painfully to see

Чонгук шуршит пледом, ерзая под ним ногами и ощущая тепло на своих лодыжках. «Наверное, это Хосок», — думает он и с этой мыслью распахивает глаза, видя расплывчатые белые круги в обычно черной темноте. Чон слабо дергает ногой, слушая ровное сопение у себя в ногах. Рука на его лодыжке сжимается. — Мистер Чон? — робко и тихо спрашивает Чонгук, сжимая пальцами край пледа у груди. — М-м, — тянет «Хосок» хрипло и разминает шею, уставшую от такого положения. — Нет, не Чон. Чонгук узнает голос и вмиг краснеет. — Мистер Ким, простите, я… я сейчас… — он хочет убрать ногу, чтобы не тревожить старшего, но… Тэхен сжимает пальцы на его ноге через плед. Чонгук недоуменно выдыхает. — Знаешь, Чонгуки, тебе нужно больше кушать с такими худыми ножками, — выдает Тэхен хрипящим тоном, усмехаясь. — Что? Худыми ножками? — возмущается Чонгук, резво поднимаясь на диване в положение сидя. Тэхен глухо хихикает. — Между прочим, я делаю много упражнений на ноги. Вы еще не видели моих бедер! О-о. Кажется, это было лишним. Чонгук вмиг сжался в комочек, обхватив себя руками, и вытащил свою ногу из хватки Тэхена, который разжал руку. Нервно зачесав рядом лежащего Шая за ухом, Чонгук надул щеки и отвернулся от Тэхена. В его голове возник вопрос. — Мистер Ким, а как вы?.. Вы же сами говорили про касания. Тэхен вздыхает и качает головой. — Было темно, я не видел твоих ног в темноте. Я думал, это Юнги. Он иногда остается тут ночевать, когда ему лень идти домой. Хотя живет он через дорогу! Нет, ну ты представляешь? Вчера он пробыл на рабочем месте всего пару часов и еще жалуется на начальство в порывах своей ворчливости, требуя повышения зарплаты и побольше выходных за их счет, потому что, видите ли, работа с бумажками медленно уничтожает его зрение, которое между прочим стопроцентное, — на одном дыхании выпаливает Тэхен, ярко жестикулируя и шумно выдыхая в конце рассказа. Чон открывает рот. — Все в порядке, мистер Ким, вы могли и не оправдываться, — смеется Чонгук, поднося руку ко рту, и затем приглаживает свои волосы. О нет. — Боже, я… я… неужели я провел здесь всю ночь?! — вдруг вскрикивает Чонгук, боясь повернуться к Тэхену. — Простите меня, хен, я не хотел, я собирался уходить, как только дождусь вас, но вы задержались, и… о господи, я думал, это мистер Чон сидит со мной. Я думал, что сейчас еще вечер! — Ха-ха, Гуки, ты такой забавный, — заливается громким смехом Тэхен, широко раскрыв рот, оголяя зубы. Его глаза превратились в две щелки, сквозь которые еле-еле проходил свет. — Почему вы смеетесь, господин Ким? — снова дуется Чонгук и хлопает глазами. Чонгуку приятно слышать его смех, такой настоящий и теплый. Перед глазами ненавязчиво проносится слово «счастливый», произнесенное вчера губами Хосока. Тэхену и правда хорошо с ним? Потому что у Чонгука щемит сердце от одного осознания — тот коснулся его. Было ли это касание непреднамеренным, как говорил сам Тэхен, было ли совершено по его желанию — Чонгуку не узнать. Но ему почему-то не верилось в слова Кима. Или просто не хотелось верить. Чонгук желал знать правду и безумно мечтал почувствовать его руки на себе еще хотя бы раз, чтобы удостовериться в том, что к нему Тэхен может прикасаться, когда захочет. И как захочет. Возможно, он бы показал ему однажды свои бедра. — Намджун, не трясись ты так, ты правда думаешь, что он откажет тебе? Боже, какой ты идиот, ха-ха, — хрипло смеется Юнги, получая за это подзатыльник от Хосока. Парни собрались в зале тренировок для обсуждения плана, который заключался в приглашении Сокджина на свидание. С Намджуном. — Он вроде как говорил, что уже встречается с какой-то девушкой. Зачем ему я? Тем более парень. Вдруг, он не такой, — застенчиво произнес Намджун, нервно потирая предплечье ладонью. Юнги снова начал смеяться и отошел в сторону, чтобы не получить от Чона еще один подзатыльник. Тот лишь глаза закатил. — Что за бред? Сокджин и девушки — это несовместимые вещи. Он подойти даже не может к ним, ты о чем? — Хосок всеми силами старается приободрить Намджуна, пока Юнги смеется в стороне. На голоса пришел Сокджин. На нем был плащ, значит, он только что зашел с улицы. — Привет всем. Что за собрание? — он поднял брови и легко улыбнулся. Намджун нервно запотел. Юнги перестал смеяться, подавившись, и состроил на лице мину безразличия. — Обсуждали планы на сегодня, — выкрутился Хосок, заведя руку за голову и нервно смеясь. — Давай же, ну, мы сейчас уйдем, а ты действуй, — прошептал он Намджуну, стиснув зубы, и кивнул Юнги. — Там бумажки, Хосок, поможешь? — произнес заготовленную фразу Мин и закатил глаза. Какой глупый план. Он просто актерище. — Да, конечно, ха-ха, мы скоро вернемся, не скучайте, — они уходят. — Слышишь? Кажется, парни уже тут, — тихо говорит Тэхен, уловив голоса за дверью. Чонгук кивает ему и прислушивается. Ким встает с дивана и подходит к двери, медленно поворачивая защелку. Открыв дверь, он высовывает голову наружу и замечает двух своих коллег, один из которых выглядел так, словно он умер и его разбудили. — Какого черта? — на эти слова Чонгук подтянулся следом, осторожно подходя к Тэхену. Жаль, он не мог увидеть спектакля, который разыгрывался в зале. — Боже, да, прости, это было так глупо — спрашивать тебя об этом, ха-ха, да, у тебя ведь есть девушка, я все понимаю, да, все хорошо, — непонятный набор слов выливался изо рта Намджуна, лицо которого словно облили кремом для загара, и оно обгорело. — Да. Я сказал да, Намджун. — Что? — Намджуну показалось, или Сокджин только что сказал «да»? Он что, согласился? — Прости, мне послышалось? Сокджин мило засмеялся, прикрыв рот рукой. — Дурак, — бросил он и ушел, забирая со стола ключи от своего кабинета. Намджун выглядел так, словно его вилку, которая доставляла ему жизненные силы, вытащили из розетки. Тэхен смеялся приглушенно, пытаясь не заржать откровенно на весь зал. Он закрыл дверь и повернулся к Чонгуку, смело смеясь во весь голос. Младший так опешил, что даже не знал, как на это реагировать. Он просто стоял и хлопал глазами, пытаясь в голове сформулировать вопрос. — Чонгук, никогда, слышишь, никогда не бойся приглашать на свидание. Чонгук не понял слов Тэхена. К тому же из-за него он плохо расслышал то, что происходило в зале. — М? Почему, мистер Ким? — Глупо бояться правды. Чон не стал ничего спрашивать после этого. Тэхен как-то горько усмехнулся после долгого смеха и ушел, оставив дверь открытой. Чонгук постоял немного, позвал к себе Шая и вышел на разведку. Пора бы пойти домой. Позвонить Чимину. Чонгук так сильно по нему соскучился, что, задумавшись о предстоящем разговоре, забыл зайти попрощаться с парнями, как-то быстро завернув к выходу. Шай сразу понял, куда его вести, и они пошли домой. «Какой правды боится Тэхен?» Придя домой, Чонгук сразу же позвонил Чимину с помощью голосовой команды. Тот, к его удивлению, незамедлительно ответил. — Чонгук! Что-то случилось? Привет, — радостно и немного взволнованно поздоровался Пак и затаил дыхание. — Привет! Как ты? У меня все хорошо. Ой… я не отвлекаю тебя от работы? — вдруг запнулся Чонгук и застыл на месте. — Нет, у меня выходной сегодня, ты меня не потревожил, — отсмеялся Чимин и отмахнулся в пустоту. Жаль, Чонгук не мог видеть его жесты. Чимин такой расточительный в этом плане. — Хорошо! Мы можем поговорить о… — Тэхене? — подхватил друг, будто знал, зачем звонит Чонгук. Конечно, знал. Чонгук как-то странно улыбнулся. Чимин и правда знал его как облупленного. — Да, — выдохнул он в трубку и опустил голову виновато. — Но если ты хочешь, мы можем поговорить о чем-нибудь другом. Расскажи о своих делах, раз у меня ничего толком и не происходит интересного… — Чонгук поник голосом, и Чимин услышал это увядание. Пак горько покачал головой. — Нет, я хочу услышать все о том, что происходит между вами с Тэхеном. Так что я слушаю, Чонгук. Не упусти ни одной детали! — с энтузиазмом воскликнул Чимин, и Чонгук представил, как в этот момент он кладет свою ладонь ему на плечо. Чон тихо вздыхает и начинает рассказывать, поблагодарив друга за возможность высказаться. Чимин слушал Чонгука предельно внимательно, отмечая кое-что для себя. — Так значит, как я понял, тебе нравится Тэхен? — завершил Чимин, когда Чонгук закончил свой рассказ о вчерашнем вечере и сегодняшнем утре. Чонгук подавился собственными слюнями. — Что?! Когда я тебе такое сказал? — всполошился он, закусив губу и закатав рукав толстовки на левой руке. Чимин довольно захихикал на том конце провода. — Почему? Почему ты смеешься? — Прости, просто это так мило, то, что ты не признаешься себе в этом, — сквозь хихиканье еле выговорил Пак, вытирая указательным пальцем мокроту под глазами. — Это так очевидно?.. — Ухослышно, я бы сказал, ха-ха, — скаламбурил Чимин, но Чонгук не совсем понял его шутки. — Ох, хм… что ты собираешься делать дальше? — Делать дальше? — переспросил Чонгук, не совсем понимая, к чему Чимин клонит. — Ну, судя по твоему рассказу, ты тоже ему нравишься, — сказал Чимин так, будто это было самым известным фактом для всех. Чонгук нервно сглотнул. Нет. Он не мог даже думать о таком. — Что за чушь, Чимин, — всполыхнул он, разжимая пальцы, отчего рукав пополз вверх, возвращаясь в свое нормальное положение уже помятым. Шай заинтересованно поднял на хозяина Взгляд. — Ничего не чушь. Вот увидишь. Если, как ты говоришь, он коснулся тебя, несмотря на то, что не терпит касаний, это значит, что… это что-то значит! Не знаю, правда, что, но… он определенно старается подобраться к тебе поближе. Как бы странно это ни звучало. — Мне так стыдно, Чимин, прости, — вжавшись в ворот толстовки, промямлил Чонгук, зажмурившись. Из трубки раздался удивленный вздох. — Почему, малыш? Чего ты стыдишься? — Ну… ты, наверное, думал, что я как все. Ну, что мне нравятся девушки… — неловко начал Чонгук, но Чимин закончил за него. — Хватит говорить глупости. Ты не такой, как все, запомни это. И что за чушь? Разве парням можно любить только девушек? — загорелся Чимин на мгновенье, но быстро угас, мягко улыбаясь. Ему было приятно волнение друга. Они полностью доверяют друг другу. — Мне тоже кое-кто нравится, — застенчиво добавил Чимин и неосознанно опустил взгляд в пол. — И это парень, — добил он.