Тайны дневника Гермионы

8 Января. У нас была сложная неделя. Я заболела. Кажется, последний раз болела в Хогвартсе после своего путешествия во времени. Я не сразу поняла, что со мной. Просто было тяжело, сильная усталость и хотелось спать. Драко настоял, чтобы я прилегла. Он весь вечер сам занимался с Грейнджи. Принёс мне её перед сном. Она заснула со мной рядом, а Драко отнёс её в детскую. Когда вернулся, поцеловал меня в лоб и тут же сильно забеспокоился. Сказал: «Спи,» — и ушёл. Это был не сон, а какая-то тяжёлая дремота, полузабытье. Стало болеть всё тело. Драко заставил меня пить много апельсинового сока, укутал в тёплую пижаму и одеяло. Я засыпала, просыпалась вся мокрая. Он бережно переодевал меня, и я чувствовала себя лучше. Есть не хотела. Драко не настаивал. Два дня, все выходные, он нянчился со мной и Грейнджи. К понедельнику мне стало лучше, я уже могла вставать и ходить. Правда голова кружилась, была слабость. Драко немного задержался, пока не приехала мама, только потом отправился в Министерство. Я восхищённо рассказывала маме, какой заботливый у меня муж. Как он умело ухаживал за мной и за дочкой. Мама довольно улыбалась.  — Драко очень тебя любит, — тихо говорила она. — Мы с папой даже мечтать не могли о таком муже для нашей девочки. Я ему сразу предлагала приехать, но он хотел всё делать сам. Папа даже прослезился, узнав об этом.  — А Драко вам звонил? — удивилась я.  — Н-н-нет… Он рискнул прислать сову. Написал, что звонить не решился, не мог уйти из дома и оставить вас одних без присмотра, — улыбалась мама. — У него очень умная сова.  — Да, Шторм чудесная птица. У меня сердце замирало. Как же я люблю моего Драко! Он самый лучший муж на свете!  — Значит, Драко спрашивал, что ему делать? Он же не врач. Откуда он мог знать?  — Ну, конечно. Он просил рассказать ему такие способы лечения, чтобы не испортить твоё молоко. Драко такой дотошный! Наверное сложно жить с таким человеком?  — Нет. Мне с ним легко. Я ведь тоже… с запросами, — усмехнулась я. Вечером Драко принёс целую гору фруктов, чтобы я скорее поправлялась. Он всерьёз задумался над тем, чтобы камин в доме моих родителей подключить к сети. Маму эта идея удивила, даже напугала немного, но она обещала поговорить об этом с папой. Драко говорит, что не обязательно быть магом, чтобы путешествовать по каминной сети. Но я что-то сильно сомневаюсь, что мои родители отважатся на такое. Мама пожила у нас ещё два дня, пока я набиралась сил. После моего выздоровления в доме стало шумно и весело. Драко все выходные провёл с нами. Мы гуляли, много играли с Грейнджи. Самое чудесное, что я видела в своей жизни, это как наша маленькая играет с папой в прятки!  — Хочешь посмотреть, что мы придумали? — лучезарно улыбался Драко.  — Конечно! — очень заинтересовалась я. Драко положил Грейнджи на стол на животик, а под голову маленькую подушечку.  — Это зачем? — удивилась я.  — Сейчас увидишь! — загадочно улыбался он. Драко встал за диван, а она смотрела на него во все глаза. Тут он резко присел, спрятался за спинкой и прокричал:  — Грейнджи, где папа? Её глазки забегали, она словно пыталась его найти, Драко выглянул из-за спинки.  — Вот папа! — весело произнёс он. Грейнджи вздрогнула, как будто испугалась и так расхохоталась, что я не выдержала и тоже засмеялась. Ох, как же это было здорово! А Драко снова спрятался.  — Где папа? Она тут же затихла и ждала. Он выглянул с другой стороны.  — Вот папа! — и Грейнджи снова засмеялась, радостно задёргала ножками! Я так была счастлива!  — А теперь другая игра, — прошептал Драко, а потом громко произнёс: — А где Грейнджи? Где наша Грейнджи? — и она со всей силы плюхнулась личиком в подушку.  — Драко, ты что?! Она же…  — Подожди! — зашипел он. — Где же Грейнджи? Она вскинула головку и засмеялась!  — Вот наша Грейнджи! — как же он был счастлив! Они оба были счастливы! Я так растрогалась, думала заплачу!  — Вы тут без меня не скучали, — смеялась я.  — Ещё как скучали! — нежно улыбнулся Драко. — И скучали, и волновались. Знаешь. Я вспомнил, как ты болела тогда — в Хогвартсе. Опять я тебя не уберёг.  — Драко! — усмехнулась я. — Да как же можно уберечь от всего? Это невозможно! Но я так тебе благодарна! Ты даже не представляешь! Что он мог ответить? Он только улыбнулся и обнял меня крепко-крепко. 10 Января. Я уже забыла. Давно забыла это чувство, когда хочется его прибить. И не просто прибить, а десять раз, чтобы понял. Но он не поймёт. Потому что я не-пра-ва! Он пришёл поздно. Я не всегда спрашиваю, почему он задержался. Понимаю, такая служба. Но сегодня спросила.  — Как раз хотел с тобой об этом поговорить, — начал он. — Я был у родителей. Встречался с Нормой. У меня внутри всё оборвалось.  — То есть… как, прости? В смысле? — я с трудом проговаривала слова от возмущения.  — Ну, ты же понимаешь. Её дед попросил меня следить за делами внучки. Сейчас ей оформляют документы. В министерстве волокита. Чиновники пыхтят, потому как обстоятельства её появления, мягко говоря, необычные. У меня было такое неприятное чувство. То ли досада, то ли разочарование. Знала, что эта юная леди не так просто вошла в семью. Теперь все с ней будут носиться, как с младенцем.  — Лестрейндж выслал гору документов, связанных с его собственностью. Всё его имущество перейдёт к ней. А она даже не знает, какие масштабы ей предстоит унаследовать. Сам он слеп, ничего не способен ей разъяснить. А Пэнси… Сама понимаешь. Они друг другу глотки готовы перегрызть.  — Пэнси всё ещё с мужем? — неуверенно спросила я.  — Пока да. Даже на развод не подала. Видимо, решила выжать всё возможное по максимуму, — невесело ответил он. — Похоже, они на пару хотят старика угробить. Мне было не по себе. Какое-то дурное предчувствие сдавило грудь.  — В общем, — Драко замолчал, задумался. Собирался с духом. — Понимаю, что она тебе не нравится. Ты ей не доверяешь, Норма напоминает свою мать. Но я обещал её деду. Да и мне она не чужая, — он говорил всё тише, а у меня уже буря бушевала внутри… — Мне нужно, чтобы ты решила, где мне с ней встречаться. Последнюю фразу он буквально выдохнул. Мне казалось, что у меня дым валит из ушей! Я же понимала, что ему придётся с ней общаться. Почему только сейчас пришло осознание? Почему меня это так бесит?!  — Я должна решить? — с ухмылкой спросила я, а сердце уже рвалось наружу через горло.  — Да, ты. Ты моя жена. Я должен знать, что ты спокойна. Ох, я не смогла сдержать эту мерзкую ядовитую усмешку. Драко закрыл глаза и кивнул, явно думая: «Так я и знал…»  — Что? — воскликнула я. — Мне всё это не нравится! Почему твоя мать не может заниматься этим?  — Мать уже взяла на себя её образование. У неё ещё двое маленьких детей!  — А у тебя нет детей? — психовала я.  — Вообще-то, мать — ты! — спокойно ответил он. — Тебя никто ничем обременять не собирается.  — Меня обременяет ситуация! Это определяющий фактор!  — И снова твоё эго на первом плане! — усмехнулся он.  — Да? — психанула я.  — Да! Я вижу, тебе абсолютно наплевать, что у кого-то трудности.  — О, да! У баснословно богатой наследницы древнейшего рода трудности! Почему Лестрейндж не наймёт ей опытного юриста?  — Да опытный юрист облапошит её за два дня! Это семейное дело!  — Неужели? Может, у него далеко идущие планы? Не только обеспечить внучку, но и замуж удачно выдать?  — Ты опять за своё? — он был в таком возмущении, что я даже засомневалась в собственном утверждении, но легче от этого не стало. — Я смотрю на неё и вижу свою тётку Беллатрису, как и ты! И у меня мысли никогда не возникнет относиться к ней как-то иначе, кроме как к сестре! У меня не было сестры, никогда! Как с ней общаться, я не знаю! Потому выбрал исключительно деловой тон. Что будет дальше, время покажет. Но я не могу от неё отмахнуться, словно она мне никто. Я в жизни слишком часто отмахивался от людей, не замечал, а порой… и в грязь втаптывал! Ты это знаешь! Я не хочу так больше! Понимаешь?! Я знаю. Знаю, что всё, что он говорит правильно, разумно. Но что мне делать с моим сердцем?! Как ему объяснить, что волноваться не о чем?  — Потому я и спрашиваю у тебя, — тихо говорил Драко. — Я могу всё решить сам. Так, как захочу! Я мужчина в конце концов! Но мне важно знать, что ты не нервничаешь. Тебе нужен контроль? Возьми его в свои руки! Но уже решено главное: я буду с ней встречаться в свободное время, и буду нянчиться, пока не разложу по полкам всё в её голове. Только тебе остаётся решить, как это будет! Подумай! Не торопись. Мне не хотелось ничего решать. Было так тяжко! Осознаю, что моя ревность, это что-то ненормальное. Ведь я уверена в нём. Я просто отвернулась. Не знала, что делать.  — А как ты считаешь, что лучше? — обессиленно спросила я.  — Есть несколько вариантов, но тебе точно не все понравятся.  — Ну?  — Я могу встречаться с Нормой в Лестрейндж-Холл.  — Исключено! — у меня сердце зашлось от возмущения. — Сам знаешь, что я это не одобрю! Зачем предлагать? Дразнишь меня?  — Честно говоря, да! — усмехнулся он.  — Очень кстати! — язвительно улыбнулась я.  — Можно у моих родителей.  — Нет. Там вас всё время будут оставлять наедине, я знаю!  — На нейтральной территории.  — Это как?  — Ну, не знаю. Библиотеки. Рестораны. Гостиницы…  — Ты совсем уже? — заорала я. А он захохотал! — Малфой! Я тебе врежу сейчас! Я злилась по-настоящему! Стала лупить его ладонью по плечу. Он только смеялся, а я злилась ещё больше.  — Как ты можешь так со мной? — сквозь зубы хрипела я. — Ты! Ты! Ты больно мне делаешь! Глаза твои бесстыжие!  — Глупышка ты моя! — зашептал он. — Да я больше жизни люблю тебя, Грейнджер! Драко обвил меня руками. Так страстно прильнул к моим губам! У меня салют вспыхнул перед глазами! Он целовал моё лицо, шею, а я не могла дышать. Ком застрял в горле.  — Почему мне больно, Драко? Почему? — шептала я.  — Мы так долго шли друг к другу. Так долго. Столько преодолели. Нас никто не разлучит. Никто, моя девочка. Тебе нечего бояться.  — Ты самый лучший! Самый нежный. Я не смогу… без тебя, — шептала я. — Ты всегда будешь со мной, правда?  — Пока смерть не разлучит нас. А потом, мы снова будем вместе. Вечность. Он смотрел на меня так ласково, его глаза улыбались. Как много маленьких морщинок появилось в уголках его глаз за этот год. И я целовала их, словно одержимая. Казалось, что если потеряю его, то умру. Так нельзя, так не правильно. Но что с этим делать? Мы лежали в постели. Драко гладил мою обнажённую спину, волосы. Как я люблю его руки! Кажется, одна его ладонь накрывает почти всю мою спину. Я чувствую себя такой маленькой и хрупкой в его руках. Наша задача не была решена, и это не давало покоя.  — На самом деле, есть только один вариант, — утомлённо сказал Драко.  — Какой?  — Она будет появляться здесь — в нашем доме. Я невольно зажмурилась, крепче прижалась к его груди. Как я этого не хочу!  — Так она будет на виду. Ты всегда будешь в курсе всего. Это лучше. Как считаешь?  — И как часто вы будете встречаться?  — Ну, чем чаще, тем быстрее всё это закончится. Чем реже, тем дольше, ты же понимаешь!  — У меня несколько условий, — прошептала я.  — Что угодно.  — Она никогда не будет здесь ночевать!  — Хорошо.  — Здесь у неё не будет своей комнаты!  — Согласен.  — Она не будет трогать Грейнджи!  — А это причём? — он был удивлён, а меня удивило его удивление.  — Я так хочу, — процедила я.  — Ну слушай… — он почему-то был в нерешительности. Я приподнялась на локте и уставилась на него, давая понять, что этот пункт не обсуждается.  — Но ведь она её племянница, хоть и двоюродная.  — Я не хочу! — ещё раз повторила я очень настойчиво. — Пусть нянчит твоих братьев! Мою дочь трогать не позволю!  — Ты и её ревнуешь? — устало вздохнул он.  — Думай, что хочешь, а Грейнджи я ей не доверю! Ни за что!  — Хорошо, — вздохнул он. — Так и буду говорить: «Нельзя, потому что Гермиона не разрешает!»  — Да, так и говори! Мне решать, с кем будет общаться мой ребёнок.  — А у меня уже нет права голоса? — немного недовольно произнёс он.  — Есть! Но это моё условие!  — Ладно! Я тебя понял, хотя и не совсем согласен.  — Она сюда по делам будет приходить, а не развлекаться! — заявила я.  — Слушай, но она же кузина, а не посторонний человек. Неужели ты думаешь, что она будет обращаться ко мне «сэр» и только по делу?  — Так! — вспылила я. — Ещё слово, и Лестрейндж будет вынужден нанять ей юриста, потому что я… Я не знаю! Я её прибью!  — Да, ты можешь! — усмехнулся он. — Я постараюсь выполнять любые твои условия, правда! Только… у меня к тебе просьба. Мне даже стало немного страшно. Я вздохнула.  — Какая?  — Попробуй отнестись к ней непредвзято… Знаю, это болезненно — видеть Беллатрису снова. Но это не она. Мне нечего было сказать. Он прав. Он во всём прав. Но моё сердце меня не слушает.