Кто воровка? Я воровка! Перепишем историю.

Жизнь Василисы в доме Яриса протекала мирно и спокойно вот уже четвертый день. Телефон она отключила, чтобы никто не пытался с ней связаться. Ей казалось, что она наконец-то нашла свой настоящий дом, где нет плохих новостей и неприятностей, а только спокойная и, полная радостей, жизнь. Место, где за ней не носятся, как за птенцом, пытаясь навязать свое мнение и идеалы. Она полностью предоставлена сама себе, наедине со своими мыслями. Каждый день девушка обнаруживала на своей кровати голубые розы, подаренные Чаклошем, с которым Огнева встречалась только вечером за ужином, потому что тот был жутко занят в своем офисе, а потом уезжал куда-то. Большинство времени Василиса проводила с Филиппом, который обучал ее игре в гольф на площадке позади дома. Еще рыжая была в восторге от местной библиотеки, где она нашла множество интересных книг. Там она, сидя в кресле-качалке возле камина, проводила много времени, как Ярис на работе, но с большим удовольствием. Ей нравился этот дом, Филипп с его шуточками, внимательный Ярис, но все это убранство было не для нее, и она представить не могла, как будет здесь жить на протяжении нескольких месяцев. Или больше? Да и по друзьям Василиса тоже безумно скучала. День был разнообразен и одновременно скучен: завтрак, гольф, в котором Филипп постоянно выигрывал, чтение, обед, дворецкий опять придумывал что-нибудь увлекательное, прогулка по саду, чтение, ближе к вечеру приезжал Ярис, спрашивал о прошедшем дне и уходил к себе в комнату. Огнева понимала, что он занят, но все-таки к нему приехали гости. Наверно, Василиса сама не знала, чего хотела от этой жизни в доме. Спокойствия и тишины? Они угнетали ее. Веселое время прохождение? Она стеснялась быть слишком открытой. Впервые за это время рыжая начала скучать о размеренной жизни в больнице. День клонился к вечеру, когда Огнева услышала звон колокольчика, приглашавшего на ужин. Девушка захлопнула книгу и, положив ее на резной столик, думая, что скоро вернется, вышла в коридор. Что-что, а кормили здесь просто шикарно. Блюда были настолько разнообразные и с вкусными запахами, что Василиса наедалась, только успев зайти на кухню и вдохнуть аромат. С ними часто обедал Дмитрий, помощник Яриса, который не внушал рыжей особого доверия своим смазливым личиком и требовательным взглядом. Он был чем-то похож на Чаклоша. Может, властностью? Он особо ни с кем не разговаривал, но его поручения старались выполнять по первому же требованию. Василиса села за стол. Проблем у нее не убавилось. Сейчас она боролась со столовыми приборами. Три ложки, три вилки и два ножичка, два бокала и салфетка. Для простой девушки это было слишком. Филипп пытался ее научить, но из этого ничего путного не выходило, даже стикеры пытались клеить на каждый прибор. Сейчас перед Огневой лежала рыба, которую нужно начать есть. Но какой вилкой? Девушка в испуге уставилась на приборы, пытаясь вспомнить уроки дворецкого. - Вилка с золотым узором, - тихо сказал Дмитрий, подмигнув ошарашенной девушке. - Эм, спасибо. - Василиса почувствовала, что заливается краской. - Добрый вечер всем, - поприветствовал Филипп и сел рядом с девушкой и тут же замер. - Дорогая, вы едите вилкой для десерта? Дмитрий хихикнул, замечая на себе свирепый взгляд Огневой, которая быстро спрятала вилку под полотенце и взяла другую. В зал зашел Ярис, усталый взгляд и сутулые плечи не укрылись от рыжей. Мысленно она жалела его, но ничего поделать не могла. Чаклош устало улыбнулся всем и плюхнулся в кресло. - Сегодня рыба? Брр, мерзость. - Василиса поддержала его слабым кивком. - Не любишь рыбу, милая? - ехидно усмехнулся Дмитрий. - Не люблю есть рыбу, смотря на твою физиономию, - парировала Огнева. Остаток ужина и, пожалуй, вечера прошел в молчании. Ярис ушел в комнату, Дмитрий уехал, чему Василиса несказанно обрадовалась. Теперь в доме не осталось самодовольного индюка. Рыжая собиралась в свою комнату, проходя мимо кабинета Чаклоша, услышав шуршание бумаг она остановилась, прислушиваясь. Девушка слышала дыхание Яриса, который что-то писал, звук запонок, касающихся стола. Но вдруг все стихло. - Ну, чего стоишь? Входи. - Василиса послушно вошла, осматривая кабинет, раньше она здесь не бывала, хотя четыре дня нельзя назвать большим сроком. - Привет, - сказала рыжая, подходя к Ярису. - Устал? - Усталость в миг проходит при виде тебя. - Парень встал, оказавшись напротив Огневой. Шоколад и мята, шоколад и мята... Василиса старалась оставить ясность сознания. Чаклош был слишком близко, здравый смысл, собрав чемоданы, оставил хозяйку. Миг - и девушка оказывается в объятиях парня. Обжигающие губы накрывают Василисины, забирая последние мысли. Ярис поднял рыжую на руки, не прерывая поцелуй, и понес в спальню. Огнева поняла, что именно сейчас нужно сделать выбор между богатым парнем и незнакомцем из воспоминаний, но отброшенная в сторону клетчатая рубашка показала, что выбор уже сделан без участия девушки. Простыни обжигали своим холодом, не давая Василисе вздохнуть, внутри все сжалось в комок, намекая, что все идет неправильно, но ей было все равно. Растворившись в поцелуях девушка смутно ощутила, что осталась в нижнем белье, на нее серьезно смотрел Ярис. - Что? - рыжая пыталась сохранить те моменты. - Поцелуй меня. Внезапно перед глазами Огневой предстал тот самый голубоглазый парень, который глядел на нее с негодованием и как-то осуждающе. Он был виден настолько четко и ясно, будто находился здесь. Огневой неожиданно стало стыдно и неловко. Чаклош накрыл рыжую собой, вдыхая аромат ее тела, страсть, словно жгучая лава, захлестнула его с головой. Эта девушка явно сводила его с ума. Он безумно хотел сделать ее счастливой, чтобы она была только его... - Нет! - вскрикнула рыжая, сжавшись в комок. - Что? - опешил парень. - Не надо. - Глаза девушки застелили слезы. - Пожалуйста. Ярис лег рядом, пытаясь понять, что произошло минуту назад. Огнева отвернулась от него, с каждым всхлипом ее тело била мелкая дрожь. Парень протянул руку, чтобы успокоить девушку, но та вылезла из кровати, как ошпаренная. - Я хочу уехать, - выдавила рыжая.