Дарованная Жизнь. Часть Вторая. Старые и новые тайны

Пару недель после отъезда делегации из Китая все было спокойно, мирно и даже я бы сказал, что без лишних проблем. Но это было только временное явление. Для Кэтрин возвращение от Хранителей вообще стало каким-то очень меняющим. И прежде всеми силами пытавшаяся обезопасить всех вокруг, после визита в тот замок она окончательно помешалась на защите Гарри, его друзей и, опять же, всех вокруг. С палочкой она не расставалась настолько, что как-то раз я, вернувшись в комнату после того, как она легла, наткнулся на волшебную палочку, лежавшую под подушкой. Наутро Кэтрин объяснила мне, что это для самообороны. На всякий случай. Память Люпина была восстановлена Владом в начале декабря, к великой радости Блэка, Тонкс и Кэтти. Кэтрин стала проводить больше времени и с Гарри. Причем иногда взгляд последнего на меня был каким-то… Догадывающимся, что ли. По крайней мере, меня такой напряженно-присматривающийся взгляд все чаще настораживал. Хотя когда я как-то заметил Кэтрин, что Гарри, кажется, догадывается об истинной природе наших отношений, получил ответ: - Да нет, если бы он что-то подозревал, я бы давно это уже знала… - А тебе не кажется, что пора ему рассказать? – спросил я. Ответом послужило категоричное: - Еще чего, еще не время! После войны все ему расскажем, а пока рано! Да и он ни о чем не догадывается… Честно говоря, я в этом немного сомневался. Ни о чем не догадываться на протяжении трех лет было бы уже ненормально, но тогда я полагал, что Кэтрин, проводившей с Гарри по полдня, все же виднее. А она была практически абсолютно уверена, что ее брат ничего не подозревает. Система лжи касательно нашего романа работала сейчас исключительно на Гарри. Даже его подруга, Грейнджер, уже все знала больше года. Но вот пролетели еще где-то дней десять с момента прихода Люпина в себя, и с одиннадцатого декабря Кэтти, а вместе с ней и меня, ожидали новые события. Первым из них стало наше знакомство с семьей Райли. Началось оно с его братика, Рауля. Одиннадцатого декабря, утром, во время завтрака и получения почты, Кэтрин получила записку от своих «друзей». Все время с того визита в их замок Кэтрин ничего не слышала о Хранителях, но расслабляться было уже нельзя. Как показывала практика, эти люди не останавливались ни перед чем. Прочтя написанное, девушка побледнела как полотно и, никому ничего не сказав, выбежала из Зала. Найти ее мне удалось только после пар. До того Кэтрин никто попросту не видел. И только проведя последний урок – в тот день после обеда занятий у меня не было – я наконец добрался до одной из галерей замка. Кэт сидела на наколдованном стуле и задумчиво смотрела куда-то в сторону Запретного Леса. - Кэтрин, в чем дело? – подходя к ней, тихо спросил я. Девушка вздрогнула, возвращаясь в реальность. - Они прислали весточку. Сказали, что хотят устроить встречу Райли с его семьей. - То есть? Отправить его семью к нему? – вздохнул я. Кэтти кивнула. - Его братишка уже у них, если верить записке. Я думала, что с этим делать. - И что придумала? – осведомился я. - Я попробую поговорить с Димитром, как-то забрать мальчика… А потом хочу перевезти Ивз сюда, в Англию. - Поговорить с Димитром? Не боишься? - Нет... – прикусила губку Кэтрин. – Он не тронет меня сейчас, думаю, скорее он просто запугивает и показывает свою силу и власть… - А если нет? - Брось! Если нет – то со мной захочет увидеться уже Верховный, а они, думаю, предупредят, это в их духе будет… - Ты уверена? – она кивнула, мне оставалось только вздохнуть. При всем ее стремлении защищать всех кругом Кэтти патологически не думала о своей собственной безопасности. И это я замечал на протяжении уже более двух лет. Случай с палочкой не в счет – она вполне могла защищать меня. - Ну и как ты планируешь с ним связаться? – встав перед ней, полюбопытствовал я. - Они сами назначили встречу в Лондоне сегодня, думаю, пойду… - Я пойду с тобой… - Кэтти попыталась мне возразить, но в этом решении я был непреклонен. Отпускать ее одну мне казалось верхом безумия. – Во сколько эта встреча? - Через… - она посмотрела на часы на руке. – Через два часа. В Гайд Парке. Ты точно со мной? - Да. - Отлично. Тогда я соберусь, и пойдем пораньше, хорошо? Погуляем, а то мне что-то тревожно в последнее время, я как будто чувствую что-то не то. - Хорошо, конечно… - при мысли о том, что все это время, и сейчас тоже, я ей вру, сердце сжалось. Она могла чувствовать именно это, говоря о том, что что-то не так. Я знал, что Ибис способна чувствовать то, что есть ложь или фальшь, видеть отношения между другими людьми. Но, конечно, Кэтрин тем не менее все равно не знала, что именно за ложь она чувствует… Мы вышли гулять за полчаса до предполагаемой встречи. Пообедав, и когда Кэтрин собралась. С того приезда китайцев вещи, в которых она была, оставались у нее. И вот она собралась, выглядя почти так же, как в тот раз. Только без рисунков на руках и щеке. Даже волосы ее сейчас были черными. В тот смотр, как выяснилось, Анж покрасила их каким-то временным средством, через неделю Кэтти снова посветлела. Но собираясь на встречу с Димитром, Кэтрин снова покрасила волосы. - Тебе идет! – улыбнулся я, поцеловав ее в висок. Мне действительно нравился такой ее облик. В первые дни, когда она еще сохраняла тот готичный вид, мы провели вместе ночь, утром ее волосы так слились с моими по цвету, что казались одним целым. Тем более что перемены в ее обычной внешности, эксперименты, вызывали у меня интерес. Необычный для девушки, всегда ходившей в одном стиле, облик вносил определенную новизну в ее восприятие другими. Хотя, по словам Кэт, нашелся человек, которому ее готичность не понравилась. Этим человеком оказался Гарри. Единственное, что отравляло наши ночные «шалости», - поведение Милли. Она больше не рвала вещи Кэтрин, но после второй ночи я впервые за все время обладания кошкой обнаружил на ковре лужицу. Или полный отказ от пищи, раз даже побитый ей Пушистик, и съеденное домашнее задание кого-то из учеников. Милли была согласна на проживание Кэтти у нас, извинялась, и днем была сама покорность. Но каждый раз после таких вот «шалостей» что-нибудь было разнесено. В конечном итоге кошке было запрещено ночевать у нас, если что-то такое предполагалось. Естественно, Милли это не обрадовало. Обида стала еще больше. - Здравствуй, Кэтти! – раздалось за нашими спинами, когда мы прогуливались по дорожкам парка. - Привет, Димитр! – разворачиваясь на каблучках сапожек, ответила девушка. Я повернулся вместе с ней, нащупав в кармане палочку. - Ты не одна? – констатировал факт спутник Димитра. Незнакомый мне высокий темноволосый парень. Оба были в плащах-пальто темно-серого цвета. - Вас тоже двое… - спокойно ответила Кэтти. Но я заметил, как дрогнула ее рука и нервно сжались пальцы. Она по какой-то необъяснимой причине до ужаса боялась Димитра. - Не бойся, в этот раз мы на тебя не покушаемся. Нам некуда торопиться, мы долго живем. Кстати, познакомься – Виктор. Хотя вы виделись. Это же друг нашего упокоившегося Райли Ивза! – в его голосе звучало неприкрытое издевательство. Виктор усмехнулся. - Которого ты и убил… - процедила Кэтти. - Не моя вина, что он оттолкнул тебя от балок. Я, честно говоря, видел на его месте тебя, дорогуша, но ты по сей день жива, что меня даже радует. Ты делаешь мою жизнь интереснее… Так вот, я хочу обсудить с тобой условия свободы Рауля Ивз. А чтобы не быть голословными, Виктор потом приведет его сюда. - И что ты хочешь от меня? – прищурилась Кэтти. - Твоего визита к нам в гости, у меня есть целых три пригласительных билета для тебя. На день Пяти ягнят. Тебе понравится, кто в этот раз Ягнята. Придешь? - А если нет? - Тогда я сделаю две вещи. Я убью Рауля и доставлю тело к нему домой, а потом я доберусь до твоей подруги. - Не сможешь. Школа, - но ее перебили. - Я все смогу, Кэтти. Гермиона слишком много общалась с моим братом-предателем. Я успел установить с ней небольшую связь. Так что я все смогу… - Зачем такие методы? Мог бы просто пригласить… - заметил я. - Это еще не все. К тому же в рамках нашего стремления убить твою подружку есть много забавных пунктов. Мы любим повеселиться. Один из них подразумевает под собой твое, Реддл, соревнование в вокале с Блаттон… - Кэтти тихо ахнула. - Правильно, Реддл. Ты же с ней дружишь. Знаешь разницу. А нам будет весело. Виктор, приведи мальчишку, а мы пока присядем, – Димитр указал на скамейку рядом. Его спутник ушел, и, оставшись вне зоны видимости людей, трансгрессировал. Димитр сел, но Кэт и я вместе с ней остались стоять. - Так вот. У меня два условия. Ты посетишь наш праздник, потом будет конкурс тебя и Анжелики, идет? Взамен жизнь Рауля и Гермионы… Спросишь, почему я угрожаю тебе жизнью Рауля? - Да, мне это интересно. - Садись, не бойся, - он указал на место рядом. - Спасибо, я постою, - холодно ответила Кэт. Я взял ее за руку, заметив как дрожат ее пальцы. - Ну наверное потому, что он маленький, он брат твоего друга… И ты ведь чувствуешь свою вину, правда? Ведь если бы не ты, Райли был бы жив… - с полной невозмутимостью продолжала вещание редкостная зараза. – А еще он так похож на брата. Просто копия… - улыбка во весь рот, а на глазах Кэт появились слезы. - Кэтти, тише, он специально, он тебя доводит… - прошептал я ей на ушко. - Хорошо. Я пойду на день Ягнят, но не буду петь. Как тебе такое? - Выбирай, кого я убью. Рауля или Гермиону? - даже лениво отозвался тот. - Ты сволочь… - прошипела Кэтрин. - Я знаю, спасибо за комплимент. Так кого? - Я буду петь. И приду на твой чертов праздник. Но не одна. - Хорошо. Мне главное ты, а с кем уже не суть важно! Рауль пришел, - к нам подвели маленького худенького малыша. Блондин с ясно-голубыми глазами, сжавшийся при виде Димитра, он был одет совсем не по погоде. Летние джинсики и тонкая кофточка. А на ногах – кроссовки. И ребенок явно мерз. - Ты сдурел, Матей?! – с ужасом, болью и внезапной яростью зарычала Кэт. Я снял теплое пальто, закутав в него видимо отданного нам ребенка. Кэтти присела к малышу, прижимая к себе. - Все хорошо, маленький, я заберу тебя от этого психа, не бойся… Сейчас пойдем туда, где тепло. - Забирай, красавица. Вот, подпиши и свободны, - Матей сунул нам договор с уже упомянутыми в речи пунктами. - Придурок! – я поставил росчерк, похожий на завитушку Кэтти, убедившись, что ничего кроме в договоре нет. - Ээээ… - встал было Димитр. – Она должна подписать! - Какая тебе разница? Договор подписан? Радуйся! – я взял мальчика на руки. Холод уже пробирался под рубашку, но я прекрасно мог потерпеть, а вот малыш бы замерз… Кэтти вцепилась в мой локоть, утаскивая меня в безлюдный уголок парка, чтобы трансгрессировать оттуда. - Сев, ко мне, в квартире переночуем, а завтра я поговорю с мадам Ивз, забрать их сюда… На всякий случай поближе к нам. - Хорошо. Рауль, закрой глазки… - мальчик послушался. А до меня только дошло, что он француз. - Он понимает английский? – я посмотрел на Кэтрин. - Да. Райли говорил, что вся его семья знает английский довольно свободно. Его мама – переводчик, и учит детей с детства. Она магла. - А говорит? - Говорю… - тихо отозвался прижавшийся ко мне малыш. – Мама думает, что я в лагере, специальном… Ей так сказал этот злой дяденька… - несмотря на акцент, ребенок говорил довольно правильно. - Я завтра скажу твоей маме, где ты, не переживай, она к тебе приедет… А пока идем ко мне в гости… - мы трансгрессировали. Дошли до дома, поднялись в квартиру и около двери столкнулись с бабушкой-соседкой. Миссис Флаггинс. Той самой, что бдительно стерегла честь Кэтти в мой предыдущий визит сюда. - Ой-ой! Это что же такое?! Это как же можно ребенка зимой так водить?! - я поставил Рауля на ноги – подъезд отапливался и тут было довольно тепло. Тем более Кэтти открывала дверь. Откуда взяла ключи – я понятия не имел. - Миссис Флаггинс, это не мы его так вели. - Совсем головы у тебя нет, да?! – напустилась та на ответившую было Кэт. – И кстати, откуда ребенок у вас?! Да в таком виде, батюшки, да они ж ребенка украли! - последняя фраза была сказана громко… - Миссис Флаггинс, нет! Нет-нет! Это ребенок моих друзей, он сегодня ночует у нас, мы приехали на машине, а курточку забыли… А они уехали… Правда! - Ох, надо срочно позвонить в полицию. Малыш, пойди-ка сюда… - Незнакомая бабушка, это правда, я ее знаю, это тетя Кэтти, мамина знакомая. И я ночую у нее в гостях… - отозвался Рауль. Кэт наконец открыла дверь. - Он что ж, иностранец?! – чуть не села Флаггинс. - Да! - гордо отозвался Рауль. – Я из Франции… - Батюшки, что за нравы пошли, выскочила замуж вон с какой разницей, своих не родила, так с Франции деток тут таскает… Ой и Кэтти, куда только отец-то смотрит… - Кэт пропустила мальчика в квартиру, зашла сама. Я уже собрался последовать ее примеру, как вдруг. - А за тобой я слежу! Ты мне сразу не понравился и сейчас не нравишься, помни – я внимательно слежу! Не дай Бог тебе их там обижать, понял? Отхватил себе молодую… Испортил ее! Это у нее что ж за вид-то только, а?! Нравится тебе, да?! - Да… - Вот! Что за нравы, бедная девочка! Испортил! Упырь! - У нас взаимная любовь… - Да мне неважно! Вы б лучше детей своих завели, да не таскали бы малышей в таком виде сюда… - А с тем, когда и кого нам заводить, мы сами разберемся! – разозлился я. – Вас это не касается! – я захлопнул дверь. Вслед донеслось: - Хам! - Давай, садись и посмотрим, что тут можно покушать, - долетело с кухни. Куда я и направился. Рауль сидел за столом, болтая ножками в воздухе. Такой маленький… Я почувствовал, как лицо невольно расплывается в улыбке. Кэтти жарила яичницу, пока Рауль без умолку рассказывал ей про то, что знает о ней от Райли. И эта сцена выглядела почему-то так мило… - А вот про тебя Райли не говорил, - повернулся малыш ко мне. - Та бабушка сказала что ты муж Кэтти, да? - Да. Правильно… - улыбнулся я. – Меня зовут Северус. - Дядя Северус, - заметила от плиты Кэтрин. - Просто Северус… - перебил я. - А кем ты работаешь? – поинтересовался малыш, когда Кэтти поставила перед ним тарелку. - Я учите… - Он учитель, учит деток магии, как Райли, тоже учился ведь в школе. - Кэт, я могу сам сказать! – прошипел я ей на ушко с милейшей улыбкой Раулю. - А у вас братья есть? Райли говорил, что у Кэтти есть братик. А у тебя? - Нет, у меня нет, - улыбнулся я. – А братишка Кэтти уже большой. А ты кушай и не разговаривай, поговорим потом… - Да, мама тоже говорит, что за столом сидят молча… - Правильно говорит. Потом будешь чай с джемом? – вопрос малыша привел нас обоих в ступор. - А что такое джем? - А с конфетками? Будешь? – дальше наш ступор только усилился… - А конфетки шоколадные? - Да… - И я могу съесть сколько хочу? - Конечно! - И ты не будешь ругаться? – ясно-голубые глаза испуганно смотрели на нас с Кэтти. - Не буду… - Кэтрин чуть не села мимо стула. - Папа всегда не дает мне есть конфеты и когда мама мне их дает, то он их отбирает и бьет маму… А после того как Райли позвали в рай, стать ангелом, за маму никто не заступается… Когда Райли был дома, папа не пил и не трогал маму… А я заступился и… - Он тебя ударил?! – ужаснулся я. - Нет, он сказал мне выйти на улицу и не заходить до вечера, - прошептал мальчик. – Мама меня пустила потом быстро, когда он напился и уснул. - Сев… - прошептала Кэтрин, – я тебе дам денег, сходишь в магазин и купишь еды… Я так понимаю, Рауль вкусного мало ест. - А можно я потом оставлю Аннете и маме? - Конечно, солнышко! Можно! И Сев, купи ему куртку, магазин еще не закрылся, наверно… - я исполнил просьбу. Купил курточку, посоветовавшись с продавцом о размере. В магловских деньгах я разбирался… Потом в небольшом супермаркете недалеко от дома закупил фрукты, сок, немного сладкого и, прекрасно помня свое детское питание, крупы, сыр, овощи… В мясном отделе долго думал, но решил, что лучше Ивзам будет закупить себе такую пищу по переезду сюда. А в том, что переехать матери и детям надо - сомнений не было… Мне было очень жалко Рауля, детство которого отравил отец, сильно пьющий волшебник. Что было еще страшнее, чем мое собственное детство. Мой отец хотя бы не умел колдовать. Отнеся все это домой, я молча ушел второй раз, Кэтрин удивленно позвала меня вслед. Мне повезло – магазин игрушек еще работал, когда я обменял волшебные деньги из сейфа на магловские. Покупая набор машинок, я почувствовал странное ощущение на душе. Соседка Кэтти буквально задела меня за больное. Ребенка мне действительно уже давно хотелось, и видя, как заботливо Кэтти относится к детям, я представлял ее с нашим малышом на руках… Но ребенок до конца войны для нас был невозможен. - Вашему мальчику понравится! – улыбнулась продавец. Я выдавил улыбку, промямлил что-то вроде: «конечно» и вернулся к ждавшим меня Кэтти и Раулю. Игрушки вызвали у малыша огромный восторг, и пару секунд спустя я бережно приобнял повисшего у меня на шее мальчика. - Спасибо! А мы в них поиграем, да? – просиял Рауль. - Конечно, сейчас будем играть, малыш, - улыбнулся я. Кэтрин упорхнула готовить более сытный ужин. А мы играли, смотрели мультик, Рауль без умолку расспрашивал меня о магии, зверях из мультика и время летело незаметно. Если бы кто-то из коллег или студентов тогда увидел меня, то наверное удивился бы. При маленьком мальчике я не притворялся, пытаясь нахмуриться вместо улыбки. Едва ли не впервые в жизни я был так спокоен и даже счастлив, только память о том, что это не мой сын, умаляла радость от общения с ним… Не сразу мы, возившиеся на диване, «борясь», заметили Кэтрин, с легкой немного грустной улыбкой наблюдавшую за нами. - Рауль, зайка, пойдем ужинать и скоро тебе пора спать, - улыбнулась Кэтти. После еды наш маленький француз засыпал нас рассказами о Райли, которого он просто обожал. А еще неоднократно мы слышали, какие мы добрые. Мальчик явно потянулся к нам. И наконец, когда его глазки уже слипались, он согласился лечь спать. Укладывать его взялась Кэтти, заметив, что я и так провел с ним много времени. Из спальни донеслась колыбельная, голос Кэт был довольно приятным и, вернувшись мысленно к дневной встрече, я недоумевал, что напугало ее в песенном конкурсе… Действительно приятный, нежный голос. Хотя как поет Блаттон я никогда не слышал. - Уснул, - присела рядом со мной Кэтти. – Такой милый, а ты очень хороший отец будешь! Если… - она осеклась. - Если что? - обнимая ее за талию, осведомился я. - Нет, ничего. - У нас с тобой обязательно будут детки, но пока это опасно, Зайка, я не хочу, чтобы вы подвергались опасности и мои малыши видели ужасы войны… - Обещаешь, что детки будут? – прижался ко мне самый главный ангел моей жизни. Я улыбнулся, целуя ее в макушку. Определенно, она все, что у меня есть, и наши дети будут ее продолжением. - Обещаю! - Я тебе верю… Сев, - ладошка проехала по моему торсу и замерла в районе живота, - а в твоей семье тоже было как у Рауля? Слова «я тебе верю» убили всю негу, в которой я пребывал. Она мне верила во всем, полностью, а я врал ей. Старательно, непонятно чего ради, врал… - Да, примерно так же… - я попытался внешне этого не выдать, но по какому-то порыву теснее прижал ее к себе. - Ты чего? – прильнула ко мне счастливо улыбавшаяся Кэтрин. – Как хорошо, что уже давно ты вырос, это так ужасно… Такое все, это поведение отца, и он даже не знает, что такое джем! - насупленная мордочка. – Но чего ты меня так тискаешь? - Просто выражаю свою любовь к тебе, и не бойся, я таким отцом нашим деткам не буду… - Я знаю! Ты же у меня самый-самый… - мне, наверное, в тысячный раз захотелось провалиться к ядру земли… - А ты моя самая! – я прикусил кончик ее носа, к великой радости счастливой Кэтрин. И пытаясь как-то отвлечь себя от самобичевания. Смех девушки, объятия двух нежных ручек, ее тепло - я боялся потерять все это, и относился с особой бережностью к каждой минуте с ней. - Ой! Надо постелить! – всполошилась Кэтти. Через полчаса мы легли. Кэт уснула, прильнув ко мне, сняв, наконец, свой «готический» наряд, и я, отвлекшись от мыслей «какой я козел!», постепенно тоже погрузился в сон. То был один из счастливых моих дней, один из тех дней, о которых я мечтал. Но утром пришлось вернуться к жестокой реальности. А именно вернуться на работу. Кэтрин, отведя Рауля к Уизли, отправилась туда же. Заступать в дневную смену. И вечером уже без меня упорхнула заниматься переездом Ивз. В том, что она этим займется, я и не сомневался. Рассказ Рауля ее явно напугал и шокировал. И это было неудивительно для девушки, выросшей в мире магов, с отцом, который в ней просто души не чаял… Явно с трудом представлявшей себе, как это вообще возможно. После первого визита к семье Ивз Кэтрин, злая, начала приводить особняк к пригодные для жизни условия. На выходных в принудительном порядке забрала Гарри, чтобы убираться дома. Рауля она отвела домой, но сама через день навещала семью Ивз, следя, чтобы там кто кого не тронул. Хлопотала она неделю, разрешение, защита, уборка, и, наконец, торжественно заявила, что дом готов к приему временных квартирантов. За ними она отправилась в компании Блэка, так как месье Ивз не горел желанием отпускать жену и детей в другую страну, а Блэк умел «уговорить». К тому же забирала она их в будний день утром. Соответственно, компанию ей я составить не мог. - Ну завтра я этому тирану устрою! Вот он их больше не увидит, пусть там и бьет свою бутылку! – бушевала Кэт вечером до того. – И еще такой пускать их не хочет! - Кэт, это нормально, я тебя тоже в другую страну жить не пустил бы. - Нет! Он такой гад! - во время этого потока высказываний в адрес месье Ивза по комнате носился активно жестикулирующий маленький ураганчик. Каким-то чудом не сносивший стол, мимо которого он и сновал. - Кэт… - я пытался ее чуть успокоить, но куда там! В ней после ее визитов к Ивзам было столько энергии, что позавидовал бы любой вечный двигатель. - Все! Вот поживут спокойно хоть! Убить его мало! – откуда в ней столько злости, я и не знал, это было ей как-то вроде и несвойственно. - Ну завтра они будут от него далеко, может, он потом подумает, одумается… - Не одумается – не увидит их больше! – отрезала Кэтрин. – Я не дам какому-то магу-алкоголику обижать маленьких детей! Продукты есть, ты половину тогда как раз и закупил, язык они знают, деньги есть у меня, с ними Бродяга и Лунатик поживут, чтобы кто-то из твоих «друзей» не тронул. Вот и как раз пообвыкнутся. Им понравится тут! - Естественно, чужой дом, чужая страна, чужие люди, они будут просто в восторге! – не удержался я от язвительности. - Хотя… Новое всегда интересно, - улыбнулся я. – Ты спать ложишься или как? - Или как… Я не хочу! Слишком раздразнила себя… - она вздохнула. – И не говори мне, что спать надо, я это и без тебя отлично знаю. - Не говорю… - я притянул ее к себе, поцеловал в кончик носа и посадил на кровать, – ложись давай! - ЭЙ! Я сейчас не намерена! – отпихнули меня. – Ты совсем уже… Ты за кого ме… - решила, что я к ней пристаю? Мог бы, но нет. - Ложись, почитаешь книжку и уснешь… - Какую книжку? – поинтересовалась стягивавшая джинсы Кэтрин. - «Основы квантовой механики»… - усмехнулся я. - Откуда у тебя магловская книга по физике? – удивленно уставилась на меня Кэтрин. - Купил. Интересно было, что они там изобретают в своей науке. Ты, я смотрю, тоже маглами интересуешься. Даже знаешь название их науки! - А почему бы и нет? Они такие интересные… - отозвалась Кэтти. – Я даже освоила немножко компьютер, пока училась в Денбридже. Это такой прибор, они там смотрят всякую информацию, общаются, по-моему это называется электронная почта. Играют в игры… - Я теоретически знаю, что такое компьютер… - отозвался я, собравшись ложиться. - Он так забавно включается! Когда нажимаешь на кнопочку, начинает жужжать и светиться, а потом наш компьютер писал «привет!» на экране. Его научили, ну я просто забыла, как это называется… - Тебе дать книжку, великий знаток компьютера? - Ага! - Вот, - я протянул ей какую-то книгу из той же серии, что и «квантовая механика». Книги были интересны, но очень сложны для восприятия. А потому я искренне думал, что после пары-тройки параграфов Кэт уснет. – Свет погасишь, когда будешь ложиться… - на столе стояла газовая лампа, в свете которой мисс Реддл и читала. Я уснул, пока она, сидя за столом, листала книжку. А утром, проснувшись, увидел такую картину: Кэтрин уже лежала рядом, но при этом все еще читала, а на тумбочке у кровати стояла зажженная газовая лампа. - Ты вообще спала? – потянулся я. - А что, уже утро?! – уставились на меня два карих глаза. – Блин! Мне же надо собираться! А я… - Не спала всю ночь, верно? – вздохнул я. - Книжка была такой интересной! И вторая тоже… Это уже четвертая! Это про ядерную физику, электричество и магниты… Там описывались опыты. Например… - Кэт, тебе надо собираться! – перебил я. Слушать рассказы об опытах с магнитами мне как-то не хотелось. Кэтти кивнула, собралась и упорхнула по своим делам. А вечером я застал ее за чтением книги по химии. Уже не моей. Уже видимо ей приобретенной. Она даже не заметила, что я пришел, уйдя в учебник. - Кэтрин, ты по мне не соскучилась?! – я сел рядом с ней. - Соскучилась, - не отрываясь от книги, ответила она. - Я вижу… - Погоди! Я просто обязана узнать, чем там все закончилось! - Что закончилось? – я подумал о том, не скрывается ли под обложкой какой-то остросюжетный детектив. Бывает же, что их читают… Маглы говорят, что это интересно. - Там смешали фербонат с циклической структурой и дигидронитриловый хло… - Великий Мерлин! Лучше бы это был детектив! - Понятно, - я отобрал у нее книгу. – Произошел большой «бух» и ничего не оставил от этого дигидронитрилового хлорида чего-то там… - Дай дочитать! – насупилась Кэт. - Нет! Тебе надо спать. Ты не спала прошлую ночь. - Ну один опыт! Там так долго к нему шли, я уже просто… - Кэт, это точно ты? Ты понимаешь, что несешь?! Ты хочешь прочитать про опыт в науке, в которой ничего не понимаешь! - Мне просто интересно! Там же популярно все описано, даже с юмором. Мне нравится стиль изложения. Все книги написал один ученый. Жаль, что ты не оценил мою шутку с «о, я просто обязана узнать!»… - потянулась Кэтти. – Ивз устроились, им понравился дом, контакт с охраной они установили, все на сегодня хорошо. И да, дорогой, я спала прошлой ночью, просто проснулась раньше тебя. И днем дремала. Так что я не хочу спать! - Ну что ж, за Ивз я рад! И за тебя тоже! -Ага! О, кстати! Жозефина угостила нас пирогами. Она такая милая! Представляешь, днем напекла пирогов с рыбой на двадцать человек, правда продукты купила на свои деньги… - недовольно заметила Кэтрин. – Пироги потрясающе вкусные, если хочешь – на столе стоит твоя половина. Под салфеткой. И еще ее немного погрызли, извини… - Твой? - Нет. Милли. Сказала, что хочет рыбы. – Она так и понимала речь Милли, к чему мы уже начали привыкать. - Я потом поем и поговорю с ней, наелся за ужином, сытный был… Идем спать? - Нет, не надо. Я не хочу спать… - соблазнительная улыбка и пальчики, расстегивающие мою мантию. - Ты же не такая! – проведя рукой по ее спине, заметил я, начиная целовать ее шею. Ее еще черные кудряшки, запах шалфея и шелковистая нежная кожа действовали на меня очень возбуждающе… - Сегодня такая! – в дверь постучали. Мысленно ругнувшись, я открыл. Кэт отошла так, чтобы ее не было видно. - Вам срочное письмо пришло! Профессор Дамблдор сказал отдать сейчас, - какой-то студент протянул мне конверт и убежал. На конверте значилось мое имя. Но письмо внутри адресовано было Кэтрин. И еще три билета на… - День пяти ягнят?! В эту субботу?! Пойдешь со мной? – просмотрев записку, и глядя на билеты, спросила Кэтрин. - Пойду. Кто третий? - Попрошу крестного или Бродягу. Если бы папа не спал - просила бы его… - ее плечики опустились, как и уголки губ. - Тебе его не хватает? – ласково улыбнулся я, посадив ее к себе на колени. - Я по нему очень соскучилась. Знаешь, что бы иногда между нами с ним не было… Мы сильно ссорились… Он классный! Я очень по нему скучаю... Папа всегда меня выслушает, поддержит, даст совет. Как правило, я сделаю по-своему, и окажется, что он был прав… - улыбнулась она. - Ты его любишь. И он тебя тоже, это видно… - Да, хотя он этого не показывает, он любит нас с Гарри и тебя, и Рема… А маму просто боготворил. Я помню. Она была с ним очень счастлива, просто светилась от счастья… - Я видел всего несколько ее фото и пару воспоминаний с ней. Судить не могу. - Как-нибудь покажу тебе папину спальню, вот где много мамы. Я так же счастлива с тобой! Вот так и сияют от счастья! – рассмеялась она. – Посмотри на меня и запомни это сияние! – о письме Димитра мы вспомнили лишь на утро. Ночью смех и шутки как-то незаметно сменились очередной «шалостью» и невинным сном. До субботы Кэтрин еще как-то крепилась, делала вид, что все хорошо. Но стала еще больше времени проводить с Гарри и Гермионой, навестила Литтл-Хэйминг, даже «Нору». Складывалось ощущение, что она нервничает и как будто прощается со всеми. - Кэтти, ты чего? – в субботу утром, надевая мантию перед выходом, спросил я. Кэтрин внезапно разревелась, будучи уже готовой к выходу. - После этого праздника концерт будет очень скоро. Мой и Анж, я проиграю и меня убьют. Это их предписание. Если я проиграю - мне крышка. Если Анж – ее никто не тронет. - Ты хорошо поешь… - Анжелика поет лучше, гораздо лучше. Она победительница межинститутского вокального конкурса в прошлом учебном году. А я даже до полуфинала не дошла бы… - Ничего нельзя сделать? - Я рассказала все Анжи, мы пытались развить мои способности. Не вышло… Я не смогу с ней соперничать. - Выход должен быть! Слышишь?! Мы его найдем! - Хочется верить… - слабая улыбка сквозь слезы. Нам было пора, мы зашли еще за Блэком и наконец оказались на месте. Это был тот самый замок из воспоминания Кэтти. Только теперь мы были в его «парковой зоне». Кэт трансгрессировала по фото, перенеся и нас. Народу было не очень много. Пятнадцать человек – родственников Ягнят. И на этом количество людей закончилось. Много было Хранителей. Молодые, красивые, в основной массе своей темноволосые и темноглазые, в черных плащах и перчатках, они рассаживались в специальных амфитеатровых секторах, выстроенных вокруг подобия круглой арены. Только арена была квадратной и поделенной на восемь секторов. Каждый из них имел свой цвет газона. Неулыбчивый молодой парень в куртке огненно-красного цвета провел нас на отведенные нам места. И вот наконец все расселись. Хранители, ифриты, даже несколько гоблинов и еще кто-то. Но больше всего было Хранителей. На арене появилась блондинка. Ей на вид было лет этак тридцать пять. Хранительница. Усилила свой голос, и ее было прекрасно слышно, как будто стоит рядом. - Мы рады приветствовать вас на триста пятнадцатом ежегодном Большом Дне Пяти Ягнят! – начала она. - В этом году мы придумали новые испытания, и все Ягнята смогут проявить себя и получить свою минуту славы! Выживший Ягненок, если такой будет, получит не только свободу, но и желание! Любое одно его желание мы с большой радостью исполним! Соревнования этого года пройдут в три обязательных этапа. Каждый из Ягнят имеет шанс выжить! Именно это и делает наш День Пяти Ягнят таким гуманным! После того, как закончится третий этап, в этом году мы снова проведем, после столетнего перерыва, финальный раунд! Члены жюри оценят то, как будет идти борьба Ягнят. Не между собой, но со своей судьбой. Согласно этим баллам мы выплатим компенсацию семье погибшего Ягненка и даже можем снять с Жертвы ее клеймо… А теперь я представлю вам жюри этого года! Эвангелина Линс! Джастин Хофман, Джейкоб Хофман, Джинджер Майлз, Гарольд Уоткинс, который становится председателем жюри уже в десяый раз! И… Неожиданно, но факт. Элеонора Бутти! – я посмотрел на последнюю. Как ни в чем не бывало, мисс Бутти, или точнее сказать фрау Бутти восседала за столом, как и другие оценщики. Совершенно невозмутимая, даже как будто скучающая… - А теперь встречаем наших Ягнят! Напоминаю, организаторы Большого Дня не говорят о том, кто это, даже членам Жюри. Встречаем Джима Катчерсона из США. Жертва – Хайди Катчерсон, дочь. Обвиняется в том, что ударила Хранителя при исполнении служебных обязанностей. – Полноватый мужчина около пятидесяти лет в спортивном костюме. На вид можно решить, что уже умер, так он осунулся. Еще один мужчина, женщина, паренек лет семнадцати, видите ли сорвали планы по убиению кого-то там… Жертва – мать, у которой он единственный сын. И наконец последний Ягненок. Блондинка выдержала паузу и начала: - Этот Ягненок обвиняется сам. В том, что предал нас. И нарушил наши планы, более того, вступил в сговор с противником, - она вдруг замолчала, так как на имени ее голос дрогнул. А я понял, кого она мне напоминает. Девочку из воспоминания Кэтти. - Это Эмельред Максвейл. – Женщина сделала глубокий вдох и взяла себя в руки. - Жертва – Кэтрин Реддл. Сегодня я приношу извинения, если не смогу вести в обычно зажигающей вас манере. Ягненок номер пять – моя дочь. - Эмми? Нет, нет! Не может быть! Зачем?! – внезапно вскочила Кэтти. Прежде чем мы с Блэком успели что-то предпринять, она уже мчалась вниз, на арену. Бутти, на которую я перевел взгляд, осталась невозмутима. Если бы не сжала стол рукой с такой силой, что казалось сломает сейчас, то я бы подумал, что ей все равно. Но она быстро опустила руку, отвела взгляд от Эмми и осталась самой невозмутимостью. - Теперь, если вопросов ни у кого нет, мы начинаем. - У меня есть вопрос! – завопила Кэтрин. - Да? И представься, пожалуйста… - Я… - Кэтти усилила свой голос. – Я Жертва Эмельред, Кэтрин Реддл. Я хочу знать, за что она стала Ягненком. Точно. – Девочка стояла под наставленными на Ягнят палочками конвоя. Бледная, напуганная, как и все, в спортивном костюме. Ребенок знал, что с ним будет. Явно знал, надо отдать должное, не плакала. - Она помогла тебе сбежать… - Чушь! - В комнате горного тролля мы нашли ее значок, который я хорошо знаю. Она, судя по всему, была там вместе с тобой, помогала тебе бежать. – Дальше их разговор мы не слышали. Внезапно один из конвоиров увел Кэтти. - У нас изменение. Согласно правилам, Ягнята бывают заменены Жертвой. Так и сегодня. Эмми свободна, с нее снято прозвище Ягненка. А Ягненком норме пять становится Кэтрин Реддл! Жертва – Гарри Поттер. Тут его нет... – добавила она. Причина – собственное желание и то, что заставляла Эмельред ей помогать. – Мой вгляд упал на Бутти. Та хладнокровно подпиливала ноготочки, не глядя на Ягнят. Но стиснутые зубы выдавали ее волнение. Как и сильнее обычного сжавшие какой-то маникюрный инструмент пальцы. Для опытного взгляда человека, привыкшего играть своим внешним видом, обманывая других, она все же проявляла свои чувства. Но надо отдать должное, хранить «спокойствие» ей удавалось хорошо. - За двести лет это первый подобный случай! Что Жертва решилась на такое… – она что-то еще говорила. Но я уже не слышал. На Арене, откуда к нам на бывшее место Кэт поднималась Эмельред, появился новый Ягненок. В таком же спортивном костюме, как и все. На шее блестел маховик, на руке все еще был браслет Ибис. На груди вышит номер пять. Теперь в игре со смертью принимала участие моя Кэтрин… - Сопровождающим дается по десять минут, чтобы проститься с Ягнятами. Вперед! – мы поспешно спустились, подойдя к дрожавшей Кэтти. Та при нашем появлении сняла маховик с шеи и протянула Блэку. - Если что случится со мной, отдай Герми. Я все заколдовала, дар в нем, умру сразу. Вот, еще заберите палочку, ее в костюме не положишь. И скажи Гарри… Ему будут помогать. - Хорошо. Но лучше выживи! – обнял ее Блэк. - Постараюсь… Сев… - она прижалась ко мне. – Я люблю тебя. Береги себя… - Постарайся выжить. Я на это надеюсь… - выдохнул я. - Хорошо. Прости, что я так… Прощай, наверное. - Не думай об этом. Вернись живой! Ты справишься! Я верю в тебя! И Гарри тебя ждет, и папа бы верил в тебя! Вернись, ты нужна нам… - Я не смогу... - Сможешь! Ты сильнее остальных Ягнят! Ты Ибис! У тебя есть все шансы! Если ты не дойдешь до финала, никто не дойдет! – это говорил не я. Рядом с нами появился «Тренер Ягненка номер пять», вот уж кого я не ждал тут увидеть… Собственной персоной заведующий кафедрой ТИиСЗоН Денбриджа, магистр магии, заслуженный ученый-практик Стефан Щербак… То ли Хранитель, то ли их помощник, а казался неплохим мужчиной поначалу. - Вы думаете смогу? – усмехнулась Кэтрин. - А знаешь, кто смог? В свое время… Это реально возможно. - Кто? – Щербак улыбнулся. - Моя дочь… - И кто это?! Что с ней теперь? Как она живет? - Сегодня она судит соревнование. Это соревнование. - Что?! Эвангелина? Джинджер? – мужчина с усмешкой помотал головой. Нам дали знак, что пора бы уходить. - Тогда… Бутти?! – воскликнула Кэт. Щербак кивнул. Почему-то, в отличии от Блэка и Кэтти, я не был этим удивлен. Я такое даже предполагал, после гибели Райли. Когда увидел интересные совпадения. - Но она… И вы… - Не ладим, да. Но тем не менее. У меня есть дочь. И зовут ее Элеонора Вивьен Щербак. Окончив школу, она взяла фамилию матери и стала Бутти… - нас настойчиво отправили восвояси к Эмельред, одиноко сидевшей наверху. Последним, что перед игрой я услышал от Кэтти, было ее: - Если она смогла, то и я смогу… Мне есть, что терять. И я попробую это сохранить!