Скрытый за тучами голубой небосвод

Я записалась в ряды сопротивления ведомая какими-то романтичными мыслями и непомерными амбициям, которые сейчас вызывают у меня одну лишь усмешку и тошноту. Я ведь искренне верила в то, что не погибну в первые же дни нашей борьбы, когда наше противостояние еще имело хоть какой-то смысл. Тогда у нас были люди, продовольственные и оружейные запасы. Наши вожди кричали с трибун о том, что вместе нам нестрашны никакие враги. «Мы — люди!» «В единстве наша сила!» «Земля — землянам!». А что сейчас? От людей, некогда властителей Земли, остались лишь жалкие горстки повстанцев, сражающихся уже даже не за идеалы, а за то, чтобы просто не помереть в вонючей канаве или не быть разорванными на мелкие кусочки оружием «Франни». «Мы — люди!» «В единстве наша сила!» «Земля — землянам!». Кто бы тогда знал, что для «Франни» наши крики были не более чем писком надоедливых насекомых? Если бы кто-нибудь тогда сказал нам об этом, может, людей сейчас бы было чуточку больше… Первые битвы мы выигрывали и, веря в свою непобедимость, продолжали давать отпор «инопланетным захватчикам». Мы «воевали». Вели «ожесточенные» бои. Проводили целые военные кампании. Сейчас-то я понимаю, что выигрывали мы не потому, что были сильны, а потому что «Франни» в первые недели нашего сопротивления еще верили в то, что мы образумимся. Надеялись, что глупые homo sapiens придут в себя и сложат свое примитивное оружие. Но этого не случилось. Мы продолжали сражаться, вопить, что было сил, и бить себя кулаками в грудь, призывая потерявших дух товарищей воспрянуть. Мы словно надоедливые мушки старались как можно больнее укусить своих врагов в самом труднодоступном для их почесоток месте, но только гибли, пока наши правители придумывали все более новые, изощренные и совершенно бессмысленные планы по сдерживанию инопланетной агрессии. В конце концов, терпение «Франни» лопнуло, и мы ощутили на себе всю ту разницу, разделявшую нас друг от друга сотнями, а может, и миллионами световых лет. Первыми их целями стали военные базы и крупные города по всему миру. Я жила в таком городе, в мегаполисе, с населением с десяток миллионов человек. И я помню грохот от падающих вниз стен высотных зданий. Помню, как трещали стекла в окнах, как волнами поднимался асфальт, обнажая туннели метро. Деревья из земли вырывались с корнями как сорняки, за секунды. Машинные сигнализации начали «вопить» по всему городу в один момент, а через минуту, может, через две, сработало оповещение. Как в военных фильмах, такой нарастающий гулкий, протяжной звук. Наши дома были разрушены за минуты. Миллионы жизней были оборваны в течение нескольких секунд. Города и военные базы пали. И это было всего-то показательным шоу. «Смотрите, глупцы, что мы можем», — пытались донести до нас «Франни» свое могущество. Нам бы тогда следовало испугаться. Это я сейчас понимаю. Покаялись бы в глупости и встали бы на колени, отдавая гостям все самое лучшее, что у нас еще оставалось, но мы так не поступили. Только сильнее обозлились. Хотя, разве это не естественно? Ненавидеть то, что причинило тебе боль. Потеряв близких людей, свои дома, памятные для каждого из нас места мы стали сражаться свирепее. Только побед нам наша несдержанность почти не прибавила. Солдат в армии сопротивления становилось все меньше и меньше. Кто-то умирал в агонии и муках, кто-то сбегал с полей сражений, бросая позади себя и своих товарищей и идеалы, в которые верил всеми фибрами души. Но были и те, кто совершал самый гнусный поступок из всех, которые только могли совершить раненные, испуганные, голодные и загнанные в ловушку люди. Они предавали человечество, свою расу, принося клятву верности инопланетянам. Поработителям. Захватчикам. Убийцам их семей.