Тот, кто подарил смысл жить

Около месяца понадобилось Чуе, чтобы наконец решиться впустить в свою квартиру Дазая для совместной жизни. Когда он в прошлый раз остался на ночь, дочь почти пищала от счастья, а теперь она могла позволить себе не только это. Девочка помогла своему отцу разобрать вещи, показала ему свою комнату и игрушки, пригласила на ненастоящее чаепитие. Что ж, отказать было трудно, это ведь такой соблазн. Сатоко налила невидимого чая, а затем начала свой рассказ о том, каким счастливым выглядел ее родитель, когда сообщил дочери о скором переезде Осаму. Невозможно представить, как широко будет улыбаться рыжий, когда его бывший напарник предложит ему свои руку и сердце. Было уже за полночь, когда голубоглазая шатенка впервые зевнула, сонно потирая глазки. Она еще какое-то время отказывалась ложиться, а затем пошла на компромисс, сказав, что ляжет, если Дазай прочитает ей на ночь сказку. Он даже не успел дочитать, когда девочка наконец заснула со слабой улыбочкой на лице. А Чуя за всем этим наблюдал. Наблюдал и почему-то начинал ревновать. То ли дочь к своему парню, то ли наоборот. В любом случае он хотел отомстить этому суициднику, который уж слишком хорошо ладит с малышкой. Заглянув в свой шкаф, омега отыскал самое сексуальное белье из не особо большого выбора. Оно там было единственным таким. Таким…женственным и кружевным. А ведь Накахара даже не помнит, когда купил его, возможно, ему даже подарили, хотя, кто бы посмел сделать такое. Напялив на себя это некое подобие пижамки, которое вообще почти не прикрывало его тело, рыжик лег в постель, не набрасывая одеяла на себя, чтобы позволить альфе лицезреть всю эту картину сразу после входа в комнату. Так и произошло. Как только шатен переступил порог спальни и закрыл за собой дверь, он обернулся в сторону кровати, видя устроившегося спиной к нему Чую, который заманчиво выставил зад, соблазняя похлеще всяких чаепитий Сатоко. Что ж, почему бы не воспользоваться ситуацией? Детектив стянул с себя рубашку и брюки, аккуратно ложась рядышком со своей парой. Его ладонь уже тянулась к чужому бедру, когда мафиози вдруг подал голос: — Похоже, вы хорошо с ней провели время. Даже обо мне ни разу не вспомнили… А эта сказка, кажется, была очень интересной, раз Сатоко такой довольной заснула… — его тон был явно не особо радостным. Он… завидовал своей дочери? Очень похоже на это. Ох, неужели омега тоже хочет сказочку на ночь? Раз так, Осаму подарит ему сказку. Самую яркую сказку на ночь в жизни голубоглазого. — О, так в этой квартире не один ребенок… — тихо усмехнулся альфа, все же опуская руку на талию Накахары, слегка поглаживая его по ней. — Чуя тоже хочет что-нибудь приятное перед сном? Хорошо, как насчёт… твоей любимой игры?... — широкая ладонь двинулась вверх, залезая под полупрозрачную верхнюю часть пижамы мафиози. Дазай придвинулся ближе, почти вплотную. Если Накахара сейчас двинет бедрами, то неизбежно потрется о достоинство альфы через одежду, этого-то молодой отец и ждал. Вскоре пальцы настигли одно из самых чувствительных мест у многих омег – соски. Между указательным и средним был зажат один из них, причем далеко неслабо, ибо шатен знал, что мафиози любит такое обращение – научился за последний месяц встреч в разных местах, где есть кровать. — О, ты так хочешь поиграть?~ — Чуя вдруг стал каким-то подозрительно кокетливым, наконец двигая бедрами и, конечно, замечая, на что наткнулся, не упуская момента и добровольно потираясь с особым пристрастием, будто все так и задумывалось с самого начала. Осаму пока не знает, что коварный план его партнера заключается во фразе «Возбудим и не дадим», однако скоро поймет. Уже наступил тот самый момент, когда альфа во всю распускал руки, касаясь каждого сантиметра чужого тела, по-настоящему лапая, будто лет десять не видел и не трогал омег, а рыжий мог лишь тяжело и как можно тише выдыхать, боясь сказать что-либо, лишь бы дочь за стеной не разбудить. Но нужно было сказать это. Именно в эту секунду. — Дазай… подо…подожди… — шепотом выдавливал из себя голубоглазый, когда его кавалер вдруг завалил его на постель спиной, нависая прямо над беззащитным и дрожащим телом. Долго ждать не пришлось, и уже спустя секунду после смены позы руки альфы высоко задрали верхнюю часть чужой пижамки, позволяя впиться их хозяину в бледную кожу губами, оставляя следы от влажных поцелуев на ней, быстро и стремительно спускаясь ниже, стягивая полупрозрачные шортики до колен, когда его наконец удалось остановить: — С-стой… мы не можем так просто переспать… сегодня ведь т-тяжелый день был… — голос звучал неуверенно, постоянно перебиваясь вздохами, а личико Чуи сейчас лишь подчеркивало его возбуждение. Останавливаться было бы глупо. Что ж, этот пранк вышел из-под контроля. — А мы и не переспим… я просто трахну тебя, а ты будешь всеми действиями показывать, как тебе это нравится… что скажешь, хорошая ведь идея?~ — похотливый взгляд блестящих призакрытых глаз заставил Накахару потерять всякое здравое мышление. Однако так просто проигрывать нельзя, испортить заранее подготовленный план совсем не в стиле мафиози, в то время как его шортики уже оказались в другом конце комнаты, а ноги были широко расставлены, позволяя суициднику лицезреть все, что можно и нельзя. Один из длинных палец альфы бесстрашно коснулся сокращающегося отверстия молодой мамочки, обводя его контур, поджидая нужного момента для входа. — Прекрати… говорить и делать такие вещи… я ведь говорил, что не собираюсь делать этого больше до свадь- — невнятные речи остановил внезапный сдавленный стон, когда тот самый палец вдруг вторгнулся в скользкий проход, погружаясь полностью, слегка, лишь слегка, но ощутимо задевая вход в матку. Учащенное дыхание сбилось вновь, теперь его уже не восстановить, даже пытаться не стоит, и Чуя понял это, замолкая в каком-то смысле этого слова. Кажется, план всё-таки полностью провален. А, нет, полностью провален он был в ту секунду, когда со словами «Нам даже смазка не понадобится» Дазай вытащил палец, оттягивая край своего белья. Никакой растяжки. А значит никакого молчания. Чертов Осаму абсолютно не жалеет своего бывшего напарника, которому придется всеми силами контролировать себя в момент, когда это просто невозможно, а так же дочь, которая может запросто проснуться и решить заглянуть к мамочке и папочке в незапертую комнату. — Хотел пошутить надо мной, да?... Что ж, тогда и я пошучу сейчас… — вновь усмехнулся альфа, грубо разворачивая рыжего спиной к себе и заставляя встать на четвереньки. Однако не все так просто. Запястья омеги оказались в ладонях партнера сразу же, лишая мафиози возможности прикрывать себе рот чем-либо. Сдерживать себя таким образом намного сложнее. Рыжик еще верил, что детектив просто шутит и не станет входить так скоро, только вот вся надежда была утрачена, когда нечто очень горячее и большое вдруг стало потираться между ягодицами голубоглазого, особое внимание уделяя отверстию, слегка замедляясь, когда головка достоинства доходила до его уровня. В первый раз Чуя сдержаться точно не сможет. Ибо не знает, когда он произойдет. В прочем, во второй, третий и все последующие он тоже не сможет сделать этого по этой же причине. Никакой надежды на сохранение этой ночи в тайне. Мафиози и дальше бы продолжил рассуждать обо всем, если бы во время очередного такого движения Осаму не сменил курс, теперь упираясь точно в то самое отверстие омеги, тем самым сообщая, что нужно подготовить себя к скорому проникновению. Но как бы Чуя не готовился, у него бы все равно ничего не получилось, ибо его парень сдвинулся с места как раз в ту секунду, когда рыжий приоткрыл рот, чтобы глотнуть воздуха. Толчок бедрами вогнал способный порвать любого девственника(и не только) член глубоко внутрь небольшого тела, вторгаясь прямо в еле задетую ранее матку, упираясь в противоположную от входа ее стенку. Сладкий стон разнесся по комнате. Таких громких звуков от бывшего напарника Дазай еще не слышал. Похоже, этой сучке нравится, когда их могут услышать и заметить, чертов бесстыдник. Ему повезло, что детектив уже планировал его трахнуть, а потому заткнул дочери ушки детскими берушами, когда она заснула. — Подо!... С-стой!... Не дви…гайся… она может проснуться… — Накахара старался говорить как можно более внятно, только вот получалось не очень, ибо с каждым вздохом и словом достоинство внутри ощущалось как нельзя лучше. Сделав вид, что ему не плевать, шатен дождался окончания слов омеги, а затем все так же без предупреждения медленно выходя из него, давая две секунды на то, чтобы попытаться восстановиться, после вновь двигаясь, на этот раз после первого совершая и второй толчок, а после третий и еще один, набирая темп быстрее обычного, покрепче сжимая чужие запястья, ох, на них наверняка останутся следы. Осаму заставил рыжего кончить трижды, прежде чем сделать это самому, успевая вытащить во время, ведь никаким презервативом они не пользовались сейчас. — Чертов… придурок… я тебя ненавижу… — с перерывами на тяжелое дыхание еле выговаривал Чуя, более не сдерживаемый никем, а потому упавший на мягкую, но запачканную постель. Следующим утром омеге понадобилось время, чтобы наконец просто встать на ноги. После вчерашнего они просто отказывались нормально ходить. Однако самым страшным моментом был тот, где нужно было зайти к Сатоко и разбудить ее. Удивленное облегчение вперемешку со злостью охватило мафиози. Он был рад, что дочь ничего не слышала, благодаря берушам, однако был зол, ибо никто ему об этом не сказал. Что ж, их ждет веселая жизнь втроем, полная таких и многих других моментов. Скучно не будет никому из них.