Часть 3. Твой самый страшный сон
6 августа 2019 г., 06:17
POV Дазай Осаму
— Дазай! Дазай! — слышались крики, как будто издалека. Знакомый женский голос. Такой приятный… Осаму с трудом открыл глаза. Над ним склонилась Кое, ее прекрасные красные волосы были растрепаны, а на глазах виднелись слезы. Едва приподнявшись, парень ощупал место, на котором располагалась злополучная метка. Кровь?.. Придя в себя окончательно, Дазай понял, что никакой крови на его груди нет. Рубашка, аккуратно заправленная в брюки, была по-прежнему безукоризненно белой, как и бинты, скрывавшиеся под ней. Какого?.. — Дазай, ты в порядке? — прошептала Озаки, прижимая шатена к себе и внимательно его осматривая. — Ч-что случилось? — поинтересовался тот, пытаясь вспомнить, что предшествовало его падению в обморок. — Вы закричали, — ответил дрожащим голосом сидевший рядом Ацуши, который первым, как оказалось, бросился Дазаю на помощь. — А потом просто упали, потеряв сознание. — Вот как… — Осаму, убедившись в том, что чувствует себя сносно, встал на ноги. Да что здесь творится?.. Поблагодарив Накаджиму и Озаки за беспокойство и помощь, Дазай поспешил в класс. Едва переступая порог кабинета, он тут же обратил внимание на Чую и Акутагаву, которые о чем-то весело болтали, сидя за первой партой. В груди снова неприятно кольнуло. Да быть такого не может. Осаму окинул взглядом помещение, примечая свободное место для себя. Кеки сегодня не было видно, и поэтому Дазай решил занять ее часть парты рядом с Ацуши. Тигр уже вошел в класс и лишь дружелюбно улыбнулся своему соседу. Тигр… А ведь прозвали его так достаточно давно, по совсем глупой причине. Накаджима стал школьным талисманом, отплясывая на спортивном поле в костюме белого тигра. — Как вы себя чувствуете? — обеспокоенно спросил Ацуши, присаживаясь со своим другом. — Дазай-сан… Позвольте… Я провожу вас до дома? — До дома? — Дазай замер, удивленно приоткрыв рот. Что же происходит в твой голове? — Ну, да. Раньше вы часто позволяли мне провожать вас, — Накаджима неловко усмехнулся. — Ну конечно, — шатен похлопал соседа по плечу, после чего погрузился в тему урока. Каждую минуту он бросал гневный взгляд в сторону Накахары, чувствовал, как в груди будто огонь пылает, но виду не подавал. Правда, Ацуши все равно то и дело взволнованно смотрел на Дазая, но гораздо чаще на мерзкую метку на своем запястье, что постоянно ныла и отвлекала его от занятий. Дазай в свою очередь подмечал поведение Тигра, сравнивал его предполагаемые ощущения со своими, и внезапно ему в голову пришла гениальная (или нет?..) идея. Забинтованный тихонько потянул Накаджиму под партой за штанину. Тот незамедлительно отреагировал, вытаращив на Осаму свои фиолетово-желтые глаза. — Ч-что вы делаете? — прошипел Ацуши, пытаясь одним ухом слушать Дазая, а вторым — учителя. — Не обращай внимания, — суицидник отмахнулся, как ни в чем не бывало. Стараясь не привлекать к себе слишком много внимания, он сжал под партой холодную, маленькую ручонку Ацуши, оплетая его аккуратные пальчики своими — длинными и тонкими, на которых местами виднелись следы от порезов. Накаджима же смущенно покраснел, однако руку убирать не стал, даже как будто увереннее сжав ладонь Дазая. Последний принялся ждать. Конечно, это были лишь догадки… Но, а вдруг? Чуя, сидевший через две парты от Осаму и Ацуши, тихо зашипел, крепко сжимая ручку, отчего та чуть не сломалась пополам. На вопросительный взгляд Акутагавы он лишь махнул рукой, стараясь держать себя в руках. Глупый, глупый малыш Чуя. Ты хотел испортить жизнь мне? Что ж, приготовься к худшему. Теперь я стану твоим самым страшным сном. Дазай удовлетворенно улыбнулся, отпуская руку соседа. Дождавшись окончания урока, шатен решил вернуться к вопросу Ацуши, касающегося их планов после уроков. Он помог другу собрать учебники в старенький рюкзак, который тут же подхватил на свои плечи. Накаджима вновь покраснел — во-первых, он стеснялся своего старого потрепанного рюкзака, а во-вторых… Ну как же это, главный красавец школы, завидный отличник Дазай Осаму несет его вещи! — Слушай, а как насчет заглянуть в кафе после школы? — спросил забинтованный, как будто для него пригласить парня на, практически, свидание было делом совершенно обыденным. — Как скажете, вот только… Ну, я… — невероятных сил стоило признаться Ацуши в том, что он на мели. Все деньги этого парнишки шли на обучение в старшей школе, да на редкие книги. Жил он совершенно один, поскольку являлся круглым сиротой. Конечно, у него был опекун, но вот никто о нем никогда и ничего не слышал. И обо всем этом Дазай прекрасно знал, потому и приглашал Накаджиму выпить по коктейлю за свой счет. — Но как же… — Ацуши неловко мялся, ему было не очень приятно, что кто-то собирается за него платить. — Послушай, это мое решение, ладно? — Дазай посмотрел ему в глаза, приподняв голову за подбородок. Подобный жест не мог остаться без внимания воздыхательниц Осаму, которые тут же стали прожигать Тигра ревнивыми взглядами. Безусловно, Дазая часто видели с разными девушками. Он был невероятным сердцеедом, и даже когда наступал момент расставания с очередной дамой, та не спешила оставлять несчастного суицидника в покое. Еще пару месяцев он получал любовные письма, какие-то подарки, звонки будили его посреди ночи, пока он не добавлял ненужные номера в черный список. Но случалось и такое, что Осаму появлялся в компании лиц противоположного пола. Сплетни и слухи разлетались по старшей школе Йокогамы невероятно быстро, и стоило только Дазаю обмолвиться парой слов с Ацуши на уроке, как половина школьников уже считала их парой. Однако открыто о своих гомосексуальных отношениях парень никогда не заявлял. А по факту, толком и не вступал в них, несмотря на то, что всегда считал это интересным опытом. Но все его попытки заканчивались на паре встреч, после чего он понимал, что его «не зацепило», либо, что попросту ему это не нужно. Вот и сейчас он шел по школе, провожаемый взглядами одноклассниц и одноклассников, болтал о математике с Накаджимой, а сам про себя то и дело думал про Чую. Неспроста же это все. Остановившись возле своего шкафчика, Дазай взял Ацуши за руку, предварительно приподняв рукав. Он думал, не могут ли их метки быть связаны… — Расскажешь мне, как она появилась? — спросил шатен, проводя изящными пальцами по запястью Тигра. Уж очень их метки были похожи. — Я обнаружил ее наутро, — Накаджима пожал плечами, будто эта странная хрень вовсе и не мешала ему жить. — Иногда побаливает, особенно сегодня болело, но я думаю, это из-за того, что я упал на руку, когда споткнулся. — Тебе что-нибудь снилось в ту ночь? — Ну… — Ацуши вновь покраснел. Какой же он забавный. — Мне снился Аку… тагава… — Надо же… — Дазай задумался и отпустил руку друга. Нам снятся наши враги? Не понимаю ничего… — Так что насчет кафе? Ты согласен? — Если вы настаиваете, — Накаджима стоял, переминаясь с ноги на ногу и постоянно переводя взгляд с одного предмета или человека на другой.***
На выходе из школы, Дазай бросил прощальный взгляд в сторону Чуи. Конечно, он делал это неосознанно, однако какая-то ядовитая тоска закралась в его сердце в ожидании их следующей встречи. Кто же знает, чем она закончится? Вот забинтованного догоняет запыхавшийся Ацуши, который уж слишком долго у своего шкафчика ковырялся. По дороге в кафе эти двое обсуждали прошедший день, и не могли не обсудить всю эту странную ерунду, что творилась в последнее время. — Как думаешь, что это может быть? — спросил Дазай, вновь отбирая у Ацуши его рюкзак. — Вообще никаких… — беловолосый разочарованно выдохнул, завороженно наблюдая за голубем и его голубкой. — Может, они связывают людей друг с другом?.. Хотя, бред какой-то. — Ну почему же, — Осаму улыбнулся и взял Тигра за руку, потирая большим пальцем помеченное запястье. Накаджима вновь раскраснелся. — Ну ты чего? — Я… Ничего… — пунцовые щеки очаровательно контрастировали с белыми, не очень ровно стрижеными волосами, что умиляло Дазая. — Вообще, у меня к тебе есть серьезный разговор. Но, я думаю, обсудим это уже в кафе. Ацуши что-то неразборчиво хмыкнул в ответ, и всю дорогу до заведения они шли молча. Кафе располагалось буквально в двух шагах от дома Осаму, а потому он там был очень частым гостем. Подружившись с нужными людьми, он даже смог покупать алкоголь, когда меланхолия накрывала его с головой. Сегодня большая часть столиков пустовала, и Дазай решил выбрать тот, что подальше от входа. — Что ты будешь, Ацуши? — спросил Осаму у своего нерешительного спутника, облокачиваясь на барную стойку. — На ваш вку… — одного взгляда жестоких карих глаз было достаточно для того, чтобы Накаджима осознал одну вещь — если он и дальше будет так мяться, господин Дазай будет злиться. — Что-нибудь с белым шоколадом… — Отлично! — забинтованный повернулся к улыбчивой блондинке за кассой. — Нам, пожалуйста, коктейль с белым шоколадом и малиной и… капучино без сахара. Девушка выдала своим клиентам чек, после чего передала на кухню заказ и сама скрылась из виду. Ацуши тем временем сложил все вещи на мягкое сиденье, стараясь особенно осторожно обращаться с пальто Дазая. Сам же Осаму сел напротив Тигра и пристально всматривался в его глаза. Накаджима невольно поерзал, однако через минуту уже сам тонул во взгляде суицидника. Какая-то неведомая сила словно притягивала его к Дазаю. Но от всех размышлений их обоих отвлек голос официанта… — Пожалуйста, ваш за… Дазай?! — Чуя! Ты хоть где-то можешь меня не преследовать? — Дазай хоть и улыбался, но скрытую злобу, даже угрозу, трудно было не заметить. — Ты, уебок! — рыжий вцепился в ворот рубашки Осаму, но как только тот встал, сразу же отпустил. — Молись, чтобы я не плюнул в твой сраный кофе. — Это было бы слишком низко. Для тебя особенно, малыш Чуя, — шатен вложил в эти слова столько яда, сколько он в своей жизни не пил. Накахара готов был взорваться прямо на месте, уничтожив с собой и мерзкого Дазая, который «портил всю его жизнь». А ведь их глупое соперничество ничего и не значило, лишь драки, которые со временем случались все реже, вносили какое-то разнообразие в рутину обоих. Чуя практически каждый день торчал допоздна на работе, чтобы хватало денег на жизнь, а Дазай проводил вечера в мыслях об очередной попытке самоубийства. Может, они отвлекали друг друга от того, чтобы свести счеты с жизнью. А может… — Я уничтожу тебя, Осаму. Когда-нибудь. Растопчу тебя, — прорычал Чуя, ставя поднос с заказом на стол и удаляясь, желая, чтобы последнее слово осталось за ним. Но как бы не так. — Тогда ты исполнишь мою самую главную мечту, — крикнул Дазай ему в ответ, присаживаясь на место напротив Ацуши. — Не обращай внимания на этого дурака. Он ничего не стоит. — Но… — Накаджима хотел было завалить своего друга вопросами, однако вместо этого принялся пить через трубочку свой коктейль, втайне благодаря Дазая от всего сердца. — О чем вы хотели поговорить? — Ах, точно! Уже давно суицидник приходил домой и… Его там никто не ждал. Родители, которых он всю жизнь едва знал, вновь уехали, даже не сказав своему сыну, куда. Он даже стал оставлять телевизор включенным, чтобы ощущение одиночества не душило его заместо петли, которую Дазай предпочел бы накинуть на себя сам. — Вы предлагаете?.. — и без того огромные глаза Ацуши сделались еще больше, а румянец с щек будто вовсе передумал сходить. — Я… Я не могу, мой… Мой… — Он ведь даже не разговаривает с тобой, — Осаму лениво откинулся в кресле, поднося чашку кофе ко рту. — А учитывая, что ты отдаешь часть своих денег в плату за квартиру… Я думаю, что предлагаю тебе идеальный вариант. — Но сколько я вам буду должен?.. — Тигр тут же заметался, он заметно нервничал. Конечно, Ацуши хотел тут же заорать: «Да! Да, я согласен! Заберите меня Дазай-сан!» Он был готов душу продать за спасение из того кошмара, в котором живет уже долгие годы. Но и просто жить паразитом ему не хотелось. Он и так себя ощущает им с самого начала своей жизни… — Тогда, может, на выходных я помогу тебе перенести вещи? Ты же совсем рядом со мной живешь, — подытожил долгий разговор Осаму, покончив заодно и с кофе. — Х-хорошо… Собравшись, Дазай вновь бросил взгляд в сторону Чуи. Тот сидел за кассой, болтая с блондинкой, будто они были давно знакомы. Однако раньше забинтованный не встречал своего врага в этом заведении, хотя посещает его исправно не первый месяц. Подождав, пока Ацуши выйдет из кафе, Осаму кинул на стойку пару монет, самодовольно хмыкнув. Накахара осыпал его вслед проклятиями, однако деньги все же принял — их хватит на скромный ужин.***
POV Чуя Накахара
Да что вообще себе возомнил этот ебнутый Дазай?! Чуя прокручивал в голове весь сегодняшний день, в то время как ванна наполнялась горячей водой. Стащив с себя одежду и бросив ее в стирку, парень медленно опустился в ванну, чувствуя, как все напряжение будто стекает с его тела вместе с каплями воды. Очень редко случалось так, что Чуя пропускал водные процедуры. И если он оказывался слишком вымотанным вечером, так, что сил его едва хватало, чтобы доползти до постели, рыжий принимал душ утром, из-за чего нередко опаздывал на первый урок. Сегодня он долго валяться не стал, а потому, быстро помывшись и включив стиральную машину на ночной режим, он побрел в комнату, тут же падая на свою мятую кровать. Мыться сам он просто обожал, но что касалось остальных аспектов его жизни… Там он за порядком не особо следил. Постельное белье менял при необходимости, мусор выбрасывал, когда мешки уже переполнялись. Про его рабочее место нечего и говорить. Все завалено его скромными, но неплохими рисунками, у стола стояла дешевенькая акустическая гитара, на которой Чуя бренчал под настроение. В квартире, как и у Дазая, было пусто. Довольно многое объединяло заклятых врагов, однако они об этом даже и не подозревали. Накахара отбросил полотенце и завернулся в одеяло. Он невероятно устал, а потому сон накрыл его просто мгновенно. Нет… Прошу тебя… Трудно сказать, что происходило в рыжей лохматой голове, пока Чуя что-то бормотал сквозь сон. Дрожащими руками он прижимал к себе подушку, то и дело всхлипывая. Зачем… Зачем ты это делаешь? Очередной кошмар посетил несчастного подростка, которого сейчас даже некому было утешить. «Я твой самый страшный сон, Чуя. И ты это знаешь,» — проносилось из раза в раз в мыслях Накахары и неимоверно его пугало. Уходи… Убирайся! Ночную тишину прерывает звук гудков. Заплаканное лицо Чуи освещает тусклый свет экрана его телефона. Часы показывают 02:43. — Да? — раздается замученный, однако совсем не сонный голос на том конце. — Ты можешь приехать? — будто умоляет Чуя. — Акутагава…
