Тайны дневника Гермионы

9 Декабря. Драко уже ушёл, когда прилетела сова Люциуса Малфоя. Я смотрела на неё в окно, как ветер треплет её пух, как она щурится, вжимая голову в плечи. Не хотела открывать, касаться этого письма на её лапе. Но ведь бедная птица ни в чём не виновата. Она улетела не дожидаясь ответа. Хотелось просто сжечь этот маленький конверт. Не видеть этот идеальный каллиграфический почерк, пропитанный гордыней и самоуверенностью. Я бросила его на столике в гостиной и забыла. Уже к вечеру оно попалось мне на глаза. Не хотела читать. Подумала, дождусь Драко. Пусть он прочтёт, если захочет. Отнесла его в библиотеку, положила в ящик стола и вспомнила только ночью. Плевать на него, пусть лежит. Знать не хочу, что в нём. Как же всё изменилось. Может быть, я зря делаю трагедию из того, что случилось? Драко старается жить по-прежнему, пытается развеселить меня. Но я, как привидение. Сердце ноет. Как я это допустила? В голове не укладывается. Неужели Малфою настолько нужно было добраться до меня, что он принял облик сына? Нужно взять себя в руки и жить дальше, чтобы не разрушить то, что мы с Драко создавали столько времени. Наша любовь всё преодолеет! Так должно быть! 10 Декабря. Когда утром я увидела сову за окном, сердце ёкнуло. Ещё письмо? Зачем? Да, я не ответила на первое, и что? Не хочу я ему отвечать! Сова ждала ответа.  — Улетай! — бросила я, и она послушно выполнила приказ. Я пошла в библиотеку, бросила второе письмо в тот же ящик. Было ощущение, что ладони жжёт. Наверное, нужно прочитать, но мне было страшно. К вечеру сова вернулась с третьим письмом и… задумалась. Она сидела, как будто в растерянности.  — Чего ты ждёшь? — спросила я. — Ответа не будет! Лети домой! Птица смотрела на меня с мольбой.  — И что мне с тобой делать? Переночуешь? — усмехнулась я. — А хозяин тебя в подсвечник не превратит? Сова переминалась с лапы на лапу.  — Ладно, — вздохнула я. Надела рукавицу, птица села на моё предплечье. — Ты тяжёлая! — посетовала я и отнесла её в нашу совятню, расположенную на чердачном этаже. Вернувшись, взяла третье письмо и пошла в библиотеку. Хорошо, что дочка недавно заснула. Достала все три письма, положила перед собой. Наверное, имеет смысл начать с первого. Страшно волновалась открывая его. Не зря. «Многоуважаемая миссис Малфой! С величайшей скорбью прошу простить мою нелепую оплошность. Выражаю Вам искреннюю признательность за понимание и предлагаю компенсировать…» Читать дальше я просто не смогла. Мной овладел такой гнев, который мне даже не свойственен! Циник! Мерзавец! «Нелепая оплошность»? «Компенсировать»?!  — Инсендио! — выкрикнула я и швырнула горящий лист в железную корзину. — Подавись своими извинениями! — психанула я. В бешенстве ходила по библиотеке, глядя на два, уже ненавистных мне, конверта. Плюхнулась в кресло, открыла второе. «Помирать, так с музыкой!» — злилась я, но начала читать. «Гермиона! Прошу Вас ответить на это письмо. Возможно, в первом послании я не корректно выразил свои мысли. Я прошу у Вас прощения за своё низкое поведение. Я на самом деле сожалею о совершённом поступке. Скорее всего Вы не готовы простить меня, но, по крайней мере, ответьте, есть ли надежда на Ваше снисхождение? С уважением, Люциус Малфой» Это письмо даже немного тронуло меня. Кажется, злость за первое почти прошла. Третье меня пугало. Не знаю, почему. Не решалась его открыть. Я встала, постояла у окна, глядя на падающий снег. Он так умиротворял. Я рада была, что Люциус Малфой раскаивается, но не верила до конца. Скорее всего, Драко потребовал, чтобы его отец принёс мне извинения, и он это сделал. По сути, какая разница? Извинился и хорошо. Я уже спокойно открыла третье письмо. «Гермиона! Я понимаю, насколько глубоко ранил Вас. Ваши искренние, светлые чувства к моему сыну запятнал своими грязными руками. Не верил в Вашу любовь к нему до того злополучного дня. Видя, как Вы помыкаете им, как он бессловесно подчиняется Вам, был уверен, что просто используете Драко, играете его чувствами, как это делают многие умные женщины. После того, что произошло, увидел насколько сильную боль причинил. Но Вы думали не о себе. Вы думали о нём, каково будет ему. Даже я, безответственный отец, не думал об этом, желая лишь получить то, что хотел. То, что мне принадлежать не может. Всегда считал, что моё сердце окаменело. Рад, что ошибся. Надеюсь, что Вы будете счастливы с моим сыном. Прости, девочка» Душа болела. Я видела перед собой человека наполненного сожалениями и искренним раскаянием. Невозможно было представить, что Люциус Малфой способен на это. Он как будто на самом деле понял мои чувства. Я осознала, что простила. По-настоящему простила его. Захотелось тут же написать ответ. Я даже достала пергамент и взяла в руки перо. Перечитала письмо. И эти строки вонзились в моё сердце с особой силой: «…Я… об этом не думал, желая получить то, что хотел. То, что мне принадлежать не может…» Я замерла, вчитываясь снова и снова. Значит, если бы я не поняла, что это не Драко, он готов был пойти до конца? Чтобы я принадлежала… ему? Нет! Нет! Этого не может быть! Может, он имел ввиду что-то другое? Чего он хотел от меня? Он не был груб. Он не набросился на меня с порога, хотя возможность была. Ждал, что я приду сама. Хотел, чтобы я любила его, как люблю Драко? Воспоминания снова заполнили разум. Этот алчный стон, настойчивые руки. Передо мной был Драко. Как хорошо, что это был он! Моё воображение не уходит дальше! Я не могу, не хочу видеть этого человека! Нет! Я не простила. Мало. Слишком мало времени прошло. Бросив перо и убрав письма в ящик стола, решительно отправилась в детскую. Я жду Драко. И я покажу ему эти письма, потому что не знаю, что с этим делать. 12 Декабря. Не могу видеть его мучения. Не могу жить с тем, что у меня появились секреты. Я так и не показала Драко письма его отца. Он теперь любое моё поведение расценивает, как результат поступка Люциуса. Даже не спрашивает о причинах моей холодности, молчаливости. Я ужасно боялась показать ему письма, боялась ранить ещё сильнее. С того дня Драко ни разу не касался меня и не целовал. Понимает, что я не готова. И я так ему благодарна! Утром, когда Драко ушёл, я написала Люциусу ответ. Всего пару строк. «Вы правы. Я не готова. Пожалуйста, не пишите мне больше». Когда сова уже умчалась, я страшно пожалела, что так поступила! Я не хочу причинять боль, даже если мне самой больно. Как же глупо! Да! Я не простила! Да! Мне ужасно плохо! Но было бы правильно — простить! От этого было бы легче, в первую очередь, мне самой! И Малфой не думал бы обо мне больше. Простила? Прекрасно! Страница перевёрнута! Какая же я дура! Нужно было всё обдумать! Не даёт покоя одна мысль. Нарцисса! Ведь она живёт рядом с человеком, которого несёт в пропасть. Она знает его столько лет! Неужели не видит, что с ним происходит? Да, если бы я заметила, что с Драко что-то не так, всё бы сделала, чтобы понять и помочь. А что происходит у них? Ведь совсем ещё недавно, она так переживала за него! Всё прошло? Поэтому Люциус преследует меня? Что если открыть ей глаза? Взять и рассказать всё?! Пусть разбирается сама со своим мужем! Я, кажется, отчётливо ощутила, как ужасно поступаю с Драко, игнорируя его. А он терпит «бессловесно», как выразился Люциус. Кажется, я запутываюсь всё больше и больше. Малфой старший добился своего, я думаю о нём чаще, чем о том, кого люблю, кем дорожу больше всего на свете! Хватит! Нужно всё исправить! Ночь. Я гуляла с Грейнджи в парке. Было очень немноголюдно. Будний день, дети в школах. Тишина, красота, повсюду снег. Дорожки расчищены, гулять одно удовольствие. Всё рухнуло, когда тёмно-синяя мантия возникла на горизонте и неумолимо приближалась. Сердце замерло. Стало страшно. Малфой шёл быстро, я остановилась. Он замер на почтительном расстоянии, ярдах в трёх. И молчал. Я, тем более, не знала, что делать…  — Добрый день, — тихо произнесла я. Думала, прямо сейчас в обморок упаду.  — Здравствуй, — спокойно ответил он, глядя мне прямо в глаза. — Вы получили мою последнюю сову?  — Да, сэр.  — Она не вернулась. Я подумал… что что-то случилось.  — Я отпустила её час назад. С ответом. Не могла дышать, как будто железная рука сдавила горло. Сердце билось через раз. Чего он хочет? Куда мне деться? Малфой опустил глаза.  — Могу я… услышать ваш ответ?  — Сэр, я… за это время… изменила решение. Он бросил на меня пронзительный взгляд. Я не выдержала и отвернулась.  — Я… принимаю ваши извинения, — с трудом проговорила я. — Надеюсь, вы выполните все свои обещания и не станете больше меня преследовать. Не могла поднять глаз, не могла его видеть. Ничего не изменилось. Я всегда боялась его. Теперь, кажется, боюсь ещё больше.  — Благодарю, — бесцветно, но негромко произнёс Люциус. — Значит, в письме…  — Я не была готова, — выпалила я. — Но, подумав немного, решила, что так лучше. Я… хочу забыть и жить дальше. Решилась взглянуть на него. Некоторое время Малфой смотрел мне в глаза, холодно, спокойно, как это было всегда. Но в какой-то момент, он как будто потерял уверенность, его взгляд блуждал по моему лицу, словно пытаясь запомнить. Показалось, что он на что-то решался с большим трудом! Мне стало страшно до боли! Только бы Люциус не испортил всё снова! «Уходи! Уходи!» — вопило сознание.  — Мне нужно домой! Прощайте, сэр! — бросила я и решительно двинулась к выходу из парка. Когда я поравнялась с ним, услышала шёпот:  — Спасибо тебе… На секунду я зажмурилась и быстрым шагом понеслась прочь. Меня всю трясло. Неужели всё закончилось?! Неужели я освобожусь?! На повороте я невольно взглянула в его сторону. Малфой так и стоял на том же месте ко мне спиной. Мне стало легко! Я летела домой, как на крыльях! Свобода! Страх исчез! Я вдруг вспомнила ночь в комнате Драко. Его дикие резкие движения, его дыхание, стоны… Ощутила, как безумно соскучилась! Мы больше недели не были близки… Мне захотелось совершить какое-нибудь безумство! Совсем-совсем глупое! Влетев в дом я быстро раздела Грейнджи, покормила и понеслась в библиотеку. На большом листе пергамента написала всего два слова: «Хочу тебя» и отправила сову в министерство. Меня всю трясло от волнения. Зачем я это сделала? Он меня убьёт! Мне было так весело! Побежала в кухню, сочинила яблочный пирог. Сменила постельное бельё в спальне. За это время Драко должен был получить письмо, если он конечно на месте! Не сомневалась, что он придёт! Не знаю, почему! Около четырёх уложила Грейнджи, приняла душ и носилась в прозрачном шоколадного цвета пеньюаре по дому, наводя порядок. Давно забытый шум камина. Вспышка.  — Ты с ума сошла? — возмущённо воскликнул он. — Я же на службе! Я с разбега запрыгнула на него, впилась в его губы! Мурашки носились по всему телу.  — Родной мой! — шептала я, не отрывая губ от его лица. — Я так соскучилась! Я не могла ждать! Прости! Его руки, объятия! Ради этого стоило совершить и бОльшую глупость!  — Моя девочка, — шептал он, целуя мою шею, плечи, лицо. — Как же ты измучила меня…  — Хочу в спальню. Быстрее! — простонала я, и мы тут же оказались там. Я срывала с него одежду, целовала, куда попадала. Наконец, мы упали на кровать. Ох, я уже вся горела! Эти три часа ожидания… И когда он входил, я завыла от восторга! Так хотелось, чтобы это было долго-долго! Но больше недели перерыва — он долго не выдержал бы. Чувствовала его так сильно! Его стоны с ума сводили. Я любовалась им. Тем, как напрягаются мышцы на его руках, как он запрокидывает голову, как вены пульсируют на шее. Его волосы, влажные, растрёпанные падают на глаза. Наконец-то мы вместе! Мои руки ласкали его плечи, шею, грудь. Кончиками пальцев впитывала эту чувственность, нежность. Мой мальчик! Мой Драко! Разрядка. Взрыв. Полёт… Он движется быстрее! Ещё быстрее! Стоны. Входит глубже… и крик…  — Я убью тебя, Грейнджер! — сжал меня в объятиях так, что искры из глаз!  — Пусти, задушишь! — сдавленно смеялась я. Его губы… Ничего. Ничего мне больше не надо. Только его!  — Не уходи! — шептала я. — Только не уходи. Слёзы счастья хлынули из глаз. Он целовал моё лицо, губы, веки.  — Я люблю тебя, моя девочка. Я с тобой. Я не уйду. Мы нежились в объятиях, это было такое блаженство! Кажется, мы снова были абсолютно счастливы.  — Ты подключил камин к сети… специально, чтобы прийти? — шептала я, поглаживая его грудь, живот.  — Ага, — улыбался он.  — Потом снова отключишь? — игриво спросила я.  — Наверное.  — А если я тебе опять сову пришлю? — улыбалась я.  — Тогда я дам тебе по заднице! — усмехнулся Драко.  — Чегооо? — возмутилась я. — Ты где таких слов нахватался?  — Что тебе не нравится? А что это по-твоему? Он слегка хлопнул меня по мягкому месту.  — Эй! Держите себя в руках, сэр! — в шутку сердилась я.  — Как прикажете, мадам! Буду ждать, пока сами попросите! — ехидно ухмылялся он.  — Долго ждать придётся! — усмехнулась я.  — Посмотрим! Иди-ка сюда! — он потянул меня к себе, прильнул к моим губам, да так, как будто мы ещё ничем и не занимались пять минут назад! Я невольно застонала. Тут хрустнула радионяня.  — Ну, вот… — вздохнула я. — Финита ля комедия.  — Да брось! У нас ещё вся ночь впереди! Не знаю, когда я ему расскажу о том, что произошло. О том, что его отец просил у меня прощения, о письмах, о встрече в парке. Знаю, что должна рассказать. Но сегодня нам было слишком хорошо, чтобы всё портить…