Вендетта

Смерть. Ощущение смерти так мучительно, так захватывающе, словно невидимый демон страсти, подхватив тебя, поднес к небесам, остановив время. Он словно выдернул батарейку из часов, и ты завис, подвешенный на невидимых нитях. Ты ничего не чувствуешь, ничего не слышишь, словно все земные способности уже не подвластны тебе. Ты – высшее существо, совершенное, очищенное, легкое, словно перо, случайно выпавшее из крыла самого чистого ангела, и парящее в пространстве, ты стремишься к Владыке небес, чтобы снова загадать свои три заветных желания. Ты – светлый дух, который снова желает заточить себя в этом несовершенном человеческом теле – развратном, эгоистичном, подчиняющимся только низменным страстям этого бренного мира… Но ты снова хочешь жить… снова…. *** Я ощутил, как рука Тейто медленно сползла с моих глаз и, коснувшись губ, безвольно упала на диван. Все его тело обмякло. - Тейто? - как и в прошлый раз, когда он прервался, у меня сердце в пятки ушло, я осознал, что дрожу от волнения …… Мальчик был без сознания. Я заметил следы слез на его щеках и прокушенную губу. Чертов мелкий, он молча рыдал, изо всех сил сдерживая себя, не издав ни единого звука, ни единого всхлипа, потому что знал, что если я услышу это, то сразу же оборву нить, связывающую его с моими воспоминаниями. Мать вашу, вот и доигрались! - Лабрадор! – крича как резанный, я выбежал в коридор и помчался в сторону комнаты Профа. Я забарабанил в дверь так, будто хотел снести ее с петель. – Лабрадор, хватит спать! Открывай! Из-за двери до меня донеслись неспешные шаркающие шаги. Черт бы тебя побрал, сонная тетеря. Он еле передвигается! Дверь медленно отворилась. Я готов был в эту минуту разорвать его за вечную медлительность и непробиваемое спокойствие. - Фрау??!! – заспанное лицо моего садовника удивленно таращилось на меня, он сонно потирал глаза, стараясь сфокусировать свой взгляд, затуманенный дымкой сна, на мне. – Что случилось? - Тейто…там…еле…черт… без сознания… Черт, вот так всегда, когда хочешь побыстрее все рассказать, а слов много – получается вот такая вот белиберда. - Что? – Лабрадор словно отрезвел. Я готов был расцеловать его за то, что он понял мою сумбурную речь. Как хорошо, что мы с ним говорили на одном языке, хм, мы всегда понимали друг друга с полуслова, еще с детства. Но от его взгляда меня передернуло: - Что ты сделал с Тейто, Фрау? Не дожидаясь моего очередного сумбурного монолога, он скрылся за дверью своей комнаты и, сразу же выбежав из нее, направился в мою комнату, неспешно ступая босыми ногами по ковру. Хотя целитель уже практически перешел на бег, его поступь была такой мягкой и тихой, словно он был легче перышка. И как только у него все так получается – ума не приложу. Я ни на шаг от него не отставал. Зайдя в комнату, он подошел к бледному мальчику, распростертому на кровати, и нащупал его пульс. Затем, он подсунул Тейто под нос какой-то пузырек. И когда он успел захватить его? Даа… Я еще ни разу не пожалел о том, что разрешил остаться ему здесь. А вот Кастор – моя вечная головная боль. Этот сам выбрал себе комнату, даже не спросив моего разрешения. Тот еще подарочек! Черт, гадство.… Несмотря на все старания Лабрадора, ему так и не удалось привести Тейто в чувство… Я готов был рвать на себе волосы. Ходя из угла в угол, я наблюдал за тщетными усилиями Профа. Вот черт! - Фрау, что ты с ним сделал? – он посмотрел на меня так гневно, что мне показалось, этим взглядом он мог запросто пригвоздить меня к стене. – Пульс еле прощупывается, дыхание слабое и прерывистое, он истощен, как физически, так и морально… - Что? – прервал я его тираду… - Фрау, что ты натворил? - Ну,… я показывал ему свое прошлое; я говорил, что лучше остановиться на сегодня, а потом он… Я запнулся, потому что Лабрадор резко выпрямился, выпустив безвольную руку мальчика, и посмотрел на меня так, словно я ума лишился, и он только что об этом узнал. - ТЫ ЧТО, СОВСЕМ РЕХНУЛСЯ? Его глаза гневно сверкали. Ох, давненько я не видел такого выражения лица у Лабрадора. Последний раз он был так зол, когда я скосил его любимые серебряные розы. Они так разрослись, что я не замелил, как сел на одну веточку и ее шипы больно вонзились в мое тело… Я так рассвирепел, что косой срезал все кусты.… Ой, крику тогда было столько, словно кто-то забыл выключить сирену и она выла весь день. Дааа, он тогда сам на себя не был похож. Вот и сегодня. Правда, сегодня я действительно чувствовал себя виноватым. - Фрау, у тебя что, крыша поехала? Ты хоть думаешь о том, что ты творишь? Тейто сейчас и так не сладко. Все, что с ним произошло за этот год, совсем ново для него. Ты что не видишь, как он старается? Он уже почти равный тебе соперник! Он работал над собой больше чем ты, причем твой дар – от бога, а он добился его развития своим собственным трудом. Ты даже не представляешь, какие усилия он каждый раз прикладывает, чтобы достичь поставленной цели. Он всего добивается. Всего. Но ему очень тяжело. Сейчас самое главное для него – отдых и покой, а ты… Что ты здесь устроил? Ты… Он явно старался подобрать более или менее приличные слова: - Фрау, ты что - убить его хочешь? Нет, у меня просто в голове не укладывается… Он как-то странно развел руками и вышел из комнаты. Я видел, как он негодовал, но не мог я так просто признать свое поражение, никогда… Я взволнованно посмотрел на Тейто. Его лицо приобрело немного синеватый оттенок, под глазами обозначились круги.… Мне точно нет прощения. Лабрадор прав. Лучше бы он накричал на меня, дал пощечину. Мне тогда было бы намного легче, что я получил по заслугам. А он просто молча вышел. Я вышел в коридор и, достав сигарету, закурил. Эта отрава обожгла горло и проникла в мои легкие. Но и это не помогло мне успокоиться, поганковая бледность лица, беспомощно откинутая рука и дорожки слез на щеках Тейто все еще стояли перед моими глазами. Зачем я согласился на его уговоры, черт меня побери.… Не прошло и пяти минут, как Лабрадор вернулся с целым ящиком каких-то микстур, лекарств, трав, и еще кучей пузырьков, баночек, скляночек… Он деловито разложил их на столике у кровати и принялся что-то смешивать, выливая одну жидкость из бутылочки и добавляя к ней другую из какого-то странного пузырька. О, да, Лабрадор знал свое дело! Я в этом даже не сомневался. Поднял же он на ноги этого пацана, Микаге. Хотя тот был уже практически при смерти. Да что там скрывать-то? Он уже был мертв. Все благодаря Фесту, тот умеет воскрешать людей, при условии, что душа не успела еще покинуть тело. Кастор поддерживал душу, а Лабрадор лечил его. Да, у нас хорошо слаженная команда. Это наша работа. Защищать людей от темного проклятия, снимая знак Кора выжженный на груди, как мы сделали это с Микаге. Тейто заметил это. Я сразу понял это по его взгляду, брошенному в мою сторону. Он уже тогда все подмечал. Способный малый! Он взглядом меня спрашивал, почему мы не помогли его отцу, ведь на груди последнего тоже был подобный знак. Всему свое время, Тейто. Всему свое время. - Фрау, а на чем ты закончил свои воспоминания? – голос Лабрадора вернул меня на землю. - Э? Я разбился… - Что? – глаза его стали как два блюдечка. – Фрау, ты точно придурок! С его-то способностями, Тейто только что сам пережил смерть, но не свою, а твою. Ты идиот! Ого, а Лабрадор разошелся не на шутку. Да знаю, я, знаю, что я - идиот. Но у меня не было выбора. От Вертрага ничего не скроешь, пусть даже он не полноценный еще дух. Даже если бы я и попросил запечатать кого-то мои самые тяжелые воспоминания….. Бесполезно - Вертраг может снять даже эту печать. Лабрадор наклонился над Тейто и, сняв перчатку с правой руки, снова зло посмотрел на меня. Его знак на ладони засветился, он коснулся им висков Тейто, потом провел между бровями и прочертил линию от подбородка до уровня солнечного сплетения. Расстегнув его рубашку он положил ладонь на его грудь и свет Профа проник в тело мальчика… Меня словно пригвоздили к полу. - Ч-ч-ч-то, все так плохо? – не на шутку встревожился я. Меня начала бить мелкая дрожь. Лабрадор использует свою силу только в самых крайних случаях. Тейто выгнулся, и рука Лабрадора проникла в его тело, вынимая то-то черное. Оно тут же растаяло в его руках. Посиневшее лицо Тейто приобрело нормальный оттенок, синяки под глазами исчезли, его дыхание стало спокойным. Я опустился на колени перед его кроватью и взял его холодную руку в свою, стараясь согреть ее. Лабрадор копался в своих лекарствах. Он налил жидкость в ложечку и, приблизив ее к губам мальчика, попытался разжать его крепко стиснутые зубы. Но – безрезультатно. Заставить его открыть рот было просто нереально. - Дай я… Я выхватил ложку у Лабрадора и, налив в нее лекарство, попытался ласково, но настойчиво разжать его зубы и заставить его выпить это. Благодаря моему терпению и нечеловеческим усилиям, меж зубов показалась маленькая щелочка, и я с радостью вылил содержимое ложки ему в рот. Но и это не помогло. Лекарство вытекло через левый уголок его губ, заляпав подушку. - Вот черт! - Фрау, не ругайся. Тебе вообще не положено. - Да мне наплевать на то, что положено, а что нет. Что за дрянь ты хочешь влить в него? – я недоверчиво принюхался к ложке. - Эта микстура восстановит его истощенный организм и вернет ему силу, - спокойно ответил Лабрадор. Я, долго не думая, отлил в ложку эту жидкость и отпил, не проглатывая. Она была терпкой и пощипывала язык. Я наклонился над еле дышащим пацаном и, не стесняясь Лабрадора, коснулся губами его губ. Они были ледяные, не те знакомые мне и нежные. Нет, это были почти незнакомые губы моего Тейто. Языком я старался разжать его зубы. Протиснув меж зубов свой язык, я перелил изо рта в рот это лекарство. Тейто намеревался выплюнуть его снова, но я не позволил. Я, вдыхая и выдыхая вместе с ним, заставил его проглотить это. Я почувствовал, как он нехотя глотнул. Вот и молодец! Я отстранился от него и погладил по голове. Бедный, вот до чего я довел его. Эгоист хренов. - Хм, Фрау, - отрезвил меня Лабрадор. – Он должен принимать это лекарство каждые пол часа. Я вижу, что у тебя отлично получается, - он ухмыльнулся. – С ним все будет в порядке. Так что не переживай. А я пойду отдыхать. Ты извини, но я последнюю неделю плохо спал, не могу остаться. Да, мне кажется, что я тебе тут вообще мешать буду. Спокойной ночи! - Спокойной ночи, Лабрадор. Спасибо тебе! – я старался говорить это как можно теплее. - Не стоит. Я не для тебя старался. Мне Тейто, как брат младший. Все для него. Ну, вот может же испортить человек такой момент и смыться, потому что Лабрадор открыл дверь и скрылся за ней. *** Я отсчитывал каждую секунду, через каждые пол часа я заставлял принимать его микстуру Лабрадора. Вооружившись необыкновенным терпением и нежностью, я все-таки заставил его разжать ложкой зубы и проглотить это сильнодействующее средство. Хотя, предыдущий способ передачи микстуры мне нравился больше, но всему должен быть предел. Через час, в течение которого я несколько раз давал ему это лекарство, Тейто начал свободно дышать, его руки потеплели, лицо несколько оживилось. Он все еще ничего не слышал и не чувствовал, но его состояние уже походило на что-то вроде глубокого сна, губы немного порозовели. Я подоткнул Тейто одеяло, нежно поцеловал его в лоб, а сам уселся в кресло и смотрел, как спит мой мальчик, как в тот раз, когда он залез ко мне на колени. Я сам не осознал того, как улыбнулся… Спи, Тейто, а я буду сторожить твой сон. Я буду оберегать тебя от всего, а если понадобиться, даже от самого себя… Спи Тейто, тебе ведь так нужен сон. Ведь завтра будет новый день…