Kotor: пока игра на паузе

Бастила стояла у стены и молча слушала беседу магистров. Они в который раз за эти дни обсуждали одну и ту же тему, и по временам ей казалось, что скоро они вовсе перестанут говорить о чем-то ином. - Наша подопечная делает успехи, - признал магистр Вандар. – Магистр Врук, вам это не нравится? - Вы знаете, - угрюмо сказал Врук. – Я всегда был против этой авантюры. Она еще покажет себя, когда познает Силу и ее искушения. - Посмотрим, что произойдет дальше, - заметил магистр Дорак. - Во всяком случае, на тренировках она не склонна к мощным атакам и в ее боевом стиле не видно Темной стороны. Она предпочитает финты, а не яростные удары, - докончил магистр Жар. - И это тревожно, ведь если не изменилось одно, другое тоже может не измениться, - почти перебил его магистр Врук. Бастила ощутила вспышку гнева и не сразу поняла, что эмоции – не ее, а той, кого с ней связала Сила. А тут и Вилла ворвалась в помещение Совета. Двигалась она плавно, но стремительно, глаза горели решимостью. Силой от нее так и хлестало – хаотично, по всем направлениям. - Что вообще происходит? – выпалила она. – Как это, к хаттам, называется? - Нет эмоций... – начал Врук. - Есть покой! – совсем не спокойно отмахнулась она. – А совесть у вас есть? – добавила Вилла въедливым тоном. Магистры переглянулись. - В чем ты упрекаешь нас, падаван? – вопросил пришедший в себя Дорак. - В том, что вы обманули Джухани. – Вилла с каждым словом прибавляла громкости. - Если вы знали, что ее учитель жива и уже выздоравливает, что же вы ей не сказали? Не послали хоть какую-то весточку, хотя бы через меня? Она же чуть с ума не сошла! - Падаван, - мягко начал Вандар, - Джухани несдержанна и импульсивна, ей был нужен подобный опыт. - А гончим нужен был подобный опыт, чтобы они с ума сходили? А людям, которых они драли, тоже нужен был опыт? Да вы же всех фермеров подвергли опасности, которой можно было бы избежать, если бы вы... - Довольно! – Врук говорил тихо, но Вилла замолчала сразу. – Ты ведешь себя неразумно, ученик. Ты еще не настолько опытна и умна, чтобы упрекать и обвинять Совет. Тебе следовало бы принести свои извинения всем, кто вынужден был тебя выслушивать. - Я прошу прощения за свою несдержанность и лишнюю эмоциональность... – начала Вилла. Бастила нахмурилась. Надо же, она извиняется исключительно за несдержанность. Интересно, что скажет дальше... - Но я не могу отречься от своих мыслей, пусть даже выразила их неудачно. Нельзя использовать разумное существо втемную. Кого угодно, хоть падавана, хоть рыцаря, хоть вообще нечувствительного к Силе. И подвергать его риску, не давая никакой информации, тоже нельзя. Я еще не джедай, я, можно сказать, мимо пробегала. А о вас, джедаях, только слышала. Какие вы благородные, да мудрые, да милосердные... – В ее голосе зашелестела ирония. – А вот с Джухани вы поступили совсем не благородно. И не милосердно. И вообще – не по-джедайски. - Тебе следует поразмыслить о своих заблуждениях, падаван. И помедитировать, чтобы привести в порядок свои мысли. - Конечно, у вас на все один ответ. Подумай, помедитируй, потерпи... - Другого ты не услышишь, Вилла Стар, - твердо сказал Врук. – Ступай и приходи, когда будешь думать подобающе джедаю. - Ну тогда я долго не приду. - Вилла ухмыльнулась и нарочито чинно покинула залу. Магистры нервно засмеялись. - А ведь многие сочли бы ее слова правдивыми и верными, - пробормотал Дорак. - Это особенно скверно, - ответил Врук. Он поджал губы. – И опасно. Подобное уже было. Искренние заблуждения, лидерское обаяние, самоуверенность... Даже что-то одно из этого не приводит ни к чему хорошему, а сочетание губит всех кругом. Мы это видели... И, возможно, увидим снова. Помолчали. - Бастила! - Да, магистр Врук. - Продолжай присматривать за падаваном Виллой Стар. И будь очень внимательна... - Смотреть за тем, что она говорит и делает? – уточнила Бастила. - Следи за тем, чтобы она не общалась слишком много с другими падаванами. И сама постарайся объяснять ей ее неправоту. Ваша связь должна помочь ей удержаться на Светлой стороне. «А не наоборот», - додумала Бастила. Впрочем, магистры все-таки слишком осторожничали. Она ненавидела Темную сторону и тысячу раз дала себе слово ею не прельщаться.