Дельфинка

      Мы вышли на улицу и тут же как по заказу рядом с нами остановилось несколько черных тонированных джипов. Меня удерживал Лазунков за талию, чтобы я не упала, а я старалась забыть и не замечать боль и вдруг внезапно появившуюся сонливость. Мы уселись в один из джипов, Дима сел за руль. Я немного удивилась этому, потому он давно не спал и мог уснуть за рулем, но он заверил, что такого не случится.       С нами, конечно же, увязались Лера с Сергеем, уговоры и приводимые аргументы не спасали, Лера как и Дима была упертой, видимо это семейное. Поэтому я села на переднее сидение, развалившись на нем, откинув сидение почти до конца, так как мне все еще трудно было сидеть, а Лера и Сергей ютились сзади на двух сидениях.       Всю дорогу нас сопровождал кортеж из нескольких джипов, и во всех сидели охранники. Ехали мы довольно долго, иногда Дмитрий уступал место Сергею, так как он не спал уже несколько ночей. Несмотря на то, что он противился и говори, что не хочет спать, и чувствует себя хорошо, мы все-таки смогли его уговорить. Все-таки трое против одного.       Мне кажется, что он не раз уже пожалел, что взял нас с собой. Но Лера всех подбадривала, говорила, что как прекрасно будет, когда мы заберем Лиану и уедем домой. Мама накроет на стол и все будет прекрасно. Мы были благодарны ей за это, потому что чем ближе мы подъезжали к Краснодарскому краю, тем больше в наших жилах закипала злость и переживания за девчушечку. К слову, Лазунковы старшие ничего не знали. Как только Дима узнал о произошедшем, первым делом позвонил им и сообщил, что всех забрал к себе, погостить на несколько дней. Вере Викторовне, конечно же, это не понравилось, а что делать, она не стала спорить с сыном, а просто смирилась с этим. Лишние волнения были ни к чему, поэтому проще было соврать, что он и сделал.       К утру следующего дня мы были уже на месте. Искать долго не пришлось, под описание подходило не так много народа, а вновь прибывших и того меньше. Село было очень маленьким, каждый все про всех знал. Когда мы спрашивали у людей, а мы поспрашивали не так мало народу, то никто даже словом не обмолвился, что она была с ребенком. Она всегда ходила одна.       Мы остановились за несколько домов до назначенного, из машин сразу повылазили люди в черных костюмах, у каждого при себе имелось оружие, что немного успокаивало. Я, как мы и договорились, осталась в машине с Лерой, хотя та устроила такую истерику, что не поддаться ей было сложно. Благо я смогла уговорить ее и надавить на то, что она не в том состоянии, чтобы скакать по дому и искать Лиану. — Как думаешь, в каком она состоянии? — Вдруг произнесла Лера, прерывая тишину в машине. — Думаю, она пережила огромный стресс, — тихо ответила я, всматриваясь вперед.       На горизонте уже никого не было, видимо все люди Лазункова зашли на участок. Криков и стрельбы тоже не было слышно, казалось, что пока все шло хорошо, но меня не покидало жуткое сомнение. Я чувствовала, что Лианы там нет, чувствовала, что выйдут они оттуда без нее, не знаю почему. — До сих пор не понимаю, как такое могло произойти, за ней был круглосуточный контроль, — девушка устало опустила голову на руки, мотая ей из стороны в сторону. — Лер, я очень хочу в туалет, я пойду, схожу к их соседке, может она пустит меня, — невозмутимо проговорила я, открывая дверь. — Стой, я с тобой. — А если твой брат вернется, а нас нет, он голову нам свернет, — останавливая ее внезапный порыв, запротестовала я. — А так, ты встретишь их и скажешь, что я в туалете, а то я и в правду лопну. — Ладно, иди, только осторожнее, мало ли здесь сумасшедших.       Я тихо открыла дверь и вышла наружу. Огляделась и поняла, что в округе вообще никого нет, будто вымерли все, хотя буквально недавно проселочная дорожка была оживленной людьми. Осторожно открыла калитку и вошла внутрь. Сад был достаточно ухоженным, но немного заросшим, будто неделю, а может и больше на участке никто не появлялся. Старый потрепанный домик, выцветшая краска — говорили о том, что жильцы дома явно не молодые люди. Да и в таком захолустье вряд ли будет жить молодежь.       Я неуверенно постучала в дверь. Почему-то мне вдруг захотелось вернуться и сесть обратно в машину, мне уже не казалась эта идея хорошей. Дверь мне отворили не сразу. На порог вышла молодая женщина лет тридцати примерно, удивленно смотря на меня. — Чем-то могу помочь? — безэмоционально произнесла она, а я резко схватилась за бок. Жуткая режущая боль снова отдалась в моем теле, и я непроизвольно скривилась. — Могу ли я воспользоваться вашим туалетом, — я вдруг запнулась, понимая, как звучит это нелепо. На ее месте я бы задала встречный вопрос о том, где находится мой туалет, и почему я не могу воспользоваться им. — Я не местная и… — Женщина перебила меня и вдруг, лучезарно улыбнулась. В ее улыбке промелькнул какой-то оскал, и я вдруг занервничала. — Конечно, проходите, он в доме, — она любезно отступила от двери и впустила меня внутрь.       За нами захлопнулась дверь с грохотом, и я подскочила. Надо было сходить в кустики, не нравится мне эта женщина, какая-то странная. Я прошла в большую комнату, осматривая помещение. Странно, что эта женщина живет в таких условиях. Старая мебель, повсюду пыль, грязь и паутина, все такое потертое и дряхлое. Я бы больше подумала, что здесь живет какая-то пожилая пара, но явно не молодая женщина. — Куда можно пройти? — Обернулась резко я, чувствуя, что здесь творится что-то неладное. В следующую секунду я почувствовала сильный удар статуэткой по голове. — Наконец-то я смогу доделать то, что начала. — Последнее, что я услышала, прежде чем упасть и потерять сознание. Снова.       Очнулась я снова посреди темного сырого подвала. Бок неистово болел, а голова раскалывалась на мелкие частицы. Кажется, моя голова скоро не выдержит такого насилия над собой и просто откажется работать. Хотя если я додумалась одна пойти в незнакомый дом, находившийся в местности, где живет психически нездоровый человек с украденным ребенком, то, думаю, она уже давно вышла из строя и перестала работать. — Диана, очнись, прошу тебя! — Жалобный детский голосок вторгся в мое сознание, и я тут же, с трудом, но все же распахнула глаза. Больно, как же мне сейчас больно.       Я смотрела перед собой на Лиану и не верила глазам, это было за рамками моего понимания, мне казалось, что это все страшный сон. Девчушечка сидела вся в синяках, в ссадинах и порезах около стены напротив меня. Одежда вся была рваная, грязная, лицо, опухшее от слез, а на шее, как на собаке, в виде ошейника, сжималась цепь.       В ужасе я подорвалась с места, но точно такая же, как у нее, цепь на шее вернула меня на место. Руки были скованы наручниками, и я дернула несколько раз — никакого результата, они намертво были сцеплены. — Лиана, все хорошо, я здесь, — нежно проговорила я девочке, а у самой сердце отдавало такой ритм, что казалось, скоро выпрыгнет из моей груди. — Диана, мне страшно, — прошептала Лина, обнимая себя руками. Я видела, как подрагивают ее плечи, она подтянула к себе колени и зарылась в них лицом. Мне было больно видеть всегда лучезарную, улыбающуюся девчушку, в таком состоянии. — Забери меня отсюда…       Двумя руками я схватилась за цепь, которая тянулась от стены до моей шеи и дернула со всей силы. Несколько крошек бетона посыпались на пол, и я победоносно осознала, что есть шанс на спасение. — Лианочка, милая, не бойся, это же игра такая, ты, что не знаешь ее? — Стараясь говорить спокойно начала я, с силой дергая каждый раз на себя цепь. Каждый рывок отдавался в боку, каждое слово проносилось через мою голову, принося жуткую боль. — Мне не нравится такая игра, я хочу домой! — Запищал ребенок, и я в очередной раз дернула на себя цепь. Присмотрелась к дырке и увидела медленно появляющийся кусочек кола, который удерживал цепь. — Нам надо пройти все трудности сначала, чтобы оказаться дома, вот видишь, меня прислали к тебе на помощь, увидели, что ты не справляешься и отправила к тебе, чтобы мы вместе проходили квест. Знаешь, что такое квест? — Знаю, меня Лера водила на квест, но он был не такой страшный. — Вот, это тоже квест, и чтобы выбраться отсюда, нам надо с тобой решить несколько загадок. — Я придумывала на ходу. Не знаю, откуда весь этот бред возник в моей голове, но он шел потоком, я не могла остановиться, скорее даже боялась это делать.       Собрав всю оставшуюся силу, я дернула в очередной раз, понимая, что этот раз последний, если я сейчас не добью, то потом не смогу. И сработало. Меня откинуло в сторону, потому что кол, наконец-то, поддался и вытащился из бетона, видимо мне это удалось, только благодаря тому, что эта рухлядь была настолько старой, что мои предки еще застали бы.       Схватив кол в руки, я подбежала к Лиане, опускаясь перед ней на колени. Она поддалась вперед и тут же крепко обняла меня, зарываясь в мои волосы. — Я не хочу проходить квест, забери меня отсюда, — снова зарыдала она, а я попыталась с силой дернуть ее цепь. Ноль реакции, вообще никакой, то ли сил уже больше не осталось, то ли ее кол был впечатан недавно, не знаю. — Лианочка, солнышко мое, тише, я с тобой, все хорошо, дай я посмотрю, — осторожно отстранила от себя ребенка и с ужасом осознала, что у цепочки нет конца. Господи, как она ее вообще посадила на нее? Она сначала обмотала что ли ее шею, а потом уже вбивала кол в стену? Как это возможно?       Я вытерла аккуратно ее слезинки со щек и еле улыбнулась. В голове заработали шестеренки, мне срочно надо было придумать, как снять с нее ошейник. — Хорошо, мы не будем больше играть, скоро поедем домой, только мне нужна твоя…       Я не успела договорить, так как звук выстрела разнесся по всему подвалу. — Отойди от нее, иначе следующая пуля полетит в твою голову! — Заорала та самая безумная барышня, которая впустила меня в дом. Так вот как выглядит бывшая жена Лазункова, как я сразу не догадалась? Как молодая женщина может жить в этом доме по собственной воле, не зря у меня сомнения появились с самого начала.       Я осторожно поднялась с колен и выпрямилась. Все тело дрожало. Я боялась, но боялась не за себя, не за свою жизнь, а за жизнь Лианы. — Давно мечтала тебя прикончить, — начала она, медленно подходя ко мне, — Лазунков все не давал, — она злобно усмехнулась, скалясь, — То вечно рядом с тобой, то охрану за тобой ставит. Сложно было, но сейчас ты здесь. Сама пришла. — Она обошла меня, подходя сзади. Мне стало страшно, никто не знает, что делает человек, когда он сзади, особенно, когда человек невменяем. — Конечно, ты же такая красивая, умная, проститутка только, да и Бог с ним, зато в постели хороша, так ведь? — По голосу было понятно, что она снова усмехается, но продолжала обходить меня. Я себя чувствовала манекеном, который обхаживают с каждой стороны, чтобы посмотреть на него. — Отпусти девочку, она-то тут причем? — Прошипела я, резко оборачиваясь на нее. — Без резких движений, милочка, — я почувствовала, как в мой живот уперлось дуло пистолета. — А эта «девочка», как ты выразилась, моя дочь и она будет жить со своей мамочкой. — Она не хочет жить со своей «мамочкой», — не выдержав, съязвила я, заглядывая в ее безумные глаза. — Сейчас не хочет, потом смирится и захочет, — пожала плечами она. — Да, солнышко? — Обратилась она к Лиане, повернувшись в ее сторону, а та лишь отвернулась, снова утыкаясь в колени. — Папу ты все равно больше не увидишь.       Меня будто пронзило током. Папа. Снаружи ведь ее папа! Мне надо только выбраться и позвать его. Резко, выставив ладонь вперед, я сбила пистолет, и выстрел пришелся куда-то в стену, благо в противоположную сторону от Лианы. Он с грохотом упал на пол, и пока Анфиса не очнулась, я в один шаг обогнула ее, перекинула руки через нее и цепью от наручников перекрыла ей доступ к кислороду. Она оказалась сильной, как бы я не давила, она понемногу оттягивала ее от шеи своей. У меня и без того не было сил, сейчас не осталось их и вовсе, поэтому если это дело продолжать, то победителем явно выйду не я.       Благо помещение было маленьким, кое-как дотащив ее до стены, резко направила руки в нее и приложила к стене, тем самым голова женщины встретилась с бетоном. Пару раз таких действий оказалось достаточно, чтобы она отключилась и рухнула на пол, а следом за ней и я.       Кое-как собрав все силы в кулак, я перекатила тело и встала. В испуге подбежала к Лиане, которая дрожала всем телом, она видела все, она прекрасно осознавала, что я сейчас делала. — Лиана, ты сиди тут, твой папа снаружи, мне надо сбегать за ним, хорошо? — Тихонько произнесла я, заглядывая в глаза девочки. Она осторожно кивнула, отвечая на мой взгляд.       Я поднялась и рванула с места. Не знаю через сколько она очнется, но мне стоило поторопиться. Поднявшись еле по деревянной крутой лестнице, я поняла, что внутри висит замок. Я слышала голоса. Молясь, чтобы это были люди Лазункова, на свой страх и риск, я начала барабанить по деревянной крышке. Времени, чтобы бежать обратно за ключом и искать его, не было, поэтому я продолжала стучать и орать в голос, чтобы меня услышали. Ждать долго не пришлось. — Диана? — Взволнованный голос Лазункова отрезвил меня, и я отступила. — Да! Здесь замок, выбивай! Лиана со мной! — Закричала я снова. — Отходи от люка.       Я ринулась обратно к Лиане, зная прекрасно, что они справятся там и без меня. Анфиса так и не очнулась, что не могло не радовать, второй раз я с ней уже не справлюсь. Я присела на корточки к девочке и обняла. — Все, зайка моя, игра закончилась, ты победила, все хорошо, — затараторила я, прижимая ребенка к себе ближе. Все закончилось. Наконец-то все закончилось.       Первыми в подвал ввалились Лазунков, Лера и Сергей, за ними же стояли люди первого. В глазах у них застыл ужас. Дмитрий не медлил, он рванул с места, подрываясь к нам. Я отошла от Лианы, ей нужен был сейчас папа. Он встал на колени рядом с ребенком, судорожно осматривая все ссадины и гематомы, а затем резко прижал к себе, укачивая в руках. — Доченька, господи, как ты себя чувствуешь? — Испуганно шептал мужчина, ни на секунду не выпуская ее из рук. — Папа, я не хочу больше проходить этот квест! Забери меня домой! — Недовольно заверещала Лиана, вытирая слезы.       Ко мне подбежала Лера, крепко обнимая и спрашивая про мое самочувствие, а я только легонько кивнула. Ее взгляд приковался на что-то сзади меня. Я осторожно обернулась и увидела, на что смотрит девушка. На Анфису. Лера вдруг подорвалась с места и побежала к телу, которое продолжало быть без сознания. — Тварь! — закричала она, и с силой ударила ногой ей в живот. — Это же ребенок! — еще удар и все обернулись на нее. — Это же твоя дочь! Как ты могла?! — Она продолжала наносить удары, из ее глаз потекли слезы, она орала на весь подвал. — Чтобы тебя заживо закопали, мразь!       К ней подбежали несколько охранников и еле оттащили от тела, которое, по-видимому, начало приходить в сознание. Ее обыскали и нашли ключи от моих наручников и наших цепей, оказывается, в них был встроен замок, который я на первый взгляд не рассмотрела.       Сил не было, я устала, бок кровоточил и, казалось, что я снова скоро потеряю сознание. Нас освободили от цепей и наручников, вывели из дома и посадили в машину. Дмитрий укутал нас в теплый плед. Меня мутило, Лиана опустила голову мне на колени и уснула, а Дмитрий вышел из машины, направляясь обратно в дом. Я опустила голову на прохладное стекло и тоже вырубилась.