладиться достопримечательностями города, о которых она читала в самолёте. Движения давались с трудом и единственное, о чём думала Вилланель по дороге в отель это как быстрее лечь в постель, чтобы прекратилась ноющая боль. Здание гостиницы оставляло желать лучшего. Привыкшая к роскоши Вилланель испытывала презрение к невзрачному серому дому, где её поселил Константин, который сказал, что в таком месте искать не станут. «Почувствуй себя обычным человеком. Ты сама выбрала такую жизнь, в конце концов». Внутри интерьер выглядел получше. Без винтажных лестниц, высоких колонн и мрамора, но смотрелось вполне сносно. Вилланель закатила глаза, это куда лучше места, где её выхаживал Константин, несколько дней она сможет потерпеть. Проводить время в номере оказалось не так скучно. Она слушала музыку, смотрела фильмы, делала покупки онлайн и периодически проверяла, как там Ева. Светящаяся точка на экране ноутбука заставляла её позабыть о тяжести существования в подобных условиях. Рано или поздно она даст о себе знать Еве, а пока стоило сосредоточиться на том, чтобы скорее оправиться. Вилланель не хотелось, чтобы женщина видела её слабой. План по её исчезновению казался самонадеянным, но Вилланель должна была попытаться вырваться из замкнутого круга, в котором не было места её мечтам. Ведь она, наконец, нашла того, с кем могла бы смотреть фильмы по вечерам, играть в настольные игры и говорить на различные темы за бокалом вина. Ради этого не трудно было поставить всё на карту. В один из вечеров к ней в номер постучались. Девушка насторожилась, она давно никого не ждала. Константин, единственный человек, который мог её навестить, оборвал связь ради их же безопасности. Она решила проигнорировать стук в дверь, ожидая, что он скоро прекратится. Вилланель открыла холодильник, чтобы перекусить. Кто-то настойчиво продолжал стучать в дверь, это изводило Вилланель. В голове предательски возникла мысль о том, что «Двенадцать» всё же нашли её. Девушка взглянула в сторону окна. Будь она в лучшей форме, скрылась бы в мгновение ока, прежде чем незваные гости вошли, но рана всё ещё давала о себе знать, стоило предпринять резкие движения. Вилланель закатила глаза кверху, похоже, у неё не было выбора. Она взяла нож со стола, спрятала его за спиной и пошла открывать, размышляя о том, стоило ли ей сразу нанести удар или сделать это в момент разговора. Только Вилланель открыла дверь, с губ её сорвался лёгкий стон, полный неожиданности. Перед ней стояла Ева, вид которой желал лучшего. Она прерывисто дышала и впивалась пальцами в дверной проём. Девушка отступила, впуская её к себе. Стоило Вилланель запереть дверь, как Ева замахнулась рукой и дала ей пощёчину. Ладонью Вилланель коснулась горящей щеки и ухмыльнулась. Не так она представляла их воссоединение. — Признаю, я заслужила это за мою негостеприимность, — она положила нож на тумбочку. — Я тоже рада тебя видеть, Ева. Женщина расстегнула куртку, сняла её и бросила на край дивана, а затем направилась на кухню. Вилланель стала в дверном проёме и скрестила руки на груди, улыбнувшись. Кажется, они поменялись местами. — Как ты нашла меня? — Оказывается, одна моя знакомая хорошо разбирается в дорогих украшениях и мерах предосторожности в их хранении. Ева достала из холодильника бутылку вина вместе с остатками ужина Вилланель и вернулась к дивану. Она выразила своё восхищение тем, как девушка ловко отслеживала её при помощи своего подарка и продолжила рассказ о том, как иногда полезно слушать разговоры подруг. — Я думала, ты умерла, — она отпила вина и взглянула на девушку. — Но всё же ты здесь, — Вилланель забрала бутылку из её рук и сделала глоток. — Видимо, в какой-то момент ты устала утопать в слезах потери и пошла на встречу приключениям. Она ткнула Поластри в плечо и засмеялась. Ева с осуждением посмотрела на девушку. Ей вовсе не было смешно. — За день до того, как Каролин сообщила о твоей гибели, я знала, что MI6 послали за тобой и попыталась связаться. — Константин утопил мой телефон, — Вилланель пожала плечами. — В тот день было прохладно для погружения воду для его поисков. Голодна? Ева кивнула и съела несколько кусочков лазаньи. Она потратила полдня на поиски Вилланель, напрочь забыв о еде. — Тебе всё равно не удалось бы вмешаться, — девушка продолжила, пока её гостья поспешно ела остывшую лазанью с вином. — «Двенадцать» решили избавиться от меня своеобразным способом. Нужно было пойти на риск, чтобы перехитрить их. Ещё и MI6 невовремя подоспели. Хотя, должна признать, я не ожидала, что твои дружки так усердно станут преследовать меня. Один из них оставил после себя внушительный след, мне даже жаль, что он так быстро умер. Вилланель подняла футболку, обнажив шрам от своего ранения. Ева внимательно осмотрела его и перевела взгляд на Вилланель. Кажется, она поняла, почему девушка открыла ей, а не удрала через окно при первой возможности. Дело вовсе не в беспечности или чрезмерной уверенности в собственных силах. Прошедшие две недели выдались трудными для Вилланель, она не до конца отошла от последствий того злосчастного дня. Поластри оценила степень откровенности Вилланель, но ничего не ответила по этому поводу, сделав вид, что ей не слишком интересны подробности, как и ранение. Она прекрасно понимала, что никто не любит говорить о своих слабостях, особенно наёмники. — Как думаешь, мне стоит набить на месте шрама татуировку? К примеру, пушку и фразу вроде «Умру, но не сегодня»? — она села на диван возле женщины и отпила вина. — Может, сделаем парные татуировки? Не стоит переживать, наличие огнестрельного ранения для этого не обязательно. На лице Евы мелькнула тень улыбки. Она взяла из рук Вилланель бутылку и сделала пару глотков, осушив её. Кажется, идея пришлась ей по душе. — Твой сопливый муж не станет переживать, что ты хрен знает где? — Вилланель вернулась из кухни с бокалами и новой бутылкой. — Это же не рабочая поездка, в конце концов. — Нико ушёл от меня. Вилланель откупорила бутылку вина и разлила по бокалам, взглянув на Еву с нескрываемым любопытством. Женщина взяла в руку бокал и едва заметно улыбнулась. Она оценила символизм момента. — Это даже круче вашего секса в гостиной с открытой входной дверью, — девушка с изумлением воскликнула. — Что произошло? Ты была недостаточно нежна в постели? — Он узнал о нас. Ева говорила совершенно спокойно и размеренно, без ожидаемого девушкой разочарования или сожаления. Ничего кроме принятия. — Из-за меня тебе пришлось полностью перейти на еду из доставки. Как неловко, — Вилланель присела на край дивана. — Значит, тебя не ждут дома? Ева слегка помедлила, прежде чем ответить. Да, Вилланель оказалась права, её там никто не ждал. Она оставила прошлое позади. Некуда было больше возвращаться. — Ты сожгла свой дом? — от услышанного Вилланель округлила глаза и поднялась с дивана. — Я, конечно, слышала, что от алкоголя у некоторых людей начинает прекрасно работать воображение, но не до такой же степени! Женщина тихо засмеялась, наблюдая реакцию Вилланель. Вероятно, подобного она и в мечтах ожидать не могла. Да, прежняя Ева определённо не пошла бы на подобный шаг. — Нет ничего драматичней, чем умершая от горя жена после того, как от неё ушёл благоверный, — спокойно произнесла Ева, продолжив. — Как жаль, MI6 потеряла сотрудника, который пытался бороться за то, чего никогда не было в разведке — справедливость. Надеюсь, Каролин выдохнула с облегчением, узнав эту новость. Вилланель сделала несколько шагов и прижалась к стене. Ева бы не смогла в одиночку провернуть подобную афёру. Взорвать дом недостаточно, чтобы разведка поверила в смерть агента, нужно как минимум сделать её достоверной. Девушка прикусила нижнюю губу в раздумьях. С подобной задачей не каждый наёмник мог удачно справиться. — Сожалеешь, что его сожгли, потому что негде будет развеивать твой прах спустя годы? — Ева ехидно улыбнулась и облизнула губы от остатков вина. Девушка качнула головой и победно скрестила руки на груди. Константин. Связаться с ним не так-то просто, если не иметь сильного желания и упрямства. Этот старый негодник всё же воспользовался брошенной ею ради забавы идеей. Хотела бы она взглянуть на это фаер-шоу, наверняка, зрелище было получше фестиваля в Валенсии. Вероятно, Константин сделал прощальный подарок своей ученице, прекрасно понимая, что Поластри не оставит его в покое, пока не добьётся своего. Вилланель подошла к женщине и склонилась над ней. — Ты сумасшедшая, Ева, — по слогам произнесла Вилланель, глядя в её карие глаза. — И меня это неистово заводит. Я бы набросилась на тебя прямо сейчас, но боюсь, что швы разойдутся и вместо уютного вечера в компании друг друга тебе придётся везти меня в больницу. Ева улыбнулась и провела ладонью по лицу девушки. Для неё важно было только то, что Вилланель рядом. Она легко коснулась её губ своими губами, притянув к себе. У них впереди целая жизнь. — Как у тебя с испанским, Ева? — Вилланель сидела, расслабленно положив голову на плечо женщины. — Я подумываю купить дом у моря в Валенсии, чтобы мы могли наблюдать за ночными звёздами, как тогда. — Да, вид там действительно замечательный, — она прислонилась к Вилланель ближе и прикрыла глаза. Испанский Евы Поластри далёк от идеала, но ей хватило бы этих слов, чтобы выразить свои чувства. Te quiero.