My Golden Сyborg

      Эмма не возвращается в комнату даже когда длинная свечка догорает полностью, и каморка погружается в темноту. Реджина начинает думать, что Свон испугалась и бросила ее здесь одну надолго. В животе урчит так, словно Миллс не ела целый месяц. От голода в глазах появляются мелкие звездочки. Брюнетка уже делала попытки выбить дверь, но только набила больше синяков на своих ногах и руках. В какой-то момент силы покидают Реджину окончательно, она укутывается в плед и терпеливо ждет прихода Свон. Та ее не бросит, она уверена. Ее родители слишком хорошо воспитали дочку: честно и правильно. И все-таки, кто бы мог подумать, что Кора, спасаясь от наследницы престола Прекрасного Принца, заколдует все королевство, но не учтет шанс выжившей Эммы.       Терпение Реджины награждается, когда ее сон прерывает запах чего-то приторно сладкого, что пробуждает новые силы и еще большее желание жить. Брюнетка открывает глаза и видит лежащий рядом с собой кекс — ромовая баба. Эмма стоит у двери и смотрит. Настороженно, но с неким воодушевлением, будто если Реджина сейчас съест этот кекс, Свон откроются все тайны этого мира. Брюнетка вздыхает и тянет руки к вкусно пахнущей еде, вцепляется пальцами в мякоть и вдыхает терпкий запах рома. Да, это именно то, что ей нужно сейчас. Эмма все еще смотрит на то, как королева с жадностью поглощает ромовую бабу, и думает об абсурдности момента. Руки блондинки еще немного болят после тяжелой операции по доставанию чипа из последней жертвы. Она все же поймала киберсобаку, вероятно отделившуюся от хозяина по причине сбоя микросхемы. Чипы собак, конечно, не особо подходят для идентификации личности, но Свон надеется на то, что солдаты не станут проверять, чей он. — Садись сюда, Свон, — Реджина хлопает рукой по рядом стоящему ящику, призывая подойти. — Я расскажу тебе, кто мы с тобой такие в этом мире.       Эмма садится рядом со спятившей брюнеткой и кривится, снова ощущая тепло от чужого тела. Как же хочется быть еще ближе. — Что ты скажешь на то, что мы с тобой единственные в мире, не считая моей матери, не роботы? — Реджина хищно улыбается, отслеживая реакцию блондинки. Молчание затягивается и Миллс продолжает. — А что ты скажешь на то, что это фальшивый мир? Мы пересекались с тобой совершенно в другом мире, ты была еще девочкой пятнадцати лет, когда моя мать погрузила нас во тьму.       Эмма все еще молчит, отчего Реджине кажется, что нужно полноценно встряхнуть Свон и дать ей полностью всю информацию. — Я тоже ничего этого не помнила, как и ты. Но потом я нечаянно открыла мамину книгу заклинаний и почему-то все вспомнила. В магии всегда есть какие-то огрехи. Я сказала Коре, что это переходит уже все границы, она помешалась на своей власти. А она приказала своим псам меня убить. Тут и появилась ты. — А я искала новый чип, чтобы пересечь границу и набрать продуктов, — Эмма разводит руки в стороны, показывая, что она тут не причем. — А кто тогда все… Все эти киборги вокруг. — О, это интересный вопрос, — Реджина довольно кивает головой, как бы подтверждая свои слова. — Ты убиваешь мирных заколдованных жителей, Эмма Свон. — Если бы я не убивала, ты бы уже давно была мертва, а уж я-то тем более, — ощетинилась блондинка. — Я даже не знаю, как это все уложить в голове. — Ты воспринимаешь это довольно спокойно, значит сможешь уложить все в своей голове. Теперь ты нужна мне, чтобы мы вернулись в прошлый мир, — Реджина кидает взгляд на свою ногу. — Надеюсь, что там все мои пальцы будут на месте. — Боже, я даже не заметила, — Эмма вскакивает и озадаченно бежит к двери. — Сейчас я перевяжу тебя. — Ох, совершенно вовремя, принцесса, — ворчит Реджина и расслабленно укладывается на подушку. Она смогла донести до девушки большую часть нужной информации, теперь можно и отдохнуть.       Эмма возвращается с новой свечкой, спиртом и бинтами в обнимку. Реджина думает, что будет здорово сделать Свон в старом мире своей служанкой, но осекается, понимая, что думает, как мать. Блондинка щедро поливает спиртом ногу Миллс, и королева выгибается всем телом, злобно воззвав ко всем возможным богам мира. Эмма стремится быстрее перевязать ногу Реджины, пока та следит за ней обезумевшим от боли взглядом. — Могла хотя бы предупредить, когда будешь заливать меня этой химией, — шипит Миллс, когда Эмма завязывает бантик и любуется итогом своей работы, не отпуская ногу. Блондинка не отвечает и увлеченно касается пальцами свободной от бинтов нежной кожи Реджины. Королева замирает, позволяя Свон маленькую шалость, и прекрасно понимает желание ощущать живое, а не черствые шестеренки. Молчание затягивается, но никто из девушек не чувствует себя неудобно, словно все так и должно быть. Тогда Эмма вдруг вспоминает мучающий ее вопрос; хватка на ноге Реджины грубеет, и Миллс вынуждена выдернуться из захвата. — Ты знала меня в том мире? — Блондинка доверчиво щурится, пытаясь совладать со смешанными чувствами. Руки Эммы снова тянутся к Реджининой конечности, и та с трудом подавляет недовольство. Свон еще такой ребенок, несмотря на ее возраст. — Конечно знала, ты была чуть ли не врагом номер один моей матери, — фыркает брюнетка и с удивлением для себя отмечает, что прикосновения Эммы успокаивали. — Ты была типичным подростком, желающим выделиться. В десять лет ты уже нашла какого-то мага и свои драгоценные патлы попросила покрасить в другой цвет. И явилась ты к родителям уже не со своими золотыми волосами, а с рыжими… Поэтому я тебя даже не узнала в этом мире, так уже привыкла к совершенно другому твоему виду. Более того, ты здесь немного… Другая. — Какая я здесь? — На лице Эммы появляется недоумение, которое так раздражало Реджину в прошлом. — Не знаю, отстань от меня, я и так много тебе рассказала, — бурчит Миллс; ее настроение по какой-то причине заметно испортилось. — Хотя бы ответь на один вопрос, — Эмма не готова так быстро завершить разговор. — Почему я тогда в этом мире с такими волосами? — Да откуда я знаю, Эмма, — усталость ложится на плечи Реджины, стоит только ей, наконец, расслабиться. — Я вообще удивлена, что ты осталась жива. Моя мать тоже сильно удивится, когда увидит тебя. Старайся не показываться часто на улице, она точно выпустит своих дополнительных псов после того, как ее железяки не вернулись домой. Кстати, где ты научилась так драться? — Да я особо не дерусь, просто исподтишка подлетаю и ударяю в голову, — пожимает плечами блондинка и сдувает со своего лица выпавшую непослушную прядь волос. — Я определенно проиграю в бою против железяк. — А где мы вообще находимся? — Очередная свечка тухнет и комната погружается в темноту. — Это комната одного из заброшенных домов, здесь когда-то жил тот, чьи детали сейчас лежат в ящике, — Эмма кривится, снова сожалея о содеянном ранее. — Мне же нужно было где-то жить. — Поверить не могу, — ехидничает Реджина и жестом показывает желание встать. Эмма отодвигается и подает свою руку, чтобы помочь королеве. — В моем мире твои родители думали, что ты и мухи не обидишь, а ты тут промышляешь убийствами. — Родители? — Свон едва не теряет равновесие вместе с Реджиной, услышав что-то совершенно иное о себе. — А какие они… У меня? — Они были… Не очень, — брюнетка уверенно встает на ноги и с благодарностью сжимает запястье девушки. Эмма с укором смотрит на девушку и стремится отойти подальше от вредной Миллс. — Как ты можешь так говорить о моих родителях? — Ты уже выросла, поэтому тебе можно уже задать этот вопрос, — коварная улыбка расплывается на лице Реджины при виде обиженной Свон. — Тебе бы понравилось, если бы тебя в детстве растили с принципом бояться всего живого, а также называли бы тебя Маленьким Ангелочком и хотели бы вытирать тебе сопли вечно, когда тебе уже пятнадцать лет? — Конечно нет! Наверно, — по выражению лица Эммы понятно, что она, мягко говоря, в замешательстве. — Я понимаю. Ты увидишь их, когда мы испортим планы Коры, — рычит Реджина и делает пару шагов в сторону от блондинки. Ей нужно уже сейчас думать о плане захвата. — И как ты собираешься это сделать? — Эмма наоборот пододвигается ближе к Миллс, словно щенок, ласкающийся к своей матери. — Я еще пока не знаю, — честно признается Реджина скорее лично для себя, чем для блондинки. — Я же изначально бежала, чтобы выжить. Но теперь я нашла тебя, а в книге магии было сказано, что для разрушения магии нужен ключ и жертва. Думаю, что ты ключ. А вот насчет жертвы надо подумать. Может, это будет моя мать? — Ты готова пожертвовать своей матерью? — В ужасе спрашивает Свон и хватает брюнетку за талию, когда та немного оседает вниз. Ходить еще тяжело, а Спасительница нагло пользуется ситуацией. Реджина лишь фырчит, забавляясь таким поведением Эммы. Кажется, происходит что-то очень интересное. — Не забывай, что моя мать хотела меня убить и… Спасительница, — Миллс подходит к двери каморки и оглядывается на бредущую сзади Эмму. — Следи за своими чувствами, твоя мама будет крайне против твоих увлечений.       Пока блондинка в ступоре встает у двери и отпускает Реджину, та с легкостью выскакивает из каморки и едва сдерживает ухмылку. О, да, она снова на коне.