Легальный флирт

Она заходит в свою квартиру, которая находится на 8 этаже 9-этажки. Это, наверное, был единственный минус в квартире Крис. Застройщики лифтом не удосужились обзавестись, но лестница — пожалуйста. Вот и бегай, как пёсик, туда-обратно. Ладно ещё б жила на 3 этаже, ладно на 4, но нет, ей же надо было на восьмой. Хороший же вид из окошка. Будто она всю жизнь возле этого сраного окошка проведёт. Но, вид в самом деле удивлял. Ночная Москва выглядит завораживающе. От всей этой эстетики у Кристины бежали мурашки по коже. На крыше это выглядело ещё более масштабно: звёзды на небе сияли белью, все маленькие домишки и огромные небоскрёбы украшали город, будто огоньки новогоднюю ёлку, а Москоу-сити впечатляла особенно. Наиболее Меркурий. Девушке казалось, что это именно её башня. Но там тоже не было лифта. Её квартира не была каким-то лакшери пентхаусом за сумасшедшие деньжищи, которые можно было потратить более разумно, но престижным жильём её точно можно назвать. Отец Кристины настаивал на загородном доме в лесном коттедже, но девушка предусмотрительно отказалась, ссылаясь на работу в центре столицы. Тогда Кошелев предложил ей трёшку в центре Москвы, но та снова отказала, выбрав что-то среднее. И её вполне устраивало. Барная стойка на кухне у окна, о которой она мечтала, диванчик на подоконнике, как Крис и хотела, огромная ванна, в которой девушка могла бы нежиться каждый день. Идеально. Конечно, все технические штуки продуманные отцом: дорогущие звукоизоляционные окна и двери, подогрев пола управляемый системой с небольшим экранчиком в каждой комнате, кондиционеры, понятное дело, и прочие ништячки. Особенно Кошелеву младшую радовала её кровать с матрасом с памятью, в которой она засыпала моментально, забывая все невзгоды дня. Одним словом, Кристина обожала свою квартиру, несмотря на отсутствие лифта, в котором после тяжелого рабочего дня она так нуждалась. Девушка заходит в коридор и бережно ставит кроссовки на место, вешает пиджачок на вешалку в большом шкафу с отодвигающимися дверьми и проходит в комнату. Падает на кровать даже не переодевшись, что мать бы точно не одобрила. «Как хорошо, что я живу одна.» -расплывается в улыбке Кошелева. Но потом в её голову приходит сигнал от мозга и желудка «хочу жрать» и «как хорошо, что я живу одна» уже и не так хорошо. Сегодня сил на готовку, которую Кристина даже любила, не было и единственным адекватным выходом было заказать что-то. Наверное, сегодня это будут суши Калифорния и «эти, ну, эти, с огурцом, сыром таким кремовым и кунжутом сверху», как сказала Крис в трубку стажера, который, в свою очередь, стоял в непонятках. Пришлось администратору взять трубку и самому контролировать дело. К счастью, больше не возникло никаких проблем и Кош благополучно скушала свой безумно аппетитный ужин, смотря любимых «Милых обманщиц». Она ассоциировала себя со Спенсер, такая вся правильная, умная, богатая, но Илона твердила, что она — микс всех девчонок. Даже Элисон. У Макса же не было такого шика, он парень простой. Жил он почти что в коммуналке, только людей не было. Сама квартира была очень потрепанная и старая, да и выглядела никак не лучше коммуналки в 90-х. Квартира досталась ему от бабули, которая сейчас укатила с папиком, а скорее с новым «дедулей» куда-то в тёплые края и нормально себя чухает. Максу же досталась эта квартира от неё, маме — драгоценности, которые сложно было таковыми назвать, а папе — старый драндулет, который остался после погибшего на войне дедушки. Родители Анисимова живут во Владивостоке, где родился наш «моряк», скромно. Небольшой домик, который в лучшие времена служил семье Анисимовых за дачу, но когда их выперли за квартиру за неуплату, пришлось перемещаться в домик. В своё время, Анисимова старшего знали, как серьёзного бизнесмена, выбившегося из низов, занявшего лучшую позицию в обществе. Но, потом, к сожалению, фирма СвобоDa распалась. Фирма кораблей и яхт с треском провалилась, пробив дно и упав на следующее. Семья стала выживать на зарплату матери, которая была простой швеёй. Отец чуть не пустился во все тяжкие, но вовремя проснулся, осознав, что так принесет ещё больше горя в семью. Пришлось ему пробиваться снова и вроде, получилось. Конечно, они не были олигархами, как когда-то, но питались обильно, покупали вещи стабильно, ездили на курорты изредка. Но, в целом, всё было неплохо. Квартирой в Москве, конечно, там и не пахло, но подсобить с машиной — вполне. Макс уплатил большую часть, но всё равно был безмерно благодарен родителям. Деньги парень не тратил бездумно, а знал их ценность. Коммунальные оплаты и аренда обходились недорого и Свобода мог позволить себе дорогие вещи и нечастые походы в ресторан. Макс ни с кем не встречался, так что любовными хлопотами он озабочен не был и особо не переживал за то, куда же он приведет девушку. Девушки давно перестали быть чем-то «вау» для парня и он перестал увлекаться девочками на ночь, ему больше хотелось семью и настоящую любовь. Но на все эти громкие слова он подзабил и стал холостяком чистой воды. Сегодняшний вечер он собрался провести в компании «Игры престолов», которую обожал всем сердцем. Последний сезон ждёт его, а он всё опаздывает. Кажется, я уже говорила, как Макс не любит подставлять. И это раз — не исключение. Кроссовочки ставит на место, как положено, крючок обзаводится джинсовой курткой Макса и парень залетает в спальню. Там сбрасывает всё «уличное» и натягивает «домашнее». Разочаровывается, что поесть ничего нету и решает заказать уже готовую еду. Удобно! -Здравствуйте, это Суши Ями-Ями, слушаем ваш заказ. -Добрый день, можно мне, пожалуйста, Калифорнию. -Какого размера? -10 штук есть? -Есть 6, 12. -Да, мне, пожалуйста, 12. И такие суши. с кунжутом, сыром таким вкусным белым. -Я вас понял. Тоже 12? -Да. — Макс растерялся. Он не ожидал такой быстрой реакции парня на его невнятное толкование суши. Через 15 минут суши уже стояли на его столе, а палочки весело стукались в руках. «Пора кушац!» Вот так вот отличались жизни, казалось бы, абсолютно равных работников полиции. Днем, все наши проблемы кажутся ничтожными и неважными, мол, сами по себе решатся. Но, увы, это не так. И вечером, к нам приходит избыточная тревожность по этому поводу. Все наши проблемы, которые ещё днем казались незначительными вопросиками, становятся глобальными и «мировыми». Они берут в плен весь наш мозг, пробуждая переживания и захватывая наши эмоции, ловко ими манипулируя. Это становится невыносимым и мы подолгу не можем упасть в сон, которого желали весь прошедший день. Так произошло и с Максом сегодня. Мысль, что он вот-вот увидит свою лучшую подругу, с которой провёл почти все детство, уже не радовала его, как прежде. Ему казалось, что это отрежет его от нового, он вернется в прошлое, которое давно прошло и туда возвращаться не хотелось. Да, безусловно, он был рад, что снова сможет поработать с Назимой, с которой у них случился «идеальный тандем», как он говорил ранее, но. не настолько, чтобы трепет охватывал его и он, как маленький мальчик, ждал всё время этой грандиозной встречи, нет. Так не было. Он переживал, что вся эта муть может забрать у него. Кристину (?). Они, вроде, неплохо сработались и ему уже интересно было выводить её на эмоции и смотреть, как она язвит ему в ответ. Макс воспринимал это, как, своего рода, игру. Хотелось играть ещё, до потери пульса или чувства юмора. «Чертова Кошелева повсюду. Да пошла она в жопу, задрала. Спокойной ночки, блядь.» — сейчас было бы впору сплюнуть. Но нет, не судьба. Кристина же заснула моментально. Спала, как убитая. Все эти страсти с убийством насмерть утомили Кошелеву и та, даже не задумываясь, выбрала поспать, чем пойти в клуб, куда пригласила её знакомая — Саша. Дочь маминой подруги. В прямом смысле. Саша — страшная модница, знает всех моделей мира, знает самые топовые и хайповые клубешники в городе и заставляет краснеть от необознанности в сфере моды. Но, как только Крис начинает говорить про политику, наша девочка-припевочка начинает кивать головой, поддакивать Кристине и заглядывать ей в рот. Откровенная дура богатеньких родителей, которые «откупятся» от всего, что натворит их «замечательная дочурка». Никакие тревоги не окутывали уставшую девушку, лишь недосып и переутомление, за которое так ругал её отец. Мама уже устала отчитывать дочь за это и оставляла всю работу мужу, который чуть не надрывался, объясняя дочери, чем это грозит. Но, ей было, как об стенку горох. Она кивала головой, чтобы успокоить папу, а потом делала всё то же. И так по кругу. Мать на стуле с сочувственным лицом, отец, чуть ли не кричащий на Кристину и зевающая виновница этой суматохи. Девушка закрывает глаза и через секунду испуганно их открывает, смотря на звенящий телефон. И кого угораздило ей звонить в сто часов ночи?.. Но за окном уже всходит солнце, а звенящий телефон оказывается будильником. Да, девочка и вправду спала, как убитая и вся ночь пролетела словно муха, мимо неё. Макс уже влил в себя литр кофе. Он не любит бодрствовать с раннего утра. И любит, когда его будит голос, доносящийся из колонок города, который оповещает о тайфунах и волнах. Это так необычно. Сердце молодого «моряка» радовалось от подобной атмосферности и пробуждало его из сна. Но, это случается лишь в его любимом городе Владивостоке, никак не в Москве. И вот, содержимое следующего бумажного стакана вливается в горло совсем сонного Макса, хотя тот совсем не чувствует себя бодрее от напитка. Приходится пилить на работу не бодрым. Уже на подходе он вспоминает про Назиму и его пробивает нервная дрожь. Вот сейчас, он рад. Именно эта мысль приводит его в себя и парень радостно вбегает черным входом в отделении, попутно приветствуясь с охраной. -Странный какой-то этот Анисимов. -Ага. Эти ещё его патлы, как баба, серьёзно. -Да. И ходит он, как девчонка. Здравствуйте, Кристина Санна. — толстый охранник повышает тон с еле слышного на средний и миленько улыбается Кошелевой. -Доброе утро. Кого обсуждаете? Кто баба? Они смотрят недоуменно, боясь сказать слово. -Новенького. -Анисимова, что ли? Сдержанный кивок. -Понятно. Но, вы, ребят, так больше не делайте, ладно? Ещё кто услышит. — она подмигивает старым знакомым и входит между них внутрь. -Да-да, Том Райдер полная чушь. -С добрым утречком, народ! — Кристина кидает свой рюкзак на стол и садится около него. -Доброе. — мычание хора. Илона подпирает голову рукой так, что кажется, что она спит; Максим смотрит на дно стакана, что создаёт впечатление, что он псих; Никита очень лениво разговаривает о чем-то с Сережей, у которого прямо понос слов. Кристина предпочла не вызывать друзей и Анисимова на разговор, к чему они точно ещё не готовы. -Как с Дмитрием Владимировичем прошло? — шепотом спрашивает Кошелева, наклонившись к подруге. -Да как-как. Никак. Мы бумажки какие-то вчера искали по архивам. А потом в его кабинете. Слава Богу, нашли. Точнее, я нашла. Эти двое уже матом крыли эту долбанную бумажку. -А что за бумажка хоть? -Справка Владимировича с поликлиники. Начальник бесстыдно прервал смех Кристины, на которую недовольно смотрела Илона, проклиная шумных людей. -Анисимов, Кошелева — ко мне. Макс аж дернулся. Посмотрел напряженно на Кошелеву, от которой получил потерянный взгляд и знак плечами, что она не в курсе. Голос Цветкова прозвучал грозно, как-то озлобленно. Оставалось надеяться, что их ведут не на казнь. -Заходите, заходите. Присаживайтесь, не стесняйтесь. Вы, простите, что так рявкнул, просто только что с братом поговорил, вывел он меня из себя. — на слове «братом» Алексей сделал особенно читаемый акцент. -Чем же? -Я не затем вас сюда позвал, чтобы семейные драмы рассказывать. — взгляд скользит по Кристине. — Хочу вас похвалить за результаты, молодцы! Все показания, которые вы успели сделать, уже у меня в тумбочке. Конечно же, копия. Никто вашу честную работу трогать не будет. Продолжайте в том же духе, и уже через пару дней разгадаете дело. Кристиночка, ты свободна, оставь мне, пожалуйста, Максима. Девушка встаёт и негромко хлопает дверью, незаметно подмигнув Максиму, у которого аж лицо вытянулось. Небось, этого и хотела. -Слушаю, товарищ капитан. -Макс, вчера вечером тебе должна была прийти радостная новость, ты её получил? -Получил. -Славненько. Смотри, у меня деловое предложение — я, перевожу к нам твою Назиму, а ты — не обращаешь внимание на Крис. Как тебе? -В чем подвох, товарищ капитан? Пламенно-заговорческая улыбка спала с лица капитана. -Никакого подвоха. Всё предельно просто. Договорились? -Договорились. — подозрительно просто отделался. — Разрешите поинтересоваться, товарищ капитан, когда придет Назима? -Всё затянулось с этими формальностями, только завтра. -Могу идти, товарищ капитан? -Иди уже, Анисимов, ради Бога, иди. — Цветков машет рукой, будто отбиваясь от навязчивой мухи. — Больно уж ты правильный. Никто из группы А. Цветкова так часто не использует слова «товарищ капитан». Тут всё проще. Прошлый начальник Свободы если не сказать «товарищ капитан», мог и вышвырнуть. Сильно ему хотелось власть свою мизерную показать, мол, он важный, а они — его марионетки. Макс мысленно ненавидел это в начальнике, кой-был по правде замечательным человеком. Но его внутренние комплексы его извращали. Мост Москворецкий, 10:18, Москва 30 минутами ранее -Куда мы идем, Кошелева? И почему так срочно? Я ничего не успел съесть с утра и я голодный! — Макс догоняет чуть ли не бежащую Кошелеву, которая даже его не подождала. -Не жужжи, Анисимов. В общем, люди, которые хотят убить себя, всегда делают некую. пробу до этого. — Кристина оказалась более компетентным работником, чем Максим, ведь тот и понятия о таком не имел. -И что с того? -Ну ты тугой. Надо прошарудить все больницы и полицейские картотеки. Это может занять много времени, поэтому лучше поспешить. Недовольный вздох Свободы и они подходят к окошку, где сидит тот самый парень, к которому подходил Максим. -Привет, Хабиб. Короче, мы расследуем дело — самоубийство и ищем пробу самоубийства ближе к понедельнику на этой неделе. Скажи нашим, чтобы чекнули больницы и архивы всех полицейских отделений Москвы. Особенно важны показания отделений возле Кремля. -Хорошо, Крис, не кипишуй. Яблочко будешь? — парень спокойно протягивает девушке маленькое зеленое яблоко, которое она кусает и отдает ему обратно. -Спасибо. — мило улыбается и, развернувшись на 180°, идет в сторону кабинета. -Хабиб, да? Подтверждающий кивок головой. -Слушай, Хабиб, это она всегда такая? — полушепотом интересуется Максим. -Да, та ещё штучка. — парень расплывается в довольной ухмылке. — А ты чего шепчешь? -Кхм-кхм, ничего, ничего. Пока. — машет ему неловко в окошко, чуть наклонившись, и удаляется. 10:18 -Говорите, сержант, что в пятницу вечером на этом мосту был человек, который, казалось, хотел прыгнуть? -Так точно, товарищ лейтенант. -И, говорите, права у него были на имя Александр Тимофеенко, да? — задумчиво тянет Макс. -Именно. У мужчины были широкие плечи и острый подбородок. Короткие темные волосы, очки и маленькие очки. Я уверен, что это был богатый мужчина. -Почему же? -На нем был дорогой плащ и костюм. Кристина кивает медленно и переводит взгляд с асфальта на сержанта Булавкина. -Может, он был пьян? -Нет, я не слышал запаха алкоголя. Если бы он сделал что-то агрессивное или нелегальное, я бы его арестовал. Но, по факту, он просто стоял на краю моста. Тихая, грустная персона, немного странная, но все ещё безвредная. Я порекомендовал ему отправиться домой. -И он ушел? -Да, ушел. Макс вытянул из кармана фото, за чем внимательно наблюдала Кош, и всучил её молодому парню. -Вы узнаете его? -Ну, он напоминает того мужчину. Да, это тот самый чувак с моста. После возвращения в их отделение, ребята принялись за составление финального рапорта. Совместив все данные, единственной возможной развязкой было самоубийство. Скорее всего, Марина Тимофеенко совершила самоубийство, узнав, что у мужа тайный роман. Позже, олигарх пытался справиться с вечным стрессом и угрызениями совести, покупая Гидазепам, который является необычно сильным успокоительным. К сожалению, это не сработало и Тимофеенко был близок к прыжку с моста, который предотвратил сержант полиции. В конце-концов, он купил пистолет и сам себя застрелил. Екатерина Титова увидела тело и сообщила полиции. -Логически-правильная картинка. Но много всего заставляет меня… сомневаться? — Кристина не уверенна в своем последнем слове, совсем. -Такая же фигня. — Максим ищет какую-то бумажку среди всей кучи, лежащей на столе. — - С одной стороны, всё документировано и подтверждено, но с другой. Жена Тимофеенко умерла 5 месяцев тому назад, но её муженёк почему-то покончил с собой лишь 4 месяца спустя. — Свобода активно жестикулировал, вымахивая очередным документом в руках. — Все его признаки «уныния» собрались в одну неделю: Гидазепам в четверг, мост в пятницу, покупка пистолета в субботу и самоубийство в понедельник. Но, может, это и выглядит странно. -Но вполне возможно. — задумчиво заканчивает Кристина. Сдержанный кивок. -Для суда, в каждом случае, серия случаев может быть ничем иным, как всего лишь след. В понятии закона, это не доказательство. То же самое можно сказать и по отношению к крови на внутренней стороне бумажки найденной на столе. Если Александр положил бумажку, а потом застрелился, то ни капли крови не должно было попасть туда. Но, капелька крови, всё-таки, там нашлась. И как это объяснить? Ответ очень прост. И Крис его озвучила. -Ну, Екатерина утверждала, что ничего не трогала, но, возможно, она лгала. Возможно, она подвинула листочек, когда пыталась помочь Тимофеенко и побоялась признать это. Долгая пауза молчания. Сосредоточенное лицо Кристины показывало, что она о чем-то думает, а вот лицо Максима сосредоточенным не назовешь. -Слушай, давай перерывчик, я так жрать хочу. — живот Макса жалобно заурчал и парень так же жалобно посмотрел на уставшую Кошелеву. -Слабачок. Иди. — (ехидная) ухмылка и (нежный) безэмоциональный взгляд в ответ. -Да, здесь за углом бомбические хинкали! А хачапури — ваще! — Трущев еле успевает за мчащимся в жаркий день Максимом навстречу еде, в которой так нуждался его организм. А после слова «хинкали», он совсем потёк, как его слюнки, представив их вкуснейший сок у себя во рту. Мысли о еде не покидали Анисимова весь день, каждые пару минут напоминая о себе и навязчиво мучали его. Говорят, когда голодный — становишься злым, но это точно не про Максима. Он становится жутким растяпой, потеряшкой и его жалко. Он умоляюще смотрит на тебя своими не то голубыми, не то серыми, не то голубо-серыми глазами, в которых можно было утонуть и позволить красивому нахалу всё. -Ну, чего застыл, заказывай. -Сережа отвлекает его от погружения в мечты, которые так близко. Их разделяют 20 минут. Кошелек Свободы пострадал, ведь тот заказал все и сразу. Хачапури, хинкали, шаурму, тарелку с мясом и картошкой, лепешку с мясом и сыром и пахлаву. Да, он не съест все это, но заберет с собой домой и, наконец, выбросит этот несчастный сельдерей. Разговаривать с PLC было приятно. Он не строил из себя кого-то, кем не является, не пытался подстроиться под мнение и настроение Максима и всё, что он говорил, выглядело гармонично. Свое мнение высказывал толерантно и ненавязчиво, не переубеждая собеседника с своей правоте. Он придерживался мнения «о вкусах не спорят». Макс восхищался таким этикетом в диалоге, который ценил в людях. Это же так важно высказывать свои мысли грамотно, уметь соединить их в одно целое, и подбирать правильные выражения. Так ведь приятно беседовать с образованным человеком. Речь пошла о играх на приставку и, на удивление, оба сошлись во мнении, что последний Том Райдер полный бред. Оказалось, что Сереже очень нравился Ведьмак, что можно было сказать и про Макса. Оба парня любили Uncharted и Call of Duty. Ещё они успели посмеяться над Minecraft'ом и Дотой. Следующей темой были музыкальные вкусы, интересные сериалы (Трущев тоже питал огромную любовь к Игре Престолов), хорошие книги, дорогой отдых и работа. -Ты, кстати знаешь, что Цветков и мой папа друзья детства? — Сережа поднял брови и легонько засмеялся. — Да, да! Не смейся. Макс смеётся заливисто и салфетку в руки берет. -А вы все Цветкова дядей называете? У вас, типа, такие «семейные» отношения? -Нет. Цветков дядя Кристины, вот она его дядей и не стесняется называть. — невозмутимое лицо Серёжи удивило Макса ещё больше, чем сказанное. -Дядя?.. У нее же фамилия Кошелева. -Ты не знал? — стук сердца PLC-шника слышно за километр. -Нет. — Макс плечами пожимает. — Ты думаешь, Кристина будет со мной разговаривать без повода? Смешно. — Максим о чем-то задумался. — Погоди, сегодня Цветков говорил, что его брат вывел из себя, значит. этот брат. папа Кошелевой? Кивок. -А как с фамилией-то вышло? -Ну, у Кошелева сеть ресторанов своя. И там банки какие-то. В общем, богатый человек. Ему фамилия хорошая нужна была, а то Цветков, ну, сам посуди, какая-то несерьезная. И он взял фамилию своей жены. И дочка с его фамилией. «Глупо менять фамилию из-за её несерьёзности. Хотя.» -Свобода, я тебя прошу, не говори Крис, что от меня узнал про Цветкова, хорошо? Умоляю, она мне голову отрежет и в окрошку бросит. -Конечно. Мы с ней и не общаемся особо. — голос Анисимова прозвучал уныло. PLC уже давно Макса Свободой называет. Так ему больше идёт. Ну какой Макс? Максимус, блин. А вот Свобода. Он с головы до ног Свобода. Кристина хотела выпить кофе с Илоной и уже даже договорилась увидеться с подругой в близкой кафешке через полчаса. Но одна мысль не давала покоя порой слишком ответственной девушке. -Кристин, что-то случилось? Ты как не в себе. Земля вызывает, ауу! — Илона машет перед лицом Кошелевой ладонью и та будто просыпается. -Прости, я чуть подустала. Ну, ну, что ты там говорила. Всю встречу Кош только и делала, что заказывала кофе, чтобы не уснуть и мучала себя этой мыслью, возвращаясь к ней снова и снова. Наконец, допив кофе и распрощавшись с Соломоновой, Крис достаёт телефон и через пару минут уже разговаривает с Екатериной. Ей нужен был точный адрес банка, где работал Тимофеенко. -Анисимов! Сколько можно жрать? Ты там обедаешь или лясы точишь? — «Пиздуй обратно!» хотела добавить Кристина, но воздержалась. -У меня обед, дорогуша! -Ты почта России? У тебя вечный обед? -Дай мне переварить хотя бы пищу, а то тебя я не перевариваю. -Идиот. Гудки. Но Кристина просто так бы не позвонила. Значит, пора идти. Уже поздним днем Кошелева и Анисимов отправились в тот самый банк, чтобы прослушать сотрудников Александра. На самом деле, Макс надеялся на подтверждение их конечного рапорта, а Крис хотела подтвердить свои сомнения и предположения. Но никто из них не ожидал того, что они узнали. К их огромному удивлению, работники банка обрисовали абсолютно другой портрет начальника. -Да, Александр Сергеевич был постоянно в каких-то ресторанах, клубах. — секретарша Ольга размахивала руками и её мимика была забавна. — Он тратил много денег на всякие забавы. — девушка перешла на шепот. Оказалось, Тимофеенко был фехтовальщиком, спортсменом и хорошим противником в фехтовании, из-за того, что был левшой. Никто в банке не помнил отчаяния или уныния начальника, после смерти его жены. Смотря на показания работников банка, Тимофеенко был сильным, ментально сбалансированным, эгоистичным и веселым мужчиной. Никто не поверил, что он мог совершить самоубийство. По возвращению в отделение, ребята понимали ещё меньше, чем до визита. -Похоже, у нашей жертвы было несколько лиц. — послышался голос Максима. Этим же вечером, Кристине в голову взбрела ещё одна замечательная идея. Накинув на себя тёмную худи с капюшоном, она вышла из подъезда и села в такси. Пришлось ей, в 10 часов вечера, под косыми взглядами прохожих, заходить в магазин оружия, в котором Тимофеенко покупал пистолет. И снова просить предъявить чек с подписью погибшего. Ловкие пальчики Крис тыкают по экрану и набирают номер хорошего знакомого графолога. -Алё, Димон? Привет! Это Кристина Кошелева. Можешь помочь по старой дружбе? Могу к тебе подъехать? Супер. Да так, дам тебе там один документик, проверишь кое-чё. Ага, спасибо, дружище. Мчусь к тебе!