То, что сокрыто внутри.

Ван Цзы свое свободное время по вечерам проводит в цзинши. Обычно, он занимается делами ордена: проверяет написанные подрастающим поколением доклады о прошедшей ночной охоте, читает священные текста, которые дядя попросил переписать к следующему дню, или же просто медитирует в одиночестве, размышляя о возвышенном. Сегодня, он решил заняться медитацией и укрощением желаний, так как его мысли все никак не покидал один виденный на днях сборник эротического содержания. Нет, благородный Нефрит не изучал его, всего лишь случайно взглянул на одну из его страниц, когда изымал запрещенную книгу у молодых адептов малоизвестного ордена. Там он увидел несколько пар, совсем не двусмысленно прижимающихся друг к другу в разных, невообразимых позах. Если бы сборник был обычным, это бы не тревожило сознание Второго молодого господина, он уже не первый раз изымает запрещенную литературу у нерадивых учеников. Но вот только в этом сборнике все пары были одного пола – мужского. И то, что увидел Лань Чжань, не давало ему покоя. Сев в позу лотоса, он постарался отчистить свой разум от лезущих в голову мыслей и картин. Его тело всегда подвергалось укрощению, но из-за взросления желания тела теперь приходилось тоже брать в расчет. До этого момента он успешно это делал, но каждый раз, когда он укрощал свое желание, оно пряталось в уголках сознания своего хозяина, позже возвращалось и, с еще больше силой, давило на Ван Цзы. Взрослое и развитое воображение уже рисовало на месте неизвестных мужчин - Ван Цзы и Вей У Сяня. Тело уже напряглось под влиянием воображения и огня страсти. Лань Чжань представлял поцелуи: манящие и робкие, развязные и едва ощутимые, сладкие и соленые, с привкусом крови и слез, - разные, но прекрасные и, чего уж греха таить, желанные еще со времен обучения предмета своей страсти в Облачных Глубинах. Вслед за поцелуями разум рисовал прикосновения и ласки, а затем и оголенное тело любимого. От этого тело Лань Чжаня возбуждалось, требуя внимания и разрядки. Может сегодня он все же приступит черту? Ноющий и выпирающий корень Ян, еще не знал ласки ни то, что от девушек, даже от самого чистого сердцем хозяина тела. Сегодня, под влиянием эмоций, Лань Чжань все же приступит черту. Терпеть, а уж тем более укрощать разгоревшийся внутри огонь страсти, сил никаких нет. Он оголяет свой возбужденный член, легко касается кончиком пальцев, затем медленно ласкает головку, из груди вырывается судорожный вздох, приятная нега разливается по телу. Он на секунду замирает, привыкая к совершенно новым чувствам и ощущениям. Затем продолжает ласки, представляя как Вей Ин трется лицом об возбужденный орган, как легко его целует, а потом приноравливается и пошло и немного хищновато облизывается, чтобы после заглотить член целиком. Вей Ин заглатывает его полностью, но не сразу. Сперва, он давится слюнями и непривычными ощущениями, но затем, постепенно, входит во вкус и с удовольствием на лице продолжает терзать орган Ван Цзы. Сам же Лань Чжань аккуратно, нежно убирает черные волосы любимого с лица, кладет руку на затылок и направляет голову Вей Ина, заставляя брать свой член как можно глубже. Новые, но несомненно приятные манипуляции придают Ван Цзы уверенность, и он обхватывает ствол всей ладонью, медленно и размеренно начинает двигать ей в такт своему воображению. Смазка течет с головки вполне создавая ощущения влажного языка. Чувствуя, какая ладонь горячая, Ван Цзы представляет рот Вей Ина, и то как их он ловко управляется с большим по размеру достоинством Лань Чжаня. Лань Чжань же чуть прикусывает губу, боясь, что кто-то, проходя рядом с покоями Ханьгуан Цзюня, может услышать его непристойные стоны. По коже ползут мурашки, а Ван Цзы изнывает от принятых ощущений, он хочет большего. Его голова кружится, и ее посещают такие картины, от которых ноги дрожат, и которые подстегивают возбуждение еще больше. В своем воображение он переходит к следующей увиденной позе. Вот Вей Ин ставит свои ноги по разные стороны ног Лань Чжаня, поудобнее подставляя свой зад к члену, для того, что бы больше входило, для того, что бы полностью вобрать орган в себя. Затем рукой придерживая орган, Вей Ин с задорной улыбкой садится на него, сразу принимая весь член внутрь. Ван Цзы рукой ускоряет темп, немного, чтобы успеть насладится этим моментом. Он представляет стоны и медленное, но волнительное "Лань Чжань" при первом проникновении – так пошло, как умеет только Вей Ин. Представляет то, как покусывает губы любимого, шею, все, до чего может дотянуться, пока он, постепенно наращивая темп, ублажает второго господина Ланя, выкрикивая его имена и титулы. Это сводит Второго Нефрита с ума. Температура в комнате, казалось, подпрыгнула, стало жарко. Из плотно сжатых губ Ван Цзы вырывался полу вздох полу стон, он снова ускорил темп. Дыхание, до этого тщательно контролируемое, окончательно сбилось, Ван Цзы часто задышал. От нахлынувших ощущений он поджал пальцы ног, тихо начал стонать и снова ускоряет темп. В его воображение Вей Ин шумно вздыхает, не стесняясь зовет Лань Чжаня по имени и страстно сжимает член и целует его мокро, и так развязно, вторгается своим языком в рот Нефрита. В его воображении они отдаются на власть страсти полностью, с головой окунаясь в ощущения. По телу катятся бисеринки пота, а изо рта выходит разгоряченное дыхание, щекочущее кожу. В таком состояние даже мысль об члене Ван Цзы внутри Вей Ина доводит его до пред оргазменного состояния. Представляя как с шумом кончает Вей У Сянь, Ван Цзы тоже подходит к пику наслаждения. Тихое "Вей Ин" вырывается из его уст и он с шумным выдохом кончает, изливаясь на свои руки и белоснежные одежды. Слабость во всем теле завладевает им, он медленно ложится на кровать и, лежа, выравнивает дыхание. Впервые ощущаемые эмоции захватили Ван Цзы, но, спустя некоторое время, он вновь возвращается к реальности. Все же этого ему очень мало. Он хочет главного героя своих эротических фантазий. До скрежета в зубах, до замирания сердца, до тянущего чувства одиночества хочет Вей Ина. От этого на душе становится совсем горестно. Предмет его страданий давно отверг его чувства, а затем его разорвали на части собственные подчиненные марионетки. Воспоминания… Он так старается не думать о них, но ничего не выходит. Если когда-нибудь Вей Ин вернется в этот мир и согласится стать его спутником на пути самосовершенствования, то Ван Цзы определенно отыграется за все те страдания, что пережил по вине Вей Ина, на нем самом. - Вернешься ли ты?