Наизнанку

      Эрик встретил ее максимально глупым образом из всех, что можно было придумать. Его дни и так были наполнены отборной глупостью: то коты, понимаешь, за тобой бегают, то дело восьмилетней давности кто-то едва не крадет, то в комнату залезают домушники… Но их встреча побила все рекорды глупости и неловкости.       Он на нее упал.       — Ауч! Осторожнее! — в ее голосе не слышалось ни обиды, ни гнева, словно на нее каждый день пачками падают парни.       Хотя, стоило Эрику взглянуть на незнакомку, он бы сказал, что, вполне возможно, так и есть.       Девушка, которую он чуть не сбил, запнувшись — именно запнувшись — об первоклассника, была чарующе прекрасна. Словно сошедшая с картины гения, со смольными волосами, собранными в свободный хвост, с белоснежной кожей, алыми губами и глазами цвета сентябрьского листа, она двигалась грациозно, подобно гибкой кошке.       От смущения Эрик даже не сразу понял, что было бы неплохо извиниться.       — Я… эм… прости, я не специально, — замялся он, выпрямляясь.       — Ничего, ты меня почти не задел! Просто постарайся больше не падать. В следующий раз я могу и не смягчить падение.       Девушка склонила голову и глянула куда-то ему за спину. Ее яркие губы растянулись в задорной улыбке, а глаза засияли, как бриллианты.       — Заяц? Забавно…       Вся кровь, какая есть в теле, ударила в щеки. Эрик молниеносно стащил с плеча рюкзак и принялся заталкивать плюшевую игрушку обратно. Черт бы его побрал взять зайчишку сегодня с собой! Держал бы дома, в дальнем углу! А теперь эта красавица думает, что он, как девчонка, мягкие пылесборники любит!       Стоп. Красавица?.. Белуха, ты совсем с катушек слетел!       — Чего забавного? — встрял в разговор Лавр. — Уж лучше плюшевый заяц на удачу, чем бутылка алкоголя. Пошли, Эрик, пока нам не прилетело от какого-нибудь мимо проходящего ухажера.       Девушка прищурила глаза:       — Эрик! Я слышала о тебе!       — Обо мне? — растерялся парень. — От кого?       — М, неважно, — легко рассмеялась девушка и повернулась к Лавру. — А ваше имя, позвольте поинтересоваться?..       — Прости, не болтаю с девушками, чей уровень развития ниже моего, — отчего-то огрызнулся Сотенко.       — Ох, бедняжка! Тебе, наверное, тяжело, за всю жизнь не получить ни капельки женского внимания.       Лавр жутко округлил глаза и побагровел от злости.       — Сколько агрессии! Успокойся, глубоко вдохни. Ты же не станешь бить того, кто слабее, в ваших кругах ведь так не принято? — покачала головой красавица и развернулась на каблуках. — Я Оливия, кстати! Можно просто Олив. Захотите на кого-нибудь упасть, с радостью подставлю свое плечо возле тридцатого кабинета.       Она ушла, оставив шлейф цветочно-пряного аромата, и Эрик не мог отвести от нее взгляда до тех пор, пока Оливия не скрылась за поворотом. Что-то странное, незнакомое, прекрасное расцвело в груди. Сердце едва могло успокоиться, а живот наполняли самые настоящие, о которых пишут в книгах, бабочки…       — Слюни подбери, — хмуро шикнул Лавр и треснул его по подбородку. Эрик едва не прикусил язык, но зато заметил, что все это время стоял с открытым ртом. Как баран. — Не, ну ты видал, какая? Строит из себя!.. А за макияжем и симпатичной одежкой — страхолюдина! Ты знаешь, я кучу ужастиков пересмотрел, так во многих монстры покрасивее, чем эта шл… это пугало!..       Сотенко продолжил что-то говорить, но Эрик уже не слушал.       Он встретил ее максимально глупым образом. И максимально глупо втрескался…