надень на меня свой теплый свитер

я захожу в квартиру, которая уже заполнена людьми. во всех комнатах стоит неприятная для глаз и носа дымка: от сигарет и чего-то покрепче. конечно, в твоём окружении курит каждый. и я тоже. вешаю свою джинсовку, скидываю новые кроссовки, которые за день натёрли мозоли, оставляю портфель. нахожу тебя на кухне, сидящим за столом в руке с бокалом виски. увидев меня — улыбаешься, встаёшь и крепко обнимаешь, целуешь в макушку. привычный жест, который всегда вызывает улыбку на лице и бабочек в животе. но об этом я тебе не скажу.

мальчишки не сходят от меня с ума я им как младшая сестра

здороваюсь со всеми, наливаю себе сока и сажусь на свободное место рядом с тобой. ты закидываешь мне руку на плечо, ведя оживлённую беседу с одним из своих знакомых. когда заканчиваешь разговор, негромко начинаешь спрашивать, как прошёл мой день. — устала, — произношу я. — учёба уже просто поперёк горла стоит. на работе тоже завал, такое ощущение, что всё на мне висит. — бросай учёбу, — улыбаешься, и делаешь глоток своего любимого напитка. — легко сказать, — говорю я. — а родителям я это как объясню? пожимаешь плечами и снова возвращаешься к разговору с ребятами. ко мне подсаживается наша знакомая, с которой у нас завязывается непринуждённая беседа. гремящая на всю квартиру музыка бьёт по вискам и начинает болеть голова. я достаю аптечку, нахожу обезболивающее и выпиваю таблетку, надеясь, что в ближайшее время мне полегчает. убираю всё на место и выхожу с кухни, направляясь в ванную, чтобы смыть косметику и умыться. когда прихожу обратно на кухню, вижу, что на моём месте сидит она. не сдерживаюсь, закатываю глаза и остаюсь стоять у двери вместе с твоим лучшим другом. меня невольно передёргивает, когда я вижу, как ты обнимаешь её, а она держит тебя за руку. неужели она — та, которая тебе нужна? малолетка, которая умудряется вести себя, как последняя шлюха. я смотрю на неё, и не замечаю ничего необычного. типичная питерская девочка с чёлкой, одетая во всё чёрное, с какими-то нелепыми татуировками и ярким макияжем. судить людей по внешнему виду — история не про меня., но пообщавшись с ней буквально пару раз, мне стало понятно, что у человека совсем нет ничего за душой. а ты, видимо, просто боишься умных девушек. с ними же пиздец как сложно. а такие варианты, как она, — пиздец как легко. да и вообще, какая разница, если «мозги ебут и те, и те».

но почему же ты выбираешь их кукол без души, что не хотят любви

вся эта «тусовка» продолжается до самого утра. и слава богу, что завтра у меня выходной, и будет возможность нормально поспать. мне, как обычно, приходится откачивать всех тех, кто не умеет рассчитывать дозу алкоголя. настолько уже прокачалась в этом деле, что могу уложить спать даже самого буйного.

я им как младшая сестра заварю всем чаю и уложу всех спать

когда заканчиваю со всеми недо-алкоголиками, направляюсь на кухню, чтобы убраться там. ты сидишь на подоконнике, держа в руках подожжённую сигарету. сажусь напротив, забираю у тебя из рук пачку с зажигалкой и тоже закуриваю. твой взгляд направлен прямо на меня. не отрываясь, ты изучаешь моё лицо, будто видишь меня впервые. не выдерживаю, отворачиваюсь, смотря на вид за окном. многочисленные питерские многоэтажки. где-то горит свет и видны силуэты людей. но в большинстве — темнота. — я хочу у тебя кое-что спросить, — из-за долгого молчания мой голос немного хрипит, приходится прочистить горло. — спрашивай. — вы с ней вместе уже на протяжении нескольких месяцев, — затягиваюсь последний раз и тушу сигарету, кидая бычок в банку. — ты правда ничего не замечаешь, или просто делаеш вид? ты молчишь, продолжая всё так же внимательно на меня смотреть, ожидая, видимо продолжения. тяжело вздыхаю и, начиная нервничать, по привычке разминаю шею. — слушай, она — из тех девушек, которых ты постоянно засирал, — произношу я. — не буду подбирать выражений. она — шлюха. и каждый находящийся в твоём окружении человек, знает об этом. как и о том, что она позволяет себе, будучи в отношениях с тобой, раздвигать ноги. реально не выкупаешь?

а потом скажу, что его дева дрянь ходит налево и об этом знают все друзья

— блять, — начинаешь играть желваками. — понимаю и знаю. и каждое сказанное тобой слово — правда. но… — «но» что? удобно так, да? снова не отвечаешь на вопрос. а у меня пропадает желание продолжать разговор. как горох о стену — всё без толку.

он мне скажет: «да», скажет: «ты права»

спрыгиваю с подоконника и иду к раковине, начиная мыть посуду. ты ещё некоторое время сидишь, а потом подходишь ко мне со спины. обнимаешь меня, расположив свои руки ровно там, где обитают бабочки. стоишь так где-то минуту, целуешь в макушку и говоришь, что идёшь спать. пока убираюсь, слышу в какой-то из комнат стоны. закатываю глаза. беру наушники и включаю музыку, не желая слушать это. через какое-то время полностью заканчиваю уборку и выключаю свет на кухне. теперь квартира полностью в темноте. уже наизусть выучив каждый угол твоего дома, нахожу в прихожей рюкзак и решаю пойти в душ. закончив свои водные процедуры, обнаруживаю то, что не хватила с собой пижаму, когда собиралась утром перед парами. заворачиваюсь в полотенце, тихо закрываю за собой дверь. дверь в твою комнату прикрыта, что странно. обычно ты так не делаешь, даже когда дом полон людей — ты ее не закрываешь. аккуратно прокрадываюсь, намереваясь стырить у тебя футболку и лечь спать. но застываю у порога, замечая распластавшиеся чёрные волосы, блядское красное, боже как банально, бельё на полу. тяжело сглатываю, на глаза попадается твоя чёрная майка, которую я хватаю и ретируюсь. стелю себе на диване на кухне — единственный вариант. отворачиваюсь к стене, чувствуя, как глаза наполняются влагой.

а потом вернётся к ней в кровать…

***

за окном давно уже вечер. сижу в полной темноте. я из тех, кто не любит включать свет, находясь дома в одиночестве. уже битый час провожу за разработкой необходимого контента для работы. голова разрывается. снимаю очки, потираю уставшие глаза и откидываюсь на спинку стула, разминая затёкшие мышцы. мы не виделись с тобой уже почти две недели. ни звонка, ни сообщения. я тебя, конечно, люблю, но не буду за тобой носиться. уж прости, гордость не позволяет. однако это не отменяет того, что я дико скучаю. я, увы и ах, слишком привязалась к тебе. к вечерам, которые проводили вместе. к совместным прогулкам по городу. ко всему, что связано с тобой. но я устала. устала быть для тебя младшей сестрой. даже не смотря на то, что мы пару раз целовались. не смотря, на то, что ты сказал, что я для тебя — идеальная девушка. я, наверное, поняла, что не готова жертвовать собой ради кого-то, не получая ничего взамен. я ведь и правда готова была сделать для тебя всё. приехать, когда тебе плохо. уставшая после работы я могла приехать к тебе, чтобы просто напросто порадовать тебя домашней едой, ибо из-за постоянного употребления полуфабрикатов у тебя проблемы с желудком. делала всё, о чём ты меня просил. однако, пора жить не ради кого-то, а ради себя. полюбить себя. уважать себя. найти гармонию с собой. я захлопываю крышку ноутбука, кладу сверху очки и встаю, задвигая стул. выпиваю стакан воды и иду в ванную. включаю горячую воду, закрывая слив. кидаю домашнюю одежду в стирку и аккуратно сажусь в ванную. беру сигарету и начинаю курить, смотря в потолок. идеальный вечер в одиночестве. но моё удовольствие длится недолго, потому что в дверь кто-то настойчиво начинает стучать. резко сажусь, не понимая, кого могло принести в такой поздний час. наспех заматываюсь полотенцем, толком даже не вытерев ни тело, не волосы, оставляя мокрые следы на полу. смотрю в глазок и вижу тебя. какого чёрта? открываю дверь, ты молча заходишь, держа в руке бутылку виски. смотришь на меня, а потом резко поддаешься вперёд, касаясь своими губами моих. я теряюсь. пытаюсь придержать одной рукой полотенце. а ещё не задохнуться от нахлынувших чувств.

я знаю то, что между нами дружба, но твои губы для меня — ловушка

когда ты толкаешь меня к стене, я понимаю, что всё это ведёт не туда, куда нужно. твои руки уже пытаются пробраться под полотенце, под которым нет ничего совершенно. определённо я хочу тебя. но не разбитого и пьяного. ты блять даже может не вспомнишь ничего на утро.

ты не понимаешь мои чувства я для тебя, как мягкая игрушка

отворачиваю голову, упираясь рукой тебе в грудь. — нет. — почему? — ты пьяный, — говорю я, всё ещё пытаясь выбраться из твоих объятий. — отпускай. пошли на кухню. ты садишься на своё любимое место, снимаешь толстовку и кидаешь её на пол. закатываю глаза, поднимаю вещь и надеваю на себя. ухожу в комнату и вешаю полотенце на сушилку. когда возвращаюсь, на столе стоит уже два наполненных янтарной жидкостью стакана. смотришь куда-то мимо меня, кажется, даже забываешь моргать. протягиваешь руку к моей и крепко сжимаешь, до боли. я даже еле сдерживаю писк. глаза такие красные, будто плакал. синяки под глазами стали чернее ночи. поглаживаю твои сбитые костяшки, пытаясь как-то успокоить. очень хочу спросить, что же у тебя случилось., но пока не рискую. сам расскажешь. я надеюсь. — пошли на балкон? — хриплым голосом спрашиваешь ты. киваю. ты отпускаешь мою руку и я перестаю чувствовать твоё тепло. мы садимся на пол, укрываясь пледом. я кладу голову тебе на плечо и смотрю на ночной Петербург. на город, который подарил мне тебя. а вместе с тобой классные воспоминания. и не очень. целуешь меня в макушку, прижимаешь ближе к себе. прикрываю глаза. рядом с тобой всегда вот так хорошо и уютно. я не хочу это терять. но и не могу больше так. просто не могу. — я заебался, малышка, — говоришь ты. — постоянно проёбываюсь. во всём, со всеми. не знаю, что мне с этим делать. — попробуй для начала перестать пить каждый день, — говорю я, не поднимая головы. — поменяй работу. окружение. если так сильно тебя всё не устраивает — начни менять. кроме тебя никто этого не сделает, понимаешь? — я бы выбросил всех из своей жизни, кроме тебя. — а я бы и тебя выбросила. эта фраза вырывается у меня быстрее, чем я успеваю подумать. ты даже вздрагиваешь. берёшь ладонями моё лицо, смотришь в глаза, надеясь, наверное, найти ответ. — прости, — тихо произношу я. — ты заебался не один. я тоже. заебалась от того, что чувствую к тебе, а ты этого совсем не понимаешь. заебалась жить ради тебя, не получая ничего взамен. ты молчишь. отпускаешь руки и отворачиваешься от меня. ладонью прикрываешь глаза, начиная тяжело дышать. у меня по щекам начинаю течь слёзы. больно. снова больно.

поздней ночью ты придешь ко мне домой твои слёзы разбавляет алкоголь

я стираю с щёк следы от мокрых дорожек, продолжая смотреть на красивый вид за окном., а ты все так же сидишь не поднимая голову. какой-то пиздец. я уже даже высказала тебе всё, а легче не стало. ни капли. потому что ты снова молчишь. неужели так сложно ответить? плотнее кутаюсь в плед, потому что твоя толстовка нихрена не греет. тянусь к полке и беру пачку сигарет с зажигалкой., но покурить не получается. такое ощущение, что дым поперёк горла встаёт, из-за чего начинаю кашлять. ты будто просыпаешься. встревоженно смотришь на меня, подрываешься и приносишь с кухни воды. благодарно киваю, как только становится легче. ставлю стакан на полку., а ты вдруг крепко меня обнимаешь, из-за чего мне снова хочется плакать. — прекращай реветь. — не могу, — шмыгаю носом, утыкаясь тебе в грудь. — мне больно. — а мне больно, что причиной твоей болью являюсь я, — ты так горько это говоришь, что слёзы начинают литься с новой силой. — даже с тобой проебался., а я тебя люблю. — не-а, — тихо говорю я, — не любишь. ты снова ничего не отвечаешь. сильнее прижимаешь к себе и продолжаешь сидеть. внутри всё разрывает. хочется кричать. хочется что-нибудь ударить, разбить, чтобы блять отпустило от этого состояния. мы идём в комнату, когда за окном появляются первые лучи солнца. плюхаешься на кровать, а я сажусь рядом, смотрю на тебя. безумно красивый. невозможно. устало закрываешь глаза, берёшь меня за руку и через пару минут засыпаешь.

я укрою тебя, дождусь пока уснешь

ложусь рядом. смотрю на то, как медленно ты дышишь. не сдерживаюсь и начинаю гладить твои волосы. до сих пор не понимаю, зачем ты их состриг. мне больше нравилось, когда у тебя волосы еле доставали до плеч. ты не любишь свои веснушки., а мне они нравятся до безумия. я вздрагиваю, когда слышу, как начинает вибрировать твой телефон. она. опять, блять, она. блокирую телефон.

в телефоне сброшу от неё звонок

***

тем утром я просыпаюсь одна. ты оставил свою толстовку и записку. записку блять. серьёзно? «будет лучше всё это закончить. прости. люблю» — а более приторных слов ты не нашёл, да? охуенно. я рыдаю каждую ночь на протяжении недели. на протяжении этой недели я и не выхожу из дома. никому не отвечаю на звонки. никому не пишу. не хочу., а однажды просыпаюсь новой. совершенно. вымываю всю квартиру, еду в супермаркет и закупаюсь продуктами. решаю поменять обстановку. вечером еду гулять в центр, не задумываясь, что могу встретить там тебя. заново дышу. не думаю ни о чем плохом. с удовольствием хожу на учёбу и работу. боже, наконец-то я живу! но ты был бы не ты, если бы в один вечер не начал названивать. мой телефон был готов взорваться. я долго думала, отвечать или нет. думала о том, что может у тебя случилось что-то., но не ответила. ты поставил точку, а я не буду добавлять туда запятую. не буду. всё.

посчитай гудки, я не возьму