Некоторые вещи просто имеют смысл (и одна из них - это я и ты)

      Для Юнги неделя пролетает быстрее, чем он это осознает. Кажется, что его преподаватели специально давали им такие сложные задания на экзамене, как последнее ‘да, пошел ты’ перед выпуском. Но учить, находясь в объятиях Хосока, делало все немного лучше. Перед сессией Юнги и предположить не мог, что младший может быть таким тихим, что было очень странным и непривычным, поэтому, по прошествии недели, Юнги был рад, что громкий Хосок, который постоянно озвучивает свои действия непонятными звуками, вернулся.       Но с хорошим приходит и плохое. И хотя Юнги рад тому, что, наконец, выпускается из университета, теперь ему предстоит разобраться с другой проблемой: его родителями. Он каким-то образом сумел убедить их, что среди недели встретиться не получится, потому что ему следует все хорошенько повторить, чтобы хорошо сдать все экзамены (ха!). Но, поскольку они закончились, как и его отмазки, он сейчас сидит в душном ресторане со своими родителями, братом и Тэхеном.       – Дорогой, ты волнуешься перед завтрашней церемонией? – Его мать, Миен, спрашивает, в ее голосе слышна чрезмерная забота, на что Юнги прикладывает все усилия, чтобы не закатить глаза.       – Конечно.       – Мы тут поговорили с твоим отцом и подумали, что тебе стоит пойти в магистратуру.       Юнги знал, что об этом зайдет речь, потому что Юнхен предупредил его заранее, но это все равно раздражает Мина до мозга костей. Его родители хотели, чтобы он пошел в университет и стал психологом так же, как его отец и брат, но у них был уговор: если он сделает так, как они хотят, то ему разрешат продолжить его музыкальную карьеру.       И он не забыл об этом.       – Я тебе уже говорил, мама, что мне предложили работу несколько звукозаписывающих компаний. К тому же, ты сама говорила, что…       – Я знаю, что я говорила, Юнги, но давай оставаться реалистами!       Юнги ненавидит, когда она разговаривает с ним, как с ребенком. В такие моменты в ее голосе слышны нотки излишней (почти что фальшивой) заботы, и для Юнги это звучит так, будто она проводит ногтями по доске.       – Если это именно то, о чем ты хочешь поговорить, то я, пожалуй, пойду, – он встает, и его отец одаряет его раздраженным взглядом.       Мин Юнджэ, человек, которого боятся и которым восхищаются, поднимает руку, тем самым давая понять своей жене, чтобы та остановилась, и Юнги сдерживает себя, чтобы не усмехнуться с этого. Он думает, что его отец раздражающий, плохо воспитанный человек, а мать просто слабая.       – Сядь на место, прекрати нас позорить, – его голос низкий, а глаза сужены. Юнги закатывает свои, но обратно садится.       Он смотрит на Тэхена и на долю секунды ему становится стыдно, что тот вынужден сидеть здесь и слушать, как они ругаются, но потом вспоминает, что его другу они нравятся, несмотря на то, что Юнги тысячу раз говорил ему, какие они на самом деле. Но Тэхен продолжает брать с них пример и думать, что они невероятные. Юнги не винит его, потому что единственные люди, которые видят Миен и Юнджэ насквозь, - это их собственные дети.       – Ну, а я так не думаю, дорогие родители, – Юнги возражает, а его отец вздыхает.       – Давайте оставим Юнги в покое, хорошо? У него завтра важный день, не заставляйте его нервничать еще больше, – Юнхен говорит, кладя свою руку Юнги на плечо.       – Сынок, я думаю, что твой брат мог бы помочь тебе с твоим исследованием, над которым ты сейчас работаешь, – все за столом замечают, что тон Миен слегка изменился, но никто не придает этому значения.       – Ты имеешь в виду исследование отца, которое я вынужден был продолжить? – Юнхен спрашивает, поднимая бровь, заставляя тем самым свою мать сказать что-нибудь еще. Но вместо того, чтобы ответить, женщина опускает глаза и смотрит в свою тарелку. Юнги начинает тихо смеяться с реакции своей мамы, но резко перестает, когда его отец делает ему замечание.       – Вы в этом мире благодаря своей матери, проявите хоть каплю уважения, вы, неблагодарные дети, – шипит он.       За столом повисает неловкое молчание перед тем, как Тэхен решает перевести тему.       – Так что, завтра, наконец, мы встретимся с Хосоком и твоими друзьями?       – Эм, я не знаю. У тебя есть его номер, позвони ему, – бормочет Юнги. Он замечает, как взгляд его мамы меняется, как только она слышит имя, без сомнения ей очень любопытно узнать, о новом друге его сына, как она называла его всю неделю.       – Это будет нормально, если я позвоню ему? Я имею в виду… вы, ребята…       – Ты звонил Кибому все время, даже тогда, когда мы встречались. В чем, собственно, разница? – Юнги закатывает глаза, кладя в рот кусок мяса.       – С Кибомом мы были друзьями с детства!       – Мне все равно, если ты позвонишь ему, вы, ребята, неплохо поладили друг с другом в прошлый раз.       Миен смотрит на сына и ждет, что тот расскажет хоть что-то про своего нового друга, особенно принимая во внимание тот факт, что его родители узнали о Хосоке не от него самого, а от его брата и Тэхена.       Юнги игнорирует ее до конца обеда.

***

             Хосок говорит Юнги, что не сможет переночевать у него, потому что Чимин и Чонгук хотят оторваться по полной, празднуя окончание семестра, что вынуждает старшего использовать все свое природное обаяние, чтобы переубедить Хосока, но младший на это не ведется.       – Ты лучше отдохни, увидимся завтра!       Это все раздражает Юнги, потому что единственное, чего он хочет, - это заниматься сексом с Хосоком до трех утра, а потом проспать церемонию. Да, это было бы идеальной местью его родителям, что они не смогут увидеть, как он получает диплом. Однако он не может быть таким жестоким, потому что его брат и Тэхен тоже будут там. Он вздыхает перед тем, как встать с кровати и пойти на кухню, где Сокджин печет торт, а Намджун наблюдает за ним, как влюбленный щенок. Юнги плюхается на стул рядом с Джуном и начинает стучать пальцами по столешнице.       – Чем занимаетесь, ребята? – Он спрашивает, и Намджун указывает на Джина, который замешивает тесто.       – Я делаю торт на завтра. Я уже сделал пирог с кокосовой начинкой для твоей мамы, а сейчас делаю красный бархат для тебя. И еще нужно сделать шоколадные кексы для твоего брата, но их, наверное, уже завтра.       – Зачем?       – В смысле зачем? Они же придут завтра? – Сокджин хмурится.       – Ну, да… но ты не должен готовить для них.       – О, нет, я не мог не сделать этого! Твоя мама всегда присылает мне одежду. Я ее обожаю!       Юнги закатывает глаза на это. Его родители добры ко всем, кроме своих собственных детей. Юнги ненавидит это, потому что это кажется таким фальшивым. Конечно, его мама может быть милой, но она никогда не заступалась за него или Юнхена (или за саму себя) за все эти двадцать три года его жизни. Она всегда позволяла их отцу плохо обращаться с ними тремя, и из-за этого Юнги не мог найти в себе ни сил, ни желания быть добрым к ней. Его родители обеспокоены лишь деньгами и имиджем, что они никогда не удосужились спросить его, чем он хочет заниматься в жизни. Все, что они делали, это давили, давили и еще раз давили на него, чтобы он пошел по следам своего отца и изучал психологию.       Теперь все, что чувствует Юнги по отношению к ним – это обиду.       – На завтрашней церемонии, ты сидишь рядом с моими родителями? – Сокджин кивает, наполняя форму тестом, после этого он отдает миску из-под теста Намджуну.       Почти мгновенно тот начинает облизывать остатки теста со стенок миски. Юнги фыркает, смотря на это, потом достает телефон и делает фото. Сокджин закатывает глаза от действий своего парня, но все равно садится рядом с ним.       – Ну, вы даете, ребята, – Юнги бормочет. – А что насчет Хосока? Он сидит с вами?       – Я ему писал, но я все равно не уверен, будет ли он сидеть с нами. Как я понял, он не хочет видеться с твоими родителями без тебя.       – Мне все равно.       – Я ему об этом сказал, но он все равно волнуется по этому поводу, – Джин пожимает плечами и случайно задевает локтем Намджуна. – Думаю, он еще волнуется по поводу того, что Кибом может быть там.       – Я попросил своего брата, чтобы он убедился, чтобы Кибома там не было…       – Так что насчет Холли? Юнхен сказал мне, что Кибом звонил твоей маме весь в слезах.       – Угу, я даже не знаю, что он ей там наговорил. Я дал ясно понять своим родителям, чтобы они привезли Холли сюда завтра и перестали отвечать на звонки моего бывшего, – Юнги качает головой. – Я не могу понять, почему они продолжают с ним нянчиться, он, блин, уже взрослый.       – Я думаю, они чувствуют некую вину, ваши семьи дружат уже достаточно долго, – Сокджин говорит ему, пожимая плечами, на что Юнги всеми силами пытается сдержать себя, чтобы не закатить глаза. Вместо этого он встает и потягивается.       – Знаете? Мне все равно, я иду спать.       

***

      Все утро Хосок бегает по всему Bang Coliseum в поисках Чимина с Чонгуком. Он знает, что выглядит нелепо, таща с собой гигантские плакаты с именем Мин Юнги на них, и если он не найдет своего соседа и его парня в ближайшее время, то точно будет в ярости.       Он соврал Юнги, когда сказал, что будет праздновать окончание семестра. Вместо этого он провел всю ночь, делая идеальные плакаты для выпускного, чтобы показывать их, пока его не-совсем-парень будет получать диплом.       Когда он, наконец-таки, находит их, все благодаря розовым волосам Чимина (он решил, что покраска волос намного важнее, чем помощь Хосоку с плакатами, но все закончилось тем, что они убедили Чона покрасить и свои волосы тоже), он начинает их звать, но неожиданно замирает, когда понимает, что те стоят не одни. С ними рядом стоит Намджун, Сокджин, а также Тэхен и Юнхен с двумя незнакомыми ему людьми. Возможно, он их не знает лично, но ему требуется всего доля секунды, чтобы понять, кто они такие.       – Хосок! Привет! – Тэхен кричит ему, отчаянно маша ему руками.       Так как его заметили, ему ничего не остается кроме того, как глубоко вздохнуть и направиться прямиком к группе. Он смущенно улыбнулся Юнхену и его родителям, после чего опускает глаза в пол. Знакомство с Тэхеном и братом Юнги было одной вещью, но встреча с его родителями - это совсем другое.       – О, ты сделал плакаты? – Сокджин спрашивает, беря в руки один из четырех плакатов. – Это так мило. Намджун не делал их для меня, когда я выпускался.       Он показывает плакат родителям Юнги и его брату, и Намджун начинает смеяться, как только посмотрел на него, из-за чего получает подзатыльник от Сокджина.       – Это очень мило с твоей стороны, – мама Юнги мягко говорит ему, и ее улыбка заставляет Хосока чувствовать себя комфортнее. – Ты встречаешься с моим сыном?       Будто бы она хочет сказать, ты очень добр, но давай перейдем сразу к делу, Хосок думает и не знает, что ответить, поэтому закусывает нижнюю губу. В конце концов, он ничего не отвечает, делая вид, что не услышал вопроса.       – Они не состоят в официальных отношениях, мам, – говорит Юнхен с той же ухмылкой на губах, что и была у него тогда, когда Юнги сказал ему, что они не пара.       Лицо Миен не выражает никаких эмоций, и Хосок чувствует вину из-за того, что не смог дать женщине того ответа, которого она ожидала. Юнджэ обнимает свою жену за плечи и оглядывает Хосока.       – Так ты вообще планируешь сделать отношения с моим сыном официальными или вы, двое, просто дурачитесь?       Если раньше Хосок просто не мог придумать, как ответить на вопрос, то теперь он в шоке и не может нормально думать, будто колесико загрузки в его голове никак не может дойти до ста.       – Ну, мы работаем над этим. Много чего происходит сейчас, поэтому…       – Интересно, – Юнджэ бормочет себе под нос, изучая язык тела Хосока.       – Не делай этого, – Юнхен говорит ему, нахмурившись, из-за чего Юнджэ удивленно на него смотрит.       – Что? Я просто смотрел на него.       – Ты уже много лет как на пенсии. Не смей анализировать людей, которые не являются твоими пациентами.       Хосок неловко улыбается, делая пару шагов назад. Встреча с родителями Юнги проходит совсем не так, как он планировал, что заставляет его нервничать все больше с каждой секундой.       – Тебе неудобно? – Тэхен спрашивает, подходя ближе к Хосоку и хватая его за руку. – Я знаю, что они могут быть немного пугающими, но они милые.       Последнюю фразу он шепчет Чону на ухо, на что тот лишь кивает и прочищает горло. Он пытается расслабиться, но все равно продолжает молчать, пока идет вместе с Тэхеном и Сокджином к их местам. Он благодарен, что никто не произносит ни слова во время церемонии, и когда он слышит Мин Юнги, бакалавр психологических наук, то сразу же вскакивает со своего места, поднимая плакат, и начиная кричать вместе с другими. А родители Юнги просто хлопают в ладоши и смотрят перед собой.       Хосок задумывается, почему больше никто не находит это странным.       

***

      После церемонии Юнги очень быстро находит свою семью и друзей. Он сразу же замечает по лицу Хосока, что тому не очень комфортно, поэтому он проходит мимо своих родителей и идет прямиком к человеку с серым цветом волос.       – Привет, – он улыбается, проводя ладонью по волосам младшего. – Мне нравится, тебе идет.       Хосок улыбается в ответ, наклоняясь к Юнги, но потом он вспоминает, что они не одни.       – Спасибо, – он бормочет, выпрямляясь, и протягивает старшему один из плакатов. – Смотри, что я сделал.       Взгляд Юнги полон восторга, когда он берет плакат в руки.       – Я его видел. Именно поэтому ты не пришел вчера?       Хосок кивает по-детски в ответ, поэтому Юнги смеется и целует его в щеку.       Как только приходит время делать фото, Юнги улыбается только на том, где он с Хосоком.       

***

      Спустя час, они все, кроме Миен и Юнджэ, которые поехали за Холли, уже были в квартире Юнги и Сокджина. Поэтому, пока его родителей нет, Юнги может расслабиться на некоторое время. Он сидит с Хосоком на диване, стараясь абстрагироваться от шума, который слышен с кухни, и сосредоточить все свое внимание на человеке рядом.       – Как прошла встреча с моими родителями?       – Не думаю, что я им понравился.       – Я уверен в том, что ты им понравился. Им нравятся все, кроме меня и Юнхена, – Юнги проводит по лбу младшего, когда говорит, тем самым пытаясь расгладить морщины на его лице. – Они бывают придурками только со мной и моим братом.       – Твой отец спросил меня, дурачимся ли мы или действительно собираемся быть парой.       Юнги фыркает с этого (типичное поведение для Мин Юнджэ, он говорит себе под нос), из-за чего Хосок щипает его за бедро.       – Что ты ему сказал?       – Я сказал, что сейчас много чего происходит и что мы работаем над этим.       – Окей, хорошо, а почему бы нам просто не сделать это? – Юнги проводит рукой по волосам Хосока и улыбается, Хосок лишь смотрит на него с поднятыми бровями.       – Сделать что?       – Я имел в виду… ну, знаешь, будь моим парнем и все такое.       – Официально? – Лицо Хосока медленно покрывается краской.       Это была последняя вещь, которую он ожидал услышать сегодня. По какой-то причине он думал, что когда он и Юнги сделают их отношения официальными, то обстановка будет романтичнее. Но не то чтобы обстановка может как-либо повлиять на его решение.       – Да, типа… ты должен будешь поменять графу семейное положение в фейсбуке со ‘все сложно’ на ‘встречаюсь с’ и поставить мой ник в био твоего инстаграм.       И Хосок может точно сказать, что Юнги не шутит, потому что он знает, как старшего это волнует (он постит в инстаграм почти что каждый день), даже несмотря на то, что он утверждает, что ненавидит телефоны и социальные сети, младший уверен, что Юнги точно что-нибудь выложит, как только он скажет да.       Поэтому он так и делает.       – Хорошо, тогда давай сделаем это.       – Серьезно? – Юнги наклоняется так, что теперь их лбы соприкасаются.       – Серьезно.       И они даже не успевают насладиться моментом, потому что, как оказалось, все это время Сокджин стоял за ними с тортом в руках.       – О, черт! – Он кричит, покачиваясь на месте. – Юнги и Хосок теперь официально парочка!       – Они всегда были парочкой, только боялись признать это, – Чимин кричит с кухни, закатывая глаза, перед тем, как вернуть все свое внимание к Чонгуку, восхищаясь тем, что тот просто существует.       – Сокджин, ты - единственная причина, почему мы получаем все эти жалобы за шум, – Юнги фыркает, делая недовольное лицо.       Его слова вызывают вопль смеха со стороны Намджуна, несмотря на все протесты Джина. Сокджин разворачивается на каблуках, забирая торт с собой обратно на кухню и практически швыряет его на кухонный стол.       – Знаете, что? Я ненавижу вас обоих, поэтому я съем весь торт сам, – он делает вид, что плачет, отрезая себе кусок.       – Это уже не первый раз, когда он так делает, – Юнги говорит Хосоку с усмешкой.       На кухне Намджун обнимает своего парня, продолжая извиняться. Хосок оглядывается и смотрит на них перед тем, как вернуть все свое внимание Юнги.       – Ну, на самом деле, ничего не изменилось, – он смеется, как будто он действительно ожидал, что что-то изменится.       Прежде, чем Юнги может что-нибудь сказать в ответ, его родители заходят в квартиру, и коричневый пудель тут же подбегает к дивану.       – Мой малыш! – Юнги визжит, беря собаку на руки и целуя всю его морду.       Хосок смеется с этого, потому что он уверен, что голос старшего прозвучал на три ноты выше. А еще Хосок заметил, что вместо нейтрального выражения лица, которое обычно бывает у Юнги, тот счастливо улыбается во все тридцать два зуба. Он ждет, пока старший успокоится, хотя, честно говоря, ему нравится такой Юнги, перед тем, как наклониться и погладить Холли по голове.       – Хосок, это единственный член моей семьи, которому ты должен понравиться, – Юнги шутит, но Чон не пропускает с виду хмурый взгляд Миен, который та кидает в их сторону.       К счастью, Холли подходит к нему почти сразу, и Юнги встает со своего места, чтобы дать им поближе познакомиться. Старший подходит к своим родителям и машет им, тем самым говоря следовать за ним на кухню, чтобы они могли попробовать торт, который испек Сокджин.       Хосок понимает, что именно таким странным способом Юнги пытается быть дружелюбным с ними. Он вздыхает, потому что даже несмотря на то, что раньше родители Юнги могли показаться ему пугающими и серьезными, он все равно не понимает, почему Юнги ведет себя так с ними. Однако он избавляет себя от этой мысли, потому что понимает, что у него еще будет достаточно времени понаблюдать за динамикой их отношений. Сейчас он просто хочет насладиться первыми мгновениями в качестве парня Мин Юнги.       

***

      Позже той же ночью, когда все ушли, а они вместе с Холли лежат на кровати, Хосок немного разочарован, потому что последние двадцать минут Юнги не выпускал телефон из рук. И каждый раз, когда он пытался посмотреть, что же там такого интересного, старший отворачивал от него экран. Он уже готов возмущаться, потому что это их первая ночь в качестве пары, и он хочет заняться сексом. Но не успевает он открыть рот, чтобы что-либо сказать по этому поводу, как слышит вибрацию. Он смотрит на Юнги, который самодовольно улыбается перед тем, как взять свой телефон с прикроватной тумбочки.       MYG_ADUST93 отметил вас на фотографии.       Он закатывает глаза перед тем, как открыть уведомление. Когда страница загрузилась, Хосок видит слайд из двух фото, увидев которые его лицо тут же озаряется. Первое фото — это то, которое они сделали на церемонии вручения дипломов, а на втором изображены он и Холли, сидящие на диване.       Он заставил меня чувствовать себя особенным. #официально #посмотринаэтолицо #черт #хэйспасибопарнюкоторыйпырнулменяножом @dancehoseokdance94       Хосок дважды нажимает на экран и наклоняется к Юнги, чтобы поцеловать его в уголок губ.       – Это то, чем ты занимался последние двадцать минут? – Хосок спрашивает, состроив гримасу, Юнги пожимает плечами в ответ.       – Ну, да, подпись должна была быть идеальной.       И Хосок может только посмеяться, потому что глупые подписи – это так типично для Юнги. Но это все очень мило, настолько, что заставляет сердце Хосока биться быстрее из-за одной только мысли, что его парень с легкостью готов показать его своим подписчикам в интернете. Они сидят в тишине несколько секунд, пока Хосок не притягивает к себе старшего, чтобы показать ему, насколько ему понравился пост, но Юнги, к большому удивлению Чона, хмурится и отстраняется.       – Что случилось? Что ты делаешь? – Хосок скулит и тянется за ним.       – Твоя очередь, – Юнги показывает на телефон младшего.       – Что? – Хосок переводит взгляд с Юнги на телефон, ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что тот имеет в виду. – Серьезно?       – Ну, давай, бойфренд, – Юнги одаряет его своей самой дерзкой улыбкой, и Хосок может только улыбнуться в ответ.       – Хорошо-хорошо. Как скажешь, бойфренд.       Хосок пыхтит, делая вид, что он раздражен, в то время как сам выбирает фото и придумывает подпись. Когда младший заканчивает, он старается не закатывать глаза, видя, с каким нетерпением Юнги открывает уведомление о том, что его отметили на фото.       Фото, которое выложил Хосок, было сделано Давон, когда они еще были в Кванджу. На нем он и Юнги в обнимку спят на диване. Его сестра прислала фотографию, когда они уже вернулись в Сеул, и Хосок думает, что никогда не видел фото, которое ему нравилось больше.       Начали с самых низов, теперь мы на вершине ;) #уменяестьпарень #оченьклассный #застрялсомной @MYG_AGUSTD93                     Между Юнги и Хосоком нет никаких чувств. У них было соглашение, и оно работало, так было до поры до времени. Но ничего страшного, думает Хосок, потому что ему так нравится намного больше.