Вне моей системы

      Чимин поправляет свою одежду перед зеркалом судорожно и пытается привести растрёпанные, торчащие во все стороны волосы хотя бы в минимальный порядок. Но он прекрасно понимает, что покрытые недвусмысленным румянцем щёки сдадут его с потрохами, поэтому он просто надеется, что Чонгук не решит как-нибудь прокомментировать то, что увидит, хотя тот, скорее всего, догадывается о том, что только что произошло в этой квартире.       Он выходит в гостиную, держа в руке пакет с вещами, за которыми и пришёл, и уже хочет было распрощаться, но его встречает лишь тяжёлая гнетущая аура, заставляющая поёжиться и убежать без всяких церемоний.       Юнги сидит на подлокотнике раскладной софы и напряжённо смотрит на Чонгука, что повесив голову сидел на диване в окружении двух спортивных сумок и рюкзака.       — Эм, — Чимин выдавливает этот звук из себя непроизвольно, но оба всё же обращают своё внимание на него. — Я просто хотел предупредить, что уже ухожу.       — Почему он всё ещё здесь, хён? — Чонгук игнорирует слова Пака, переводя взгляд на Юнги.       — Это сейчас неважно, — бормочет Юнги, хмурясь на подобный тон младшего.       — Всё… нормально? — Чимин такой человек, что не может не спросить об этом, когда видит, что дело плохо, даже понимая, что лучший вариант сейчас — это уйти и больше никогда не возвращаться сюда. Тем более по этим большим сумка Чонгука вполне понятно, что тут происходит.       -Ну даже не знаю, а ты как думаешь? — ядовито выплёвывает Чонгук, и Чимин старается не принять все эти колкие слова близко к сердцу — всё же, парня можно понять.       — Чонгук, он принял пощёчину от твоей матери за тебя, и последнее, что ты можешь сейчас делать — это огрызаться на него, — проговаривает Юнги серьёзным тоном, а после переводит взгляд на Чимина. — Прости, он сейчас немного не в себе. Ты хотел что-то ещё?       — Нет, я… всё нормально, я просто решил спросить, — Чимин косится на поникшего парнишку.       — Мне кажется, ты уже наспрашивался достаточно на сегодня, не? — Чонгук поворачивает на Пака голову.       — Слушай, это была не моя вина, — отвечает Чимин также резко, будучи сытым по горло такой наглостью со стороны младшего.       — Чонгук, перестань уже быть таким ушлёпком. Чимин помог тебе всё-таки в куда большей степени, чем просто мешался. Поэтому хватит дуться, надо думать, что делать дальше, — Юнги соскальзывает с подлокотника и усаживается на софу.       — Будто бы у меня очень большой выбор. Они выкинули меня и не дадут вернуться до тех пор, пока я не приму предложение от СНУ. Я не могу пока обеспечивать себя в полной мере, чтобы спокойно пойти в Кёнхи, — бубнит Чонгук и с силой трёт свои глаза ладонями, на давая слезам стечь по щекам.       — В принципе ты сможешь обеспечивать себя, если пойдёшь в Кёнхи, — вклинивается Чимин бодро. — Будет сложно, особенно если ты привык к роскоши, но в целом в университете есть инстанции, которые могут тебе помочь с этим. Стипендии, гранты, да и ещё Бог знает что. Ты можешь подрабатывать в кампусе, потому что заинтересованным в этом первакам чаще всего дают неплохое койко-место.       Чонгук медленно отнимает ладони от лица и поднимает на Чимина взгляд, полный удивления и детской надежды, и Пак с удовольствием замечает, что не видит там больше агрессии и злобы.       — Чиминни, что ты делаешь? — Юнги смотрит на Пака, что по-хозяйски закинул пакет на диван и сел возле хозяина квартиры на софу.       — Я могу помочь, — Чимин игнорирует вопрос Мина и улыбается младшему дружелюбно. — Будет тяжело, но если ты правда хочешь попасть в Кёнхи и есть желание поступить на вокальное отделение — это вполне возможно. Мы с моим лучшим другом там учимся. Да, наши родители посылают нам периодически деньги, но несмотря на это мы работаем и даже получаем стипендию. Это непросто, но вполне реально. Поэтому я могу стать твоим проводником!       Чонгук таращится на Чимина ещё какое-то время, а затем поворачивается к Юнги, серьёзно спрашивая:       — Хён, и всё же — где ты его нашёл?       Юнги не сдерживается и смеётся, и Чон улыбается наконец Чимину робко.       — Хён, то есть я правда могу пойти?       — У меня был куратор, который помогал мне со всем этим на первом курсе. Поэтому я могу быть твоим куратором! — Чимин кивает гордо.       — То есть я на самом деле могу туда поступить? — Чонгук смотрит так преданно, с целыми галактиками родившихся надежд в глазах, и Чимин буквально тает от подобного выражения лица младшего. — Могу пойти в учебное заведение, которое выбрал?       — Именно, — кивает Пак вновь. — Но ты всё равно не должен полностью сводить на нет отношения с родителями. В конце концов, они всё ещё твои родители, они многое дали тебе. Ровно и спокойно скажи им о своём твёрдом решении пойти туда, но не доводи до громкой ссоры. Это никому ничего хорошего не принесёт.       — Я… я не знаю, — запинается Чонгук о собственный язык, и Чимин вздыхает обречённо.       — Я не говорю тебе прямо сейчас бежать к ним, нет. Просто когда подвернётся случай — начни разговор первым, протяни им руку, хорошо? — Чимин приподнимает брови вопросительно.       — Чиминни, послушай, — проговаривает Юнги, обвивая рукой плечо Чимина. — Он уж из очень счастливой семьи. Он не имеет понятия, что значит иметь таких родителей, как у нас.       Чимин смотрит многозначительно на старшего и снимает с себя его руку, вместо этого выставляя мизинец и протягивая его Чонгуку.       — Пообещай мне, что после этого разговора ты обязательно поговоришь с ними, и тогда я обязательно помогу тебе во всём. Тем более я знаю несколько ребят с вокального отделения, поэтому смогу передать тебя им прямо в руки.       Чонгук смотрит на этот выставленный пухлый мизинчик Чимина и начинает смеяться, беззлобно и искренне, приставляя свой мизинец к чужому и сплетая их.       — Окей, я обещаю.       Чимин, оставшись довольным ответом и исходом разговора в целом, улыбается широко и садится прямо, решив представиться уже нормально:       — Пак Чимин, второй курс в Кёнхи, учусь на танцевальном отделении.       — Танцевальном? — глаза Чонгука распахиваются ещё шире в новом витке удивления, что даже Юнги улыбается умилённо. — Я тоже танцую, Чимин!       — Зови меня хён! — Чимин поднимается с дивана и треплет чужие волосы, растягивая губы в улыбке.       — Но я выше, — протестует младший сразу.       — И что? А я старше! — восклицает Пак, не желая ничего слышать о разнице в габаритах.       — Что поделать? Вот такой вот он нахал, Чимин, — Юнги также поднимается с дивана вслед за Паком. — Но стоит добавить — это всё же его изюминка.       Чонгук и не спорит с подобным заявлением — лишь улыбается очаровательно старшим, поправляя растрёпанные волосы.       — Сходи и закинь свои вещи в гостевую комнату, Чонгук, — Юнги подбирает ремень спортивной сумки и перетаскивает её с пола на диван возле парня.       — Хорошо, хён, — Чонгук подхватывает обе свои огромные авоськи с вещами и закидывает впридачу на плечо школьный рюкзак.       — Ты назвал его хёном! — возмущается Чимин. — Хотя он такой же низкий, как и я.       — Вообще-то нет, — отвечает старший уязвлённо. — Я абсолютно точно выше тебя.       — Вообще, вы оба низкие, но Юнги-хён любезно предоставил мне комнату, чтобы перекантоваться на время, поэтому он хён, — смеётся Чонгук.       — Вот же проныра, — бормочет Юнги в спину уходящему Чонгуку. — Ты прости его за то, что он сказал до этого, он просто был подавлен.       — Всё в порядке, хён, я понимаю, — улыбается Пак. — Думаю, он всё ещё подавлен всё равно.       — Ему проще быть грубым. Он вообще очень долго и с трудом открывается людям. Но он неплохой ребёнок. Спасибо за сказанные ранее слова — моя ситуация при поступлении была абсолютно другая. Поэтому мне не приходилось думать и волноваться о тех вещах, о которых волнуетесь вы. Ему нужен кто-то вроде тебя в роли поддержки, поэтому правда спасибо за предложение.       — А он тебе правда нравится, хён, — смеётся Чимин.       — Как собственное отражение в зеркале, — Юнги улыбается широко и искренне, что младший невольно думает, каково это получать эту улыбку каждый день на сладкое.       Внезапно телефон Чимина вибрирует и он, достав его из кармана, замечает сообщение от Тэхёна со списком покупок, который совсем не вязался ни с какой кухней, существовавшей в современном мире.       Кому: ТэТэ       Что мы вообще будем готовить?       От: ТэТэ       Еду. И вообще где ты? Я хочу свои заслуженные Поки.       Кому: ТэТэ       Выхожу от Юнги-хёна. Зашёл к нему забрать одежду. Как раз иду в магаз за продуктами. И кстати, разве мы не купили целую коробку этих Поки на прошлой неделе?       От: ТэТэ       Было дело, но я уже все съел. Купи ещё.       Кому: ТэТэ       Окей. И всё же, что мы готовим?       От: ТэТэ       Не знаю, еду. Джин-хён и Хоби-хён уже что-то придумали и просто дали мне список покупок. Кстати, они ни меня, ни Намджун-хёна не пускают на кухню…       Кому: ТэТэ       Хорошо, скоро приду! К слову, нам надо поговорить о тебе и Хоби-хёне. Вы наконец-то встречаетесь? Вы держались тут за ручки накануне!       От: ТэТэ       Только после того, как поговорим о тебе и Юнги-хёне       Чимин прячет телефон, улыбаясь широко, когда Чонгук наконец возвращается в гостиную.       — Эй, я, в общем, должен уже возвращаться, я пообещал лучшему другу приготовить ему поесть, — Чимин смотрит на младшего. — В любом случае нам есть о чём поговорить. Когда ты свободен? Мы можем встретиться где-то на нейтральной территории или же я могу прийти к тебе.       — О, всё нормально, — пусть Чонгук и говорит так, но выглядит тот заметно разочарованным. — Я прихожу со школы ближе к пяти, а во время выходных я всегда буду тут, полагаю.       — Не пропускай свои курсы подготовки, — Чимин подхватывает свой пакет с одеждой. — Если твои родители уже их оплатили, то и ходи на них. Как насчёт завтра? Юнги-хёна не будет дома, поэтому мы сможем спокойно поговорить. Либо же можем пойти, куда захочешь, только предложи. Там и доведём твоё резюме для поступления до ума.       — Солнце? — голова Юнги показывается откуда-то из кухни.       — Да, хён? — Чимин оборачивается машинально, отзываясь на прозвище.       — Это мой дом или твой? Ты думаешь, что можешь приходить и уходить, когда вздумается?       Чимин хихикает и возвращает взгляд к Чонгуку, игнорируя хозяина квартиры.       — Значит, завтра?       — Раз такое дело, то я собираюсь проваляться завтра дома весь день! — вклинивается старший. — Мне понадобятся весь уют и умиротворение моего жилища, поэтому устраивайте свои посиделки где-нибудь в другом месте.       — Хён, ну не будь таким, — ноет Чонгук надоедливо, а затем раскрывает свои щенячьи глазки широко и подмазывается к старшему, дёргая его за рукав. — Хён, можно Чиминни придёт завтра, чтобы помочь мне?       — Нет, не может, — Юнги в ответ фыркает и выдёргивает свой рукав из плена чужих пальцев. — Идите развлекайтесь в библиотеку.       — Хён, ну я же помог тебе в прошлый раз с треком, ну пожалуйста! — умоляет Чонгук.       — Ага, только вот я тебе отдал в свободное пользование комнату в своей квартире, пока ты не найдёшь себе новое жильё.       — Чудно, спасибо, хён! — Чонгук ухмыляется нагло, а эта фраза сбивает Юнги с толку.       — Я не сказал «да», — подмечает он, но младший уже не слушает его.       — Гостевая комната теперь моя, Чимин-хён, поэтому ты можешь прийти завтра. Обсудим всё здесь, поэтому, думаю, нет смысла идти куда-то, — Чонгук также ухмыляется Чимину, и Чимин смеётся тихо, прикрывая лицо ладонью.       Закончив переговоры, Чимин выходит в прихожую и натягивает свою обувь, слушая занимательный диалог Чонгука и Юнги, называвшего второго первоклассным заносчивым ушлёпком, который должен поучиться уважению к взрослым хотя бы из мультиков.       — Пока! — кричит Пак и уже было уходит, но Чонгук внезапно материализуется в прихожей и останавливает его.       — Хён, подожди, — Чонгук хватается за низ чужой толстовки, и Чимин оборачивается, чтобы посмотреть на парнишку.       — Да? — он укладывает ладонь на ручку двери.       — Я, э…- Чонгук шкрябает свой затылок и отводит взгляд в сторону. — Спасибо. Я знаю, ты делаешь это не для меня, а для Юнги-хёна, но всё же я…       — Стоп, — Чимин сразу прерывает Чона. — Я это делаю не для Юнги-хёна или для кого-то ещё. Я делаю это для себя, потому что помощь людям приносит мне радость. Увидимся завтра, Чонгук. Тяжко спать на новой постели после стольких лет в своей родной, но я надеюсь, у тебя не будет с этим проблем, и ты хорошо отдохнёшь. Поговорим завтра, ладно?       Чонгук смотрит на парня удивлённо, даже не в состоянии что-то ответить на это. Спустя некоторое время он медленно кивает, а губы растягиваются в мягкой улыбке, как только дверь за старшим закрывается.       Ему нравится Чимин. Ему правда нравится Чимин… хён.

***

      — Я дома! — оповещает Чимин, когда после двухминутной борьбы с замком наконец заходит в квартиру с кучей пакетов.       — Иду! — Тэхён пулей выбегает из гостиной и перехватывает у парня два больших пакета с покупками.       — Благодарствую, — отзывается Пак и направляется вместе с другом в гостиную, к главному столу.       — Поки! Где мои Поки?! — Тэхён начинает без разбору копаться в мешках. — Ты нашёл мне клубничные?       — Да, я купил две коробки клубничных Поки. Продавщица наверное подумала, что я чокнутый задрот на эти палочки, — возмущённо бормочет Чимин, разбирая второй пакет. — Вот чем я жертвую ради тебя, Тэ. Репутацией.       — И именно по этой причине я люблю тебя, — Тэхён скалится довольно, на что Чимин цыкает иронично.       — Наглец, даже не думай открывать их сейчас. Сначала помоги мне разобрать пакеты и разложить всё по местам.       — Чудесно, — разочарованно бормочет Тэхён. — Вот чем я жертвую ради тебя, Чимин.       Смех Намджуна внезапно раздаётся откуда-то с дивана, и оба парня оборачиваются на звук удивлённо.       — Что? — спрашивает Чимин, когда громогласный смех старшего затихает.       — Не могу никак решить: вы тошнотворно милые лучшие друзья, или тошнотворно милая семейная пара? — Ким улыбается широко, отчего его ямочки выскакивают на щеках.       — Милая семейная парочка, — отвечает Тэхён, обвивая своей длинной рукой талию Чимина.       — Милые лучшие друзья, — реагирует Пак мгновенно и обнимает Тэ по-братски за плечо.       Намджун снова разражается смехом как раз в тот момент, когда Джин выходит из ванной, направляясь прямиком в гостиную.       — Что тут за смехуёчки? — старший подходит к столу, где всё ещё лежали пакеты.       — Ничего такого, — отвечает Чимин, робко зажимаясь. — В общем, вот тут всё, что просили купить. Что дальше?       Тэхён под шумок тактично сваливает, лишь бы не получить от Сокджина очередное приятное задание в виде сортировки продуктов.       — И кстати, где Хоби-хён? — спрашивает Чимин, оглядываясь по сторонам и одновременно доставая из кармана ключи с бумажником.       — Он пошёл к нам в квартиру, чтобы кое-что взять оттуда, — отвечает Намджун, откидываясь на спинку дивана, в чём к нему присоединяется беспокойный Тэхён. — Проще было взять из дома, чем купить, в общем.       — А, — Чимин кивает. — Я тогда пока переоденусь. Скоро вернусь.       — Корзина для грязного белья находится в ванной теперь, а не в спальне, — предупреждает Тэхён.       — Тогда не мог бы ты закинуть мои вещи туда? Они в синем пакете, — кричит Чимин из комнаты, и Ким, вздохнув, откладывает свою коробочку с Поки на диван.       — Определённо тошнотворно милая семейная пара, — Джун улыбается широко во все свои 32 зуба, когда младший берёт в руку пакет с вещами и улыбается в ответ.       Стук в дверь раздаётся аккурат в тот момент, когда Чимин покидает комнату, поэтому он подходит к входной двери и сразу открывает её, замечая за ней Хосока.       — Ваша надежда вернулась с ароматной ванилью! — восклицает Хосок, переступая порог квартиры.       — Ваниль? — смеётся Чимин такому яркому появлению друга, идя за ним на кухню. — Мы собираемся печь что-то?       — Мм, мы собираемся приготовить правильный обед из трёх блюд, солнце, — ухмыляется Хосок лукаво, играя бровями.       — Хён, не называй меня так! — возмущённо вскидывается Чимин, когда Джин заходит в кухню и сразу попадает под раздачу. — Джин-хён, Хоби-хён пристаёт ко мне!       — Эй, а что такого? Только Юнги-хёну можно тебя так звать?       — Минни, — Джин смеётся тихо и треплет уложенные волосы младшего. — Ничего личного, просто это всё очень интересно.       Чимин хмурится немного на очередное прозвище, но Юнги и всё произошедшее прошлой ночью внезапно заполняют его разум, отвлекая.       — В этом нет ничего интересного. Честно. Не было ничего такого… это ничего не значит.       — Ты не такой, я же знаю, — Джин качает головой скептически и голос понижает, чтобы только Чимин слышал, и тот всё же сдаётся, вздыхая.       — Это было… я не знаю. Оно просто случилось, хён. Я даже не планировал. Вполне возможно, что я больше никогда его не увижу даже, — отвечает Чимин тихо, а Джин смотрит на младшего пристально, и только в конце монолога кивает понимающе.       — Какая жалость, — комментирует Хосок, включая воду в кране. — Он классный парень. Нам стоило бы почаще тусоваться с ним. Вообще, думаю, я приглашу его на наши соревнования по танцам на следующей неделе.       — Что? Хён, нет! — выкрикивает Чимин, чем нехило пугает Джина. — В этом нет абсолютно никакой необходимости, хён!       — Я приглашаю его не из-за тебя, — Хосок плечами пожимает и улыбается непринуждённо. — Хватит болтать, может уже начнём готовить?       — Почему мы начинаем готовить так рано? — задаёт резонный вопрос Пак, доставая из холодильника бутылку воды. — Мы же только что поели.       — Для сервировки десерта требуется время, — просто отвечает Джин. — Мы начнём готовить закуски и главные блюда позже, ладно?       — Это будет весело! У нас будет настоящая обжираловка! — провозглашает Хосок, и Чимин смеётся звонко.       — Надо бы и остальным дать возможность включиться в процесс, — Чимин высовывается из кухни и застаётся Намджуна и Тэхёна всё также сидящими на диване и откровенно скучающими.       — Намджуну можно включиться в процесс готовки только в роли носильщика посуды туда-сюда, и то не факт, — усмехается Хосок.       — Да ладно тебе, он не настолько плох. Подумаешь, разбил пару-тройку тарелок. Он же не специально это делал, — встаёт на защиту Джин, и Хосок пожимает плечами скептично. — Он, по крайней мере, не менял местами соль и сахар, как Тэхён.       — Это не считается, хён. Не Тэхён был тем, кто практически спалил нашу квартиру, — и Хосок бросает взгляд на Чимина, который тот принимает как предложение вступить в диалог.       — Ох, давайте не будем спорить? Мы не должны исключать Намджуна и Тэхёна и процесса только потому что они когда-то лоханулись. Почему бы не дать им какую-нибудь простую работу, с которой они точно справятся? Они правда умирают там со скуки.       Джин и Хосок смотрят на Чимина какое-то время, а затем вздыхают одновременно и невнятно извиняются друг перед другом.

***

      — Так значит, Чимин, — Намджун вертит свою вилку, накручивая на неё горячие спагетти. — Ты и Юнги-хён, да?       Чимин вздыхает тяжело и голову роняет обречённо, бросая тихое:       — Мы не встречаемся.       — Но вы же вроде…       — Нет, — Чимин мотает головой отрицательно. — Всё произошедшее не выходило за рамки.       — Оу… — Намджун бросает взгляд на Джина, но тот лишь неопределённо пожимает широким плечом.       — Он ничего не скрывает, — вступается на защиту Пака Хосок. — Нам он рассказал то же самое.       — Зачем мне вам вообще врать? — Чимин обиженно протыкает куриную грудку. –Реально же не произошло ничего криминального.       — Мы не имели ввиду ничего такого, Минни, — Джин мягко укладывает ладонь на предплечье младшего. — Мы просто интересуемся. Ты уже достаточно давно никуда не ходил ни с кем кроме нас и уж тем более никого нам не представлял.       — Я был занят из-за школы, — Чимин вскидывает руки. — Я думал, что дополнительные занятия будут очень простыми, но они оказались капец какими сложными, даже предметы, с которыми у меня были проблемы, не приносили столько боли.       — Прости, — бубнит Намджун с набитым ртом. — Мы все знаем, что это такое. Мы не хотели из тебя это выпытывать. Просто знай, что мы рады за тебя.       — Я знаю, — Чимин наконец поднимает взгляд и улыбается Намджуну, надеясь, что теперь напряженная ситуация хоть немного разрядится. — Но знаете, что интересует лично меня?       — Что? — Хосок перегибается через стол, чтобы большими щипцами наложить себе в тарелку салат.       — Вы двое, — Пак поднимает вилку и указывает ею поочерёдно на Хосока и Тэхёна.       — А что тут такого интересного? — интересуется Тэхён с улыбкой.       — Просто хотелось бы узнать, встречаетесь ли вы теперь, — просто отвечает Пак, вскидывая брови.       — Что ты имеешь ввиду под «теперь»? — смеётся Джин. — Будто бы они не встречались до этого. Не значит, что они не встречались, только потому, что они официально нам не объявили это за семейным ужином.       — Хён, ну не будь таким противным, — Тэхён дуется заметно и сползает ниже по спинке дивана.       Хосок разражается смехом от подобной реакции Тэхёна и придвигается к нему, подтягиваясь и оставляя лёгкий поцелуй на верхней, обиженно надутой губе младшего, а после слизывая кончиком языка пряный соус с их уголка.       — Может вы не будете делать это хотя бы за обеденным столом? — Намджун бросает на парочку возмущённый взгляд, но Хосок мгновенно поворачивается к Киму, иронично изгибая аккуратные брови.       — Что-что? И кто мне об этом говорит?       — О чём ты? — Намджун хмурится непонимающе, смотря на всё ещё угарающего Хосока.       — Намджун, — мягко зовёт Джин и качает головой многозначительно.       — Что? Ну уж нет, говори, — требует Намджун у веселящегося Чона.       — Да ну? Ты серьёзно хочешь, чтобы я рассказал? Все ведь знают, что я живу вместе с вами обоими, да? — Хосок вскидывает бровь. — И то, что я молчу, не значит, что в этой квартире не происходит ничего такого едва ли не большую часть времени.       Джин сразу румянцем покрывается, когда столь провокационный монолог соседа заканчивается, а Намджун отводит скофуженный взгляд в сторону, потирая затылок ладонью.       — Так, окей, слишком много лишней информации. Давайте действительно не будем говорить о таком за обеденным столом, — встревает Тэхён, одаривая всех присутствующих добродушной улыбкой.       — А может лучше нам вообще не обсуждать подобное? Я думаю, все останутся в выигрыше, — подбадривающе предлагает Чимин, а после одними губами шепчет Тэхёну «спасибо».       — Так даже лучше! — поддерживает друга Ким и отставляет от себя тарелку. — Может мы наконец перейдём к десерту?       — Все закончили с едой? — Джин быстрым взглядом окидывает стол и пересчитывает пустые и почти пустые тарелки.       — Более менее, — бормочет Хосок негромко, отставляя тарелку вслед за Кимом.       — Я всё сделаю, хён, — Чимин бодро поднимается и, собрав все тарелки со стола, направляется на кухню, чтобы наконец вынести на подносе гвоздь их скромной программы. — Пацаны, налетайте. Канадский торт Нанайма.