Нерассказанная история

      Платформу оглушил гудок. Оставалось пять минут до отбытия поезда. Воздух был пропитан дымом и запахом народа. Все смешивалось в кучу. Начали повышаться крики родителей, которые прощались с детьми, радостные вопли некоторых подростков, шум двигателей поезда, голоса проводников. Шум наполнял до краев. Девушка стояла и смотрела с широко открытыми глазами на все это. Рядом с ногой стоял чемодан, остальное уже забрали в отсек багажа. Поудобней схватив ручку портфеля, она двинулась в плацкартный вагон.       Помотавшись, девушка нашла свободное купе и присела туда. Блондинка, под тяжестью своих мыслей, сидела и смотрела на пол. Иногда, когда я просыпалась с утра, то делала все как надо. Я жила и живу. Все естественно. Утренние сборы, прощание с тетей, проход сквозь каменную стену, идти через толпу в вагон, видеть красно-черный Экспресс, отдать не нужный багаж. Только сейчас, когда стоишь один — хоть и в толпе, но все равно один — и смотришь на открытую дверь, в которую входят студенты, понимаешь, что это не твоя жизнь. Ты забываешься. Все чужое. Не твое. Почему получилось так? Пол под ногами был бежевого оттенка, диван был обтянут красной тканью, на ногах были туфли с небольшим каблуком. Руки медленно зарылись в волосах и чуть сжали их. Как будто проваливаешься под тяжестью собственного мышления. Я вздохнула и оставила в покое свою голову. Свою, вот именно. Сейчас живу я. И у меня впереди невероятная жизнь и история. Мало ли, кто был и что с ним было. Сейчас мое время. Взрыв, красный луч боли, воспоминания слишком плаксивой и чувствительной Мери остались позади. Теперь идет настоящие.       Так продолжалось в течение пары минут, пока ее не прервали. Дверь отодвинулась и на диван напротив присела девушка. На свою соседку она даже не бросила взгляда. Закинув чемодан наверх, она села на место возле окна и уставилась туда.       Я внимательно осмотрела свою попутчицу. Прямые черные волосы доходящие до лопаток, острые черты лица, четкие скулы. Стройная фигура и хорошая одежда на ней. Сидела она нога на ногу, одна рука покоилась на бедре, другая поддерживала голову. Вздохнув, отвела взгляд и снова начала рассматривать пол. Затем, я скинула обувь и с ногами залезла на диван. Спиной оперлась о стык стены следующего купы и коридора.       — Привет, я Мери, — внимательно смотрела на брюнетку. Она дернулась и уставилась на меня с удивлением.       — Привет, — ее голос прозвучал тихо, — а я Стефани. Твоя соседка по комнате.       Теперь настала моя очередь удивляться. Я с большим вниманием оглядела Стефани и пыталась хоть капельку вспомнить ее. В голове была пустота и ничего не приходило на ум. Тут я поняла свою проколку. Девушка все так же смотрела на меня.       — Я решила начать наше знакомство заново.       Брови у собеседницы приподнялись. Она хохотнула и повернулась ко мне. Поезд мирно ехал по своим путям. В купе стояла атмосфера интереса. Некоторый шум из остального вагона проникал, но никто не обращал на него внимание.       — Что ж, за пять лет нашего проживания, это интересная идея, — голос сквозил холодным весельем. — Мери.       — Да. Это очень интересно. — Надменность знакомой раздражала и уже я начала подумывать, что зря начала разговор. — Как прошло твое лето? Стефани.       Поначалу общение выдалось трагично скучным. Затем подъехала тележка со сладостями, мы обе взяли палочки из лакрицы и начал разговор заново. И оказалось не зря. Собеседница оттаяла. Она как будто ожидала от меня, какого-то выпада, но заметив, что ничего не происходит, начала весело и открыто говорить. Я, увидев ее изменение, тоже повеселела и присела поближе. В итоге, весь путь мы проговорили и просмеялись.       Когда мы начали выходить из поезда, девушка убежала к своим друзьям. Вздохнув и почесав затылок, я двинулась за толпой. Нас отметили возле ворот и начали рассаживать по каретам. Со стороны послышался оклик, взглянув, я увидела мою старую-новую знакомую.       — Мери, садись к нам, — от этих слов ее друзья уставились на неё, но она продолжила. — Тут есть еще одно место.       Я с радостной улыбкой двинулась к ней. Поздоровавшись со всеми и поняв, что они не рады мне, уставилась на брюнетку. На это она только дернула плечами мол «сама понимаешь». А я ничего не понимаю. Неужто у предыдущей хозяйки были настолько плохие отношения с окружением? И в воспоминаниях предательски ничего не всплывало. Ни бывшего круга общения, ни ситуаций с этими людьми, ни даже их имен. Парень, сидевший в углу кареты, наклонился и поздоровался со мной.       — Я слышал о событиях этого лета. Сочувствую. — Он говорил искренне и явно не прочь завязать разговор.       — Спасибо. — Ответила, хотя и не очень понимала, о чем он конкретно. — Я тут побеседовала со Стефани и узнала о новых перестройках в учебном плане. Ты слышал о них?       — Конечно, — он усмехнулся, — ведь это я писал ей об этом.       Крис оказался легким на общение и болтуном. Брюнетка сразу примкнула к разговору. Имя я узнала благодаря ей. В карете сидел парень по имени Рик и девушка с миловидным голосом Лиззи. Они так и не начали обращать на меня внимания, а по части отмалчивались и не ввязывались в беседу.       Дорога до школы и Большого Зала была знакома. Каждый уголок всплывал в голове. Территория Хогвартса и сам замок я знала. Праздничный ужин оказался просто великолепен. Стол был переполнен едой и напитками. Помещение было заполнено смехом и быстрыми переговорами. Парнишка слева громко и четко рассказывал о событиях свалившихся на его долю эти летом. Он яростно жестикулировал и махал вилкой. Справа Стефани показывала всем нашивку старосты и принимала похвалу. Оказалось, что она посидела в вагоне для старост на собрании, а потом отправилась отдохнуть от информации в менее забитое купе.       — Поздравляю, Стеф! Надеюсь, ты будешь работать, а не увиливать. — Парень слева похихикал и снова повернулся к своим друзьям.       К стойке с филином подошел болезненного вида пожилой мужчина. Его серая мантия до пола переливалась яркими блестками от света. Он поднял руки вверх и зал утих.       — Поприветствуем новых волшебников!       Двери в помещение открылись, и место между столами заполнили дети. Каждый из них крутил головой, охал и ахал. Возле стула, на середине территории учителей, стоял Салахар и держал в руках черную шляпу. Здравствуй, друг. Твой черед! Сидеть на стуле и гадать. Куда тебя направит ум, А куда направит стать. Твоё дело указать силы и желанья. Моя же суть — показать, куда направится твой путь. Ведь я теперь тебе судья, Мой маленький друг. Пойдешь ты в Пуффендуй, как истинный добряк. Или окажешься на перепутье жизни умника, То дорога в стаю воронов вояк. Когтевран прими его-ка. А если ты хитер и кровь в тебе кипит, То Слизерин придет тебе впритык. Но также есть еще один: для храбрых и умелых! Ты заслужил да примет тебя это семья, И Гриффиндор прокричу я на эти уменья. Я умна и хитра. И направлю туда, Где проведете года и найдете друзей! И не будет вам места милей, Чем мой выбор на ваши дела.       На песню шляпы прогремели аплодисменты и началось распределение. Каждый раз столы хлопали, свистели и улюлюкали, когда к ним шли новенькие. Старосты их встречали у основания стола, обнимали, жали руки в приветствии. Стефани порывалась даже поцеловать в щеку смутившихся детей.       После пира все разошлись по своим комнатам. Я лежала на кровати и рассматривала тяжелые красные балахоны. Они нависали сверху и как будто тянулись к полу. Слышался треск дерева в печке и редкий храп третьей соседки.