Секрет на Мосту поцелуев

— Знаешь, оценивать риски можно и в Лос-Анджелесе! — Ричи не любил кричать на Эдди, но спор длился уже больше часа и порядком поднадоел Тозиеру. — А выступать со стэндапами можно и в Нью-Йорке! — режим «дикой псины Эдди Каспбрака» был активирован. — Такими темпами мы ни к чему не придём, Эдуардо! — с другом-ипохондриком сложно было всегда, но сейчас особенно. Три месяца назад они одолели Пеннивайза и смогли разобраться в своих чувствах. Три месяца, как они в Нью-Йорке, за которые Эдди практически полностью восстановился. Практически, потому что после такого восстановиться полностью невозможно. Но теперь жизни Эдди точно ничего не угрожает. И с Майрой они разобрались. Она как узнала, что её муженёк вернулся, да ещё и в больнице оказался, так сразу прибежала, а тут сюрприз в виде Ричарда Тозиера нарисовался. Криков было много, миссис Каспбрак наотрез отказывалась соглашаться на развод. Но в итоге все устаканилось. — А я что сделаю, если ты такой же твёрдолобый баран, каким был в детстве? — Каспбрак прекрасно понимал, что твердолобым бараном является он, но ничего поделать просто не мог. — Я? Это ты не хочешь мне нормально всё объяснить! — Ричи уселся в кресло их гостиничного номера. Всё как в детстве — Эдди обижался на него и не мог нормально объяснить причину, а несчастный Ричи ломал голову над тем, что он сделал не так или что гложет его маленького мальчика (уже не мальчика, а мужчину). — Эдс, расскажи мне, почему ты не хочешь ехать в Лос-Анджелес? Почему мы должны остаться в Нью-Йорке? Эдди молчал. Причины были, действительно, но он просто стоял и смотрел на Ричи, боясь что-либо сказать. Всё же Каспбрак — трус. Он боится того, что ждёт их с Тозиером дальше. Нет, он безумно рад, что они вместе. Первая любовь, в его случае, оказалась взаимной. Это окрыляло, и в тоже время тянуло вниз. Пусть они больше не в Дерри и им давно не пятнадцать лет, но всё равно было страшно осознавать, что твоя любовь — мужчина. Нью-Йорк связывал Эдди с его прошлой жизнью, до возвращения в Дерри и встречи с Неудачниками. Это его зона комфорта, а переезд с Ричи в Лос-Анджелес перечеркнёт всё, и назад дороги точно не будет. Он боится этой неизвестности, боится разочаровать Ричи. — Я трус, Ричи. Чтобы ты не говорил, я навсегда останусь трусом, — Каспбрак говорит тихо, опустив взгляд в пол. — Мне тяжело представить то, что ждёт нас дальше. Я боюсь этой неизвестности, я боюсь разочаровать тебя и… — Иди сюда, — голос Тозиера мягкий, но настойчивый. — Подойди ко мне, Эдс. Эдди пару секунд мнётся, а потом вплотную подходит к мужчине, смотря на него сверху вниз. Ричи бережно берёт чужие ладони в свои, слегка сжимая, успокаивая и поддерживая. — Послушай меня, — Балабол чувствует себя мамочкой, которая что-то объясняет своему непоседливому ребёнку. — Мне тоже страшно. Но это не тот страх, который был в Дерри. Это приятный страх. Я не знаю, как объяснить это, просто…я люблю тебя тридцать лет, пусть большую часть я и не помнил об этом, но в глубине души я всегда знал, что где-то в этом мире меня ждёт один маменькин сынок. И мы наконец-то встретились и столько всего пережили, чтобы быть вместе. Я до сих пор не могу поверить, что чувства оказались взаимными. И мне страшно, как и тебе, Эдс. Я боюсь облажаться и разочаровать тебя. Эдди высвободил одну свою руку и погладил тёмные, но уже не такие густые, кудри Тозиера. Два взрослых мужика, ведущие себя, как влюблённые подростки. — Я не хотел уезжать из Нью-Йорка, потому что держусь за прошлое. Этот город связывает меня с той моей жизнью, — Каспбрак зарывается в тёмные кудри, массирует кожу головы. — Но я люблю тебя. И готов сжечь мосты и уехать с тобой хоть куда. — Эдс, — Ричи обхватил своего парня руками, утыкаясь тому куда-то в живот. Тозиер счастлив, а Эдди даже не возразит по поводу «Эдса».

***

— Нет, Ричи, мы не будем заводить собаку! — Эдди агрессивно переворачивал блинчики. Из-за бессонной ночи с Тозиером (пусть она и была шикарной), он проспал, поэтому теперь судорожно бегал по дому и собирался. А Ричи отвлекает его, задавая глупые вопросы. — Собака — разносчик микробов! А ещё у них бывает бешенство! А ещё за ними надо ухаживать: кормить, выгуливать, играть с ними. Ричард, ты даже о себе позаботиться не можешь, так что какая собака? Ричи тяжело вздохнул. Они вместе уже почти полтора года и, не так давно, он предложил Эдди перевести отношения на новый уровень. Например, завести собаку. Как это влияет на переход на новый уровень отношений, Ричи не знал, но во всех фильмах парочки заводят домашнего питомца. — Спагетти, я же знаю, что ты хочешь собаку, не ври самому себе! — от части это было правдой. Тридцать лет назад Эдди рассказывал, что хочет завести собаку, но миссис Кей Эдди даже рыбку завести не давала, что уж о собаке говорить. — Ричард, я уже очень сильно опаздываю на работу, и если я вернусь вечером домой и обнаружу какое-то ещё лохматое животное, кроме тебя, вы оба будете ночевать во дворе, а там, между прочим, декабрь, — Эдди поставил тарелку с завтраком перед Ричи, затем поцеловал своего парня и убежал на работу. Вечером Ричи и Эдди готовились к Рождеству. Рождественского настроения в тёплом Лос-Анджелесе не было, но праздников всё равно никто не отменял. Ричи очень волновался по поводу подарка. Потому что Эдди ясно дал понять, что не потерпит в доме собаку. Но Ричи был бы не Ричи, если бы не сделал всё назло Каспбраку. — Эдс, — Ричи буквально не знал, как начать. — Тут такое дело…короче, с Рождеством! — после чего он занёс корзинку, в которой сидел милый померанский шпиц. — Ричард, что это? — Каспбрак придирчиво осмотрел щенка. Его взгляд был чересчур удивлённым и непонимающим. — Собака, Спагетти. — Мы же, по-моему, пришли к тому, что никакой собаки в доме? — голос Эдди звучал спокойно, в нём не слышалось злобных ноток. — Ты же меня знаешь, милый. Я сначала купил собаку, а потом спросил тебя, — Ричи пожал плечами и почесал пёсяля за ушком, тот блаженно прикрыл глазки. — Ну разве он не милашка? Эдди снова посмотрел на собаку. И правда милый. Только вот… Каспбрак поднялся и вышел из гостиной, оставляя Ричи грустно смотреть вслед. Он вернулся через пару минут, так же держа в руках корзинку с…померанским шпицем. Вот так ирония, правда? Ну влияет Пеннивайз даже после смерти на их жизнь, тут уж ничего не поделаешь. — С Рождеством, Ричи, — пришло время Тозиера удивлено уставиться на своего парня. Эдди был категорически против собаки, а в итоге у них их теперь две. — Ты так хотел собаку, что я просто не мог тебе отказать вот и… — Эдди смущённо отвёл взгляд. А Ричи просто был счастлив. Его глаза, скрытые за толстыми стёклами очков, заслезились. — Эдс! — он бросается к Каспбраку на шею и крепко прижимает его к себе. Всё же Эдди самый лучший в мире, и Ричи готов отпинать любого, кто посмеет усомниться в этом. Теперь они будут жить вчетвером, вместе с двумя померанцами по кличке Персик и Миссис Кей (Эдди был категорически против называть собаку в честь его матери, но с Тозиером спорить бесполезно). Два взрослых гея с милыми маленькими пёселями — картина маслом с названием «Счастливая семейная жизнь».

***

Ричи лежал на диване и смотрел глупое тв-шоу, поглаживая при этом Персика и Миссис Кей, когда в гостиную вошёл Эдди. — Бен и Беверли пригласили нас на свадьбу, — он помахал приглашениями. — Наконец-то Стог осмелился. Или это Бев взяла всё в свои руки и сделала ему предложение? — Ричи рассмеялся со своей, как он считал, забавной шутки. Эдди лишь закатил глаза. — Заткнись, — он присел в ноги к Ричи, беря на руки Персика. Тот, узнав второго хозяина, весело тявкнул и начал активно облизывать его руки. Каспбрак улыбнулся, Тозиер от этой картины снова влюбился в своего парня. — В любом случае, нам придётся лететь в Лондон. — А на свадьбу мы им тоже померанского шпица подарим? — они до сих пор со смехом вспомнили Рождество, когда у них появились два «маленьких ребёночка», как любил называть их Ричи. Эдди же на это лишь закатывал глаза и называл своего парня «ребёночек переросток». В Лондоне, как обычно, стояла пасмурная погода, иногда моросил мелкий дождик. Эдди, после солнечной Калифорнии, где почти всё время тепло, побоялся заболеть. Поэтому первым делом они поехали смотреть не Биг-Бен, а в аптеку. Ричи даже не удивился. Эдди в любом возрасте останется Эдди-ипохондриком-Каспбраком. Отель, в котором проходило торжество, был шикарным. Персонал всё красиво украсили и организовали. Среди гостей были только самые близкие — Неудачники со своими семьями. После победы над Пеннивайзом его проклятие разрушено, и теперь всё в жизни клуба Неудачников стало налаживаться. Стэнли приехал с женой и малышкой дочкой. Они, наконец-то, смогли завести ребёнка. Девочка была милашкой, со светлыми белокурыми кудряшками и очень сильно походила на отца. Стэн в ней души не чаял, холил, лелеял и баловал. — Ричи, только посмей подойти к ней ближе, чем на три метра, — Урис встал в позу, готовый в любой момент отпинать Тозиера, если он посмеет ослушаться. — Это потому что я гей, Стен-супермен? — Ричи наигранно надул губки. — Потому что ты — Ричи Тозиер! Заразишь её ещё бешенством своим! — Что?! Какое бешенство?! Эдс, Стэн меня обижает! — Тозиер сделал на столько обиженное лицо, что казалось, что ещё немного и он расплачется. Но Неудачники знали его слишком хорошо, поэтому никто на его махинации не купился, особенно Эдди. — Стэнли, если бы у него было бешенство, я бы своих лапусечек-померанцев даже близко к нему не подпустил, — Каспбрак сказал тоном «не бойтесь, можете погладить, у него есть справка от врача». — А ты всё равно не подходи к ребёнку, от тебя ещё есть чего понахватать. — Эдс, я думал ты на моей стороне! — как бы то не было, но к концу вечера крошку Мириам уже спокойно оставляли с Ричи. Билл также приехал с женой, и даже Майк был со своей спутницей. Он встретил Джуди, когда переехал из Дэрри в Луизиану (как хотел в детстве). Джуди была разведённой, но очень образованной и начитанной женщиной с двумя детишками, которых Майк полюбил, как своих. Им Хэнлон тоже понравился сразу, поэтому стал «Дядей Майки», который рассказывает сказки на ночь. Бен и Беверли выглядели просто шикарно. Если с Беном всё было понятно — все бразильские футболисты в одном флаконе, то Бев поразила всех. Она была в белом платье собственной модели, вся хрупкая и женственная. Её хотелось любить и защищать, но все Неудачники знали о твёрдом стержне, который есть у этой храброй женщины. За мягкого Бена и сильную Бевви были рады все Неудачники. После торжества пьяный Тозиер тащил очень сильно пьяного Эдди в их номер. Свадьба выдалась на славу, если даже малыш Эдс не мог стоять на ногах без чужой помощи. — Ричи, они такие красивые, — промурлыкал Каспбрак, когда Ричи выгрузил его на кровать, и принялся снимать с него смокинг. — Я рад, что у них всё так хорошо сложилось. — А скоро будет ещё лучше, — Тозиер загадочно улыбнулся, аккуратно складывая вещи своего парня. За два года отношений Каспбрак приучил своего парня бережно относится к вещам. — Скоро по их дому побегут маленькие ножки. — Что? — Ричи показалось, что Эдди даже протрезвел. — Бевви не выходила покурить со мной и весь вечер пила только сок, — Тозиер говорил будто всё это само собой разумеющееся. — Надо поздравить их! — Эдди сорвался с кровати, но Ричи вовремя остановил его, укладывая обратно. — Не сегодня, Эдс. Ричи думал о том, что у всех всё складывается хорошо. У Стэнли дочка, у Майка двое, теперь и Бен с Беверли. Не удивительно, если скоро у Большого Билла с Одрой появятся дети. Пусть поздновато, но всё же они будут. Лишь только у них с Эдди будут Персик и Миссис Кей. Ричи хотел бы детей, очень. Ясное дело, что он не самый ответственный человек и ведёт себя иногда хуже любого ребёнка, но… Эдди был бы хорошим отцом. Заботливый папочка, который каждый день собирает сына или дочку в школу, отвозит на кружки и секции, помогает с домашним заданием, следит за их здоровьем и прочее, прочее, прочее. — Эдди, ты хочешь детей? — пьяный мозг всегда подталкивал на серьёзные разговоры. — Ты жалеешь, что у нас их никогда не будет? — Возможно, я бы хотел детей, — Каспбрак казался трезвым, но пустой взгляд и слегка заплетающийся язык полностью выдавал его. — И почему никогда не будет? Мы живём в двадцать первом веке, Ричи, здесь все могут иметь детей. — То есть, ты не против завести ребёнка? — голос Тозиера воодушевился. Возможно, удастся уболтать своего парня, как это было с собакой. — Ричард, если ты думаешь, что прокатит так же, как с собакой, то очень сильно ошибаешься! — самое главное, что Каспбрак не сказал нет, а это уже радовало Ричи. — Да и какие дети, мы с тобой даже не в браке. — Кстати об этом, — Ричи достал из кармана маленькую бархатистую коробочку. — Я хотел, чтобы этот момент был более романтичным, на фоне того же самого Биг-Бена, например, но одна спагетти решила, что лучше съездить в аптеку, а не к достопримечательности всей Англии. Ричи приземлился на колени возле кровати, на которой сидел уже точно протрезвевший Каспбрак. — Эдди-спагетти, Эдс, сеньорита, Эдуардо, ты выйдешь за меня? — пусть момент не самый романтичный, но он пришёлся к месту. Затуманенный алкоголем мозг сказал, что пора. Ричи сидел, ожидая ебаного ответа. Разумеется, кроме «да» он ничего принимать не собирался, но всё равно очень сильно волновался. Он даже чувствовал, как его начинает мутить и не понятно — волнение или алкоголь. — Эдс, ты должен ответить «да», — подсказал Тозиер, когда молчание слишком затянулось. — А где вариант «нет»? — Каспбрак, ты ахуел? Какой, нахуй, «нет»? Только «да» и ничего кроме «да»! — Хорошо, да. — Ты мне одолжение делаешь? — Нет! — А похоже на то. — Да нет же! — Ты замуж за меня не хочешь?! Эдуардо, ты разбил моё сердце! — Прекрати придуриваться, я просто растерялся! Да, придурок, я выйду за тебя! — после чего Эдди выхватывает коробочку из рук Ричи и надевает лежащее в ней кольцо на безымянный палец. — Теперь доволен? — Очень, — Ричи так счастливо улыбается, что в любой момент его лицо готово треснуть пополам. Но тут он подскакивает и бежит в сторону уборной, где его выворачивает от волнения. Эдди же раздражённо закатывает глаза. Его жених — самый не романтичный на свете, и, по-хорошему, его следовало бы бросить, но… Каспбрак слишком любит этого придурка, поэтому рассматривает кольцо на своём пальце и выбирает цвет салфеток на их свадьбу.

***

— Эдди, почему ты не стал врачом? — спустя три года отношений (один год из которых в браке) Ричи решил задать этот вопрос. Мучал он его со времён их встречи в Дэрри, когда все думали, что Каспбрак — авторитетный хирург, главврач одной из больниц Нью-Йорка или хотя бы фармацевт. А он оказался страховым работником. Как бы Тозиер не любил мужа, но работа у него — скука. — Не захотел, — Эдди собрался переключить «Клинику», которую они смотрели по телевизору, чтобы Ричи не задавал глупых вопросов. — Ты мне врешь, Эдс, — он приблизился к Эдди и заглянул тому в глаза. — Ты можешь сказать мне правду? Эдвард поджал губы. Ричи всегда знал, когда он врёт. Всегда мог определять это. У Эдди такой способности не было, что его очень печалило. — Это всё из-за твоей мамаши, да? Это она не дала тебе стать тем, кем ты должен был? — Ричи давил на мужа, что совсем не нравилось последнему. — Должен был? Рич, должен был? Моего знания болезней и лекарств явно недостаточно, чтобы стать врачом! — Эдди вскакивает с дивана, загораживая экран. — Эдс, дорогой, ты в детстве заштопал меня и Стога, и всегда, когда кто-то из Неудачников болел, приносил нужные лекарства, которые точно помогут, — Ричи выключил телевизор, и поднимается, вставая перед мужем. Он поднимает руку и касается шрама на щеке Эдди. Шрам от ножа, который в его лицо воткнул псих Бауэрс. — Почему твоя мать не дала тебе этого? Почему ты не пошёл учиться после её смерти? — Да потому что я стал взрослым женатым мужиком! — вспылил Эдди. Он хотел, действительно хотел. Но мать держала его на коротком поводке даже после переезда из Дэрри. Считая, что это, пусть и прибыльная, но грязная работа, миссис Каспбрак строго настрого запретила своему мишке Тедди подавать документы в медицинский. После её смерти Эдди не смог этого сделать, потому что в его жизни появилась вторая мать, в лице его жены, которая тоже была категорически против. Не получив поддержки, которая была так нужна, Эдди смирился, что мечте никогда не сбыться. — Ричи, давай закроем эту тему, хорошо? Уже прошло то время, когда я мог отучиться в меде, теперь уже поздно. — Почему бы тебе не пойти сейчас? И не смей говорить про то, что тебе уже пятый десяток! Пусть великим хирургом ты и не станешь, но всё же. Может быть что-нибудь получится? — Ричард, ты с ума сошёл? Я даже вступительные экзамены не сдам! — Сдашь, если подготовишься. А ещё ты очень умный, Эдс. Я помогу тебе, обещаю, — Ричи берёт мужа за руки, крепко сжимая их. — Ничего не бойся, хорошо? Ты ведь ничего не потеряешь, если попробуешь. Он обнимает Эдди, крепко прижимая его к себе. Ричи сам не знал, почему завёл этот разговор, почему так хочет, чтобы Эдди был связан с медициной. Возможно, во всё виноваты сериалы про врачей, которые они смотрят последнее время. Понятно, шансов у Эдди не так много, но он же будет рядом. Вместе они точно справятся. — Если бы я тогда не уехал, я бы не позволил твоей жирной мамаше губить тебе жизнь, — он целует мужчину в висок, затем в скулу, щёку и приближается к губам. Целует нежно, трепетно. Успокаивает, уговаривает. — Хорошо, — Эдди разрывает поцелуй и выдыхает ответ в приоткрытые губы. — Я попробую, Рич. После он тянет мужа в спальню, откуда они ещё долго не выйдут, и перед закрытыми дверьми которой будут сидеть Персик и Миссис Кей.

***

— Как дела в университете, Спагетти? — Ричи приветствует мужа и дарит ему поцелуй. Последнее время у них очень мало времени друг для друга, Эдди почти всё время проводит на учёбе или за зубрёжкой, поэтому Ричи чувствует себя немного одиноко, но он всё равно счастлив за Эдса. У того глаза уставшие, но явно счастливые. Он идёт к своей мечте спустя столько лет, и Ричи не будет мешать ему, как это делали обе миссис Каспбрак. — Всё хорошо, жутко устал, правда, — Эдди зевает, и мило чешет кулаком глаза. Сильно хочется спать, но нужно ещё подготовиться к завтрашнему учебному дню. Тяжело, но он ни о чём не жалеет. — А как твой новый материал? — Почти готов, хочешь послушать? — с надеждой спрашивает Ричи. Ему нужно внимание мужа, очень сильно. — Прости, не могу. В другой раз, хорошо? — он виновато улыбается и уходит, оставляя Ричи одного. Тот тяжело вздыхает, переводя взгляд на экран ноутбука, где были напечатаны свежие шутки. — У Билла сын родился, кстати, — сказал Ричи, когда они лежали вечером в спальне. Он поглаживает пальцами уродливый шрам на груди Эдса. — Назвали Джорджи, в честь брата Билла. — Это чудесные новости, Рич, — глаза Эдди слипались, он почти спал. — Я очень рад за них. — Ага, я тоже, — Ричи сказал это слишком грустно, после чего посмотрел на спящего Эдди. Улыбнувшись, он поправил спавшие пряди волос, прижал мужа к себе поближе и тоже уснул. Эдди заламывал пальцы от волнения, ладно хоть не блюёт, как Ричи. Он приехал в детский дом. Созрел, наконец-то, к усыновлению. Тянуть резину больше не было смысла, Ричи уже не первый раз заикается про детей. Эдди видит, что он хочет, что ему это нужно. Сам же он боится ответственности, которая придёт вместе с ребёнком, но всё равно готов это сделать. Ради Ричи, который сейчас много чем жертвует ради него. Эдди предлагают посмотреть детей, выбрать того самого. От младенцев он отказывается сразу. Да можно растить как родных, но в данный период времени они точно с этим не справятся. Он идёт к детям постарше, понятия не имея, чего ожидать. Мальчик или девочка? Как он поймёт, что это тот самый ребёнок? Не будет ли странным развернуться и уйти? Почему он не позвал с собой Тозиера? Все эти мысли крутились в голове Эдди, мешая ему сосредоточиться, пока его взгляд не упал на мальчишку лет тринадцати. Он был кудрявым, с большими карими глазами, и очень сильно походил на Эдди в детстве. Мальчишка сидел один, отдельно от остальных детей и читал старый задрипаный комикс про супергероев. — Вот этот мальчик, — Эдди указал на кудрявого мальчишку. Он почувствовал это. Будто он вернулся в Дэрри, когда только познакомился со всеми неудачниками. Чувство было похожим. Будто они знают друг друга всю жизнь. Они — одно целое, семья, самые близкие люди. — Фредди Фриман, — отвечает ему работница приюта. — Он у нас немного странный, нелюдимый. Ещё и…у него проблемы со здоровьем, так сказать. Хромает, без костыля не может нормально ходить. Может, кого-нибудь другого? — Нет! Подготовьте документы Фрэдди к усыновлению, мы с мужем ещё заедем к вам. — С мужем? — в этом не было ничего странного, но глаза работницы удивлённо расширились. — Да, есть проблема? — Нет-нет, всё хорошо. Мы будем ждать вас. Когда Эдди приехал домой, Ричи сидел на кухне и дописывал программу. Рядом на столе стоял стакан Бурбона. Ричи выглядел уставшим, всё же не только Эдди в их семье что-то делает. — Рич, мы можем поговорить? — Эдди садится рядом, отодвигая стакан от мужа. Тот поднимает на него уставшие покрасневшие глаза. — Да, конечно. Эдди поджимает губы, а потом достаёт фотографию Фредди и протягивает мужчине. Лицо последнего удивлённо вытягивается. — Кто это? — Фредди Фриман. Инвалид-сирота. Сегодня я ездил в детский дом и…в общем, я думаю, что нам стоит взять его, — Эдс прикусывает щёку изнутри, ожидая, что ответит Ричи. Он долго молчит, осматривая запечатлённого на фото мальчика. — Я не против, конечно, но почему ты не посоветовался со мной, Эдс? Почему поехал один? — взгляд Тозиера был сверлящим. — Не знаю, честно. Просто, решил, что пока есть смелость — надо съездить. — Он похож на тебя, Эдс. На тебя тринадцатилетнего, — Ричи снова перевёл взгляд на фото мальчика, его губы тронула лёгкая улыбка. — А ещё я почувствовал, что он как мы. Как «Неудачники», которые должны держаться вместе. — О боже, если бы Стэн умер, он бы точно написал это в своей предсмертной записке или завещании. — Бип-бип, Ричи! — Когда мы поедем за ним? — похоже, Ричи уже больше ничего не волновало. Все проблемы с новой программой были отодвинуты на второй план. — Как только разберёмся со всеми делами. Нужно собрать все документы, пройти курсы молодых родителей, обустроить детскую и прочее. Это займёт некоторое время и… — Ничего, — перебивает Ричи мужа. — Я готов ещё подождать. Эдди улыбается, а затем наклоняется вперёд, касаясь губами колючей щеки. Фредди внешне был похож на Эдди. Сходство просто поражало. А когда он открыл рот, то…ну, вообще, похож он на обоих приёмных родителей. Пошлые шуточки не шутил, но заткнуть его было невозможно. Поэтому с папой Ричи он нашёл общий язык очень быстро и они вместе доставали папу Эдди. Тот, конечно, отвешивал смачные подзатыльники и тому, и другому, но всё равно готовил их любимые спагетти.

***

— Всем добрый вечер! Меня зовут Ричи Балабол Тозиер, и я очень люблю своего мужа и сына, но не так сильно как своих двух «маленьких ребёночков» Персика и Миссис Кей. На этом серьёзная часть шоу закончилась, и пришло время смеяться!