Тайны дневника Гермионы

13 Июня. Ночь. Сейчас такое чудесное время. Время тишины, покоя. Время семьи. Это непривычно, даже странно, что Драко дома. Он много времени проводит с Грейнджи. Они играют, читают, а я готовлю разные вкусности. Потом мы все вместе учимся ходить. Садимся с Драко на пол друг против друга и запускаем нашу маленькую белочку бегать туда-сюда то ко мне, то к нему. Ей очень нравится эта игра. У нас от улыбок сводит челюсти и устаём даже быстрее, чем Грейнджи. А ещё она стала называть меня «мама». Это было так мило! Каждый раз, когда дочка шла от меня к Драко, говорила «папа», а когда ко мне, слог «ма». Но в какой-то момент слогов стало два. Драко повернул её ко мне и сказал:  — Иди к маме!  — Мама, — как будто между делом, произнесла она и зашагала ко мне. Мы замерли, молча глядя друг другу в глаза, и улыбались. У меня внутри, словно зайчики подпрыгивали от восторга! Но мы не стали её сбивать, хвалить, вдруг это случайно получилось? Наша игра продолжалась.  — Иди к папе, — улыбалась я.  — Папа, — и она зашагала к нему.  — Теперь иди к МАМЕ! — выделил голосом Драко.  — Мама, — повторила Грейнджи и отправилась ко мне.  — Ну вот, мама! И твой день настал! — радостно улыбался Драко.  — Дааа!!! — шёпотом протянула я. Это было такое счастье! Как быстро растёт наша девочка. Мама говорит, что не успеем мы оглянуться, как она уже отправится в Хогвартс. Драко, когда об этом речь заходит, сразу начинает хмуриться. Кажется, ему не нравится мысль о том, что его дочь — его отрада — может когда-нибудь покинуть своего папу. Я даже думать об этом не могу, становится не по себе. Не могу понять, как мои родители отважились меня отпустить?! Мало того, что это далеко и надолго, да ещё и не просто школа, а школа магии и волшебства! Откуда в них столько мужества? Может, я пойму когда-нибудь? Драко говорил, что каждый раз, когда он готовился уезжать в Хогвартс, Нарцисса вела себя странно. Как будто впадала в оцепенение. Молчала, если говорила, то только по делу. Становилась холодной и непривычно сдержанной. Ему даже начинало казаться, особенно до четвёртого курса, что она старается его отстранить от себя. Помнит, как это было обидно. Хотелось быстрее уехать, чтобы не видеть её такой. Только к шестому курсу он понял, что так его мать пыталась защитить и его, и себя от боли разлуки. И когда он уезжал в тот роковой год, в год гибели Дамблдора, Нарцисса не выдержала и разрыдалась в его комнате, сколько ни крепилась. Тогда он осознал, что детство закончилось. Его левая рука красноречиво напоминала об этом. Как же хорошо, что всё это осталось далеко в прошлом. Сейчас он изо всех сил старается быстрее восстановиться. Контроль над телом — сто процентов! Уломал меня обрабатывать его раны три раза в день. Знаю! Это не по правилам! Но он сказал, если я этого не сделаю, он найдёт способ. Даже думать не хочу, что бы он тогда сделал. Раны рубцуются слишком быстро. Из-за этого они очень плотные, грубые тёмно-бордового цвета. И сколько я не говорила, что шрамы будут заметнее, ему всё равно. Прицепился к моим словам, что я не боюсь шрамов, вот и спешит теперь, не знаю куда. Даже досадно. Так он совсем забудет об осторожности. Он не говорит о службе, не вспоминает о том, что произошло. Наше общение исключительно позитивное. Но всё-таки, когда Грейнджи ложится вечером спать, мы спускаемся в библиотеку. Драко изучал информацию о дементорах. Естественно! У него же теперь реальная проблема, с которой надо что-то делать. А я погружаюсь в изучение вопроса создания и трансформации порталов, а ещё возможностью наделять предметы накопительной памятью. Вот это задача, так задача! Всё это так интересно, что мы можем по три часа к ряду просто молча читать, делать записи, лишь иногда прерываясь, чтобы обсудить что-то пару минут. Это очень хорошо, что мы оба заняты. Драко волновался, что ему будет скучно, но пока всё совсем не так. 14 Июня. Ночь. Наконец-то! Утром получила сову из Министерства. Совет по моему вопросу назначен на десять утра 15 июня, как раз в день нашей годовщины. Драко с нескрываемым удовольствием наблюдал, как я изо всех сил пыталась сдержать свою радость, которая буквально рвалась наружу.  — Грейнджер, ты просто восхитительна, — промурлыкал он, сладко прищурившись. — Обожаю тебя такую: азартную, увлечённую, готовую к бою. Словно ты опять школьница-всезнайка.  — Малфой, тебе не удастся меня вывести из себя, — улыбалась я. — Даже это обидное слово меня не коробит. А знаешь почему?  — Почему? — протянул он.  — Потому что это правда! Ясно?  — О-о-о, это прогресс!  — Профессор Снегг был прав! — пожала я плечами. — Тогда было обидно, но теперь, я бы восприняла это как комплимент.  — Ау-у-у! — завыл Драко и засмеялся.  — Да, да, да! Даже контекст запомнил. Спасибо, мистер Малфой! Десять очков Слизерину! — усмехнулась я.  — Уверен, всё пройдёт нормально. Ты официально станешь учёным!  — Никаких «официально». Я не стану работать на твоего отца! Это моё исследование! Мои эксперименты!  — Никто и не говорит о другом.  — Тогда, какая выгода твоему отцу? Зачем он освободил для меня Нотта? Предоставляет лабораторию?  — Поверь, у него масса причин! — усмехнулся Драко. — Одного только упоминания его имени в прессе будет достаточно, чтобы выбраться на поверхность. Мои успехи, твои, всё ему на пользу. Тот злополучный бал напомнил о нём магическому сообществу, а твоё присутствие, да ещё такое яркое, заставило относиться к нему мягче. Прошлое Пожирателя уже не так довлеет.  — Лучше давай закроем эту тему, — выдохнула я. — Выходит, что я, являясь членом твоей семьи, способствую взлёту его репутации!  — Прости, но выходит, что так. Я издала какой-то внутриутробный рык, понимая, что быть чьим-то билетом наверх мне совсем не нравится! Тем более для Малфоя-старшего.  — А что тебя смущает? — вдруг спросил Драко.  — Ты не понимаешь? — удивилась я.  — Ну, слушай, ты же понимала, выходя за меня замуж, что мой отец при этом никуда не денется. Он останется моим отцом несмотря ни на что.  — Конечно понимала, — вздохнула я. — Прости. Просто я…  — Его презираешь!  — Это слишком громко сказано. Скажем так, я ему не доверяю.  — Думаю, ему никто не доверяет. Но, возможно, ты — его шанс.  — Мне это не нравится, — проворчала я. — Ты сам знаешь, на что он способен.  — Да. Но я также знаю, что многое изменилось. Возможно, несмотря на порядком испорченную репутацию, он сможет создать новое, что-то лучшее.  — Только потому, что ты так думаешь, я не стану его третировать.  — Благодарю за ваше милосердие, — ухмыльнулся Драко, но его взгляд тут же стал таким мягким. — Нет, правда, Гермиона. Я ведь не шучу. После всего, что он сделал…  — Его заслуга в том, что ты есть, Драко, — шепнула я. — Вряд ли его в моих глазах реабилитирует что-то ещё. Что бы он для меня ни сделал, Люциус Малфой — твой отец. Неожиданно на карниз приземлилась сова Джинни.  — Вот так сюрприз! — обрадовалась я. Признаться, хотелось скорее закончить обсуждение Малфоя-старшего.  — Что там у них? Поттер переработал и молит о пощаде? — усмехнулся Драко.  — Не дождёшься, — улыбнулась я и прочитала несколько строк. «Привет, Малфои! Ждите в гости на годовщину. Напишите во сколько вам удобнее. Будем я, Гарри, Джеймс и Рон. Поттеры и Уизли»  — У нас с тобой всё-таки будет праздник, — обрадовалась я. — Гости сами напросились! Отлично! Уверена, их главное желание — навестить тебя. Вернусь из Министерства, и у меня будет несколько часов на подготовку. В какое время будем их ждать?  — Напиши в семь, — обречённо вздохнул Драко.  — Так поздно? — удивилась я.  — Поттер и Уизли до шести на службе. Никаких поблажек.  — Тебе не нравится эта идея, да? — с досадой спросила я.  — Не знаю. Я бы предпочёл провести время с вами. Но раз уж они всё равно напросились.  — Может, тебе понравится?  — Не буду возражать. Это и твой праздник. Я чмокнула его в щёку и отправилась писать ответ. Так рада, что увижусь с друзьями, сможем обсудить всё на свете, расскажу им о своих планах. Ещё хочу Рону вправить мозги, чтобы одумался. Скорее бы подрос Джеймс. Тогда они с Грейнджи смогут вместе играть. 15 Июня. Ночь. Не могу спать. Драко уговорил меня лечь пораньше. Они-то с Грейнджи спят! У меня утром такое важное событие, а сна ни в одном глазу! Всё из-за этой дурацкой статьи, я уверена. Как тут можно успокоиться, когда эта змея Скитер везде суёт свой нос. Просто не представляю, неужели Сильвер лично ей всё разболтал? Нет, до сути она, к моей великой радости не добралась, но ведь разнюхала и о заседании, и о составе Визенгамота, и времени его проведения. А главное о том, что именно я буду в центре обсуждения! Она уже во всеоружии и готова вцепиться в меня всеми своими зубами! Ох! Я ещё даже приступить к делу не успела, а в прессе уже шумиха! А если ничего не получится? Если совет не одобрит мои планы? Найдёт какие-нибудь недочёты в моих аргументах? Ведь всё может закончиться даже не начавшись, а моё имя прополощут со всех сторон. Не преминут задеть и Драко, и Грейнджи. Опять начнут копаться в моей биографии, прицепятся к моим друзьям. От Гарри была сова. Завалил меня вопросами: что за заседание, почему я ничего не рассказала, может им завтра не стоит приходить и так далее? Пришлось оправдываться, что как раз завтра при встрече хотела обо всём рассказать, нет моей вины в том, что Скитер бессовестно лезет во все мои дела. Заверила, что они непременно должны к нам прийти, и мы будем очень рады. Всё! У меня сейчас от волнения снесёт крышу! Наверное, имеет смысл принять успокаивающий отвар, иначе я не высплюсь и буду завтра похожа на фурию. Мало того, ещё и соображать буду плохо. А моя речь должна быть убедительной. Очень убедительной! Как же я хочу, чтобы всё получилось! Я уже столько изучила! У меня такие наработки! Осталось воплотить их в жизнь. Если бы завтра Драко был со мной рядом, мне было бы спокойнее. Он и собирался пойти со мной. Говорил, что всё равно планирует на днях выйти на службу. Но вечером доктор Вуд прислал сову. Он настоятельно потребовал не посещать общественных мест. Алекс видел статью. Заявил, что не ручается за последствия, если во время этих мероприятий что-то произойдёт. Его фраза: «Представляете, что будет, если рубцы разойдутся во время слушания или интервью? На что это будет похоже?» Мы оба расстроились, но ведь Алекс прав. Драко очень сожалел, но решил, что ему действительно лучше остаться дома. Я справлюсь! Я должна! Всё! Иду пить снотворное зелье! 16 Июня. Это был просто невероятный день. Трудный, интересный, прекрасный! День нашей свадьбы. 15 июня. Два года, как мы с Драко поженились. Я поняла, что проснулась вовсе не сама, меня разбудил аромат. Но только это был не кофе с корицей. Это были цветы. Наша спальня была полна цветов — алые и белые розы. Совсем как в тот день!  — Доброе утро, миссис Малфой, — и его губы нежно коснулись моих.  — Доброе утро, мистер Малфой, — прошептала я. Какое это было блаженство! Его рука плавно скользнула по моей талии. Я распахнула глаза, встретила его сияющий взгляд.  — Где мой подарок? — игриво прошептал он, и его рука проследовала по животу вниз, приподняла сорочку.  — Драко! — я задохнулась. Мы не были близки со дня его рождения! Десять дней! Стало так страшно, но безумно хотелось, чтобы его прикосновения не прерывались! В груди всё сжалось. — Доктор же сказал…  — Я помню, без резких движений. Помню. Его губы. Руки. Я думала потеряю сознание от восторга. Осторожно коснулась его обнажённой груди, шеи. Он вздохнул так сладко, и я почувствовала, как его тяжесть плавно опускается на меня.  — Осторожно, — шепнула я.  — Не волнуйся, всё под контролем. Я невольно улыбнулась.  — Да как это можно контролировать?  — Я мужчина. Это моя задача, — шептал он мне в ухо, разгоняя мурашки по телу. — Расслабься, моя девочка, ты так напряжена в последнее время. Он целовал моё лицо, шею, плечи и шептал: «Всё будет хорошо!» А я ничего не могла ответить, только протяжно стонала при каждом его движении. Мне казалось, что мы парим в воздухе. Так легко, невесомо! Только он может дарить мне это волшебство! Я теряла контроль, забывала обо всём, и он осторожно держал мои руки в своих. Он знает, мне нужно обнимать его, ласкать в ответ. Знает, что иначе я не смогу, мне нужно быть ближе. Знает, и потому не отпускал меня. Напряжение было такое сильное, но этого было мало. Так мало! Мне становилось плохо.  — Драко, я не могу, отпусти! Пожалуйста, отпусти.  — Не могу, малышка, ты распустишь руки, — с улыбкой шептал он у моих губ, целуя меня снова и снова. Я почти кричала. Напряжение всё нарастало, превращая низ живота в тугой узел.  — Умоляю, отпусти! — в изнеможении стонала я. Но он крепче сжал мои запястья, ближе прильнул ко мне всем телом. И вдруг — темп! Просто бешеный темп! Я подалась к нему бёдрами. Драко зарычал, впился губами мне в шею. Я выдохнула, и перед глазами всё поплыло, остались только белые и алые пятна из цветов вокруг. Мне казалось, что вулкан извергающийся внизу живота расплавил всё моё сознание бурлящей лавой. Не могла понять, что происходит. Всегда чувствую его разрядку, но не в этот раз. Лишь по тому, как он дышал, как расслабленно опустился на меня и уже не сжимал так сильно мои руки, поняла, что всё закончилось. Я впала в забытье, как будто заснула. Но это был не сон, Драко сказал, что я стонала как одержимая. Он звал меня, а я не отвечала. Я не помню ничего этого. Пришла в себя, когда он тихо заговорил.  — Гермиона, вставай. Твоя мама уже здесь! Слышишь? У тебя сегодня заседание, помнишь?  — Что? — с трудом проговорила я. — Что со мной? Я не чувствовала ни рук, ни ног. Моё тело, как будто стало ватным. Не могла пошевелиться.  — Грейнджер, ты меня пугаешь, — с ехидной улыбкой говорил Драко. — Ты в порядке?  — Нет, — заплетающимся языком заговорила я. — Я… не в порядке! Я… как будто… пьяная! Ты что со мной… сделал? Я приподнялась, тяжело выдохнула, тело не слушалось, в голове туман. Я упала на подушку, крепко обхватывая её руками.  — Мне… так хорошо! Можно я никуда не пойду? Драко рассмеялся. Он поднялся с кровати, и я сквозь ресницы видела, как он самодовольно, скрестив руки на груди, взирал на моё беспомощно распростёртое на кровати тело.  — Женщина… — восторженно произнёс он. — Вот ради чего я женился! Ты хоть слышала, что я говорю?  — А что ты говоришь? — лениво протянула я, раскидывая ноги и руки в стороны.  — Говорю, твоя мама уже здесь! Не знаю, что происходило с моим лицом, но Драко расхохотался, запрокинув голову, а я вдруг внезапно пришла в себя, и мозг заработал на полную мощность, а тело предательски продолжало не слушаться.  — Когда? — выкрикнула я. — Когда она приехала?  — Перед тем, как я пошёл тебя будить.  — О-о-о, не-е-ет! — завыла я. — Мы тут такое вытворяли! Я не знала куда себя деть! Зарылась под одеяло с головой и тихо скулила:  — Как ты мог?! Драко! Это ужасно! Я сгорю со стыда! Он смеясь извлёк меня из-под одеяла.  — Да не выдумывай! Я её предупредил, что ты всю ночь готовилась к заседанию, что поспишь подольше и… заглушил спальню.  — С конца не мог начать?! — возмутилась я.  — Я с него и начал! — расплылся он в улыбке.  — Прибью! — прорычала я и кинулась на него.  — Без резких движений! — выпалил он, отскакивая от кровати.  — Собирайся давай! Со мной пойдёшь! Вон шустрый какой! — воскликнула я. Драко тут же скис.  — Мы же это обсудили, — устало вздохнул он.  — Да ладно, я пошутила, — улыбнулась я. Наконец я поднялась с кровати и, подойдя к нему, воткнулась лицом в его грудь. Осторожно обняла за бёдра.  — Не болит спина? Дай посмотрю.  — Всё в порядке, — ответил он, но всё-таки повернулся. Я осмотрела его рубцы.  — Они… очень красные. Не нравится мне это…  — Чешутся жутко, — усмехнулся Драко.  — Заживают, потерпи. Он повернулся. Поправил тонкую бретельку на моём плече. Смотрел в глаза так нежно и прошептал:  — Ты такая красивая! С Днём нашей свадьбы тебя!  — С Днём нашей семьи! — улыбнулась я. Драко приблизился к моим губам… И вдруг, тихие шлепки со стороны двери.  — Это что? — с улыбкой шепнул Драко. И снова: Шлёп, шлёп, шлёп.  — Мама, — раздался нежный голосок Грейнджи, и мы бросились врассыпную одеваться. Через десять минут мы все собрались за завтраком. Мама с радостью поздравила нас с Годовщиной. Мы перебрали все пришедшие нам поздравления от родных и друзей. Было такое чудесное, романтичное настроение! Только когда начала одеваться перед отправлением в Министерство, занервничала. Долго решала, что надеть. Драко одобрил все варианты моих деловых костюмов. Но я сомневалась. Почему-то мне ужасно нравился этот след на шее. Драко никогда так не делает, не хотелось его удалять. Не знаю почему, может, как напоминание о потрясающем утре нашего с ним дня. Поэтому я выбрала строгий тёмно-бордовый костюм, пиджак и юбку-карандаш, с блузой персикового цвета, только у неё высокий воротник-стоечка. Не стала надевать слишком высокие каблуки, решила, это будет неуместно. На голове смастерила строгий пучок. Стояла перед зеркалом, но уже не видела себя, все мои мысли были там. Прокручивала в голове все возможные вопросы и ответы, план своего выступления. Драко сидел на кровати и просто молчал. Он знает, как важно для меня сосредоточится.  — Как ты думаешь, что может заставить Визенгамот отклонить моё прошение? — с лёгким беспокойством спросила я. Драко думал несколько минут.  — Предвзятое отношение к Люциусу Малфою, — неожиданно заявил он, и я медленно опустилась на пуфик у кровати.  — Твой отец? — меня объяло холодом. — Думаешь?  — Не вижу других причин. У тебя безупречная репутация, куча заслуг перед обществом, победа над Тёмным Лордом…  — Это всё уже давно забыто, — махнула я рукой.  — Не согласен. Сегодня они вспомнят о тебе всё, что только возможно. И о нём тоже.  — Что же ты раньше молчал?! — воскликнула я. Меня затрясло. Я вскочила и стала ходить кругами по спальне. — Не надо было соглашаться на его предложение! Надо было… ещё подумать.  — Гермиона, успокойся. Возможно участие моего отца пройдёт незамеченным.  — Хорошо бы, — вздохнула я. — Мне пора. У камина меня провожали Драко, мама и Грейнджи.  — Мы уверены, дорогая! У тебя всё получится, — ободряюще сказала мама. — В любом случае, помни! Мы у тебя есть всегда, независимо от результата!  — Спасибо, мамочка! — выдохнула я. Крепко обняла моих любимых и вошла в камин. Оказавшись в Министерстве, я быстрым шагом устремилась к лифту. Тут с разных сторон защёлкали фотокамеры. Постаралась ускорить шаг, пытаясь при этом сохранить невозмутимый вид. Мне это даже почти удалось. Но, разумеется, у самых дверей меня ждала она. Её ярко-оранжевый атласный костюм, как маяк бил в глаза.  — Миссис Малфой! Один вопрос! — проверещала Скитер. — По какому вопросу собран Визенгамот?  — Я сделаю заявление после заседания, — бросила я.  — А вы знаете, что некоторым журналистам удалось получить разрешение присутствовать на заседании? — язвительно ухмыльнулась она.  — Добро пожаловать, — склонила я голову и открыла перед ней дверцы лифта. — По старшинству? — улыбнулась я. Она яростно сверкнула глазами, её ноздри вздулись. Не думаю, что эта фраза пойдёт в тираж. Но потом она неискренне улыбнулась.  — После вас, миссис Малфой! Сегодня ВЫ главная новость.  — Как угодно! — и я вошла в лифт. Она и её фотограф следом. Мы ехали молча. Я смотрела в стену напротив, а она быстро строчила запасным пером в блокноте. В полной тишине мы вошли в зал заседаний. Никого из членов Визенгамота ещё не было на местах. И тут на меня словно вылили тонну ледяной воды. Справа у входа расположился Люциус Малфой. Он бессовестно обвёл меня оценивающим взглядом и, как всегда неискренне, улыбнулся.  — Доброе утро, миссис Малфой, — протяжно произнёс он.