Мир, которого, по сути, и нет

Вы знаете, как это бывает, сегодня ты ещё есть, а завтра уже нет. Просто страшно думать о том, что каждый миг может быть действительно последним. Но на самом деле, вполне возможно, что об этом только думать страшно. Сама то я не заметила, вот просто банально проспала этот дивный миг непознанного. Ну знаете, момент конца одного пути и начала следующего. Смерть. Да, об этом трудно думать. Ну или просто неприятно. Это ещё не решено. А, впрочем, только думать сейчас и можно, — для всех остальных действий я ещё мала. Или уже. Ну это как посмотреть. В общем, о новый дивный мир, прими меня, ведь, на самом деле, я рада своему существованию.

***

Яркие цветные пятна по стенам, мягкий теплый ветерок и теплые осторожные руки. Лицо женщины расплывается неловкими фиолетовыми пятнами, — глаза, короткие топорощащиеся волосы, рот и чуть более светлые отметины на щеке. Красивый мягкий голос что-то негромко напевает на текуче-щелкающем языке. О небо, она любит это неловкое нелепое создание, живущее не более лунного цикла. Оно ещё совсем ничего не умеет, слабое телом и умом, абсолютно бессмысленно-бесполезное, но уже горячо любимое просто по факту своего существования. Меня вообще когда-нибудь хоть кто-то так любил? Почему же это так грустно, так больно?

***

Женщина обеспокоенно перехватывает забеспокоившегося младенца, качает в колыбели рук и напевает чуть более поспешно, проводит пальцем по щеке, целует в нос и, ещё теснее прижав к себе, ускоряет шаг. Ребенок плачет, навзрыд, как умеют только дети, не стесняя свое горе, пытается сучить спелёнатыми конечностями и кричит во всю мощь лёгких.

***

Тёплый и мягкий — это мир, который окружает меня. И ещё фиолетовый. Очень много синего, лилового и фиолетового. Вода. Мы живём на берегу. Мама часто выносит люльку на улицу, — можно развлечься, трогая разные текстуры и попробовать их на зуб. Это можно. А часть растений, похоже действительно съедобны, — мама тоже брала их в рот. У меня ещё отец имеется, но вижу его редко. Он тоже фиолетовый. И если верить отражению, я тоже. Мы живём в мире фиолетовых людей, полном воды и летающих машин. Тут и в космос летают, если конечно эти мультики по телевизору не полная фантастика. Ну роботы точно не выдумка. Они тут везде, — мама не готовит, и у меня нянька, похоже, — андроид. Поскольку про религию, как и про императора всего человечества, до сих пор не слышно, полагаю, что это не мир Вархаммера или его подобие. Ну и славно. Буду думать, что этот мир похож на Стартрек с их милыми пришельцами и исследованием космоса. Ну или на худой конец, как у джедаев. Там войны, что неприятно, но на форсъюзеров я бы посмотрела. Словарный запас растёт медленно, но непреклонно. Я герой! Могу попросить попить и пописать. И мама может мной гордиться, — кроватка более не может быть препятствием неукротимого духа исследователя. Вот-вот настанет день и ящики перестанут быть надёжной защитой от меня. Отец отдал россыпь каких-то цветных железных деталек: часть спрятать успела, а часть нашла мама и отобрала. Штучки не гнутся, могут цепляться друг за друга и легко плющатся и липнут к железным поверхностям. Магнитики? В ходе эксперимента, по неустановленной причине, вышел из строя, предположительно, пылесос. После приклеивания-приплющивания к брюху горсти синеньких с красной полосочкой штучек перестал двигаться и реагировать на насыпанные рядом листики. Мама наругала отца.

***

Женщина устало вздохнула и негромко ворча направилась в кабинет, предварительно заперев мастерскую и отослав Иннэль следить за малышкой. Текна была слишком активным ребёнком, и, хотя это безмерно радовало Нибру, это также, несомненно, добавляло некоторых трудностей в повседневную жизнь.       — Ну, Сион, догадался дать годовалому ребёнку стеков, а если она бы их проглотила?! Стремительно влетев в комнату, она грозно нахмурилась, сложила руки замком и строгим голосом начала делать выговор провинившемуся незадачливому родителю.       — Как это попало к Текне, Сион? — высыпав на стол стеки, решила уточнить Нибра, у неё ещё была слабая надежда на то, что Текна сама как-нибудь добралась до запасов мастерской.       — Это стеки, милая.       — Сион, я спросила, не что это, а как это попало к Текне.       — Я их отдал.       — Зачем?       — Ей нравятся головоломки, пусть привыкает к реальным схемам.       — Текне годик, она ещё малышка, для обучения азам схемотехники ещё слишком рано. Она скорее их в рот потащит, чем соберёт свой первый управляющий контур.       — Но не потащила же? Робот-пылесос изучила.       — А электричество, Сион? Это опасно.       — На свете ещё не родилась техно-фея способная умереть от него, дорогая.

***

Сегодня воистину великий день, — меня отправляют в садик. Мама думает, что техника будет страдать меньше, если у меня появятся ещё какие-нибудь дела. Интересно, почему она не берёт в расчёт, что одногрупники будут такими же, или что друзья разделят идею изучения мировых законов на практике? Отец подарил планшет, сказал, чтобы я не пыталась его разобрать, — у него есть сломанные для ковыряния, но даст их только после моего великого похода. Пообещала вести себя хорошо и кушать тоже хорошо, и спать. Встретила первого не фиолетового. У мальчика были синие волосы. Мне понравился цвет, и мы подружились. У него тоже был планшет, и он любил кислые зелёные яблоки. Несмотря на то, что мне больше нравятся груши, мы окончательно подружились и правильно представились.

***

Нибра волновалась, точнее слегка переживала за Текну. Как она воспримет такое большое количество детей, если учесть, что до сих пор малышка не видела никого кроме семьи. Надев на Текну её любимый зелёный сарафанчик в жёлтый горох, Нибра решительно подняла ребёнка на руки и пошла в сторону ближайшей телепортационной площадки.       — Это телепорт, милая, мы сейчас перенесёмся в город. Миг, небольшая световая вспышка, и картинка изменилась.       — И это всё? Текна моргнула обиженно-недоуменно и требовательно посмотрела. В недосдаче волшебства и чуда по жизни она явно обвинила свою мать. Надулась, сообщила, что уже сама ходить умеет, и устремилась к воротам. Тихонько посмеиваясь, Нибра поспешила последовать за ней.       — Здравствуйте, миссис Герц. Женщина в фиолетовой тунике приветственно кивнула.       — Миссис Генезис, забираю Текну. Малышка, так стремительно вошедшая во внутренний дворик, остановилась, покрутила головой, издала озадаченно-удивлённый звук и целеустремлённо направилась к небольшой группе детей, прыгающих по какой-то определённо сложной, но явно необходимой им схеме.       — Меня зовут Амальгама Микс, а тебя?       — Текна Генезис, рада познакомиться.

***

А время всё идёт и идёт. Вообще в садике неплохо. Очень даже неплохо. Вид красивый, мы где-то в горах, рядом озеро, как постарше станем, так купаться разрешат, пока только на берегу играем, строим крепости. Мой первый друг Амальгама тоже хочет изобретать, и мы иногда обмениваемся нашими сокровищами: разными видами стеков, плат и сломанными блоками от разной техники. Это, к слову, поощряют. Схемотехника входит в местный минимум знаний, необходимый каждому, то есть тут все к школе умеют читать, писать и программировать. Выяснила, кем работает мама — конструктор навигационных панелей для ориентации в среднетяжёлых условиях. Это вроде для космических сверхдальних перелётов? Не уверена, что правильно поняла, но звучит круто. У нас дома мастерская есть, меня там учить будут. Ещё на полцикла подрасту и точно начнут. Благо перестала путаться в обозначениях.

***

День был весьма суматошный, обнаруженная локальная уязвимость замедлила работу перегрузочного пункта, так что членам совета пришлось срочно менять логистику на ближайшие два, а то и три цикла. Кроме того, явно требовалось переработать алгоритмы отладки транспортных узлов и изменить порядок внесения правок в логистику. Всё же, по большей части, данная проблема возникла из-за последнего апдейта системы. Сион устало вздохнул, чинить что-то всегда сложнее и менее увлекательно нежели создавать, и тем более в условиях сильно ограниченного времени перерабатывать должностные инструкции. Но какой бы не был день, он в любом случае завершится. Дом встретил Сиона голосом Иннель, зовущим вновь испарившуюся Текну. Интересно, как у неё получается прятаться от андроида в доме, напичканном техникой и камерами? Дочка. Сион и себе то пока не готов был признаться, не то что Нибре, ему очень хотелось, чтобы Текна была папиной девочкой. Хотелось повозится, показать свою мастерскую, собрать парочку автоматов, написать глупый вирус, спамящий смайликами в тексте, всем тем, что обычно можно делать с детьми и что делать в одиночестве настоятельно не рекомендуется.       — Текна, хочешь научиться творить?

***

Я так ошибалась. У нас есть религия. И имя ей — Логика! Наша молитва — рациональность. Наши церкви — мастерские. Наша жизнь — это путь становления творца. Наш Бог — это мы сами, те кто творит свою реальность для себя. Искусство. Когда человек становится мастером, он начинает быть чем-то иным, чем-то более совершенным. Здесь есть радикальные течения полного отречения от эмоций, но во главе всегда стоит рациональность, насколько это удобно и правильно. Мама говорит, что не видит логического обоснования отказа от проявления страстей, ведь то, что дарит тебе возможность созидать для жизни, не может быть этой же жизнью признано бесполезным или даже вредным. Отец же говорит, что жить для чего-то или же кого-то естественно, и что если в жизни есть цель или идея, жизнь приобретает смысл. Мне нравятся звуки. Нравятся голоса. Но более всего меня впечатлили способности отца, — он понимает растения. Магнетизм. Отец маг, со способностью расшифровки электромагнитных импульсов. Ну как бы то ни было: с каждого по способностям, да? Думаю, что могу, думаю, что хочу это — создать универсальный переводчик. Это ведь потрясающе, самое настоящее волшебство, слышать мир и говорить с ним.

***

      — Мама, смотри! Работает. Счастливая Текна наконец справившаяся с починкой паяльной станции счастливо крутится вокруг Нибры. Тест на зрелость был пройден и теперь можно начать обучать Текну более серьёзным вещам. Нибра была рада такой серьёзной целеустремлённости дочери, но вместе с тем она чувствовала лёгкую грусть — дети так быстро растут, оглянуться не успеешь, а они уже выросли.       — Мама, теперь можно в школу? Я выполнила все ваши условия.