Вопреки всем законам

      Оказавшись на улице, Итачи мгновенно вдохнул ночной воздух, но то, что он в нем почувствовал, лишь сильнее обострило его ощущения. Запах крови добрался даже до его владений. И в нем отчетливо различался запах страха, запах отчаяния и боли. Вдобавок ко всему, эмоции Сакуры словно пропитали его тело и душу, ему хотелось разорвать всех, разорвать каждого, кто попробует притронуться к ней, к этой чертовой девчонке, от которой он буквально сходил с ума. Сладкий аромат ее тела и ее волос смешался с терпким запахом человеческой крови, и больше всего на свете он надеялся, что этот запах вовсе не принадлежит ей. Почему? Почему он так реагирует? Его не волнует эта девушка, она не должна его волновать. Нет, сейчас не время. Не время думать об этом. Сорвавшись с места и подбежав к своему коню, Итачи оседлал черного зверя и с рыком погнал его в нужном направлении. Сейчас он больше всего жалел о том, что вампиры способны перемещаться со скоростью света лишь на короткие расстояния, неважно, каким сильным чистокровным он был, его сила и физические навыки все же имели свои ограничения.

***

      Застывший где-то в груди крик противно царапал сердце и легкие, мешая спокойно дышать. Короткий вдох. Короткий выдох. Тело охватили жар и озноб одновременно, в глазах потемнело, но сознание никак не желало покидать дурную девичью голову. Как бы она хотела сейчас закрыть глаза и проснуться. Проснуться в кровати, в холодном поту, и с облегчением выровнять дыхание, понимая, что это был лишь кошмар. Вы когда-нибудь испытывали кошмар наяву? Вы знаете это чувство? Чувство отчаяния и невозможной пустоты? В зеленых стеклянных глазах, покрасневших и столь выразительных, застыл точно такой же кошмар, и точно так же затмил густой пеленой, смешивая в одно красное пятно все, что она видела сейчас перед собой. Руки дрожали, она никак не могла успокоить эту дрожь, никак не могла думать, не могла ничего сказать, просто не могла. Она смотрела по сторонам, пытаясь что-то найти, зацепиться взглядом за что-то, что, возможно, могло ее спасти в этот момент от саморазрушения. Попятившись назад, она уперлась спиной в приоткрытую дверь и, испугавшись, резко обернулась. В глазах все еще стояла пелена, но она смогла разглядеть его силуэт и красные такие знакомые глаза. - И...та...чи... - Застывшие слезы скатились по щекам, позволяя разглядеть лицо вампира перед тем, как вся окружающая ее действительность закружилась и погрузилась в темноту.

***

- Не думал, что все так далеко зайдет. Есть какие-то новости? - Хаширама стоял возле окна, которое, как ему казалось, было больше всех остальных в замке. Такое было лишь в его кабинете, и это ему нравилось. Он всегда говорил, что это невероятно - смотреть через него на улицу, словно он видит все свои земли и весь свой народ. - Мерзкие кровососы первыми прибыли на место. Точнее, их мелкий главареныш. - Хаширама лишь устало вздохнул, стараясь игнорировать очередное ругательство своего младшего брата в сторону новых союзников. Тобирама Сенджу всегда был полной противоположностью своему старшему брату, он был более упрямым и прямолинейным, считающим, что правда в силе, а не в показушном мире с этими чудищами. - Все были убиты кроме девчонки. - Сакура жива? - Хаширама с надеждой обернулся на своего брата. - Да, но, кажется, она была без сознания. - Кажется? - Хаширама с непониманием посмотрел на Тобираму, который с возмущением смотрел куда-то в сторону, будто он провинился, но совершенно не считал себя виноватым. - Я слышал, что этот чокнутый вампир нес ее на руках и смотрел на всех так, словно пытаются отнять его добычу. Так никто и не осмелился к нему подойти, в итоге, он просто исчез из виду, оставив своего коня. Шисуи, кажется так зовут его собачонку, уверил всех, что он ничего с ней не сделает. - Вот как. Мадара говорил, что Итачи - особенный чистокровный, он доверяет ему больше, чем себе. Думаю, и нам стоит довериться. - Довериться хищнику? Никогда не думал, что ты настолько наивный. - Тобирама не стал дожидаться наигранных возмущений, покинув кабинет. Хаширама обернулся обратно к окну, вглядываясь вдаль и рассматривая играющие огоньки фонарей еще не заснувшего города. Неважно, день или ночь, жизнь идет, течет, бежит. Довериться вампирам - сложное решение, которое он обдумывал не один день и ни одну ночь, взвешивая риски и положительные стороны. Ликаны пришли с земель по ту сторону стены, они сильнее людей, быстрее, и, как рассказывал Мадара, гораздо безумнее вампиров или даже простых оборотней, которые обращаются в зверя лишь при лунном свете. Ликаны - это непростой народ, вольный, стремящийся разрушить все границы дозволенного. Противостоять хищнику может только хищник. Человек для ликана - лишь пища, выбор был очевиден.

***

      Сакура начала понемногу приходить в себя, но промелькнувшая картина произошедшего заставила ее резко открыть глаза. Слезы сами по себе потекли по щекам, и девушка тяжело задышала, прикрыв рот рукой и пытаясь сдержать горькие рыдания. Итачи стоял спиной к девушке, оперевшись плечом о дерево и посматривая на быструю речку, поблескивающую при лунном свете и, будто бы освещающую рядом траву и мелкие камушки. Но тихие всхлипы заставили его обернуться. Он до сих пор слышал в голове ее отчаянный голос, которым она, словно пытаясь найти спасение, произнесла его имя. Она ни разу не обращалась к нему, и, услышав свое имя в ее устах, вампир испытал некое удовольствие и даже трепет, что очень его удивило. Нет. Его удивил тот факт, что он хотел еще раз услышать, как его имя сорвется с этого дерзкого маленького рта. Богиня, вампир все чаще начинал думать о странных и довольно пошлых вещах, что не скажешь о самой девушке. В тот момент, когда они встретились взглядами в доме, он и сам был не в себе, ему нужно было успокоиться, и тогда же девушка потеряла сознание. Подняв девушку на руки, Итачи даже не бросил взгляда в сторону родителей Сакуры, лежащих в собственной крови, он прошел мимо вампиров и даже пары человек короля, которые также охраняли порядок. Вампир отошел от дерева и подошел ближе к девушке, присев рядом. Она дрожала, как осиновый лист, по щекам текли слезы, и она изо всех сил пыталась сдерживать громкие всхлипы, чего, конечно, у нее не получалось, и ему это порядком начало надоедать. - Не нужно сдерживаться. Плачь, если того хочет твое сердце. Кричи, если того требует твоя душа. - Его слова стали ножницами, что перерезали связывающую ее веревку, и она, схватившись за голову, громко и протяжно завыла, обливаясь слезами, словно водой. Итачи чувствовал душераздирающую боль, пока она плакала, а затем - пустоту, когда Сакура наконец успокоилась. Она была похожа на куклу, которая совсем недавно была человеком. Потускневшие, но яркие зеленые глаза смотрели перед собой и ничего не видели.       Вампир встал и попытался поднять на ноги обмякшее тело, придерживая за талию, но, в конце концов, просто снова взял девушку на руки, отчего та прижалась к нему, спрятав свое лицо у него на плече, покрепче сжав края его черной рубашки. - Ты не сможешь прятаться вечно и полагаться на чью-то помощь. - Тогда зачем...зачем ты помогаешь мне? - Ее голос, дрожащий и такой тихий, без каких-либо формальностей, заставил мужчину покрепче прижать к себе девушку. - Это лишь извинение за то, что я не пришел вовремя. - Как не крути, но лгать ему не было смысла, он и, вправду, чувствовал вину за то, что не уследил за ликанами, как должен был, и не предотвратил очередные жертвы, как того требовали его обязанности. Сакура, словно вновь вернувшись в дом к телам своих родителей, сжалась на его руках и притихла, давая понять, что более не хочет разговаривать. Сейчас для нее не было никаких преград и никаких стен, чтобы вот так прижиматься к мужчине, который прежде был предметом то ли обожания, то ли ненависти. Она будто не замечала жара его тела, его сильных рук и яростную ауру, что прожигала все вокруг.       Вернувшись к дому, Итачи поставил девушку на ноги рядом со своим жеребцом, загораживая ей обзор на место убийства, чтобы лишний раз не тратить время на ее мешкание и слезы. - Куда мы? - Сакура старалась не смотреть ему в глаза, наоборот, куда-то в сторону, без интереса и малейшего любопытства, проще говоря, она даже не сильно-то хотела услышать ответ на свой вопрос. Он ее попросту не волновал. Было уже неважно, куда ее отвезут, будет ли она жить или умрет так же, как и ее родители. От этой мысли она нахмурилась, а на глазах вновь заблестели слезы, которые девушка с ненавистью попыталась смахнуть. - Я отвезу тебя в замок короля, там тебе приготовят комнату. Хаширама позаботится о тебе. Еще вопросы? - Сакура отрицательно покачала головой. - Тогда залезай. - Девушка сделала так, как он сказал, не имея ни малейшего желания спорить.

***

      В замок короля они прибыли быстро. Жеребец несся, словно ветер, и, несмотря на свое апатичное состояние, Сакура покрепче схватилась за край седла, чтобы ненароком не свалиться. Однако это вряд ли могло место быть, Итачи крепко держал девушку за талию, не позволяя даже самой малости сдвинуться. Когда они приехали, их тут же встретил конюх, но Итачи кинул на него гневный взгляд, давая понять, что ему здесь делать нечего. - Девочка. Я так рад, что ты жива. - Хаширама стоял в главном зале и, как только вампир с девушкой вошли через главные двери, король тут же бросился к Сакуре. - Итачи-сан, должно быть? - Переведя свое внимание от девушки к вампиру, Хаширама слегка поклонился, приветствуя чистокровного, которым Мадара так гордился. - Не нужно формальностей. Оставляю Сакуру вам, позаботьтесь о ней. - А вы? Я думал, вы останетесь, Мадара прислал сообщение, что... - Я приду позже. Мне нужно рассмотреть место убийства, после чего я вернусь и мы обо всем с вами поговорим. - Хаширама кивнул, после чего вампир испарился в воздухе, а дверь за ним закрылась, будто сама по себе. Было странно чувствовать себя простым человеком, ведь именно так Итачи и повел себя с ним. Никаких формальностей, значит? POV Сакура - Сакура, милая, тебе нужно успокоиться и хорошенько отдохнуть. - Король жестом подозвал служанку, которая противным писклявым голосом пробормотала "Прошу вас, миледи", указывая, в каком направлении нужно двигаться. Я ощущала себя так, будто меня разбудили среди ночи и просто давали указания, а я беспрекословно подчинялась, до конца не проснувшись и не осознавая происходящего. Внутри было пусто, я просто передвигала ноги, плетясь за высокой худой девушкой в белом режущем глаза платье со множеством вставок противного оливкового цвета. Я никогда не любила оливки и цвет, которым наделила их природа, я любила зеленый, салатовый, но не оливковый. Было странно, что я заметила цвет ее платья, все остальное было для меня каким-то сплошным серым пятном, ничем не выделяющимся и никак не привлекающим внимания. - Это ваша комната. - Девушка открыла какую-то дверь из множества точно таких же, позволяя мне войти первой. В комнате было светло, в глаза ничего не бросалось, мягкие персиковые и шоколадные оттенки успокаивали, и больше всего я мечтала о том, что смогу уснуть этой ночью, во что слабо верилось. - На диване для вас приготовлена одежда, ванна уже набрана и... - Хватит. Просто оставьте меня. - Я почувствовала, как она прожигает взглядом мою спину и, как мне показалось, я слышала ее раздражающее бормотание. Но она ничего не сказала и, закрыв дверь, ушла. Пройдя к широкой кровати, увешанной темным балдахином, я скинула с себя сапоги и забралась на мягкую поверхность, упав и подобрав под себя одеяло. Слезы и потухшие недавно эмоции с новой силой охватили меня. Ужасный жгучий жар во всем теле постоянно сменялся ознобом, я вновь начала отчетливо слышать бешенные стуки собственного сердца. Закрывая глаза, я возвращалась в дом, к родителям, которые лежали на зеленом когда-то ковре, пропитавшемуся кровью так, что его, наверно, можно было выжимать. Их пустые стеклянные глаза выражали лишь боль и страх, словно мое отражение. В панике открываю глаза, чтобы не вспоминать эту ужасную картину, молясь о том, что все это лишь кошмар. Боюсь закрывать глаза, но пытаюсь открывать их снова и снова, но все бесполезно. Неужели, это все - страшная реальность? Нет, я не хочу этого... - Пожалуйста... - Мой слабый отчаянный голос пронзил глухую тишину комнаты. Я почти захлебывалась собственными слезами, которые не могла и не хотела останавливать. - ...прошу...разбудите...разбудите меня... - Я молила о спасении, молила избавить меня от этого кошмара, который, словно толстым одеялом, окутывал меня и не давал выбраться. Я боюсь. Мне страшно. - ...мне страшно...мамочка...папа...прошу вас...не уходите...не умирайте... - Не хочу...Я не хочу, чтобы это было правдой. - Не оставляйте меня...не оставляйте...

***

- Шисуи. - Итачи прибыл к дому в тот момент, когда выносили тела супругов. Их должны были отвезти в место, где их подготовят к церемонии прощания. Шисуи, разговаривавший с одним из подчиненных Хаширамы, обернулся на голос Итачи, после чего отпустил человека и подошел к другу. - Нашли что-нибудь? - Ну, есть кое-что странное... - Шисуи почесал голову, взлохматив и без того непослушные черные волосы. - Мы обнаружили следы волчьих лап и когтей, по меньшей мере, двух разных ликанов. - Хочешь сказать, что их было несколько? - Итачи посмотрел в сторону дома, несколько нахмурившись. - Похоже на то. - Шисуи внимательно смотрел на Итачи, пытаясь понять, о чем тот думает. - Подозреваешь, они пришли сюда намеренно? - Этого мы точно не знаем, но, похоже, за девчонкой придется приглядеть. - Дай угадаю, ты займешься этим сам? - Шисуи несколько прищурился, изучая лицо друга в надежде, что ответ будет положительным. На самом деле, он уже давно заметил, что Итачи была интересна эта девушка, хотя к другим женщинам он никогда не проявлял столько внимания. - Хватит дурачиться. Нам нужно как можно быстрее выследить этих псов. Вы уже приняли меры? - Учиха вонзил свой взгляд в друга, отчего тот слегка побледнел и отвел глаза. - Да, несколько вампиров уже направились на их поиски. - Дай знать, если будет что-то известно. - Не дожидаясь ответа, Итачи направился к дому. Остановившись в дверном проеме, он вспомнил тот момент, когда наконец примчался сюда, одолеваемый жаждой крови. Эта девчонка ничего для него не значила, но по какой-то причине он продолжал присматривать за ней, по какой-то чертовой причине он хотел убивать, хотел причинять боль и рвать на части каждого, подобно ликанам, кто причинит боль ей. Что это? Симпатия? Привязанность? Или жажда крови? Какая на вкус ее кровь? Она сладкая? Наверняка. Теплая? Нет, горячая. Горячая кровь - горячему характеру. Ее дерзость, ее смелость, ее упрямство и жгучее желание быть свободной - вызов, который никто и никогда не бросал ему. И вновь. Представляя, как эта девушка отдает всю себя без страха и сожаления, в горле пересохло, зрение обострилось и ему дико захотелось вонзить клыки в ее шею, оставить свой след на ее гладкой нежной коже, вдыхая персиковый свежий аромат. Это наваждение. Потребность вампира, голод и желание овладевать. Желание внушать страх и заставлять испытывать боль, приятную боль, утихающую с каждым глотком, который делает вампир, дабы насытиться до следующего приема пищи. Приходящая слабость, прекращающая любые сопротивления. Момент эйфории, когда сил уже не осталось, и ты ощущаешь легкое опьянение перед тем, как потерять сознание. Да, Итачи дико желал, чтобы она испытала эти ощущения на себе. Но, если это он это сделает, то она...умрет.       Вампиру пришлось приложить усилия, дабы успокоить свою жажду и переключиться на эмоции Сакуры. Она была в отчаянии, испытывала чувство потери и сожаления. Возможно, она считала себя виноватой в смерти своих родителей, но, в то же время, на нее давил факт, что теперь она осталась совсем одна, она осталась одна и не хотела принимать реальность за правду. Этой ночью сон ее вряд ли посетит, если он ничего не сделает.

***

POV Сакура       Пустота. Все, что я чувствую сейчас - лишь пустота. Я потеряла самых близких мне людей, считая, что они лишают меня свободы, жизни и права выбора. Но теперь их нет. Теперь я одна. Мама и папа - единственное, что у меня было, больше у меня ничего нет. Осталась только я. Я продолжала лежать на кровати, сжимая одеяло, будто оно могло мне помочь успокоиться. В комнате все время горел свет, я заметила это только тогда, когда он внезапно погас. Приподнявшись, я устремила свой взгляд на дверь. Не было никакого стука или звука, оповещающего о том, что кто-то вошел, но он стоял возле двери, засунув руки в свои кожаные брюки, и смотрящий на меня так, будто я была неким экзотическим животным. Он абсолютно спокоен. Его аура почти незаметна, и глаза остаются черными. - Что вам нужно? - Мой голос слегка охрип, это был почти шепот, отчаянный и слабый, не выражающий никаких эмоций. - Я здесь, чтобы помочь тебе. - Его голос, такой мягкий и одновременно требующий подчинения, заставил меня вздрогнуть. По какой-то причине мне хотелось, чтобы он остался здесь, на ночь, на весь следующий день, неважно на сколько, но мое сердце желало этого, словно спасения. - Как? Как вы можете мне помочь? - В считанные секунды он оказался рядом. Взобравшись на кровать, он заставил меня лечь обратно, а сам навис сверху. Сердце забилось быстрее. Он был так близко, что я могла ощущать жар его тела, его странный, но притягивающий запах, который пробирался в легкие, впиваясь в память, заставляя вдыхать его снова и снова. Я была свободна и заперта одновременно. Опустившись, он приблизился к моему уху, почти касаясь его губами, было щекотно и, в то же время, странно приятно. От его дыхания по всему телу прошелся ток, вновь заставляя меня вздрогнуть. Я ничего не могла сделать, лишь слегка сжала пальцами одеяло, пытаясь совладать со своим телом. - Я помогу тебе уснуть. Но только в этот раз. - Я закрыла глаза, пытаясь привыкнуть к странным ощущениям, но, когда открыла их, то встретилась с его вновь горящими огнем глазами. - Спи, Сакура. Сегодня я заберу твои страхи. - Глаза стали закрываться сами по себе, и я ощутила дикую усталость во всем теле, как тогда, когда потеряла сознание, посмотрев в его глаза. - За...чем... - Его темнота оказалась сильнее моей воли, мягко обнимая и погружая в свою глубину. Я больше ничего не чувствовала, лишь сон, лишь его воля.