Идиотка

       Открыв дверь своей новой комнаты с ноги, Дженни устало упала грузом на постель, глухо крича прямо в подушку. Чемодан стоял рядом с дверью, как и мать. Она смотрела на дочь с волнением, с жалостью. Считала, что Ким нужно время, чтобы привыкнуть, чтобы оторваться от дома. Женщина прекрасно понимала — эта маленькая квартира на практически окраине душного застроенного города не сравнится с Австралией, где было всё: начиная от просторного дома, заканчивая прекрасными отношениями с друзьями и родственниками. Родители Дженни развелись совершенно неожиданно, десять лет назад. Мать уехала по предложению хорошей работы, а отец остался с маленькой Ким, воспитывая ту как мог.        Дверь захлопнулась, Миссис Ким решила оставить уставшую и потрепанную дочь в одиночестве. Девушка, почувствовав нехватку воздуха, наконец, повернулась на спину, глубоко вздыхая. Белый ровный потолок служил фоном для внезапно вспыхнувших воспоминаний Дженни. Уже давно все слезы выплаканы, опустошенность давала о себе знать. Не хотелось ничего, будто отказало тело, душа, сознание. Девушка просто лежала неподвижно, прокручивая снова и снова у себя в голове значимые в её жизни моменты. Да, всего месяц, как хотела верить она, но что-то подсказывало об обратном…        Вечность, конечно, как труп Дженни не смогла пролежать. Ей захотелось пить, поэтому, встав с кровати, она совсем не заметила, как наступил вечер. Конец июля. Из открытого настежь окна дул прохладный ветерок. Это чуть ободрило. Ким, уставившись в вид из окна не сдержалась, и прильнула к подоконнику, отодвигая тюль.        Фонарные столбы освещали недостаточно просторный двор. Окна спальни Дженни выходили прямо на проезжую часть, параллельно идентичным домам. Редкие машины чуть тревожили слух, потому что проезжали относительно близко. И как теперь спать с открытым окном?        Трехэтажный дом принадлежал одной умеренно богатой семье. Они сдавали в аренду весь второй этаж, то бишь трехкомнатную квартиру, а сами, как надзиратели, поселились на третьем. Условия были такие, что первый этаж, сделанный под гараж будет тоже разделен пополам. У матери Дженни имелся личный пикап, сделанный в двухтысячных японской фирмой. Он обрел себе стоянку — левая часть гаража, прямо рядом с машиной арендодателя.        Мимо проехал мотоциклист, оглушая всю улицу резким и громким звуком, отчего Дженни мгновенно сморщилась, сжимая плечи. Она тут же зло хлопнула окном, закрывая его. Уже достаточно проветрилось. Развернувшись лицом к спальне, девушка заметила простую обстановку, ограничивающуюся рабочим столом, шкафом с зеркалом, кроватью и ещё прочими комодами. Конечно комната обретет другой вид, если разложить все вещи, обвесить простые стены плакатами и собственными фотографиями. Но зачем? На месяц же не так важно обживать комнату, не так ли, Дженни?        Последующий конец, наверное, бесконечной недели Ким, всё-таки, смогла прожить без депрессивных мотивов. Действительно приняла свой недолгий переезд и так и не притронулась к сумке и коробкам, в которых лежали предметы декора. Открыла лишь чемодан и то, только для того, чтобы переодеться в пижаму. Выглядела, девушка, конечно, не свежо. Даже потрепанно и жалко. Тоскующий взгляд, без энтузиазма в своих действиях. Мама, конечно, старалась разрядить обстановку, но мало у неё что удавалось.        Так, за одним из завтраков, женщина уже в рабочем костюме попивала кофе из пакетика, закусывая наспех сделанным сэндвичем. В дверях показалось привидение… ах, это же Ким Дженни.        — Детка, — женщина не могла прокашляться, крошка хлеба от испуга попала не в то горло. Девчачьи руки коснулись материнской спины и пару раз похлопали, после чего приступ кашля прекратился, — спасибо. — Женщина сглотнула и снова уставилась на дочь. — Почему ты такая… неопрятная? Ты плохо себя чувствуешь? Что-то случилось?        Дженни, потирая поясницу, чуть приподнимая пижамную рубашку, повернулась к матери с бокалом воды в руке. Она была явно удивлена таким словам. Из-за этого конфуза с переездом, тоска настолько заполонила девушку, отчего та не смогла с ней справиться, погружаясь в депрессию.        — Всё в порядке, я постараюсь исправиться, — бокал был уже полностью опустошен, — что сегодня на завтрак?        Женщина в последний раз откусила хлеб с начинкой из овощей и мяса, после чего, взглянув на часы, вставая, отряхивая руки, поспешила поставить посуду в раковину. Ей совсем было не до завтрака. Да, конечно, хотелось позаботиться и так о не очень веселой дочери, но времени катастрофически не хватало. Чмок в щеку дочери и мать бежит в коридор, хватая сумку с документами. Дженни следует за ней.        — Я сегодня дежурю, так что ночуешь без меня, — поправляя воротник своей рубашки, и смотря в зеркало, проговорила Миссис Ким, после чего повернувшись к дочери, продолжила: — я оставлю тебе ключи, так что можешь выйти погулять. Прошу, будь аккуратнее…        Дверь захлопнулась. Дженни смотрела на связку, казалось, десятков ключей. Их было так много, что просто непонятно, что ими вообще можно открыть. Для двери же нужен только один…        В руки Ким попали эти тяжелые ключики, ладонь заметно провалилась. Девушка стала разглядывать каждый из них, обводя подушечкой пальцев по ребристой стороне. Она смотрела на дверь, на шкафчики, высматривала замочные скважины. Однако нигде их не было. После, снова обводя взглядом каждый ключ, заметила один очень большой и странной формы. Круглая пластмассовая форма была перевернулась в руках, и Дженни показались три кнопочки, на которых были нарисованы замочки.        В глаза бросился знак автомобильной марки и тут же улыбка начала тянуться вверх, чуть ли не к ушам. Она взглянула на дверь, предвкушая свободу, которая обеспечена ей на целый день. В глазах недобро вспыхнули огоньки, а улыбка позволила оголить десны. Подкинув связку ключей в воздух, Дженни ловко поймала их, прижимая к груди. Теперь она знает, как будет прогуливаться перед сном…

***

       Сумерки. Солнце, что нагревало весь день отступало, позволяя опустившейся температуре проявить власть. Окно в комнате девушки было широко раскрыто, пока сама она смотрела то на часы, то на зеркало. В её голове царило безумие, затуманенный разум поддался адреналину и бунтарству. Будь здесь отец, Дженни бы даже не задумалась о том, что промышляла. Девушка никогда не позволяла вести себя как оторва, но после стольких лет контроля и дисциплины, она будто захотела попробовать всё. Стать героиней какого-нибудь американского фильма про подростков.        Выйдя из своей комнаты, Дженни взяла в руки связку ключей и положила её в карман толстовки, а после, схватив черный рюкзак, улыбаясь, пошла в сторону двери. Девушка, кстати, так и не выходила на улицу почти неделю, чувствуя тревогу. А сейчас её будто подменили. Не с первого раза она нашла подходящий для двери ключ, но всё-таки закрыла на два оборота замок входной двери. Обернувшись в сторону лестницы, Дженни радостно запищала, и только после того, как вспомнила о хозяевах, тут же закрыла рот рукой, тихо спускаясь в гараж. Самое главное, чтобы не засекли они.        Спустившись в темную комнату, Дженни тут же нащупала вдоль стены выключатель. Свет загорелся, демонстрируя глазам девушки две машины. У стен стояли коробки, кресла, велосипеды и прочий хлам. Но это вовсе не интересовало девушку, она как ошпаренная подлетела к автомобилю и стала рассматривать его, проводя ладонями по блестящей и гладкой поверхности металла. Это, конечно, хорошо. Ключи есть, храбрость тоже, но… как открыть гараж?        — Блин, главное не разбудить, — тихо прошептала Дженни и подошла к воротам.        Девушка осматривала стены на наличие каких-либо кнопок или рычагов. Ну не может же такого быть, что ворота открываются снаружи — это было бы очень неудобно. Однако не найдя ничего, что могло бы поднять секционные ворота, девушка громко вздохнула и обернулась, грустно осматривая машину. Неужели не получится? Только глаза проскочили вдоль лобового стекла, рядом с машиной на стене висела коробочка, точно не выключатель для света. Ким побежала в ту сторону, быстро подхватывая в руки второй ключ, скорее похожий на пульт. Да, миссия выполнена.        Девушка скакала от радости, пока добиралась до машины. Она быстро щелкнула сначала пультом для ворот, а потом уже села в салон, чувствуя, как быстро колотится сердце. Экстремальное развлечение, о котором, если узнают родители, то Дженни точно не жить. Но, может быть, она этого и добивалась — возвращения в Австралию?        Ворота громко поднялись и тогда Ким впала в ступор. А что делать? Куда нажимать, куда вставлять ключ и какую скорость включать. Девушка немного запаниковала, напрягая извилины, чтобы вспомнить уроки вождения от отца. Но для начала она просто пристегнула ремень, поворачивая боковые зеркала удобнее. Смерив взглядом педали, Дженни выдохнула, кладя руки на руль. Благо автомат. И, Боже, только сейчас до неё стало доходить, как же это серьезно…        — Так, сначала… — Прикусив губу, Дженни вставила ключ и повернула его. Послышался шум мотора, машина завелась. Её руки тряслись, она была взволнованна.        Педаль тормоза зажата. Ладонь приземлилась на рычаг, под напором девушки он скользнул, перемещаясь на нужный режим, и только после этого, убирая ногу с тормоза, машина двинулась, раззадоривая сошедшую с ума от экстрима Ким. Что она творит? Что она творит…        Руки легли на руль и крепко его сжали. Девушка медленно нажала на педаль газа, чувствуя, как трясутся колени. Машина поехала, выезжая из гаража. Испуганная Дженни тут же затормозила, выпрямляя спину. Сумасшедшая.        — Круто-круто-круто, — завопила она, оборачиваясь. Ворота по нажатию кнопки пульта закрылись и Дженни поспешила вернуться в прежнее положение, выезжая на дорогу.        Она понимала, чем ей это грозит: либо авария, либо ссора с родителями, либо неимоверный кайф от собственных проделок. У Дженни не было прав, хотя отец уговаривал её пойти в автошколу, даже обучал сам. И, конечно же, она благодарна ему за частные уроки, ведь теперь знает как заводить машину и как ей управлять. Точнее не знает, а догадывается. Смешно, но ездила девушка максимум тридцать километров в час по необъятным полям и степям Австралии, а тут дорога. Да причем совсем не пустая. Ладони вспотели, руки ещё крепче сжали кожаный руль.        — Ну, была ни была, — вздохнула Ким и безумно улыбнулась, взглянув в зеркало.        Поворот на дорогу был произведен медленно, но вполне точно, ведь Дженни так усердно двигала рулем, выглядывая из-за него. Открыв окно, девушка вновь убрала ногу с педали тормоза и переложила её на газ, умеренно нажимая. Стрелка спидометра начала совершать оборот, ветер стал сильнее бить по распущенным волосам Ким, а сама она, смотрела на дорогу, любуясь едва заметным розовым цветом в уже потемневшем небе. Да, это свершилось, она наконец смогла сделать то, что захотела. Она угнала родительскую машину и отправилась, получая неимоверное удовольствие от одиночества и свободы…        Вскоре современная музыка заполнила салон, а сама девушка стала смотреть на проезжающие мимо машины, перестраиваясь с полосы на полосу. Скорость была небольшой — всего семьдесят километров в час, но даже этого девушке хватило, чтобы почувствовать себя крутой. На телефоне включенная карта не давала заблудиться в нескончаемых магистралях Кореи, правда, получилось так, что безбашенная Дженни оказалась на выезде из города. До развязки, ведущей в другие города оставалось несколько километров, она уже виднелась. Странно, но дорога была пустой.        Девушка спокойно ехала, позволяя себе переезжать с одной полосы на другую. Не смотрела в боковые зеркала, смотрела вперед, любовалась природой и небом. В тот момент сзади её нагнал мотоциклист, который хотел обогнать пикап, как тут же он бездумно пошел на него — то есть стал перестраиваться на другую полосу. Резкое торможение сбавило скорость мотоциклиста, и он захотел обогнать с другой стороны странную машину, называя водителя его бранными словами. Но и так тоже не получилось, снова машина вильнула перед ним, перегораживая проезд. Парень сжал руль, и большим пальцем надавил на кнопку. Мгновение и звук клаксона заставил девушку вздрогнуть, после чего испуганно уставиться в влево, на боковое зеркало.        Начиная разгоняться, мотоциклист специально смотрел в сторону водителя, делая выводы. И, как оказалось, за рулем сидела девушка-подросток, которая выпучила глаза от удивления. Парень пришел в ярость, от чего показал средний палец водителю пикапа. Дженни удивленно вздохнула, следуя взглядом за быстрым мотоциклом. Он начинал разгоняться и Ким принципиально вдавила педаль газа в пол, сокращая расстояние с мотоциклом.        Две полосы сливались в одну уже через сто метров. Дженни, нахмурив брови, хотела обогнать этого мотоциклиста, но совсем не задумалась о том, что не имеет никакого водительского опыта. Парень уже расслабился, не смотря в сторону пикапа, однако полоса Ким уже заканчивалась и та резко начала перестраиваться на другую, забывая о каких-либо правилах. Она думала, что он успеет отъехать так далеко, чтобы не столкнуться, но лишь предполагала.        Мотоциклист почувствовал, что за спиной происходит что-то не то и обернулся, резко тормозя от неожиданности. Прямо сейчас на него летела машина, за которой ошарашенная Дженни пыталась увести транспорт в сторону, нажимая на тормоз и выкручивая руль. Но этого оказалось слишком мало, да и слишком поздно она спохватилась. Тормозной путь был слишком большой.        Два метра. Испуганные глаза встречаются с его глазами, они оба тормозят.        Один метр. Глаза закрываются, жмурятся.        Удар. Машина осталась на месте, его хозяйка ударилась лбом о руль, а вот мотоцикл улетел вниз, за обочину, как и его водитель. Руки Дженни дрожат, как и веки не хотят разлипаться. Нет, она же ничего не сделала? Этот удар вовсе не удар, это просто последствие резкого торможения. Всё же, сглотнув, Ким открыла глаза, не замечая на дороге мотоцикла. Абсолютно пустая трасса и торчащее колесо у обочины.        Девушка быстро выбегает, крича, что есть мочи. Она сбила человека! Она. Сбила. Человека. Господи, идиотка. Самая настоящая. Молись, чтобы он остался жив…