Вендетта

Я смотрел на них, закипая от злости и ненависти. Ненавижу! Ненавижу! Как жаль, что только через некоторое время, я понял, что вот это – ненависть к другим людям, даже таким мразям, какими были все они – была самой большой моей ошибкой. Ненависть поедает человека изнутри, испепеляя и уничтожая все самое светлое и чистое, что только может хранить в себе сама божественная материя, по имени Душа. Я малый был и не понимал тогда, что хоть ненависть и подпитывает твои силы, но все, политое этой отравленной и ядовитой влагой – недолговечно, тленно и грешно. Пусть это самый легкий и короткий путь к достижению любой цели, но он чреват такими последствиями, что потом долго придется кусать локти за свои ошибки и отвратительные поступки. Ну, тогда я этого не понимал, поэтому и раздувал в себе огонь негодования и ненависти. Зная эту истину, я бы выстоял тогда перед ними, я бы смог задать им жару, но, подпитывая себя тьмой, я пал, пал как ангел, которого спустили с небес, для того, чтобы он, мучаясь на этой погрязшей в пороке земле, смог искупить свою вину и очиститься от греха. - Что это значит? – взревел я, наверное, впервые за все врем своего существования. – Что за… Аянами холодно посмотрел на меня и усмехнулся: - Ах, вот оно как? – он смотрел на меня, но он разговаривал теперь вовсе не со мной. – Так значит, вот как ты решила? Что? Быть под моим покровительством тебе не понравилось? Я, с глазами по пять копеек, уставился на главнокомандующего, проверяя все ли с ним в порядке. Вроде он не помешался. Да и безумия не было во взгляде – все тот же жестокий и пронизывающий взгляд. - Ты о чем? Аянами, ответь, я хочу знать, за что твоя верная псина убила мою семью? - Это я-то псина? Ах, ты… - Куроюри метнулся в мою сторону, но «гроза», опережая ее, поднял руку вверх, приказывая остановиться. - Остынь, Куроюри, - проговорил он. – Мальчик зол. Твоя работа ему явно пришлась не по вкусу. Девушка приостановилась, но со злостью посмотрела на меня. - А зачем мне вы, людишки. Вы ничего не понимаете в этой жизни. Вам открываются врата истины, а вы отмахиваетесь от них, словно от надоедливой мухи, которую пытаетесь убить, чтобы она не раздражала больше вас… - Что ты несешь? – вырвалось у меня. Слушать эти бредни я сейчас желал меньше всего. Я хотел получить краткий и ясный ответ на свой вопрос: - За что? - Какой же ты еще наивный, Фрау. За что? А за что еще Варсфайл может убить человека? Что? Варсфайл? Я не верил. Эта кукла ряженная была могущественным Варсфайлом? Да быть того не может! Куроюри оскалилась, заметив, очевидно, мой растерянный взгляд, брошенный в ее сторону. Варсфайл – это демон, который управляет душами, которым Кор исполнил все три желания. Это один из самых коварных, жестоких и ненавидящих людей бес. Его любимейшее занятие было – убивать и наслаждаться смертью, забрызгивая кровью все вокруг себя. Так вот ты какой… После рассказов отца он мне представлялся большим грозным мужчиной, с налитыми кровью глазами, сильным и непобедимым, но таким же темным и порочным. А это, тьфу ты, божий одуванчик – девочка, выдающая себя за парня. Теперь понятно, почему у нее этот комплекс неполноценности. - Ты… - я открыл свой зайфон, опоясывая себя линией иероглифов преобразованной энергии. – Ты приказал ему убить их всех ради забавы? Аянами рассмеялся. - Ну почему же только ради забавы. Я хотел добраться до тебя. И я добрался. Ты же все-таки сейчас со мной, не правда ли, Фрау? Он начал приближаться ко мне, шаг за шагом сокращая расстояние, словно рысь перед прыжком. Но и я был настороже: - Не подходи! Иначе… - Иначе что? Убьешь себя? Это глупо. После этого врата господни для тебя зарыты. Ты будешь вечно маяться между небом и землей, отравляя существование всем и каждому на земле. - Я убью тебя! – закричал я, освобождая Зайфон. Я направил неимоверного размера сгусток силы в его сторону, он скрестил свою силу с моей. Хьюга тут же обнажил свой меч, бросившись защищать Аянами. - Нет, - остановил его тот. – Это наш с ним бой, приказываю вам не вмешиваться! Я не настолько слаб, чтобы не справиться с таким мелким! - Я не мелкий! – разозлился я, освобождая еще большую долю энергии. - Правильно, мальчик мой, злись. Ненависть – как раз то, что тебе и надо, - сказал он тихо, но эти слова словно шепот ветерка пронеслись возле моего уха. Что за… Я стоял, скрестив силу с Зайфоном Аянами. Все вокруг сверкало и энергия начала распадаться на сотни и тысячи мелких пучков света. Он был сильным, очень сильным противником. Я знал, что здесь меня ждет смерть, потому что я один не потяну пятерых убийц-профессионалов, во главе с этим владельцем огромнейшей силы и возможностей. Кто же он, этот человек в черном, который так хорошо ко мне относился… то все эти люди, или они уже не люди совсем… Я запутался. Я не знал, что мне делать… Я тогда был очень слаб. Моя память ничего не подсказывала мне о том, что они со мной сделали, пока я лежал тут в беспамятстве. Страшно болела правая рука. Взглянув на нее, я вздрогнул, словно меня током поразило. На ней были выжжены иероглифы Зайфон. такое чувство, что их выпаяли прямо под кожей. Но… Это же невозможно… Хотя, после увиденного, я подумал, что мне больше нет чему удивляться. Я почувствовал, что слабею. Силы начали покидать меня. Голова закружилась и начало тошнить. Аянами усмехнулся. Его победа была неоспорима. Из иероглифов на правой руке начала просачиваться струйка алой крови, которая стекла к локтю, мелкими каплями ударяясь о землю… Что это? - Фрау, я предлагаю тебе условие! - Нет никакого условия, - закричал я, отбивая очередной поток энергии. «Хозяин, я помогу вам. Продержитесь еще немного». Что? Снова этот звук… Откуда? - Нет! – закричал я. Я не смог больше сдерживать оборону, и мой щит растаял в воздухе. Ко мне подлетал атакующий Зайфон, который, сбив меня с ног, оттолкнул на несколько метров назад. В это время из моей руки начали вылезать странные холодные нити. Из-под кожи сверкнуло острое лезвие, потом показалась согнутая дуга острия, еще секунда, и все превратилось в косу. Она так мне напоминало то чудо, что я видел тогда в этой странной комнате: гигантское лезвие, огромная рукоять и древние иероглифы. Я отрикошетил к стене с большим окном и, движимый огромнейшей волной силы Аянами, пробил стекло, резко дернув от боли правой рукой. Коса, словно поймав мой молчаливый приказ, направилась в сторону подчиненных главнокомандующего. Куроюри направил к ней темные, дьявольские головы, но коса раскрыла свою огромную пасть и заглотила их все. Я тут же почувствовал, как меня начало наполнять что-то темное и жуткое… Коса перерезала их тела ровно пополам. Осколок стекла врезался мне в спину, другие порезали мне руки и лицо. Запахло ржавчиной, как в тот кровавый день… Вообще-то говорили, что кровь не пахнет. Но я остро ощущал ее запах. Он меня преследовал теперь каждый день, словно кто-то повесил на мою шею невидимый пузырек и она, растворяясь в воздухе, будоражила мое обоняние. Я успел заметить выражение крайнего ужаса на лице Аянами, когда он, обернувшись, увидел то, что натворила эта злосчастная коса. Он бросился к ним, открывая Зайфон и говоря какие-то непонятные заклинания. Больше я уже ничего не видел. Мое тело больно ударилось о каменную плиту двора дома главнокомандующего, а головой я больно ударился о какой-то выступ. Мое туманное сознание заметило, что это была железная ножка скамейки. От моей руки к окну все еще тянулись фиолетовые нити, потом я заметил то, как коса показалась в проеме окна и, разрезая мою руку, снова скрылась под кожей. Это было все так странно… Осколок стекла, всаженный, словно кинжал в спину, от удара о землю пробил легкое и прошел к сердцу. Я чувствовал, как кровь начинает заполнять меня. Красная лужа начала появляться рядом, ручьем стекая в ближайшую канаву. Голова страшно болела возле виска. Я лежал, не имея никакой возможности пошевелиться. Силы покидали меня с каждой каплей вытекшей крови. Во рту пересохло, я старался ловить губами воздух, но он только обжигал мое раненное горло. Кровь прилила ко рту, заполнив легкие. Она начала вытекать струями от моего рта, стекая по подбородку к плечу, окрашивая серый бетон в красный. Так вот как это – умирать медленно и болезненно… Будто сквозь вату я услышал рядом чьи-то шаги: - Вот черт, Ая, а ты его, кажется, убил! – раздался громом голос Хьюга. Разве его не перерезала коса, как и всех остальных? - Проклятие, - выругался главнокомандующий. – Его душа все еще с ним, но через секунду она покинет это тело. - Но ты же можешь…- завопил Куроюри. - Нет, - обреченно ответил Аянами. – Даже спасая вас, я не смог приложить всю свою силу, как раньше, поэтому я смог связать только половину вашей души с моей. - Но, - начал было Хьюга. - Да, ты прав. Теперь я буду чувствовать вашу боль и ваши страдания. Если вы поранитесь, я тоже получу эту рану, если вы умрете, то я буду чувствовать каждую секунду вашей смерти так, словно это я, а не вы, умираю. Мои силы еще недостаточно окрепли, ты же знаешь, что оттуда, где я заточен, не так-то легко связаться с этим миром. Все уходит только на это… - Хозяин… - Верлорен… - Хьюга, я знаю, что ты хочешь сказать.… Лучше не надо.…теперь забрать … коса… необходима… Жизнь покидала меня, я мог уловить только обрывки разговора и то, некоторые слова я вообще не понимал и не осознавал. Я смотрел на небо, нависшее надо мной, словно саванное покрывало. Вот и все, - думал я. Я уходил, не оборачиваясь, потому что ничто меня здесь не держало. Все, кто был мне дорог, все мертвы. И вот, настала моя очередь… Мои конечности похолодели, с каждой секундой я ощущал, как все медленнее и медленней течет кровь по израненным венам. Кто-то прикоснулся к моей руке.…кто-то нашептывал что-то древнее и непонятное… Острая боль пронзила меня – последнее, что я теперь ощущал это обжигающую остроту боли. Жизнь с каждой каплей покидала меня. Запекшаяся кровь перекрыла доступ кислорода, я начал задыхаться. Ни единого вздоха я уже не смог сделать… Еще секунда… Тьма начала накрывать мои веки… - Что за чертовщина!? Не может быть???! – донеслись до меня последние слова Аянами. Еще мгновение… И я словно завис… Что-то яркое сверкнуло в моем сознании и тут же погасло… Все замерло, словно ожидая чего-то… Я даже перестал ощущать эту обжигающую меня боль… Время остановилось...