Тайны дневника Гермионы

Это был длинный вечер, нелёгкий, наполненный событиями. Мы по-настоящему устали. Просто заснули. Около трёх часов ночи меня разбудила Грейнджи. Шея затекла от лежания на плече мужа, но это было так приятно. Старалась встать тихо, чтобы не разбудить Драко, но не получилось.  — Грейнджи? — тихо спросил он.  — Да, хочет есть. Малышка снова заснула. Я подошла к окну. Мы не закрыли шторы, в комнату светила половинка луны, море звёзд — такая красота!  — Сними платье, — шепнул Драко. Я не думая потянула платье с плеча, потом с другого, и оно плавно сползло к моим ногам. На мне остались только чулки и бикини.  — Хочешь, надену шпильки? — игриво прошептала я.  — Очень, — выдохнул он. Обошла кровать и, повернувшись к нему спиной, поставила перед собой туфли. Он так громко вздохнул, что я невольно улыбнулась. Надев туфли, пошла обратно к окну. Облокотившись на подоконник, рассматривала луну.  — Из твоего окна чудесный вид! — тихо сказала я.  — Ты не представляешь, какой чудесный вид… отсюда, — прошептал он. Как же мне было приятно это слышать. Я улыбалась, чувствуя всем телом его взгляд. Выпрямилась, повернулась, а Драко прямо передо мной. Вздох. Его ладонь посередине моей груди. Рука плавно скользнула к моей шее, под волосы, он аккуратно сжал их около затылка. Мурашки носились по телу, я даже замёрзла.  — Ты самая красивая женщина, что я видел в своей жизни, — прошептал он.  — А мадам Забини? — усмехнулась я. Драко скорчил рожицу.  — Ну, на троечку, — улыбнулся он.  — Драко, — с сомнением засмеялась я. Его руки скользнули по моим рукам, к плечам, по спине. Он привлёк меня к себе.  — Прости, Грейнджер! Не могу упустить такую возможность, — прошептал Драко.  — Какую? — игриво спросила я.  — Ты… в моём доме. В моей комнате. Вдруг, это мой единственный шанс?  — Возможно, это действительно так, Малфой. Такое бывает только раз. Драко подхватил меня на руки. Туфли потерялись по дороге к кровати. Он положил меня очень бережно, аккуратно снял чулки и раздевался медленно, а я любовалась им. Его освещала луна. Это было волшебно и так невероятно красиво. Его стройное тело, плечи, руки, бёдра. Он — само совершенство! Вдруг, полог резко опустился. Темнота. Тишина. Я усмехнулась:  — И, что теперь?  — Какой свет предпочитаешь? Красный или белый? — с усмешкой спросил он.  — Ты что кричишь? — зашептала я. — Грейнджи разбудишь?  — Нет, мы изолированы.  — Тогда, люмос, — моя палочка оказалась на кровати. Он вложил её в нишу.  — Как ты так влипла, Грейнджер? Что ты делаешь в моей кровати? Он вдруг схватил меня за щиколотки и потянул к себе.  — Ай! — вскрикнула я. — Малфой! Ты обалдел?  — Что ты здесь делаешь? — он навалился на меня, крепко обхватив за талию и плечи. Стало душно. Я смотрела ему в глаза и не понимала, что за игру он затеял.  — Не надо, Малфой, — прошептала я. — Разве этого ты хотел? Подумай! Драко сжал меня ещё сильнее. Я прогнулась, закрывая глаза и запрокидывая голову.  — Я хотел так, чтобы тебе было больно. Чтобы освободиться и забыть, — хрипел он. Драко прошёлся языком по моей шее и дышал в лицо, как животное. Я открыла глаза — Ты… делала мне больно. Всё время. И я вспомнила его в семнадцать лет. Его взгляд — болезненный, уставший. Ему было так плохо, одиноко.  — Прости меня, — шепнула я. — Ведь я же не знала! Он ослабил хватку. Я протянула руку к его лицу, погладила щёку.  — Я люблю тебя, Драко. Люблю тебя. Люблю, слышишь! — нежно шептала я.  — Прости. Прости меня! — зашептал он, как будто опомнился. На лице отразилась мука и сожаление.  — Не надо. Всё хорошо! Просто… поцелуй меня. Ты же хотел этого всегда, правда?!  — Да. Больше всего на свете. Драко поймал мою руку, поцеловал ладонь.  — Я безумец… Его губы овладели моими так, как будто мы не были вместе ещё вчера. Он словно пил меня, стараясь выпить всё до последней капли. Я уверена, дело в этом доме. Это место наполнено злом, смертью. Это оно так влияет на него. Здесь его душа наполняется духом жестокости. Как бы не изменилась внешняя оболочка этих комнат и коридоров, стены этого замка вряд ли отпустят когда-нибудь страдания и боль погибших здесь людей. Драко не такой, совсем не такой, как его отец, его предки. Но он вырос здесь. Впитал этот дух жестокости. Он дал о себе знать. Его движения были резкими, какими-то дикими и, поначалу, мне хотелось остановить, сдержать его, успокоить. Но ему это нужно было, нужна была власть и свобода. Я сдалась. Опустила руки и расслабилась. Отдаваясь ему полностью, почувствовала, как он смягчился. Его губы, руки больше не стремились причинить боль. Он стал нежным, таким трепетным и мне было хорошо. По-настоящему. Драко стонал от каждого прикосновения моих рук и губ. Кажется он весь был, как оголённый нерв. Такой трудный для него вечер, постоянная сдержанность, стресс. У кого угодно закончится терпение. Он обрушил на меня всё, что в нём накопилось. И это было… незабываемо! То резкость и грубость, то безмерная нежность. Наверное, мы уснули часов в пять утра. Драко не выпустил меня из рук. А в шесть проснулась Грейнджи. Как хорошо, что потом она снова заснула. Бессонная ночь совершенно вымотала. Я проснулась от того, что Драко разговаривал с дочкой. Он был при полном параде, ведь ему пора в министерство. Стало так досадно, что мы не сможем провести вместе ещё хоть немного времени. Смотрела, как он, склонившись над колыбелью, воркует с Грейнджи, улыбается, такой счастливый! И не хотелось нарушать их идиллию. Я тихонько села, прижавшись к спинке кровати, и просто смотрела. Кажется, я бесконечно могу любоваться своим мужем! Особенно тогда, когда он настоящий. Когда нет на нём этой маски холодной сдержанности. Он вдруг поднял на меня глаза, и… что-то случилось. Он, как будто растерялся. Словно виноватый подросток перед строгим учителем. Драко опустил глаза, нервно закусил нижнюю губу. Стало… так жаль.  — Ну, что ты? — мягко спросила я. — Всё же хорошо. Он подошёл ко мне и сел напротив, взяв меня за руки. В глаза не смотрел, нахмурился.  — Я… вёл себя ужасно, — тихо, но уверенно произнёс Драко. — Позволил себе слишком много.  — Зато, ты был искренний, — так же уверенно, но с улыбкой ответила я.  — Но так… неправильно! — он поднял на меня серебристые бездонные глаза.  — Драко… Кто это определил?  — Что? — он, как будто меня не понял.  — Ну, кто определил, что ты вёл себя неправильно? Ты делал то, что тебе сердце подсказывало, то, что хотелось! Ты никому не причинил вреда!  — А тебе! — вдруг возмутился он. — Я же видел, ты боялась, не знала, что делать, а мне…  — Тебе это нравилось, — улыбнулась я. Он отрицательно замотал головой.  — Брось, Драко! — вздохнула я. — Тебе нравится власть! Так всегда было!  — Но не с тобой! — чуть повысил он голос.  — А если… мне нравится твоя власть надо мной? Он смотрел на меня с сомнением.  — Я только боялась, что ты перейдёшь черту. Но этого не произошло.  — Такого не должно повториться, — тихо сказал он и стал целовать мои руки.  — Не кори себя, прошу тебя! — шептала я. — Это была волшебная ночь. Необыкновенная. Может, именно этого нам и не хватало. Чуть-чуть адреналина.  — Возможно, — улыбнулся он. — Покорми Грейнджи. Мы должны спуститься к завтраку.  — У вас так рано завтракают? После праздника? — засомневалась я.  — Сегодня я здесь. А так, нет, вообще-то. Это, скорее, семейный совет. Собирайся. Я начала волноваться. Думала, мы просто вернёмся домой. Грейнджи мы отнесли в детскую, а сами отправились в трапезную. Нас уже ждали Нарцисса, Люциус и Норма. Хорошо, что стол такой большой, и я смогла сесть подальше от новоиспечённой кузины. Я понимаю, что, возможно, дочь Беллатрисы совсем не такая, как мать, но предпочитаю держаться от неё подальше. Драко наоборот, сел к ней ближе, явно собираясь вести беседу. Родители и сын перекинулись несколькими фразами о вчерашнем вечере, пару вопросов задали мне, осведомились, как спалось Норме.  — Итак! — подытожил Люциус. — Может, перейдём к тому, что нас в действительности интересует? Все молчали.  — Прекрасно! Дорогая, ты, ведь, донесла нашей многоуважаемой гостье новую информацию?  — Да, Люциус. Мы много об этом беседовали. Норма, вы приняли решение? Девушка волновалась. Опустив глаза, она вращала вилку в руках.  — Полагаю, у меня нет выбора, — тихо заговорила она. — В том, что я дочь Беллатрисы, почти не сомневаюсь. Однажды, я даже видела её. Спасибо, что показали фотографии. На них она намного привлекательнее, чем я её помню. Наше с ней внешнее сходство очевидно, вы правы. Но в отцовстве Рудольфуса Лестрейнджа, нельзя быть уверенной, к сожалению. Дед и сам не уверен. Просто, очень хочет верить. А я только с его слов знаю об этом. Я согласна на эту… экспертизу. Мне нравятся её манеры. Кажется, Норма скромная девушка, но уверенная в себе. Пока она говорила, ощущение опасности прошло. Её сходство с матерью перестало быть чем-то пугающим.  — В таком случае, — заговорил Драко. — Я сегодня же свяжусь с доктором Вудом и выясню, как это можно сделать. Мы не имеем права обращаться к маглам. Надеюсь, в магической медицине есть такая возможность.  — Спасибо, Драко, — тихо сказала Норма, бросив на него взгляд.  — Пока, не за что. Благодарю за чудесный праздник, мама. Думаю, нам пора. Я должен отвезти своих девочек домой, прежде чем отправиться в министерство.  — О, неужели?! — вдруг воскликнула миссис Малфой. — А я так надеялась немного побыть с внучкой! Вчера не было такой возможности. Её искренность меня поразила! Она, и правда, этого хотела!  — Может быть, Гермиона останется до вечера? А после службы ты их заберёшь. Она с надеждой смотрела на сына, потом на меня. Почувствовала, что краснею, а Драко направил на меня вопросительный взгляд.  — Ты не против? — по интонации я поняла, что он хотел бы порадовать мать. Ясно, что выбора у меня не было.  — Конечно, — спокойно ответила я, стараясь улыбнуться.  — Спасибо, Гермиона! — доброжелательно улыбнулась Нарцисса. — Норма, какие у вас планы?  — Я, пожалуй, вернусь в поместье деда. Уверена, он волнуется и ждёт новостей.  — Да, вы правы. Но знайте! Вы всегда желанный гость в нашем доме! В любое время!  — Благодарю вас, мадам! — кивнула девушка.  — Ну, раз все всё выяснили, займусь корреспонденцией, — заключил Люциус. — До вечера Драко! Дамы!  — Да, до вечера, отец! Люциус удалился.  — Я провожу Норму и вернусь, — сказала Нарцисса, и они вышли. Драко подошёл ко мне, я встала из-за стола. Он крепко меня обнял.  — Всё в порядке? Ты, ведь, правда, не против? Я только вздохнула.  — Прости, я бы так хотел остаться.  — Что ты! У тебя такие важные дела! Это даже не обсуждается.  — Всё будет хорошо! Мать любит тебя и Грейнджи.  — Ох, Драко, — с сомнением прошептала я. Он улыбнулся.  — Вернись домой, переоденься. Это платье прекрасно, но слишком…  — Что? — не поняла я.  — По-моему, отец… слишком часто на тебя посматривает.  — Что? — возмущённо воскликнула я. Показалось, что сейчас сгорю и внутри, и снаружи от смущения.  — Он — мужчина! — засмеялся Драко. — Ты не заметила?  — Но это же… твой отец! — я чуть дар речи не потеряла.  — И что? Он от этого перестал быть мужчиной? Грейнджер, ты как ребёнок! — улыбался он. Драко прильнул к моим губам, а у меня искры из глаз посыпались. — Обожаю тебя! — прошептал он. — Переоденься! — повелительно распорядился он.  — Ладно. Но, как же Грейнджи?  — Не задерживайся! Главное, мать предупреди. Пойдём, проводишь меня. Он обнял меня за талию. Мы вошли в гостиную, и Драко исчез в камине. Я осталась одна. Стало не по себе. Без него… в этом замке. Так пусто на душе. И зачем он сказал, что Люциус смотрит на меня. Этого только не хватало! Постаралась скорее проскользнуть в детскую. Мальчики шумно играли, недалеко от колыбели Грейнджи сидела няня. Я подошла к малышке, она радостно задёргала ножками. Я просто таю от любви! Моё солнышко! Она такое чудо! Не могла налюбоваться! Разговаривала с ней. Понимала, что нужно вернуться домой и переодеться, но так не хотелось оставлять её здесь, в этом доме. Когда вошла Нарцисса, Лео и Орион побросали все свои дела и побежали к ней, наперебой крича: «Мама, мама!» Как она была счастлива! Присела на корточки, обнимала их, целовала в щёчки, носики — это было чудесно! Я представила, как она обожала Драко. Как гордилась им, когда он рос, как всегда переживала за него. Я почувствовала такую благодарность. Всеобъемлющую благодарность этой женщине — матери, которая вырастила с любовью и теплом того, кто теперь мне ближе всех на свете, Драко Малфоя. Она лишь кивнула мне и занималась с мальчиками до тех пор, пока они не отвлеклись, занявшись своими игрушками.  — Прости, Гермиона! — ещё не отойдя от активной игры вздохнула она. — Просила тебя остаться…  — Что вы, мадам! Это же дети! Они прежде всего! Мальчики такие чудесные малыши!  — Драко был такой же, — с ностальгией улыбнулась она. — Было такое тяжёлое время. Если бы не он… Это был лучик счастья в тёмном царстве. Его глазки — он был таким добрым мальчиком. Конечно, дети растут, меняются. Бывает так сложно.  — Он стал прекрасным человеком, — с волнением произнесла я. Нарцисса с благодарностью взглянула мне в глаза и только кивнула.  — Где же моя маленькая красавица? — улыбнулась она и направилась к колыбели. Она смотрела на внучку, перебирая её пальчики и вся светилась. — Знаешь, кажется, мальчики совсем недавно были такими же, а я уже соскучилась по этим крошкам. В них есть особая прелесть! Наслаждайся. Они так быстро растут!  — Да, мадам, — согласилась я. Никак не могла решиться уйти. Но Драко сказал, что это необходимо, и я несмело сказала:  — Мадам, я могу ненадолго отлучиться? Мне нужно… переодеться.  — Конечно! — воскликнула она, как будто опомнилась. — Я сама хотела предложить, прости, так увлеклась. Я всё ещё сильно сомневалась. Смотрела на Грейнджи и откровенно боялась оставлять её в этом доме. Нарцисса явно это уловила.  — Гермиона! Это ведь наша внучка! Дочь нашего сына! Неужели ты думаешь, что мы можем причинить ей вред?  — Ну, что вы, мадам! — спохватилась я. — Я просто не привыкла… с ней разлучаться.  — Ты можешь выйти через камин в гостиной. Будь уверена, с малышкой всё будет хорошо! Ты же ненадолго! Я кивнула и решительно вышла из детской, боясь, что иначе, так тут и останусь в вечернем платье и шпильках. Я почти бегом влетела в гостиную и, войдя в камин, назвала наш адрес. Как же тихо и спокойно дома. Ужасно хотелось просто остаться. Но я бегом понеслась переодеваться, швырнув туфли куда попало, что мне совершенно не свойственно! Надела самое простое, закрытое под самое горло платье цвета кофе с молоком ниже колена, в котором обычно ходила на работу. Простые туфли лодочки без каблуков. Завязала волосы в хвост. «Чем проще, тем лучше!» — решила я и уже была готова отправляться назад. Но, бросив взгляд в зеркало, замерла. Что-то было не так. Я не сразу поняла, что. Это платье раньше было свободно и хорошо на мне сидело. А сейчас оно так обтянуло фигуру, особенно грудь, талию и бёдра. Просто неприлично! Нет! Я вовсе не толстая! Но это так вызывающе, что никакие рукава и воротник не спасают ситуацию. Бросилась обратно к шкафу и копошилась там ещё минут сорок. Поняв, что после рождения дочки гардероб не обновлялся, и я во всём, что не надень, буду выглядеть так, просто бросила это дело! У меня ребёнок неизвестно где! А я тут! Я решительно двинулась к камину, прихватив кое-какие вещи для Грейнджи. Произнесла: «Малфой Мэнор», — как это делал Драко. Но оказалась не там. Мы всегда попадали в гостиную! Но это был кабинет Люциуса. Мной овладела паника. Я прижалась к стене камина, уже думая рвануть обратно. Какая глупость! Растерянность! Я чувствовала себя полной дурой! Хоть бы здесь никого не было! Я выглянула наружу и на цыпочках пошла к выходу.  — У меня гости! — голос Люциуса резанул по сердцу. — Не знал, что вы покидали поместье, — Малфой сидел в кресле в дальнем углу кабинета с газетой в руках, положив ногу на ногу.  — Да, сэр. Я… была дома, — с трудом проговорила я.  — Вижу, — как-то очень приторно протянул он. Я взяла себя в руки.  — Простите, сэр. Я сюда попала… случайно.  — О, это моя вина. Не запер камин после посетителя, вот вас и занесло… не туда.  — Я могу идти, сэр? Он так пронзительно смотрел на меня, что стало жутко. Ладно бы смотрел в глаза, но его взгляд скользил по мне снизу вверх и обратно. Хотелось бегом бежать оттуда.  — Конечно, дорогуша! — улыбнулся Люциус, словно хищник. — Я вас не задерживаю! Я быстрым шагом направилась к выходу. Дёрнула дверную ручку. Заперто. Жар прокатил по телу.  — Сэр… — начала я.  — Ах, да! — воскликнул он. Я услышала его приближающиеся шаги. Мороз прошёл по коже. Я отошла в сторону от двери. Люциус поднёс палочку к замку, шепнул что-то неразборчивое.  — Алохоморой тут не отделаешься, — усмехнулся он. — Не люблю, когда прерывают во время деловых переговоров, — улыбался он, надменно глядя на меня сверху вниз.  — Простите, — почему-то шёпотом, с трудом произнесла я. Меня сковал страх перед этим человеком. Он всегда вызывал неоднозначные чувства, то ли презрение, то ли трепет. Раньше он не смотрел на меня… так. Что могло измениться?  — Прошу! — Люциус открыл передо мной дверь, и я быстро вышла. Бегом влетела по лестнице, остановилась наверху, отдышалась. Драко! Ну что же ты делаешь со мной?! Зачем опять оставил одну? Чего ты хочешь? Чего? Чтобы я стала ближе к твоей семье? Я не могу быть частью этого мира! Он не мой! Не понимаю, как вести себя здесь! Что говорить? Что делать? В детскую я вошла тихо-тихо. Нарцисса сидела в кресле с Грейнджи на руках, а мальчики играли с няней.  — Когда ты немного подрастёшь, мы с тобой погуляем в саду, — ласково говорила миссис Малфой. — Моей принцессе Вирджинии понравится наш павлин, он такой красивый… Вирджиния? Значит, бабушка так решила называть Грейнджи? Да, это тоже её имя, но меня это смутило. Интересно, что Драко на это скажет?