Хватит пялиться!

Героиня, разгоняющая тьму — Мерцающая в ночи. Такое геройское имя взяла себе Акито. Стоя перед всем классом, она больше распиналась, что значит ее имя, прежде чем назвать его, потому что дико стеснялась. И она была такой милой! Эйджиро помнит, как она чуть запиналась и ресницы ее подрагивали, когда она поднимала глаза на класс. Помнит, как она прикусывала губы, в поисках одобрения от Полночь и от одноклассников. И она получила его сполна. Мина, конечно же, не могла не поддержать лучшую подругу, но никто не сомневался, что она была искренна в самом деле. Киришима тоже тогда сделал ей комплимент, и Исабуро даже улыбнулась уголком губ! Эх, если бы можно было зациклить этот момент в его жизни! Она ведь может быть такой милашкой! Так почему она вечно суровая и недовольная? — Чего глаза вылупил, придурок? — спрашивает Исабуро, и довольно грозно. Все за обеденный столом в школьной столовой притихли. — Ниче я не вылупил, — смущенно и обижено пробормотал Эйджиро, отводя взгляд. Она лишь хмыкает. И все же исподлобья он иногда подглядывает на неё. — Почему ты такая вредина, Акито-чан? — отчаянно спрашивает Мина, которая сидела рядышком. — Киришима, ничего такого не сделал! — Перестань, Мина, — успокаивает подругу по рожкам. — Все нормально. — Я просто хочу поесть спокойно, а не чтобы мне в рот заглядывали! — все же со психом поднимается из-за стола, забирает поднос и уходит. — Куда ты? — кричит ей в след розоволосая, но та ей ничего не отвечает. Ашидо лишь вздыхает. — Кто-то не в духе, — пытается разрядить обстановку Денки. — Не обижайся на неё, Киришима, — извиняется за неё. — Акито просто стесняется парней! — Или ненавидит, — поправляет Серо. Красноволосый смотрит, как Исабуро выбрасывает недоеденный обед, а затем направляется на выход из школьной столовой. Они простояли долгую, огромную очередь, потом искали место, чтобы все могли вместиться, а теперь, по его вине, она ушла и осталась голодной. — С девочками она себя так не ведёт, — надула губы Мина, ковыряя свой обед. Киришима же быстро начал уплетать ланч за обе щеки. Розоволосой было слегка неприятно и обидно за поведение подруги. Но и в то же время она чувствовала себя виноватой в том, что постоянно вынуждает Акито находиться в компании парней, когда ей это не нравится. — Это потому что Акито-тян училась в женской школе, ква, — рассказывает Тсую. — А я и не знал, — выдохнул Киришима, на секунду оторвавшись от трапезы. Может, ей просто непривычно находиться рядом с мужской компанией? Или вдруг она вообще боится парней? — Женская школа, — Денки мечтательно закатил глаза. — Интересно, чем же они там занимались… — Слюни подбери! — смеясь, восклицает Мина. — Так может Исабуро вовсе по девочкам? — подстегнул Ханта. И то ли от вопроса, то ли от того, что Серо поддел его локтем, Киришима поперхнулся и закашлялся. — Ну-ну, брат, — усмехается, легко постукивая по спине. — Не стоит так бурно реагировать! Киришима, все ещё в приступе, принял заботливо поданый стакан сока от Денки и залпом осушил его. Он выдохнул, крепко жмурясь. В горле все ещё было неприятное, раздирающее ощущение. Киришима засуетился и быстро поднялся на ноги. — Ты как, чувак? — обеспокоено спрашивает Электрозума. — Пойду куплю себе попить, — собирая поднос, Эйджиро всем широко улыбнулся. — Наверное, уйму времени в очереди простою! — смеётся он. — Так что идите в класс без меня! Увидимся! — и прежде чем кто-то успел вставить и слова, он уже сбежал. — Странный какой, — протянула Мина, провожая взглядом друга. — Ниче не странный, — улыбается догадливый Серо. — По-любому за Исабуро побежал, — предполагает, а затем получает толчок от Денки. — А с чего бы ему? — раскрыла рот Мина. — Не может быть! — закричала она на всю столовую, и на неё обернулось несколько студентов. — Ты доволен? — качает головой Каминари. Серо легко улыбается, поведя плечом. Мина хихикает себе под нос. — Ква, — Асуи задумчиво вертит головой с одного на другого. Тем временем, Киришима стоял в очереди, которая уже была не такая масштабная, как в начале перемены. Перед ним стояло человек восемь, и он нервно подрагивал носком ботинка, наблюдая за временем. — Что это такое? — спрашивает Акито, когда перед ее глазами, на парту опустилось несколько самых разных мучных изделий. — Прости, Исабуро, — Эйджиро неловко мнётся возле ее парты. Да и сама Акито непроизвольно выпрямилась, гадая, что к чему. — Я не хотел, портить тебе аппетит. И раз уж ты не смогла пообедать из-за меня, то я решил самостоятельно утолить твой голод, — улыбается во все тридцать два зуба и стоит довольный собой. — Как «по-мужски», — открыто сарказмирует, но парень этого не замечает и лишь начинает сиять улыбкой все ярче. Он гордо выпрямился, решив, что Мерцающая по достоинству оценила его поступок. И возможно, это улучшит их общение в дальнейшем! Исабуро качает головой на одноклассника, а затем отчаянно смотрит на изобилие сладких булочек и сэндвичей. — Отличный ты способ придумал, чтобы впредь на меня не пялится, — она презрительно берет одну булочку в руки. Он склонил голову на бок, а она поясняет: — заставить меня растолстеть, — заканчивает предложение и смотрит на него снизу вверх. Он прыскает, посчитав это шуткой. Она пытается подавить улыбку (этот Киришима, оказывается, и сам та ещё булочка). И слегка краснеет от своих мыслей. — Спасибо, — искренне благодарит его. — Но я это все не съем. Я возьму вот эту, — и она трясёт той выпечкой, что взяла до этого. По правде говоря, Акито и есть-то не хотела. Она могла бы вообще скинуть это все на пол и послать придурка-Киришиму на все четыре стороны. Но ей не хотелось обижать его, ведь он запарился, потратился и сейчас так наивно-мило лыбился, что не принять хотя бы одну плюшку, было бы просто свинством. Она не плохой человек. Просто не умеет общаться. — Точно? — недоверчиво поджимает губы. Конечно точно! Ну дурак Киришима! Посмотри на ее фигуру, она мучное поди и не ест вовсе! А ты накупил!.. — А, прости! Акито видит, как открывается дверь и слышит задорный голосок Мины. Ее щеки начинают гореть, и так и не выслушив, что хочет сказать Красный Бунтарь, она начинает пускать солнечных зайчиков ему прямо в глаза, отгоняя от своей парты. — Блин! За что? — спрашивает досадливо, хватаясь за глаза, и на ощуп отходит к своей парте. Благо, они сидят почти рядышком. — О! Акито! — кричит Ашидо, подбегая к ее парте, а затем невесомо опускает кулак на ее макушку. — Взяла и сбежала, так грубо с твоей стороны! — детским, обиженным голоском, отчитывает свою подругу. Эйджиро потирает глаза, надеясь, что хотя бы так перестанет видеть одни светлые пятна. — Прости, Мина, — смущенно улыбается, кинув быстрый взгляд на Киришиму. Парень уже что-то обсуждал со своими друзьями. Вроде те спрашивали, как он оказался здесь раньше них. — А что это у тебя тут? — удивилась рогатая, заметив выпечку. И упёрла руки в бока. — Если так хотела есть, то могла бы дообедать с нами! Куда ты столько набрала? А за фигурой, кто следить будет? — Минааа, — тянет Акито, и лицом падает прямо в мучное ассорти, а затем невнятно бурчит: — не начинай… — И вообще, — продолжает гнуть своё, — тебе следует извинится перед Киришимой. — За что это?! — воскликнула, тут же подрываясь. Ее щеки мгновенно стали пунцовыми. — За своё хамство, — отвечает со всем своим дружелюбием, присматриваясь к булочкам. — А это я заберу, если ты не против, — хихикает и уходит к своей парте. — Тсую-чан, — заныла Акито, обращая к ней жалостливый взгляд. — Хоть ты поддержи меня! — Думаю, мальчиков задевает грубоватое отношение Акито-тян, — пронзает подругу невидимой стрелой прямо в сердце. — Но в этом вся Акито-тян, и никого это не отталкивает всерьёз, ква. — Вот, возьми булочку, — обливаясь кровавыми слезами, Акито протягивает Фроппи выпечку. — Спасибо, ква, — благодарит девочка-лягушка и отворачивается. Исабуро вздыхает. Она переводит взгляд на красноволосого. Не собирается она перед ним извинятся. Это же он испортил ей обед! Пусть хоть и загладил потом свою вину… И вообще, если он считает себя мужиком, то пусть терпит все ее женские замашки!