soulmates tingzz

      Рэнджун становится в дверях и оглядывает комнату. Такое нельзя назвать даже творческим беспорядком. Кажется, если бы Джено не лежал на самом видном месте, он бы и вовсе его не нашел здесь. Повсюду уже давно общая одежда, какие-то пакеты, на столе грязные тарелки, которые вообще должны быть на кухне, а на диване развалился Джено, укутанный в плед, словно в кокон с выпирающими ручками, которые сжимают пакет с чипсами, и головой. Глаза внимательно наблюдают за происходящим на телевизоре.       Рэнджун сильнее закутывается в халат и поднимает с пола коробку из-под мороженого, и вновь бросает взгляд на Джено. Этот парень выглядит сейчас безумно милым и мягким, его так и хочется просто обнять и не отпускать. Рэн почти незаметно улыбается, и продолжает убирать.       — Эй, Джун, — раздается голос «кокона» и китаец поворачивает на него голову. — Не делай все сам.       Рэнджун закатывает глаза и выбрасывает все, что успел поднять. Медленно подходит к парню и садится рядом, сразу же начиная поправлять одеяло. Джено мило улыбается и подставляет голову под руку китайца, словно заставляя того погладить его. Рэнджун проводит рукой по слегка влажным после душа волосам и тепло смотрит на парня.       — Слушай, Джено… — старший привлекает внимание Ли. — На счет того новенького…       — А, который еще в обморок свалился в столовой? — издает смешок кореец и Хуан почему-то резко отдергивает руку от чужих волос. Джено слегка хмурится на такую реакцию соулмейта и принимает более серьезное лицо. — Что-то не так?       — Нет, вроде бы… Я просто…       Рэнджун словно не может договорить и просто молча берет руку Ли в свою и медленно начинает развязывать повязку на запястье. Джено смотрит на парня, пытаясь понять, что тот задумал, но в голову не приходит ничего разумного.       — Я тогда просто подумал, в столовой, — голос Джуна становится тише и вовсе затихает, когда повязка наконец падает на пол, открывая взор на имя, написанное большими ровными буквами на коже.       — Джун-и? — спрашивает Джено и смотрит на имя на собственной руке.       С тех пор, как он встретил Рэнджуна, он перестал так часто видеть это имя.       Ему не нравилось то, что он не такой как все, поэтому он решил просто замотать руку и снимать повязку как можно реже. Хуан ничего не сделал, чтобы того остановить, хотя на лице и было написано, что идея не лучшая, по его мнению. Хуану судить легко, у него это лишнее имя внизу живота, как и имя Ли. А у Джено оба имени на запястьях, китайца — на левой, а второе — на правой.       — Мне показалось, что это был он, — почти шепчет китаец и сжимает губы в тонкую полоску. Он делает так всегда, когда напряжен: сводит брови, сжимает губы и тонкие руки начинают слегка подрагивать.       — Ч-что? — переспрашивает Джено, хотя расслышал все хорошо.       — Мне показалось, что это Джемин, — повторяет китаец, используя то самое имя и Ли сжимает ладони в кулаки.       — А как его зовут?       — Он назвался Минхёном, — грустно говорит Рэнджун.       Джено облегченно выдыхает и отворачивается от старшего, который пальцем гладит чужое запястье.       — Ну вот и все, — спокойно говорит Ли. — Мы же договаривались больше об этом не говорить. Мы нашли друг друга, это главное.       — Да, но Джено…       — Рэн, пожалуйста, — кореец кладёт голову на чужое плечо и прикрывает глаза. — Джемин найдет нас сам, если мы ему нужны. Забудь про этого Минхёна и не забивай себе голову.       Хуан втягивает громко воздух и смаргивает слезы. Он знает, что Джено и самому трудно это говорить, что Ли тоже плакал из-за этого, много и громко, обнимая Хуана и спрашивая раз за разом, почему так больно в сердце. Им обоим не хватает Джемина, до боли и слез не хватает. Они целуются, говорят слова любви, заботятся друг о друге, занимаются сексом и после каждого действия думают, что что-то не так, чего-то не хватает.       — Познакомься с ним, прошу, — Рэнджун целует имя на чужом запястье, не свое, но такое родное. — Посмотри в глаза, поговори, прикоснись. Ради меня, хорошо?       Джено прижимается губами к чужой шее и оставляет невесомый поцелуй.       — Хорошо.       Ради Рэнджуна он сделает что-угодно.

***

      — Ты сделал что?! — переспрашивает громко Донхёк, глядя на лучшего друга убийственным взглядом.       — Назвался именем твоего парня, — тихо повторяет На и тут же получает от Ли подзатыльник. — За что?! Я просто запаниковал!       — Запаниковал он, ха! Именно то, что надо делать, когда встретил соулмейта, — старший падает обратно на диван и поджимает под себя ноги. — Айщ, придурок.       — А что по твоему я должен был делать? Я им нафиг не нужен, ты просто их не видел, — На хмурится и закрывается руками в волосы. — Зачем я вообще школу сменил?       — Теперь самая большая ошибка в твоей жизни — назваться чужим именем своим соулмейтам, — Донхёк просто констатирует факт и боковым зрением замечает, как младший опускает голову. А затем слышит тихий всхлип и глаза тут же расширяются и он резко пододвигается к другу.       — Эй, Мин…       — Я ведь им не нужен, Донхёк. Зачем им такой неудачник, они вон самые крутые в школе, любят друг друга уже долгое время, Рэнджун даже ничего не понял, когда со мной познакомился, — На вытирает тыльной стороной ладони слезы и поднимает голову, смотря на друга, которые поджимает губы и тянет руки к парню, затягивая в объятия.       Джемин снова всхлипывает, и еще раз, а потом уже не может остановится. Носом утыкается в чужую толстовку и её же сжимает руками. Ли хлопает друга по спине утешающе и шепчет что-то утешающее, говоря, что все образуется, что На найдет свое счастье и что все будет хорошо. Он всегда так говорил, правда. Ну, а младший в свою очередь всегда верил.       Марк, только что зашедшей в квартиру, останавливается в дверях и встречается понимающим взглядом с слегка растерянным Донхёка. Минхён наверняка устал после универа очень, поэтому просто разворачивается и идет в спальню, а Донхёк продолжает поглаживать плачущего Джемина по спине.       — Я, наверное, — На медленно выбирается из чужих объятий и вытирает лицо рукавом. — Домой уже пойду. Мне завтра в школу рано, и все такое.       Донхёк кивает и берет друга за руку, поднимая с дивана и проводя по двери.       — Все наладится. Долго же ты имя скрывать не сможешь, — старший утешающе улыбается, хоть внутри и считает друга придурком последним.       Джемин послушно кивает и покидает чужую квартиру.       Сейчас он будет просто жить и ждать изменений, когда-нибудь они ведь придут.

***

      — У нас сейчас химия с параллельным классом, потом физра, потом еще английский, а затем домой! — радостно говорит Джисон, подталкивая Джемина вперед, так как тот идет слишком медленно.       — А почему химия с параллельным классом? — интересуется На, а младший только пожимает плечами.       — В том классе помимо всех этих Рэнджунов и Джено, есть очень милый мальчик, надеюсь заполучить его сердечко, — Пак подмигивает старшему, когда тот кривится и бежит вперед, чтобы успеть занять лучшие места в классе.       А Джемин думает, что он был бы не против быть соулмейтом рыжего. Джисон такой простой человек, говорит то, что крутится в голове, не парится из-за учебы, да в принципе не парится из-за всего, просто живет. Он милый и думает не особо много, прям как Джемин.       На заходит в класс и все мысли тут же исчезают из головы, как только он видит Рэнджуна и Джено. Китаец сидит на стуле и улыбается, говоря что-то соулмейту, который сидит прямо на парте перед старшим и кивает. На думает, что они смотрятся вместе как-то идеально, Джено словно стена для маленького хрупкого и вечно улыбающегося Рэнджуна. Джемин бы явно смотрелся лишним.       Розововолосый поджимает губы и садится за свободную парту за Джисоном, пытаясь вникнуть в то, что младший говорит, но получается не очень, так как Джено вдруг смотрит прямо на него, встречаясь взглядом. Джемин удивленно таращится, чем вызывает легкую ухмылку у Ли, и сразу отворачивается. Боковым зрением подмечает, что Джено целует китайца в щеку и почему-то направляется к На.       Розововолосый вжимается стул и смотрит только на Джисона, кивая на то, что младший говорит, надеясь, что ему всего лишь показалось и Джено идет не к нему. Что в принципе оказывается правдой, парень проходит мимо и падает на место позади Джемина, заставляя последнего почти не заметно вздрогнуть.       Звонок прозвенел практически в ту же секунду и Джисон, пожав перед этим плечами, отвернулся, оставив Джемина одного. Тот даже боялся пошевелиться, в отличии от Джено, который громко доставал все вещи из рюкзака.       На прикрыл глаза, слыша как учитель начинает что-то говорить и пытаясь сосредоточиться только на его голосе.       Джено вскоре стихает и, кажется, тоже начинает слушать лекцию, от чего На становится намного легче. Пол урока Джемина вообще ничего не тревожит, поэтому он спокойно пишет конспект, хоть для него это чуть-ли не в новинку. А потом чувствует чужую руку на плече и резко оборачивается, испуганно смотря на Ли, который сам от неожиданности отдергивает руку и тихо смеется.       — Все в порядке, неужели я такой страшный? — говорит тихо, чтобы учитель не услышал, а Джемин тихо выдыхает, пытаясь нормализовать сбитое дыхание.       — Нет, что ты…       Джено на это ухмыляется.       Розововолосый успевает подметить, что Джено выглядит довольно круто. Весь его вид, одежда, дерзкая ухмылка, повязка на правом запястье. Наверное, так видели другие Джемина в прошлой школе. Кажется эту ухмылку Джено стащил именно у На.       — Минхён, да? Рэнджун сказал…       — Ага, — На нервно облизывает губы и кивает.       — Ладно, я почему тебя позвал, — начинает Ли и склоняется к тетради, не разрывая зрительный контакт. — Не поможешь?       Джемин почему-то начинает чувствовать себя намного уверенней, чем до этого. Перестает нервно моргать и думать, что нужно сказать дальше.       — Чувак, я вообще на химии впервые за два года, — язык даже не заплетается, от чего На еще и гордо задирает подбородок.       Ли вновь тихо смеется. А Джемин лишь улыбается, видя милые глаза-щелочки старшего. Мило.       — Я вообще не об этом, я проспал пол урока, одолжишь мне конспект после урока переписать? — спрашивает Джено.       Джемин удивленно смотрит на того, а потом тихо ахает и начинает активно кивать.       Ли откровенно пялится на розововолосого, что заставляет того покраснеть и наконец отвернуться от парня.       — Я тоже, — слышит он голос старшего и поворачивается обратно, взглядом спрашивая, что это значит.       — На химии впервые за два года, — объясняет Ли. — Редко на уроках вообще появляюсь.       Джемин бы спросил, зачем ему эта информация, но рядом с Джено он чувствует себя каким-то мягким и ну совсем не дерзким. Поэтому он хмыкает и отворачивается.       — Милашка, — На вдруг начинает задыхаться и кашлять. Ему точно послышалось, Джено просто не мог такое сказать. Но судя по тихому смеху последнего, он именно это и сделал.       — Да что со мной? — бормочет про себя Джемин, вновь пытаясь переключиться на голос учителя.       А конспект почему-то начинает писать более старательно — Джено ведь надо еще одолжить.

***

      Джисон восхищенно вскрикнул и взмахнул сигаретой, разбрасывая пепел с нее куда только можно, отчего Джемин лишь закатил глаза.       — Хочешь сказать, уже и Джено с тобой знакомиться лезет? — спросил парень у старшего, а тот, нахмурившись только сильнее, кивнул.       «Лучше бы не лез, ” — остается неозвученным, но при этом звучит в голове розововолосого громче всего.       — Черт тебя побери, с кем я вообще подружился? Ты скоро станешь главной сучкой школы вместо Тэна и Тэёна, — Джисон сделал акцент на слове «ты» и чуть-ли не ткнул сигаретой в старшего, а остановил его испуганный, или скорее возмущенный, крик На.       Пак лишь пожал плечами, заставив Джемина еще раз пожалеть о том, что решил поделиться этой самой сигаретой.       Сам На не курит почти, только в компаниях всяких. Марк просто очень любит курить, вот поэтому и носит в рюкзаке, чтобы ходить с Минхёном, когда приходить к Донхёку в гости.       А вот Джисону курить должны запретить законом. Хотя вряд-ли какой-то закон остановит рыжего.       — Это был комплимент, — напоминает о себе младший и словно ждет благодарности, а Джемин вместо этого поднимается с земли и дает наконец младшему заслуженный подзатыльник.       — За что, хён?! — Пак обиженно глядит на розововолосого, но потом снова улыбается и тихо спрашивает:       — А познакомишь меня с ними? Джемину хочется младшего снова ударить, но он только отбирает наконец у Пака сигарету и бросает ее на асфальт, придавливая носком кроссовка.       Джисон, правда, даже не возмущается.       Они стоят на заднем дворе школы вместо английского, ждут конца уроков, чтобы слиться с выходящей из школы толпы и пойти наконец домой.       На вдыхает осенний, пока еще, теплый воздух в легкие и поднимает голову вверх, прикрывая глаза.       Он, наверное, пойдет после школы снова к Донхёку. Они будут есть рамен, ждать, пока домой вернется Минхён, потом сядут играть в приставку, и все вроде как прекрасно. Джемин будет смеяться, будет улыбаться и думать лишь о том, что это не то, что ему нужно. Это хорошо, да, но не то. Будет смотреть, как Минхён оставляет поцелуи на соулмейте, думая что Джемин ничего не видит, а На будет хорошо притворяться, что он действительно не видит, или что ему плевать.       А Рэнджун и Джено, наверное, пойдут домой вместе. Они, возможно, живут уже вместе и, возможно, у них своя квартира. Хуан, наверняка, готовит намного вкуснее, чем Донхёк. Все в принципе готовят лучше, чем Донхёк, но китаец все-же особенно.       Джено, наверняка, любит прижиматься к Хуану и обнимать со спины — он выглядит так, словно предназначен для этого, как и для поцелуев на затылке и шее.       Они точно будут обниматься всю ночь, а может и…       Джемин краснеет от собственных мыслей и открывает глаза. Люди уже начали выходить со школы, пока Джисон играл на телефоне, сидя на корточках и пыхтя от напряжения.       — Пошли, — зовет он младшего и Пак отрывается от телефона.       — А? — он оглядывается и замечает толпу школьников. — А, ну давай.       Они размеренным шагом направляются к ним, как ни в чем не бывало. Прощаются, давая друг другу пять и улыбаясь краешками губ, а потом расходятся. Джисон — домой, играть в игры, а потом, может, плакать от одиночества, а Джемин — к Донхёку домой, есть рамён и ждать Минхёна, так, словно он и не встречал своих соулмейтов. И он уверен: всем так будет лучше.

***

      — Ты тоже что-то почувствовал, — говорит Рэнджун, зарываясь рукой в выкрашенные волосы Джено. Ли останавливается лишь на секунду, потерявшись, а затем продолжает целовать впалый живот парня. Каждую родинку, выпирающую косточку, все участки кожи, куда только мог дотянуться.       — Не игнорируй меня, — повторяет китаец, но прерывается на громких стон, потому что Ли вдруг кусает и довольно больно, зализывая укус и оставляя фиолетовую отметину. Не первую и явно не последнюю. — Джено…       Кореец знает, как ответить. Он просто продолжает целовать, делая вид, что не слышит и опускаясь ниже. Языком проводит по своему имени на выпирающей тазобедренной косточке справа, заставляя старшего выгнуться дугой и сладко стонать. Ли знает, что вот оно, слабое место Хуана. Кажется, если просто прикоснуться пальцем к именам, Рэн уже будет извиваться, не в силах себя сдерживать.       Джено отрывается от собственного имени, обрывая ниточку слюны, которая потянулась за ним. Взгляд резко падает на имя с левой стороны. Затем он смотрит на китайца, который приподнялся на локтях, узнать почему же парень остановился. Ли смотрел в родные черные глаза и тонул в них словно заново. Рэн смотрел так ласково, как мог только он.       Джено опускается и, не разрывая зрительного контакта, целует вдруг другое имя, отчего глаза китайца расширяются, а рот приоткрывается в немом стоне.       Ли никогда не прикасался к этому имени. То-ли боялся, то-ли ревновал. Это было не его имя, значит лишнее имя — так он думал. Но сегодня словно что-то сдвинулось. Когда Минхён улыбнулся, когда в глазах заиграли искорки, Джено забыл действительно обо всем. И это очень, очень странно и неправильно, раз уж он сказал, что его зовут Минхён. Ни Хуан, ни Ли не должны чувствовать этого, но тем не менее…       Рэнджун в эту ночь кончает выкрикивая имя «Джемин» и даже не стесняясь этого. Ему и не надо: у Джено на языке тоже крутится явно не имя китайца.