Ненависть

- Кто все эти люди? - Кэролайн закидывает ногу на ногу, и делает маленький глоток вина из широкого бокала. - Тебе ли не все равно? - Бонни повторяет движение подруги, но в тысячу раз дерганнее. - Мне да, но тебя это, определённо, напрягает. - блондинка вглядывается в задумчивое лицо подруги и вкрадчиво добавляет. - Ты вся на нервах. - Я просто вымоталась за эти дни и хотела бы немного отдохнуть. - в лживых словах проскальзывает намёк на правду, но главной причиной взвинченного состояния по-прежнему остаётся уютно устроившийся внутри страх. - О чем вы разговаривали с этой женщиной? - Кэролайн решается задать интересующий её вопрос, ловя угрюмый взгляд зелёных глаз. - Она хотела узнать, где может находиться Кай. Я ответила, что не знаю. - снова ложь, такая наглая и неприкрытая, но принятая подругой как данное. - Насчет отдыха, - Кэролайн легко переводит тему, за что Бонни ей мысленно благодарна. - Этот красавчик, как там его? Энзо? Мне показалось или между вами промелькнула искра? - Тебе показалось. - Но он весь вечер не сводит с тебя глаз.- девушку кивает в сторону, где, прислонившись к стене и удерживая двумя пальцами граненый стакан с виски, стоял Сент-Джон. - А может быть он смотрит на тебя. - парирует Бонни, всеми силами избегая прямого янтарноно взгляда, направленного прямо на неё. - Сейчас мы это и выясним, - не долго думая, вампирша резво поднимается на ноги. Кэролайн лёгкой походкой преодолевает просторный хол, маневрируя между толпами собравшихся на банкете гостей. С широкой улыбкой оказывается рядом с Энзо и начинает что-то энергично щебетать, при этом то и дело кивая в сторону своей подруги. - О, Боже. - Беннет прикладывает ладони к лицу, ощущая, как под подушечками горят от стыда щеки. Бонни хочется провалиться под землю, когда парень убирает недопитый стакан и делает уверенные шаги в её сторону. Что Кэролайн ему наплела? Что он планирует делать? - Подаришь мне танец? - Энзо сразу переходит к делу, протягивая свою ладонь и выжидающе приподнимает тёмные брови. - Я? - это звучит до нелепости бредово и вызывает у парня лёгкую усмешку. - Ты видишь здесь кого-то ещё? - обводит окружающее пространство взглядом. - Всего один танец, Бонни, я не кусаюсь. Эта фраза звучит двусмысленно, если брать в расчёт тот факт, что перед ней кровожадный вампир, клыки которого могут проявиться в любой момент. Бонни чувствует непонятное напряжение и нежелание принимать протянутую ладонь, но в конечном итоге решает, что хуже явно не может быть. А танец с приятным молодым человеком - не такое уж отвратное времяпровождение. Энзо радуется, как маленький мальчишка, когда Бонни все-таки вкладывает миниатюрную ладонь в его руку. Он делает галантный поклон, тем самым вызывая тихий смешок, и смело вовлекает в медленный танец. Широкая ладонь касается оголенной спины, едва прикрытой лёгкой нежно-бежевой тканью сбегающего вниз платья. Его пальцы на удивление мягкие и тёплые, но девушка все равно вздрагивает, в который раз прогоняя прочь гнетущие мысли. Мысли о холодных, грубых руках, сминающих её тело и горячих губах, покрывающих каждый его миллиметр. Бонни закусывает щеку и опускает голову на твёрдое мужское плечо. Необходимо перестать думать. Заставить себя не чувствовать разбитое в ошметки сердце, которое продолжает упрямо биться в груди. Боль - лишь временная мера. Бонни, непременно, переживёт это и сможет свободно дышать. Когда-нибудь. - С тобой все в порядке? Ты вся дрожишь. - Энзо слегка отстраняется, обеспокоенно вглядываясь в нахмуренное лицо, и заботливо убирает выбившийся из причёски локон за ухо. - Да, конечно. - Бонни в очередной раз пытается придумать лживую отговорку, со всей искренностью, на которую способна, выдавливая из себя дежурную улыбку. - Просто алкоголь в голову ударил, ничего... Мне... Мне нужно подышать свежим воздухом. Путается в словах и до абсурда нелепо пытается покинуть душащие её объятья. Конечно, Энзо не виноват, что вызывает у Бонни лишь желание отстраниться и сбежать из плена тёплых рук. Не виноват, что она не может отпустить и вычеркнуть из своей памяти одновременно ненавистный и такой желанный образ психически неуравновешенного социопата. Не виноват, что ей просто-напросто не хватает смелости посмотреть правде в глаза и признать собственную помешанность на гребанном Кае Паркере. Бонни не помнит, как оказывается в холле до безобразия огромного особняка, коридоры которого напоминают старинный замок. Стремительно взбегает по ступенькам на второй этаж, стуча каблуками по грубому паркету. Замирает у приоткрытой двери, ощущая невесомое дуновение ветра от приоткрытого балкона. Вдох-выдох. Это труднее, чем кажется со стороны - сделать глубокий вдох, когда что-то внутри мешает. Давит. Убивает. До побелевших костяшек стискивает пальцами перила, прислушиваясь к собственному сбитому дыханию. Ей катастрофически не хватает воздуха. Мысли сбиваются в один тугой комок и вызывают приступ тошноты. Хочется разнести к чертям все в этом месте, разорвать, покромсать, разрушить, разбить. Да что угодно, лишь бы не испытывать ноющую тяжесть внутри. Бонни резко вскрикивает от неожиданности, когда её со всей силы впечатывают лопатками в ледяные каменные стены, занавешанные темно-алой тканью. Первым делом хочет закричать, но рот накрывают прохладные пальцы, а в полумраке ярко сверкают льдисто-голубые дьявольские глаза. - Тшш, - Бонни на мгновение замирает, ощущая щекой горячее, но едва уловимое прикосновение мягких губ. - Сейчас я уберу ладонь, но если ты продолжишь визжать, я вырежу тебе лёгкое. Сердце уходит в пятки, когда острое лезвие ножа скользит от области ключиц вниз, невесомо цепляясь за легкую ткань платья и возвращается обратно к горлу. Бонни вжимается спиной в стену, в дурацкой попытке выиграть у своего мучителя лишние сантиметры между ними. Целые океаны мурашек пробегают по коже, но не от страха, а от томительной близости, заставляющей мозг отключаться в который раз. Кай осторожно убирает пальцы с пухлых губ и расплывается в беззаботной улыбке, граничащей с садистким оскалом. - Соскучилась по мне, ведьмочка ? - парень склоняет голову, опуская взгляд на все ещё упирающее в её шею острие ножа. - Подумай хорошо, ведь моя рука может ненароком дрогнуть. - Ты и правда считаешь, что твои угрозы могут запугать меня? К чему весь этот цирк? - Бонни вскидывает подбородок, слегка надавливая горлом на прохладную сталь. - Неужели, вновь попытаешься убить меня? Пройденный этап. - Если придётся. - Кай с лёгкостью выдерживает многотонный взгляд изумрудных глаз, пропитываясь жгучей ненавистью к ведьме от осознания, что не сможет навредить ей, даже если будет безумно желать этого. - Так сделай это. - замечает, как его пальцы нервно перехватывают рукоятку. - Ну же, Кай, избавься от меня, и тебе сразу станет лучше. Никто не будет путаться под ногами и пытаться помешать твоим грандиозным планам по вырезанию собственной семьи. Кай недовольно хмурится - его начинает злить эта заносчивость и уверенность в собственной неприкосновенности. - С удовольствием сделаю это, если ты сейчас же не заткнешься, - Кай пододвигается чуть ближе, так не вовремя касаясь костяшками пальцев тяжело вздымающейся груди Беннет. - Что тебе нужно? - едва ли не задыхается от пробегающего по коже разряда тока, но стоически пытается скрыть свое волнение. - Хочу знать, о чем вы говорили с моей мамашей, а ещё, как так вышло, что она вернула тебе магию? - исходящие от Паркера волны ярости накрывают Бонни с головой. Его пальцы обхватывает тонкую шею, испытывая такое привычное лёгкое покалывание и переходящие потоки энергии. Кай удерживает девушку перед собой, предупреждая любую попытку высвободиться или сбежать. - Отпусти меня! - Беннет пытается сбросить его руку, но лишь сильнее напитывает ведьмака собственной магией. - Говори, Бонни. - он начинает терять терпение, а это не ведёт ни к чему хорошему. - Что ты сделала, и что эта дряблая сука пообещала тебе взамен? - Это уже не важно. - едва слышно говорит Беннет, переставая сопротивляться и отводя взгляд в сторону. - Неужели, - Кай заливается безумным смехом, при этом отбрасывая в сторону столовый прибор, которым в любом случае не решился бы воспользоваться. - Неужели ты поверила ей? Боже, ты такая идиотка, Бонни. - Убирайся. - бросает ему в лицо, ощущая себя паршивее некуда. Паркер прав. Она полная дура, раз поверила, что Офелия содержит данное слово. Ей будет абсолютно плевать на друзей Беннет, если собственный сын для этой женщины не больше, чем расходный материал. - Я думал, ты умнее. - Кай, наконец, отпускает девушку, невесело усмехаясь и убирая руки в карманы брюк. Он березгливо морщится и качает головой. - Хорошо, - игнорирует его выпады и делает стремительные шаги к выходу. - Тогда уйду я. В нескольких метрах до тяжёлой дубовой двери её запястье небрежно стискивают, грубо дергая назад, отчего девушка теряет равновесие и врезается спиной в крепкую грудь. С губ срывается тихий стон, а после ледяные пальцы вновь сжимаются на хрупкой шее. Вторую руку Кай опускает на бедро Бонни, плотнее прижимая её к себе, при этом зарываясь носом в темно-каштановые пряди. Нет. Нет, нет, нет. Внутренний голос начинает истерически кричать, заставляя Бонни снова и снова ненавидеть себя за губительные эмоции внутри. - Он трахал тебя? - горячий шёпот в самое ухо сносит башню, и до Бонни не сразу доходит вложенный в него смысл. Слова Кая пробираются под ребра, в СТО ТЫСЯЧНЫЙ РАЗ заставляя ненавидеть обладателя этих гребанных губ, с которых срываются фразы, уничтожающие и разрушающие все на своём пути. - Скажи мне, Бонни, он трахал тебя? - сдерживает первую попытку вырваться из стальных объятий. - Этот уебок, с которым ты зажималась на танцполе. Хочет заткнуть уши и никогда больше не слышать этот бархатистый, наполненный желчью и ядом голос. Всё, что угодно, лишь бы не задыхаться от жгучей обиды и несправедливости проникающих в подкорки сознания слов. - Я видел, как он пожирал  тебя взглядом и лапал у всех на виду. Тебе понравилось? Держу пари, что да. - разворачивает к себе, заглядывая в зелень глаз, что с ненавистью и ледяной яростью мечутся по его лицу. - Молчание - знак согласия? - Пошёл к черту! - распаляется в одно мгновение, но не спешит отрицать, чем ещё больше выводит из себя. - Ты бросил меня, разве тебе не плевать?! - Бонни пытается оттолкнуть его со всей силой, на что способна, чувствуя в горле ком и понимая, что собственные слова ранят. - Он хоть смог удовлетворить тебя? - не контролирует плещущуюся внутри злость и ярость, вспоминая, как чужие руки касались ведьмы. Его ведьмы. - Скажи, ты так же извивалась под ним, как подо мной? - Даже если бы все твои слова внезапно оказались правдой, то какое, черт возьми, тебе до этого дело??! - голос Бонни срывается на крик, в котором плещется непонимание, боль и целая гамма других разрушительных эмоций. - Ты сам сказал, что я не нужна тебе! К чему теперь эти сцены и выяснения? - Ответь, блять! - Кай встряхивает её с такой силой, что голова откидывается назад. Из груди вырывается глухой рык, когда ведьма опускает голову, обрушивая на него многотонное молчание. Он обхватывает пальцами её подбородок, заставляя посмотреть прямиком в глаза. - Отвечай. - Я ненавижу тебя. - совсем не то, что он хотел бы услышать, но до тошноты честно. - Пройденный этап. - отвечает её же словами, опуская взгляд на дрожащие от обиды и злости губы. - Я ненавижу тебя в миллион раз сильнее. - Тогда сделай одолжение для нас обоих - отпусти меня. - Не могу, - его голос чертовски не соответствует ситуации. Отчаянный. Затравленый. Сухой, как опавшая осенняя листва. - Я ненавижу тебя, Кай. - повторяет громче, едва касаясь дрожащими пальцами небритой щеки, на самом деле ненавидя и проклиная лишь себя за губительную слабость и желание, возникающие рядом с ним. - Знаешь, когда я смотрел на тебя в чужих объятиях, мечтал лишь о том, как переломаю все кости в его теле. - утыкается лбом в её, при этом не убирая ладони с оголенного участка спины . - Я хотел выпотрошить этого ублюдка, как только он коснулся твоей ладони. - Кай... - Я ненавижу себя за то, что не получается выбросить тебя из головы.  И это охуеть как бесит. Ты бесишь меня. Раздражаешь. Выводишь из равновесия. У меня осталось лишь несколько часов, но единственное, о чем я мечтаю - это поцеловать тебя. Снова. - Не надо. - только и успевает произнести Бонни, но слишком поздно - его губы практически с хрустом впечатываются в её приоткрытый рот, вызывая судорожный выдох. Кай притягивает Беннет ближе, запуская длинные пальцы в водопады волос, и надавливает на затылок, заставляя приоткрыть полные губы навстречу проскользнувшему внутрь языку. Бонни не знает, чего хочет сильнее - оттолкнуть или же ответить на дурманящие прикосновения. Грубые пальцы сжимают её талию, в очередной раз оставляя красные отметины на смуглой коже. Он, словно чёртово клеймо, пытается отпечататься на ней, без возможности выжечь, выскаблить и вырвать... Кай с досадой осознает, что ведьма не отвечает на его поцелуй, и отстраняется. С трудом отводит затуманенный взгляд от истерзанных им же припухших губ, возвращая его к изумрудным глазам напротив. - Я рассчитывал на более тёплый приём... - Паркер растягивает губы в привычной ухмылке и качает головой. - После всего, что сделал, ты полагал, что я брошусь срывать с тебя одежду, забыв обо всем?! - Именно. - Кретин. - Не обидно. - Ты мне противен! - Бонни ощущает поднимающуюся внутри волну злости и негодования, при этом ненароком обводя Паркера взглядом. На нем рубашка. Чёртова чёрная рубашка, так выгодно подчеркивающая накачанные плечи. Слова застревают в горле, а фраза о сорванной одежде окрашивается в совершенно другие цвета. Это уже не кажется полнейшим бредом. Бонни не может отвести взгляда от равномерно вздымающейся груди Паркера, при этом проводя языком по пересохшим губам. Это не остается незамеченным. - Не можешь налюбоваться моей красотой? - самовлюбленность и ирония достигают предельно-допустимого уровня, а у Бонни чешутся кулаки от желания съездить по этой смазливой мордашке. - Ничего особенного, - пожимает плечами, удовлетворённо отмечая, как Паркер закатывает глаза. - Конечно, куда мне до твоего итальянского принца с его тошнотворной галантностью и ванильностью. - Ты прав, он миллионы раз лучше тебя.- слова задевают, но Паркер лишь ухмыляется в ответ, поправляя сбивщийся воротник. - Тогда почему ты все ещё стоишь здесь и смотришь на меня щенячьими глазками вместо того, чтобы пойти и позволить своему кавалеру выдрать тебя как следует? - голова откидывается от звонкой пощечины, а кожа в местах соприкосновения с тонкими пальцами начинает гореть. - Замолчи. - несвоевременное предупреждение, ведь его уже вряд ли получится успокоить или заткнуть. Вполне заслуженный удар, но челюсти уже сводит от злости и накатывающей волнами ярости. - Я знаю, что ты никого не хочешь так сильно, как меня, и это ломает тебя. - чертовски верно и оглушительно больно. - Ты смотришь на них и видишь только меня. Пытаешься выбросить из головы тот жаркий секс на школьной парте или в собственной душевой, но не можешь. Он делает шаг вперёд, заставляя девушку медленно отступить к выходу, сжимаясь в комок под весом правдивых, но чертовски несправедливых слов. - Тебе нравится моя тьма, и любая твоя попытка выбраться на свет сходит на нет, лишь только я оказываюсь твоём поле зрения. - Кай победно усмехается, замечая, как ведьма до крови закусывает губы и вздрагивает от невесомого прикосновения к открытым плечам. - Всё совершенно не так.. - Нет, ведьмочка, я абсолютно прав, и ты знаешь это. - Откуда тебе знать, что я чувствую? - Я знаю, Бонни. Потому что...- застывает в нерешительности и безуспешной попытке выдумать верную формулировку, не лишающую его превосходства, но тщетно. Его уже не спасти, а значит Кай впервые может озвучить горькую правду, не боясь губительных последствий. - Потому что я тоже чувствую это.