Село "Смешарики"

      Ждали в лагере, когда Алёнка придёт. Но она всё не приходила. Крош позавтракал, походил из стороны в сторону, в облака посмотрел, а потом в палатку полез. Всё сидел там и не вылезал. И всё молча.        Друзья хотели бы помочь ему, да только как это сделать?       Да где ж Алёнка, в самом деле? Уже пришло обычное время ей приходить, час прошёл, два… Нет её.        Вот уже пришло время в село ехать. Ёжик, Бараш и Нюша бросили жребий, кому идти за Крошем. Пошёл Ёжик.       - Крош, — неуверенно начал он, войдя в палатку, — машина в село едет.       Тот молча кивнул.       - Ты…едешь?       Крош покачал головой и сказал:       - Сам дойду, если надо.       На том разговор и кончился. По дороге в село все молчали. Только Парют изредка вздыхал: он не знал ничего про недавнее происшествие, но чувствовал всеобщее напряжение.       В селе их приветствовали радушно, но не так, как это делали вчера или на прошлой неделе. Путешественники разошлись кто куда: Копатыч приобрёл друзей-огородников, к Пину приставали сельские ребятишки (ведь у него было столько винтиков и проводочков! А сам Пин был рад вниманию детей, ведь он мечтал стать отцом); Парют учил местную собаку выполнять какие-то команды. Он видел в их цирке, как дрессировщик делал нечто подобное. Лосяш был у оленей. Он и в селе-то только один раз был, наверное, зато работа про рога оленей шла в гору и уже близилась к завершению. Совунья немного оторвалась от группы и, как показалось Нюше, пошла посмотреть на облысевшую сакуру.       Карыч ходил по селу уже совсем как родной: его все знали, любили и уважали, прямо как в Географическом сообществе, откуда в последнее время стали приходить электронные письма с просьбой прислать поскорее отсчёт о ходе экспедиции. А ещё Карыч каждый день ходил до своего родного дома в старом разрушенном селе, где он ещё нашел свою игрушку — деревянную лошадку, если вы помните. Поначалу его сопровождали, а потом он и сам мог преспокойно приходить туда. И знаете, что удивительно?! Карыч стал думать о том, как бы отстроить свой дом, или хотя бы придать ему приятный вид. Он разбирал вещи и книги, которые валялись по полу, на другой день подметал, многие помогали ему протирать пыль. Мало-помалу дом стал выглядеть куда симпатичнее, чем был прежде.       Ёжик не находил себе места. Он переживал за друга, но совсем не знал, что ему делать. В итоге он махнул рукой на всех и решил отправиться пешком обратно в лагерь. Он не сможет сказать ничего дельного другу, но хотя бы посидит рядом, книгу почитает, например…       Бараша охватило меланхоличное настроение. Ходил он везде хмурый и неразговорчивый. И то, он вообще сидел бы в домике у одного местного, если бы Нюша не потащила его за собой.       А Нюша пошла искать Алёнушку.       - Ей нездоровится, - сказал Волик, рассматривая навигатор, который дал посмотреть ему Пин.- Дома она сидит.       Он довёл Нюшу с Барашем до нужной избушки и побежал обратно рассматривать чудо-технику.       На печи сидела Алёнка. Увидев ребят, она радостно помазала им рукой:       - Привет! Как я рада вас видеть! А где же Крош? Ну, и Ёжик, конечно, тоже.       - Они пока в лагере. Так получилось.       - Ох! Надеюсь, что у них всё хорошо! — воскликнула Алёнка, сверкая своими чёрными глазами и схватясь за голову.       — И мы надеемся…- сказала Нюша, немного опустив голову.       — Что ты делаешь? — не без раздражения спросил Бараш у Алёнки, заметив у той кучу бумаг, которые были перемазанны чернилами, что поэт одолжил ей. Столько чернил и бумаги испорчено, думал Бараш, а там ведь могли быть написаны оды и поэмы!       — О, это преинтересное занятие! Крош учит меня писать и читать. И говорит, что у меня хорошо получается! — с радостью сообщила Алёнка.- Так что вот, занимаюсь пока нездоровится.       -А что с тобой случилось?       - Живот болит. У меня так бывает иногда, но завтра уже буду молодцом.        Она выписала старательно ещё одну букву на листочке, после чего как бы между прочим добавила:       - А так почему Крош не пришёл? Я надеялась, что покажу, как у меня выходит писать букву "к".       - Нуу,- протянула Нюша и посмотрела на Бараша, взывая поэта о помощи. Тот всё ещё был не в духе и поэтому просто буркнул под нос:       -Наверное, лучше он сам скажет.       - Ну а сегодня он придет?- с беспокойством спросила девушка, глядя прямо в глаза Нюше. Той стало вовсе не по себе, и она отвела взгляд.       - Мы не знаем наверняка,- сказал как отрезал юноша.       - Ох, недоброе дело, недоброе,- вздохнула Алёнка. Потом она вывела ещё одну корявую букву и попросила:       - А можно, пожалуйста, вы мне поможете? Быть может, вы отнесёте ему моё письмо, можно?       - Коли письмо есть, так передадим,- кивнула неуверенно Нюша.       - Письма пока нет, но я напишу его! Только я не все буквы знаю...       - Я помогу тебе,- вызвалась Нюша.       - О, это без меня давайте!- сказал юноша и, закрыв дверь, добавил себе под нос.- С меня хватит испорченной бумаги!

Вечером того же дня в лагере

      - Ну, есть ли новости из села?- как бы без интереса спросил Крош.       - Есть, специально для тебя,- сказала Нюша и протянула бумажку - письмо Алёнки.       Крош схватил письмо и тут же раскрыл его, видимо, позабыв, что он тут не один: пара любопытных глаз тоже внимательно вчитывалась в корявые и неровные, но очень старательно выведенные слова.       «Крош! Мне нездоровится. Верю, что у тебя всё хорошо. Жду тебя всегда. Алёнка»       - Это я ей писать помогала,- сказала тихо Нюша.- Целый день потратили.       А Крош ничего не отвечал, только улыбался, глядя в письмо. Только прочитав ещё раза два, он любовно произнёс:       - Букву "к" научилась... Так старательно... Просто умница!       Нюша не могла не заметить его улыбку, и она тоже почему-то улыбнулась.

***

      На следующий день Крош, ни свет ни заря, направился в село. Ещё даже не все проснулись, а он уже ушёл. Нюша и Бараш спали в то время, а вот Ёжик сам видел, как их друг вприпрыжку бежал на холм.       - Видимо,- говорила Нюша,- он увидел, что она его ждёт, вот и пошёл к ней.       Если так, то это совсем противоречило вчерашнему поведению Кроша. И действительно, когда путешественники в свое обычное время приехали в село, Крош вел себя так, будто бы с ним никто не говорил позавчера в палатке Карыча.        Студент по-прежнему был весел и активен. Всё забыл, всё. Бегал с ребятишками, гулял с Алёнкой. Но гулял не так далеко, а так, ближе к её дому.       - О Майн Гот,- говорил Пин время от времени,- бедный девочка, бедный Крош!       Совунья и Карыч напрягались, но ничего не делали. А что им делать? Не позволять видеться? Эх.. как иногда всё бывает сложно. Вечером Кроша ждал ещё один серьезный разговор, и звучали практически те же слова, но только всё чаще появлялась фраза: "Подумай, что будет. Неси ответственность. Ты уже большой".       На следующий день Нюша радостно прибежала в палатку к Крошу, ведь пришло время уезжать в село. Но на сей раз друг опять не поехал.       - Я теперь вообще туда не пойду. Не надо. Так, может, легче будет. Она меня забудет, а я - её. Должно сработать. Сколько нам тут ещё осталось?       А оставалось немного. Недели полторы, и Лосяш закончит свою работу о рогах лосей.       Пять дней. Пять мучительных дней Крош упорно проходил мимо села. Чаще гулял в лесу, иногда оставался в лагере.       Алёнка тоже оставалась дома. Нюша думала, что её родные тоже провели с ней беседу. Она не ходила в лагерь теперь.       Бараш писал стихи, гулял с Нюшей. Девушка всё фотографировала. Карыч всё время бывал в своем доме детства. Там теперь было всё отстроено, так красиво, так по-домашнему. Пин ходил к свалке около берега. Совунья - к сакуре. Спортсменка всё думала, как красиво здесь будет весной, когда сакура будет цвести.       Каждый из наших друзей находил что-то своё в этом забытом месте. Кто вдохновение, кто красоту, кто счастье. И только Крошу хотелось поскорее уехать, пока есть возможность, пока он окончательно не влюбился. Друзья видели, что он мучается, но у каждого было своё мнение на счёт того, как следует поступать Крошу.       Так и прошло пять дней. Оставалось ещё дней пять-шесть здесь, в экспедиции.       А на шестой день Крош за завтраком вёл себя странно. Он почти не ел, только воду пил. Когда все поехали в село, Крош остался в лагере, как всегда. Но девушка чувствовала, что что-то изменилось. Правда, пока не понятно, что именно.        В селе всё было почти как обычно. Но сегодня был особенный день.        Алёнка сидела за столом и молчала. Родные старались её развлечь, чтобы она меньше печалилась и думала о юноше. Но, как не странно, она всё чаще о нём думала. Волик не воспринимал её переживания всерьёз: мало ли, о чём грустит его сестра.        В тот день родные пошли показывать Копатычу, где можно найди зёрнышки какой-то супер-тыквы, а Волик провожал Пина до свалки. Алёнка сидела одна, когда кто-то постучал в окошко, а потом в одно мгновение подскочил к двери и влетел внутрь.       - Крош?- с трепетом произнесла девушка, разглядывая его взволнованное лицо.       Тот медленно подошёл к ней и как стоял, так и упал на колени. А потом взял и улыбнулся:       - Ну и что прикажешь делать, если я не могу без тебя?

***

      - И ты говоришь это за три дня до нашего отъезда?- спрашивал Карыч.       - За четыре,- уточнил Лосяш.       - Ну, разница не велика. Крош, скажи на милость, как ты себе это видишь?       - Я просто хочу взять её с собой. Жить она может у меня в общаге, а со мной в цирке работать, хоть помощницей нашего декоратора. А обо всём договорюсь с ними, только пусть она поедет с нами!       - Юноша,- вставил своё слово Коал Коалович,- я понимаю ваши чувства, по крайней мере, сделаю вид, что их понимаю, но не могу не заметить оду важную вещь. Географическое сообщество проплатили билеты только нам, путешественникам, но про билеты этой девушки никто не думал. А думать про них уже поздно. Что бы между вами не было, она не сможет поехать. По крайней мере в этот раз.       - Но что же делать?- вскочил Крош.       Вот все и стали думать, как быть. Нюша в этих разговорах не участвовала. Она же всего лишь фотограф. Она не заведует финансами экспедиции, не знает, что правильно, а что не очень. Единственное, что она могла делать - продолжать фотографировать. И пока шло обсуждение, что делать с сестрой Волика, Нюша успела сделать много фотографий Кроша и Алёнки.       К сожалению, денег, чтобы вести Алёнку, не хватало. И родители были не готовы отпускать ее прямо сейчас. И Алёнке пришлось остаться.

***

      В день отъезда путешественников Алёнка плакала. Машины уже были загружены, а кое-кто уже даже залез в них. Карычу было тяжело уезжать. Столько усилий вложить в свой дом здесь, в разрушенном селе, завести столько друзей, а теперь уезжать...        Совунья утешала его, как могла, но и ей было грустно расставаться с этим замечательным местом.       Пин уже так привык каждый день ходить на свалку, (а однажды даже случайно переночевал там!) так привык радовать местных ребятишек, что и у него скрипели сердце - уезжать совсем не хотелось.       Копатыч не грустил. Ему так всё здесь нравилось, он всё так полюбил, что взял, и решил переехать сюда:       - Вот доучится племяшка, так в городе стану никому не нужен. Вот и приеду сюда. Дом построю, сруб дубовый! И огородом займусь, ой, хорошо будет, укуси меня пчела!       Лосяш относился к этому месту с большой благодарностью, ведь именно это место помогло ему закончить работу о рогах, которую он так долго писал!       Барашу нравились горы, он тоже не хотел расставаться с ними. Для Парюта, Нюши и Ёжика и остальных это путешествие было просто приятным времяпрепровождением.       А Крош... Бедняга, он чуть не остался здесь! Но всё-таки ему необходимо было вернуться домой, в Питер. Там институт, родители, да и вообще всё.        Когда все залезали в машины, Алёнка всё никак не могла отпустить юношу. Она плакала и говорила:       - Вот бы мы могли общаться, пока ты не вернёшься! Ведь письма сюда, наверное, и вовсе не ходят!       Крош обнимал её и всё приговаривал, что приедет снова.       - Жаль ещё, что у тебя телефона нет,- добавил он,- очень жаль.       Тут Нюшу осенило. Она быстро и без сожалений протянула Алёнке свой новенький розовый телефон с зарядкой (оказалось, что в Красном селе есть электричество):       - Бери. Дарю.       - А как же ты? И твои фотографии?       - Вот и будешь глядеть на фотографии и ждать, когда мы приедем,- проговорила Нюша. Благодарности Алёнки и Кроша не было предела. Алёнке кое-как объяснили, как и что в телефоне работает, что надо делать, чтобы не сломать его. Первую смс-ку Крош получил ещё на подъезде в аэропорт. Она гласила: "Уже очень скучаю".       Когда путешественники вернулись, то и им пришло время прощаться: кому-то надо было ехать в Питер, а кто-то оставался а Москве. Все распрощались, с надеждой, что вскоре увидятся снова.

***

      Пришло время праздновать новый год!       - Вот и хороший повод собраться всем вместе, правда?- сказала мама Нюши, поцеловав девушку в волосы. Лосяш, который жил вместе с ними, сказал:       - Мысль приятная, я позвоню старшим, а вы, любезная Нюша, сообщите своим друзьям.       Когда Карыч услышал такую прекрасную мысль, как встретить новый год всем вместе, он сразу оживился и предложил свой дом в качестве места празднования.        Квартира оказалась просто огромной, не даром Карыч был членом Географического сообщества. Встреча нового года была просто волшебной! Молодежь играла в снежки, смотрела фильмы, а у Нюши с Барашем остались в памяти пара романтических моментов. Все загадывали желания под звуки курантов и пили шампанское (благо, возраст всем позволял). Подарки тоже были волшебными! Нюше подарили новый телефон, правда, не такой розовый, как прежде, но функционировал не хуже. Его вручили ей с условием, что она будет за ним следить и не будет ни отдавать его никому, ни допускать того, чтобы он утонул где-нибудь. А ещё оказалось, что Панди, девушка Ёжика, приходится Копатычу племянницей, чему все были приятно удивлены. И, конечно, друзья все вместе вспоминали их приключения.       - Я полюбил свой дом в селе,- говорил Карыч.- И, быть может, это прозвучит глупо, но я собираюсь вернуться туда. Остаться там, где вырос, что может быть лучше?       - О, как здорово! Дивная мысль!- послышалось со всех сторон.       - А меня возьмёте?- спросил с надеждой Крош.       - Всех возьму! А поедемте все!       Так и было решено вернуться весной-летом во всеми любимое место.       Но получилось это сделать далеко не всем.