Mind game/Игра разума

Четверг. 4 дня после...       Главный отдел полиции штата Арканзас. Здание совсем новое, однако изрядно потрепанное жизнью. Глава штата ровно год назад отправил заявку на получение бюджета для реставрации здания, а сейчас с этого строения от легкого дуновения ветерка ссыпается штукатурка. На самой верхней крыше возвышался шпиль, отбрасывающий тень от солнечных лучей на асфальт. Было раннее утро, стоянка была заполнена служебными машинами. Дежурный полицейский только что сменил своего напарника на посту, который чуть ли не засыпал на ходу после ночного дежурства. Единственным украшением этого забытого места являлись прекрасные клумбы, которые по доброй воле посадил паренек, проходящий стажировку в этом отделе. Ромашки, петуньи, лилии — слишком разный набор растений представлял собой яркое пятнышко на сером фоне. Из-за угла каменной стены участка вывернули опять спорящие о чём-то Оливия и Фред. — Как ты можешь работать, если ты вечно всё забываешь? — обратилась Ливия к своему спутнику. — Я думаю, в его же интересах прийти к нам в участок и дать показания. Поверь, никто не хочет быть участником по такому делу, — самодовольно прощебетал Рондллер, доедая по пути утренний сэндвич из индейки.       Оливия чуть опередила своего коллегу и остановила его рукой. Его галстук ослабился, и девушка решила подтянуть его, чтобы придать общему наряду парня законченный вид. Фредди улыбнулся, умилившись всей сосредоточенности своей спутницы. Он обхватил ее за талию и поцеловал девушку в кончик носа. От такого исхода девушка слегка отпрянула от него, при этом её лицо залилось алыми красками. — Мы опоздаем на работу, Фред, — укоризненно произнесла Оливия и поспешила к главным дверям здания. Фред слегка помедлил и незаметно приблизился к клумбам. Он быстро нарвал самые большие цветы, сформировал кое-как букет и заскочил в здание вслед за спутницей.       Внутри участка уже кипела работа. Оливия сняла верхнюю одежду и аккуратно повесила ее в свой шкаф, попутно включая компьютер и принтер. Вдруг в ее кабинете раздался телефонный звонок. Номер был из приемной. Девушка по ту сторону провода сообщила, что пришёл мистер Броуди, который был приглашен на допрос. — Мелли, проводи его в допросную, мы скоро подойдём, — приятным голосом ответила Ливи. Девушка захватила камеру, ручку и дело со стола, направившись к выходу. Закрыв дверь, она завернула за угол, где ее покорно ждал Рондллер, державший букетик за спиной. — Ну вот видишь, сам пришел, — сказал Фредди, пропуская девушку в кабинет. За столом уже сидел продавец из местного ларька. — Доброе утро, мистер Броуди. Спасибо, что пришли, мы вас долго не задержим, — все тем же приятным голосом поздоровалась Хоккингс. — Что у тебя за спиной? И где этот стажер Принсли, он хотел присутствовать, — обратилась теперь она к напарнику. Фред уже протягивал букет его обладательнице, как вдруг врывается тот самый стажер, которым интересовалась девушка. — Доброе утро, прошу прощения за опоздание. Какой-то нахал решил проредить мои замечательные клумбы, причем умудрился сорва…ть…самые…красивые…цветы, — взгляд взбудораженного паренька быстро переместился на букет в руках агента. Тот быстрым движением руки спрятал свой подарок снова за спину, попутно выдернув его уже из рук Оливии. — Очень красивые цветы, спасибо Принсли, — сказал Фред, еле сдерживая смех от сложившейся ситуации. Оливия лишь ткнула локтем в бок парня и вернулась к допросу. — Мистер Броуди, где вы были в ночь убийства Себастьяна Арилса? — начала Оливия допрос с самых банальных вопросов. — Какие отношения были у вас с погибшим? — В воскресенье меня не было в городе, я уезжал за поставкой продуктов. У меня есть накладная. Я не причем, — начал отпираться мужчина. — Мы вас не обвиняем, ваши показания помогут лишь ускорить процесс раскрытия дела, — улыбнулась Оливия. — Он был покупателем, я продавцом. Ничего большего. — У нас есть сведения, что убитый часто одалживал у вас продукты, не возвращая долги. Это может стать прекрасным мотивом, — вступил агент ФБР. — Да, но через месяц он обычно все приносил. Правда последний долго так и не вернул, но его за него отдал его друг, как же его… Питер. — Хорошо…       В процессе всего допроса, Принсли не раз возмущенно посматривал на агента, который старался избегать прямого зрительного контакта с молодым стажером. — Кто, по вашему мнению, мог иметь виды на Себастьяна? — Фред откинулся на стену и сцепил руки в замок. — На прошлой недели, когда Себастьян пришел в магазин, его подкараулил сын директора со своими оболтусами. Мне дела нет никого до них, но они были настроены враждебно, — повествовал Броуди, пытаясь вспомнить прошлую неделю. — Снова они… — устало вздохнула Оливия, закрывая папку допроса — Благодарим вас за содействие, мы надеемся, что вас здесь больше не увидим, — с некой язвинкой произнес Рондллер. Однако Броуди оценил шутку молодого агента и, кряхтя, встал из-за стола. — Принсли, будь добр, занеси камеру ко мне в кабинет и можешь быть свободен. Парень одобрительно кивнул, взял камеру, однако перед самым выходом окинул Фреда подозрительным взглядом. — Ты видела, акула прям. Подумаешь, сорвал цветы. Я же не уничтожил их, а лишь презентовал самой милой девушке на свете. При этих словах Хоккингс чмокнула в щеку парня и вышла вслед за стажером. — Что дальше? — спросил Фред и открыл дверь в кабинет следователя. — Самое скучное — перенесение всего допроса в базу. Придётся повозиться, нам установили новый сервер, еще не разобралась. Будь добр, сделай кофе, раз ты свободен. Оливия села за стол, открывая папку с сегодняшним допросом. Хотя девушка и совсем недавно была переведена в этот отдел, гора дел на её столе была исполинская. Как отмечали ее коллеги, предыдущий следователь в силу своего возраста просто не успевал разобрать больше одного дела, а тем более переносить их в базу данных. Поэтому вся муторная работа в первый же рабочий день свалилась на плечи девушки. Однако отвлечемся от стола и осмотрим помещение. Кабинет отличался необыкновенной аккуратностью, скорее даже болезненной идеальностью. Стол и стул были расставлены в строгой симметрии, картины на стене, карта города висели в строгой разметке, о чем можно судить по легким следам карандаша на стене, которые явно были сделаны для наибольшей точности. Апогея всего порядка — письменный стол. Блокнот лежал строго в углу, карандаши и ручки сложены в соответствии с размером и цветом, новые дела отмечены розовым стикером, завершенные дела — синим, необходимые для внесения в базу — зеленые, на стадии разработки — желтые. Рука девушки потянулась как раз к стопке с зелеными пометками. Дело Себастьяна стоило бы отнести сразу ко всей цветовой гамме, так как оно было уже и новым, и закрытым, и разработанным, и внесенным в базу. Оливия легкой рукой откинула первую страницу допроса, где в верхней части была прикреплена фотография продавца. На экране наконец появилась строка для внесения нового допроса. — Б-Р-О-У-Д-И. Допрос, — девушка быстро перенесла основную информацию и принялась детально перечитывать основу допроса.       На экране со скоростью света начали появляться диалоги и ответы допрашиваемого. Вот в дверь уже заходит Фред, держа кружки с дымящимся содержимым. Запах кофе сиюминутно окутал все пространство, привлекая внимание девушки. Она слегка постучала по столу в том месте, куда обычно ставила чашку. Несмотря на зависимость от этого напитка, на столе девушки нельзя было увидеть характерных кофейных кружочков, которые буквально въедаются в поверхность. Удивительная аккуратность. — Кофе, с молоком и без сахара, — агент поставил кружку на стол и устроился на диване возле небольшого окна. Погода за окном была совершенно противоположная этому серому зданию. Солнце буквально ослепляло, нагревая здание, которое было похоже на холодильник после ночного дождя. — Ты не подумала съездить отдохнуть после окончания дела? Может даже я покажу тебе Нью-Йорк. Как смотришь на это? — Рондллер повернулся к девушке, которая видимо его не услышала, так как полностью была вовлечена в перепечатывание. — Ливи, ты такими темпами вообще себя в могилу загонишь. Надо отдыхать… Тогда договорились, после всего этого, рванем ко мне.       Девушка лишь одобрительно кивнула, не поворачивая голову в сторону оратора. Оливии некогда было отвлекаться на постороннюю болтовню, хотя расслабиться ей и вправду не помешало бы. С приходом к новой должности она совершенно забросила все вокруг, не говоря о личной жизни.  — Хоккингс, ты меня вообще слышала? Вот так умру, никто и не заметит…  — Что ты ко мне пристаешь, у тебя самого дел нет?  — Пока я в этом городке как в отпуске, так что да…  — Лучше отнеси стопку с синими стикерами в архив, у меня нет времени на это, тем более ты без дела, — Оливия передвинула стопку на край стола, чтобы парень взял ее. Рондллер прихватил с собой уже пустые чашки и вышел вон. Коридор в этом отделении полиции был полностью увешан лицами либо пропавших, либо преступников. Серые стены внутри выглядели гораздо лучше внешних, однако и нах них сказалась тяжелая карма данного места. Рондллер, хоть и был здесь уже 2 недели, все никак не мог запомнить расположение кабинетов, постоянно плутая из одного угла в другой. Но благодаря этим попыткам он намертво вбил себе в голову расположение столовой, комнаты допроса и кабинета следователя. Однако нет, еще кабинет Кэтчпула, из которого постоянно слышны недовольные крики мужчины. Фред обогнул последний поворот и оказался у дверей небольшой столовой, откуда потягивало вкусной свежей выпечкой. Парень было хотел купить парочку плюшек, но папки в руке напомнили о себе. Он быстро дошёл до архива, скинул папки при входе и так же быстро вернулся обратно на диван к окну.  — Отлично, ты пришёл. Слушай, неужели нам придётся опять допрашивать этих парней?  — Видимо да, но что-то мне подсказывает, что мы попали в петлю, они опять скажут на другого, тот снова на еще одного. По прошествии некоторых дней мы снова будем сидеть здесь, и ты снова задашь мне этот самый вопрос, — Фред прикрыл окно и направился к компьютеру.  — Но мы все равно проверим их, вдруг всплывет что-то новое… После этих слов оба снова уткнулись в компьютер.  — Я предлагаю пока оставить дело так, просто обнови базу и пошли гулять, оставь эти дела… Оливия по натуре не бывал бунтаркой, но об отдыхе грезила уже давно.  — Хорошо, -девушка перетащила курсор на кнопку сохранить, однако неожиданно дернулась и нажала на соседнюю кнопку отправить на утверждение. Эта кнопка отправляла весь документ на проверку капитану, чтобы тот заверил документ и утвердил его для закрытия или прочих действий. В этот момент лицо Ливии исказилось.  — Что произошло? — спросил недоуменный агент, глядя на девушку.  — Я отправила документ на подтверждение, — шепотом произнесла она. Ее руки медленно поползли на затылок, сжимая волосы в кулак.  — Ну и что?  — А то, что это дело уже закрыто, а заниматься им он запретил. Думаю, через секунду он уже будет здесь. Предсказание девушки сбылось незамедлительно. Тяжелые мужские шаги приближались к кабинету молодой сотрудницы, заставляя с каждым новым звуком вздрагивать ее. Вот на пороге уже стоял разъяренный Стивен Кэтчпул.  — Какого черта ты делаешь? — обратился мужчина к хрупкой фигуре за столом, — Я выразился недостаточно ясно, что это дело не твоего ума. Хочешь быть уволена в первый же год?  — Нет, — почти неслышно произнесла девушка, которая была напугана до чертиков.  — Лезешь, не пойми куда, а у самой на столе гора выше неё. Не уйдёшь с работы пока не закончишь все дела от прошлого работника, а если узнаю, что это дело и допросы будут повторятся — вылетишь отсюда. На этих словах мужчина с грохотом закрыл дверь и уверенными шагами направился к своему штабу.  — Он хоть сам раскрыл хоть одного дела, сидит у себя там как в замке, принцесса… Ну ты не расстраивайся, я тебе помогу… Фред приставил стул к девушке и придвинул стопку с делами, которые нужно перенести в базу. Работа началась. Пара провозилась с ней до самого вечера, и совсем не заметили, что на улице был шквальный ливень. Когда они оторвали взгляд от компьютера, то удивились — на столе стояло по меньшей мере кружек 10 от испитого кофе, который они поглощали на протяжении всего дня.  — И как нам теперь быть? Где будем допрашивать людей? — Оливия встала и начала поворачиваться в разные стороны, разминая закостенелую спину и суставы. — У меня…ну в мотеле. Я думаю, они не особо будут прикапываться к деталям места, всем нашим подозреваемым самое главное — это побыстрее отделаться от всей этой суматохи.  — Тогда нужно спешить, а то я помню твою холостяцкую берлогу. На эти слова Фред лишь усмехнулся. Они быстро накинули ветровки, выключили все приборы и свет. Когда они вышли на крыльцо, в них сразу подул приятный вечерний ветер, наполненный влагой дождя.  — Точно, забыла, — девушка скрылась за дверьми здания, однако через минуту вышла уже с утренним букетом.  — Ну не пропадать же ему здесь, — она открыла зонтик, и они оба побрели на стоянку за машиной. Под крышей оставалась машина парня и ночного сторожа, который дежурил до самого утра. Пара сложила свои вещи на заднее сиденье и, усевшись спереди, пристегнули ремни. Через мгновение заревел мотор все того же «Volvo», и она с неким скрипом выехала на шоссе.  — Из-за этого дождя, всю дорогу размыло, да и фары не освещают. Как бы вовремя свернуть до отеля. Пока агент вглядывался в еле видную дорогу, Оливия старалась настроить радио, однако либо машина, либо дождь не позволяли этого сделать.  — Если хочешь музыки, у меня в бардачке есть пара кассет, может что и приглянется, — Фред легким движением руки открыл ящик и указал рукой на коробку с ними. Внутри неё лежали старые кассеты времён молодости их родителей. Оливия не знала ни единую группу, поэтому вытащила первую попавшуюся.  — Да ты меломан…Modern Talking Парень вставил кассету в проигрыватель и нажал на кнопку включения. Заиграла приятная мелодия из альбома группы, слова которой явно были знакомы водителю.  — Cheri, Cheri, Lady… — начал тихо напевать Фред поднимая взгляд от дороги.  — Фред, осторожно, — выкрикнула девушка, когда перед ними выскочила огромная фура. Машину начало бросать в разные стороны, с заносами становилось справляться гораздо сложнее. Шины буквально скользили по мокрому асфальту, изворачиваясь от каждой ее неровности.  — Мы же не умрем? — выпалила Ливи, вцепившаяся в кресло автомобиля.  — Рановато еще…  — Фреееед, — после этого выкрика машину резко занесло в лесополосу. Парень пытался изо всех сил объезжать все деревья на своём пути, однако скоро они заехали в овраг, где и заглушили мотор.  — Почему мы не едем? — спросила девушка, приходя в себя.  — Колёса завязли, землю размыло так, что колёса полностью ушли под землю. Надо идти искать подмогу и желательно сухое место, — с этими словами Фред вынул ключ зажигания, достал куртку и необходимые документы и вышел из машины. Оливия решила не отставать от него, поэтому пулей выскочила из машины. Зонт девушки был бессилен против такого потока воды, что его просто силой закрывало обратно.  — Там огни в конце дороги, может это местный бар? — спросил Фред ускоряя шаг в направлении свечения Они вышли на пригорок и какого было их удивление, что огни эти были светильниками нужного им мотеля Фреда.  — Ничего себе, нам сегодня не на шутку повезло. Бежим быстрее, ты вся промокла, — агент подхватил спутницу за руку и направился из леса в сторону тепла. Они влетели в двери мотеля, где ярко светили огни окон. Парень подошёл к стойке и попросил ключ от своего номера, показав карточку постояльца.  — Может, вам нужен чай или что покрепче? — спросила девушка, оглядывая постояльцев с ног до головы  — Да, если можно, — сказала Оливия, вся дрожа от холода.  — Что покрепче, — добавил парень и подмигнул работнице. Они поднялись на второй этаж и направились в конец коридора. Затем послышался звук ключей, открывания замка, и вот дверь распахнулась.  — А я ничего другого и не ожидала, — с улыбкой пролепетала девушка и зашла внутрь. «Порядок» в комнате оставался таким же, как и при первом визите гостьи, поэтому он ее нисколько не смутил. Фред на это лишь пожал плечами и захлопнул двери. — Чёрт… — когда мужчина попытался включить основной свет в комнате, лампочка помигала несколько раз и окончательно потухла.       Комната была залита тёмно-красным светом от уличных фонарей за окном. По стеклу наперегонки скользили множество дождевых капель, придавая некий колорит всей атмосфере. Оливия буквально на ощупь нашла чудом работающую настольную лампу. Приглушенно-желтый свет сделал помещение хоть и недостаточно светлым, но уютным. — Ты хоть понимаешь, как этот слой пыли может отразиться на твоём здоровье? Ты же дышишь этим, — Оливии показалось, что она говорит голосом своей матери, именно эту фразу она слышала практически каждый раз, когда она заходила в комнату дочери. — Честно, понятия не имею откуда тут всегда так много пыли, вчера же только убирались, — Фред откусил кусочек гамбургера, который он заказывал ещё утром, но так и не успел поесть из-за допроса.       Только после этой фразы Оливия поняла, что уже второй день приходит в гости к своему коллеге, и ей это определённо нравится. Девушке всегда было сложно признаваться себе же в своих чувствах. Строгое воспитание, врождённый перфекционизм и желание контролировать свои эмоции часто мешали Ливи понять своё истинное отношение к людям и событиям. Она хотела бы смотреть на некоторые вещи также просто, как её брат Оливер, который всегда жил «здесь и сейчас». Захотел — сменил очередную подработку, без подготовки и предупреждения поехал с друзьями в другой город, внезапно признался в любви девушке, с которой видится первый и последний раз. Без лишних мыслей, бесконечного анализа. И вот сейчас, находясь ночью в мотеле у парня, с которым она знакома меньше недели, она пыталась понять, что чувствует к агенту ФБР с тёмно-синими глазами.       Фред Рондллер похож на тех парней, кто много обещают, говорят без умолку, а потом пропадают из твоей жизни навсегда. Такие люди врываются в серую обыденность быстро, ярко и со вкусом, но исчезают они не менее быстро. Как только им становится скучно в твоей компании, они пускаются в поиск новых эмоций, впечатлений. Любой из живущих сталкивался с такими особами. Они оставляют после себя горький осадок и болезненные воспоминания, которые могут нахлынуть даже через несколько лет. Когда ты пройдёшь мимо кафе, в котором вы мило беседовали, или наткнёшься на передачу, за просмотром которой вы любили проводить время. В таком случае любят говорить, что время лечит, что люди забываются, а события сменяют друг друга, такая вот карусель жизни. Неоспоримо, горечь пройдёт, но память человека коварна, и может вернуть к воспоминаниям в самый неожиданный момент.       Оливия — не тот человек, который способен влюбиться в первого встречного. По крайней мере, она так считала. Глядя как Рондллер убирает с нелепой улыбкой мокрые от дождя волосы, и сидя на кровати в полумраке, жуёт свой бургер, она просто не могла сдержать тихий смешок. — Что ты смеёшься? Что может быть лучше бургера и луковых колечек? — Фред постарался сделать голос обиженного ребёнка. Конечно, он знал ответ на этот вопрос. Лучше может быть только эти несколько дней проведённых рядом с Оливией. К своим 28 годам он перестал считать, сколько девушек ему уже удалось очаровать. Он бы мог назвать себя настоящим разбивателем сердец, если бы не одно «но». Бросали почти всегда его. Парень понимал, что он не самый ответственный человек на Земле, что работа у него не самая лучшая, да и живёт он не в центре Нью-Йорка, но верил в искреннюю любовь, мечтая найти «ту самую», про которую так часто рассказывал его отец. Но в попытках познакомиться почти с каждой девушкой на городских тусовках, он приобрёл не самую лучшую репутацию, после которой почти каждая новая знакомая рассматривала его максимум как хорошего друга, минимум как знакомого на один вечер. Никто не рисковал вступать в отношения с неудавшимся агентом ФБР. Рондллера очень радовал тот факт, что Ливи буквально ничего не знает о нём, она — его шанс начать всё с чистого листа, не совершая ошибки прошлого. Сейчас он даже не против навсегда переехать в этот старый мотель, бесконечно разгребать дела местной полиции, только бы не уезжать от девушки в другой город. В голове он уже представлял, как пройдёт их свадьба, кого он позовёт, как его сёстры будут громко смеяться на весь зал, что даже он стал семьянином. — Лучше может быть раскрытие дела Арилса, — Оливия села на кровать напротив Фреда, забрав из его рук бургер, и сама откусила кусочек. — Хеей… только съехались, а ты уже ешь за мой счёт, — Рондллер подмигнул Ливи, которая из-за усталости сама не поняла, что немного перешла рамки, учитывая, что они знакомы буквально 4 дня. — Я…ой…не смешно, — Хоккингс положила оставшийся кусочек на прикроватную тумбочку. Отряхнув руки, она достала блокнот с номерами телефонов людей, которых они опрашивали. — Так, круг замкнулся, снова компания сына директора. Если мне не изменяет память, с них мы и начинали, — Оливия задумчиво щёлкала ручкой. — Хм, думаешь, стоит с ними поговорить? — Рондллер ударил кулаком в ладошку, намекая на применение силы. — Да, не хватало ещё избивать подростков, хотя конкретно им было бы полезно, — Ливи потянулась к упаковке с луковыми колечками, которые лежали прямо на кровати. — Фу, Рондллер, вредно, — Фредди попытался спародировать её голос и слегка стукнул по тянущейся к вредным колечкам руке. — Рондллер? — Ливи подняла одну бровь. Она хотела поднять серьёзный взгляд на агента, шутки которого выходили из-под контроля, но его наивный взгляд не мог не вызвать улыбку умиления. — Ну… я имел в виду, как будто ты это мне сказала… а не как будто ты Рондллер, ну то есть я не про фамилию…просто… ты так говорила мне…ты не поняла? — Фредди оправдывался как ребёнок, шутку которого не поняли взрослые. — А точно, да, я просто переработала. Ладно, вернёмся к делу. Что будем делать с этим Линком и его компанией? — Оливия всеми силами пыталась абстрагироваться от нерабочей атмосферы. — То есть, гипотетически, ты была бы не против сменить фамилию? — Прекрати. Мы расследуем убийство, Фредди — Ладно-ладно, — агент поднял руки вверх в примирительном жесте. — Есть идеи? — девушка то смотрела в блокнот, то окидывала глазами комнату, только сейчас она поняла, что расстояние между ними чуть меньше метра, это было немного неловко. — В целом, я могу их припугнуть. Позвать их в мотель завтра, положить учебный макет пистолета на стол и спросить напрямую, что у них произошло в том магазине в тот день, про который Броуди говорил сегодня. Они конечно строят из себя крутых, но поверь мне и моему опыту, это просто напуганные детишки, и если они виноваты в смерти своего сверстника, они очень быстро расколются. — Фредди, это Арканзас… ты думаешь, они не видели оружия. Да эти детишки сами придут к тебе сюда с пистолетом, и точно не с макетом. Оба на пару секунд замолчали в попытках переварить всю ситуацию. — Хм… а что если, твои друзья из полиции на всякий случай побудут где-то около мотеля? — Втайне от капитана они ничего не будут делать, этот Кэтчпул потом не отстанет от них, — Ливи взяла ещё несколько луковых колечек. Она явно недооценивала фастфуд. — Кто сказал, что они будут это делать втайне от капитана? — глаза Фредди хитро блеснули, и он сорвался к столу, взяв в руки телефон. — Что? Рондллер, объясни хоть Он быстро набрал чей-то номер, ходя из стороны в сторону. Пока на той линии были гудки, он нервно постукивал по столу пальцами, даже не глядя в сторону своей коллеги. — Алло, Сьюзи…да-да, привет, извини, что так поздно…не сможешь подделать кое-какую подпись? Извини, что вот так внезапно. Дело срочное. Да, там ничего важного, просто подпись одного вредного деда, — Фредди кивнул Оливии и показал жестом, что всё в порядке. — Отлично, солнце, сейчас отправлю тебе на почту, хороших снов, — он сбросил звонок и вновь сел напротив Ливи, которая всем взглядом показывала, что ждём объяснений. — Это моя…быв…старая знакомая. Она мастер по разводам доверчивых и богатых людей, в частности подписи это её конёк, — Рондллер решил умолчать о том, что сам был соучастником некоторых афер в прошлом, когда они ещё были подростками — Фред, я полицейский — И что, а я пасхальный кролик. Подумаешь, просто отправим им приказ с подписью вашего капитана, что у них важная операция, должны будут прикрыть меня в случае чего. — Это так-то нарушение закона, — Ливи недоверчиво кивнула на телефон. — А опрашивать подростков, при этом угрожая им — не нарушение закона? Ливс, пойми, мы либо раскроем это дело, либо будем следовать закону. И тво-о-ой выбор? — Фред протянул 2 луковых колечка, словно красную и синюю таблетку, в левой руке — первый незаконный вариант, а в правой — второй законный. — Так уж и быть, — с этими словами Оливия взяла угощение из левой руки агента. — Так и знал, — довольно хмыкнул Рондллер, съев второе колечко. — А эта Сьюзи, вы давно знакомы? — девушке было как-то неловко спрашивать, поэтому она ответа взгляд, перебирая в руках блокнот. Наверное, это чувство она испытала впервые. Это была не полноценная ревность, а скорее интерес, с кем так мило мог беседовать её напарник. «Солнце, хороших снов», Фред с таким добродушием сказал эти слова. Об эту фразу наивные надежды Оливии разбились, словно волны об крутые скалы. Внешне он ей приглянулся ещё в баре, но девушка по понятным причинам вела себя настороженно. На самом деле за эти 4 дня общения с Рондллером она успела привыкнуть к нему, его странным шуткам. В конце концов, он согласился помочь с трудным делом об убийстве буквально ни за что. — Давно, подруга детства, если так можно сказать, — Фред задумчиво почесал затылок.

***

10 лет назад… — Да ладно тебе, это же восемнадцатилетние, — девушка с осветленными пепельными волосами стояла напротив здания школы, встряхивая правой рукой баллончик с красной краской.       Было примерно около 3 ночи. Лето, ветер такой тёплый, даже душный. Два счастливых подростка, отмечающие своё восемнадцатилетние около стен частной школы «Summit School» в Куинсе. Здание невероятно огромное, со своим двориком, на котором расположились столы для обеденного перерыва, огромный спортивный стадион, освещённый прожекторами, сейчас они были почти единственными источниками света. — Ты уверена? — Фредди старался говорить тише, будто боясь разбудить кого-то. — У меня день рождение, и моё единственное желание — показать этим богатеньким детишкам, что мы короли Квинса, — девушка резким движением открыла баллончик, а другой рукой зажала кнопку, оставляя на стене полоски красной краски. — Сьюзи, а если нас поймают, — Рондллер наклонился к сумке девушке, стоявшей на полу рядом с ней. Там было ещё несколько баллончиков разных цветов. — Сьюзи, а если нас паймают, — низким голосом передразнила его девушка, скривив улыбку. Девушка нарисовала огромный красный шар, который словно комета, врезался в маленькое здание, на крыше которого была надпись «Sumlosers School», что являлось сочетанием слова «неудачники» и названием частной школы. На красной комете она изобразила логотип школы, в которой они учились с Фредом. Она так ловко водила средством рисования из стороны в сторону, будто делала это всю жизнь. Хотя, именно этим она и занималась. Вносила красочного разнообразия на улицы Куинса. Это и привлекало в ней Фреда, некий бунтарский дух, независимость. Которые потом привели к преступной деятельности, когда Сьюзен начала рисовать подписи, воровать чужие документы, оформлять кредиты на незнакомых людей, и даже иногда заставляла помогать его. Но тогда, в свое день рождение она совсем не думала об этом, она поистине умела наслаждаться моментом.       Так совпало, что день рождения Сьюзен и Фреда были в один день, они оба любили рисовать, а по пятницам зависать на крыше школы со своими одноклассниками. Официально отношений они не начинали, но вся школа знала про эту известную парочку. Подростки всегда выбирали одни и те же предметы, ходили по коридорам за руку, учителя распускали сплетни про их замужество и пророчили счастливое будущее. — Это так красиво, — Фред обнял девушку за талию. — Да, 1,5 часа ушло, пусть подавятся, пока будут закрашивать — Вообще-то, я про твои глаза, — Фред взял в ладошки щеки Сьюзи, чувствуя, как тонет в карих глазах девушки.       Через неделю после этого он узнал, что Сьюзи уезжает на полгода к отцу в Техас. А ещё через месяц, что у неё появился новый парень, который умеет ездить на лошадях, ведёт своё хозяйство и вообще является полноценным клишированным ковбоем. Сьюзи не вернулась ни через полгода, ни через 5 лет. И когда осадок прошёл, они наконец списались. В их случае, остаться друзьями не было ошибкой, он всегда считал её родственной душой, даже родились в один день. В будущем Рондллер с особенной теплотой вспоминал о своей первой любви, пусть она и разбила ему сердце. Возможно, это и спровоцировало огромное число краткосрочных романов с людьми, имена которых он даже и не вспомнит. Все они были попыткой закрыть дыру в душе, оставленную Сьюзи, и как ни странно, это сработало.

***

— Только не говори, что ты ревнуешь, — Рондллер хитро улыбнулся, глядя на Ливи, которая находилась достаточно близко, чтобы увидеть, что её щёки приобрели розоватый оттенок. — Нет, — как же нелепо она себя сейчас чувствовала. И этим невероятно умиляла своего собеседника — Будем считать, я поверил, — Фред взял почти пустую пачку с луковыми колечками, где осталось только одно. — Кстати, как ты вообще, смотришь на замужество? — Фред не придавал особого значения этому вопросу, скорее спросил в шутку. — Ну…смотря, кто жених и какая у него фамилия, всё-таки хотелось бы что-то звучное, понимаешь, — Ливи приняла правила игры, обсуждение свадьбы шуточной манере после нагруженного дня уже не казалось глупым или странным занятием. — Например…фамилия Серво созвучна с испанским словом олень. Подумай, кто захочет, чтобы его называли олень? — Оливия пыталась сохранять серьёзное лицо, будто они обсуждают что-то важное. — Оу, у моего друга фамилия Скунс, так что лучше уж быть оленем, — после этих слов, девушка представила паспорт с этой фамилией в строке и неожиданно для себя залилась смехом. — Мистер, Скунс, вы просрочили парковку, ахахха… Скунс младший, аххахах, где тебя носило, пфхах, — в порыве смеха парировал Рондллер, заставляя девушку смеяться ещё больше. — Испанские угодники, этот Олень снова опоздал на совещание, ахахаха, — продолжал он высоким голосом, активно жестикулируя, пока Оливия практически лежала на кровати от смеха. Сейчас сомнений точно не оставалось, она покорила его. Своей простотой, собранностью, ответственностью. Он не встречал таких людей. Днём она стучит кулаком по стулу и допрашивает преступников, а вечером умирает от смеха и его глупых шуток. Её смех, улыбка, глаза — всё необыкновенно красиво. Фред сам не заметил, что уже пару секунд молча смотрит, как Ливи заливается смехом. Он внимательно рассматривал её ямочки на щеках, останавливался на глазах, потом вновь изучал улыбку, скользил по чертам лица и не мог поверить, что они сейчас сидят здесь, работают вместе. «Это шанс!» — промелькнуло у него в голове. — Хей, Ливс, а как тебе фамилия Рондллер? Мне кажется неплохо, и инициалы красивые: ЛР. Официально предлагаю выйти за меня замуж, мы уже целых 4 дня вместе, — Фред сполз с кровати, чтобы встать на одно колено и протянул Оливию то самое последнее луковое колечко. От всей абсурдности и неловкости ситуации Ливи уже не особо понимала, шутят они до сих пор или это был намёк на что-то большее, чем обычное рабочее сотрудничество. Она с торжественным видом встала с кровати, поправив волосы. — Да, я согласна, — всё ещё звонко смеясь, сказала девушка, позволив агенту одеть ей на палец луковое колечко.       Рондллер поддержал новую волну смеха. И резко встав с колена, поднял девушку в воздух. Вместе они прокружились несколько раз вокруг своей оси. И толи от смеха, толи от банальной потери равновесия рухнули на кровать, которая благо стояла рядом. — Первый свадебный поцелуй? — ещё не отдышавшись от падения, спросил Фредди. Оливия не успела ответить, когда почувствовала лёгкое прикосновение к своим губам. В этот момент она готова была провалиться сквозь землю от стыда. Ей было и неловко и приятно одновременно. Но тут же в её голову прокрались огромное множество неприятных мыслей по поводу Рондллера и его целей. Вдруг она просто очередная достигнутая цель, простой служебный романчик среди десятков таких. Агент был настолько близко, что она могла ощутить его дыхание на своей щеке. Очевидно, парень сам не понял, что только что сделал, и ждал в каком-то оцепенении дальнейших действий девушки. Эта неловкая пауза могла продлиться вечно, учитывая неуверенность обоих. Но тут после 2 негромких ударов в дверь, она распахнулась, впуская волну вечернего света от фонарей в помещение. От холодного уличного воздуха в доли секунды к ним вернулось самообладание, и пара моментально отстранились, будто обожглись друг об друга. — Извините за беспокойство, ваш кофе, — полная женщина в фартуке лет пятидесяти небрежно поставила на столик около входа поднос с двумя стаканами так, что содержимое чуть не выплеснулось. — Оплата при выезде, запишу на ваш счёт, — громко сказала она, прежде чем закрыть за собой дверь. Женщина хлопнула ею так сильно, что Оливия и Фред вздрогнул и, переглянувшись друг с другом, словно они были на школьном уроке, а это их злая учительница. — Кхм, ну, мы всё обсудили, я наверное поеду, — Ливи встала с кровати, перелистывая страницы своего блокнота, будто что-то читает. Ей было так неловко встретиться взглядом с коллегой, поэтому она смотрела куда угодно, кроме него. — Уже поздно, оставайся тут, я могу поспать в ванной, — Фредди невольно улыбнулся, увидев, что девушка до сих пор не сняла луковое колечко с пальца. — Да, хорошо, — она растерянно закрыла блокнот, положив его на стол. — Тогда, завтра у нас трудный день с допросом этой шпаны, напишу им утром, — агент взял набор из подушки и одеяла, направляясь в ванную. — Да, трудный день, — кивнула Оливия.       Кофе, любезно принесённый несколько минут назад, так и остался стоять нетронутым на подносе. Сейчас в головах Ливи и Фреда творилась полная неразбериха, покрепче любого кофе. Единственное, чего хотелось обоим, хорошенько выспаться. Парень не спеша добрёл до ванны, кинув в неё подушку и одеяло. Ливи написала маме о том, что у неё всё в порядке и сегодня она остаётся ночевать в участке, так как у неё много работы, чтобы женщина не переживала за свою старшую дочь. Уже находясь в кровати, под тёплым одеялом, она почувствовала съедобное кольцо на пальце. Она сняла его, пару секунд покрутив в руках, разглядывая его и обдумывая всё произошедшее. Ливи положила хрупкое луковое обручальное кольцо в небольшой кармашек своей сумки, которая стояла около кровати. Из-за угла ванной комнаты появилась макушка Фреда, который немного отклонился, придерживаясь за дверной косяк. — Спокойной ночи, следователь Хоккингс! — Хороших снов, агент Рондллер!