Что мы сделали не так?

— Доброе утро, — Илья зашел в приемную главврача и поздоровался с секретаршей и, кивнув на дверь, ведущую в кабинет Шульмана, спросил: — У себя? — Здравствуйте, Илья Анатольевич. Да, проходите. Илья вошел в кабинет главврача. Гиппократ Моисеевич в это время разговаривал по телефону, поэтому он лишь кивнул Илье в знак приветствия и показал на стул, стоящий около его стола, чтобы Илья сел. — Да, Женечка, — вдруг сказал Гиппократ своему собеседнику. — Хорошо, я подумаю, что можно сделать. Тут как раз муж твой зашел, мы сейчас с ним это обсудим… Все, хорошо. Когда Шульман закончил телефонный разговор, все свое внимание он переключил на Илью. — Илья, ты уже вышел на работу? — первое, что спросил главврач. Илья не удивился. Как руководителя его можно понять. — Я думал, вы с Женей еще гуляете. А сейчас вот она позвонила. Просится, кстати, в отпуск за свой счет. На какой срок, не сказала. Что у вас там происходит? Случилось что? — Гиппократ Моисеевич, случилось, — вздохнул Илья и начал рассказывать о произошедшем. — Мы с Женей ждали ребенка. Никому об этом еще не рассказывали, даже родителям, знали только мы. Женя так захотела, а я ее поддержал. Вот. А вчера ночью ей стало плохо, я завез ее в больницу… В общем, она потеряла ребенка. Мы потеряли. Поэтому я просил у вас отгулы, а Женя просит сейчас отпуск. Да, на работу я еще не вышел, дайте мне еще пару дней, пожалуйста. Не могу я ее одну дома оставить. Пока. — Какое горе, — тихо ответил Гиппократ и сел за свой стол. — Бедная Женечка… Я сочувствую вам. Мне очень жаль. Конечно, я выполню ваши просьбы. Передай Жене, чтобы она ни о чем не волновалась. Пока ее не будет, ты возглавишь отделение. Когда ты сможешь выйти на работу? — Я думаю, послезавтра я уже буду на работе. Спасибо вам, Гиппократ Моисеевич. — Да что ты. Поезжай к Жене, ты сейчас там нужнее. *** Громкая трель будильника и пробивающиеся сквозь шторы лучи солнца объявляли начало нового дня. Сегодня наступил пятый день Жениного отпуска. А позавчера Илья вышел на работу. Начало первого дня прошло тяжело. Всю дорогу до больницы он думал, что он будет говорить коллегам, когда они спросят что-нибудь про их с Женей отсутствие. В том, что кто-нибудь что-нибудь спросит, он был уверен. И оказался прав. Первой поинтересовалась их отсутствием Оля, которою он встретил в ординаторской. — Мы ездили к моим родителям, — пришлось врать. Хоть Илья этого не любил, но обстоятельства вынуждают. Если Женя захочет, она потом все сама расскажет Оле. Но пока официальная версия их внеплановых выходных будет такой. — Понятно. А Женя тоже уже пришла? — Нет, Женя взяла отпуск, — тут он уже сказал правду. Но вопросительный взгляд Шмелевой явно требовал подробностей. Она слишком хорошо знала Женю. Она бы ей заранее сказала, что уходит в отпуск. Пришлось снова врать. — После нашего визита к родителям она решила остаться в Москве еще на какое-то время. По Роме соскучилась, осталась у него. Вроде, правдоподобно получилось. В любом случае Оля больше вопросов не задавала — ее вызвали на пост. Илья был спасен. Но на время. Вскоре о Жене его спросили практически все. Илья придерживался своей истории, всем рассказывал об их поездке в Москву к родителям Ильи. Так непросто было только первый день. Потом уже все были удовлетворены информацией о Жене и не спрашивали больше ничего. Об этом Илья не волновался. Его все еще заставляло нервничать состояние Жени. Илья боялся ее оставить одну. Но ему пришлось это сделать, работа не могла ждать. Поэтому он старался как можно чаще звонить ей. Домой он старался приходить раньше, чтобы как-то отвлечь Женю. Но дома, бывало, и его поглощала удручающая атмосфера. Сегодня все будет немного сложнее. Раньше Илья утром уходил и вечером приходил домой. Но сегодня он на сутках и вернется только утром. Это значит, что ему придется оставить Женю одну дома до следующего утра. И по этому поводу Илья переживал. Он попытался как можно тише, стараясь не потревожить сон жены, выключить будильник и встать. У него это практически получилось. Он уже собирался выйти из комнаты, как услышал сонный голос: — Уже пора вставать? — Спи, еще рано, — сказал он шепотом, посмотрев на Женю. — Тебе нужно высыпаться, а мне пора на работу. — Я за эти дни выспалась на месяц вперед, — сказала она уже достаточно бодрым голосом. — Я сегодня выйду на работу. Не хочу сидеть дома. — Женя, ты уверена? — несмело спросил Илья и сел рядом с ней. — Ты точно можешь работать? — Ты во мне сомневаешься? — спросила она и улыбнулась. Улыбалась она за последние дни от силы раза три. И то это была нервная улыбка. А сейчас Илье показалось, что Женя улыбается искренне и чуть ли не кокетничает с ним. Наверно, это можно принять за добрый знак. Женя возвращается к нормальной жизни. — Я? В тебе? Ничуть, — поддержал ее настроение Илья и тоже улыбнулся. — Ну, и хорошо. Идем готовить завтрак, а то так и опоздать можно. Женя быстро вскочила с кровати, накинула на себя халат и пошла на кухню. Илье ничего не оставалось делать, как следовать за ней. Собрались на работу они быстро и с приподнятым настроением. Женя даже шутила за завтраком, что очень нравилось Илье. Она снова живая. Он вновь увидел те искорки в ее глазах, которые, как казалось ему, погасли в ту ночь навсегда. И ему сразу же захотелось поверить в то, что теперь у них все будет хорошо. Нет, он был в этом уверен. Перед выходом Женя подправляла макияж, Илья уже собрался и ждал Женю, чтобы вместе выйти. Она полезла в свою сумку, чтобы найти помаду. Ее нашла быстро, но что-то еще привлекло ее внимание. Она положила помаду рядом с сумкой и продолжила в ней поиски. Наконец, она достала то, что хотела. В ее руках оказался тест на беременность. Эта маленькая палочка с двумя яркими красными полосками больше не напоминала о том радостном дне, когда они узнали, что ждут ребенка. Теперь она напоминала о той страшной ночи, когда они его потеряли. Женя держала тест в руках и просто смотрела на него, не отрывая глаз. Казалось, что и дышала она через раз, просто забывая об этом. Илья насторожился. Он не знал, что ему делать сейчас. Женя только-только снова стала его прежней Женей, жизнерадостной и веселой. А теперь она вновь вспомнила о том, что не так давно с ними случилось. — Надо выкинуть, — тихо сказала она после продолжительной и тяжелой тишины. Женя решительно пошла на кухню и бросила тест в мусорное ведро. — Все равно ничего не получилось. — У нас все еще получится, — ответил ей Илья. Когда она подошла к нему, он обнял ее, поцеловал в висок и прошептал. — Все будет хорошо. — Поехали на работу, — проигнорировав его слова, Женя высвободилась из его объятий и подошла к входной двери. — Не нужно опаздывать. По дороге на работу Илья рассказал Жене, что он говорил в отделении во время ее отсутствия. Женя приняла это спокойно, даже иногда улыбалась. Илья смотрел на нее и все больше был уверен в том, что все становится на свои места. Женя сильная. Она все очень стойко пережила. Илья этим восхищался. В отделении все были рады ее возвращению. Да и сама Женя, как заметил Илья, тоже была рада тому, что она вышла на работу. Больница была частью Жени, она просто не могла без нее. Работа не заставила себя долго ждать. Практически сразу, как они приехали, привезли пациента. Рабочий день начался. Дальше все происходило в бешеном темпе. Женя постоянно была то в операционной, то в палате реанимации. У Ильи тоже было много пациентов. Они только успевали пересекаться в коридорах. Но в конце дня, когда вроде стало спокойнее, они нашли время побыть вдвоем. — Жень, рабочий день уже закончился, — сказал ей Илья, когда зашел к ней в кабинет. Женя сидела за столом и что-то записывала. Ее внешний вид говорил о том, что уходить домой она еще не собиралась. — Пора домой. — Ты знаешь, я решила остаться на ночь, — не отрываясь от дел, ответила Женя. — Меня давно тут не было. Дела накопились, хочу хоть чуть-чуть разгрести. — Но у тебя завтра по расписанию ночное дежурство, — вспомнил он. — А потом еще смена. Ты хочешь сказать, что ты трое суток будешь на ногах? — Мне не привыкать, — коротко ответила она. На первый взгляд все было нормально. Илья знал, что Женя — жуткий трудоголик. Для нее работа всегда стояла на первом месте. Илья это понимал и принимал. Но все это только на первый взгляд. Что-то Илью беспокоило. Ему что-то не нравилось в поведении Жени. Но что, он пока не знал. На дежурство она все же осталась. Но Илья не разрешал ей принимать пациентов, если в этом не было необходимости. Он всегда шел сам. Этой ночью ее помощь была не нужна. Все пациенты были не по профилю Жени. Так что она смогла немного поспать у себя в кабинете. У Ильи закончились сутки, он мог уже ехать домой, но остаться с Женей ему хотелось больше. Он понимал, что опекать ее постоянно не нужно, Женя уже раздражалась, когда он уделял ей чрезмерно много внимания и контролировал каждый ее шаг. Но ничего с собой он сделать не смог. Он все еще за нее боялся, хотя причин на это уже не было. Женя возвращается к жизни. Как будто и не было ничего. Женя не дала ему остаться в больнице. Она практически силой вытолкала его домой. Илья до последнего сопротивлялся и не хотел ее оставлять. Но у нее получилось отправить его домой нормально отдохнуть. — И чтобы завтра пришел на работу выспавшимся, — улыбаясь, сказала она и, коротко поцеловав его, захлопнула дверь машины. Теперь у нее есть время насладиться полным одиночеством и забыть обо всем, погрузившись в работу. Забыть все у нее получалось только на работе. Дома ей все напоминало о случившемся. Даже Илья постоянно напоминал ей об этом своими звонками и вопросами о ее самочувствии. А на работе она может не отвечать на звонки. Она работает, у нее нет времени на болтовню. Хотя и его понять можно. Он переживает, возможно даже не меньше, чем она. Но Женя решила, что работа сможет вытянуть их обоих. Дома пока ей неуютно. Она сама не до конца понимала, почему так происходит. Поэтому сейчас она будет спасаться на работе. Ночью она дежурила не одна, а вместе с Олей. Это хорошо. В момент затишья, если ее настигнет бессонница, Оля скрасит ее одиночество и отвлечет от ненужных мыслей. Вечером Оля решила зайти к Жене. Новых поступлений не было, у них было свободное время на чай. Днем они встречались только на операциях, день был загруженным. Женя с радостью согласилась выпить по чашке чая. Они давно так не сидели с Олей. А теперь невозможно не воспользоваться подходящим моментом. — Ну, рассказывай, как Москва? — спросила анестезиолог, разливая кипяток по кружкам. — Ромка там как? Жениться не собирается? — Ромка? — тихо переспросила она. На глаза уже наворачивались слезы. — Нет, не собирается. Вообще хорошо все. У всех все хорошо. — Что-то не так, Жень? — эти слова и эта интонация не ускользнули от Оли. Она быстро поняла, что Женя что-то недоговаривает. — Что-то произошло? С Ромкой что-то? — Оль, я ребенка потеряла, — ответила Женя, уже не сдерживая слез. За все это время она заплакала только дважды. — Ночью перед нашим с Ильей «отъездом к родителям». Он поэтому и придумал всю эту историю. — Как, Жень? — Оля была в шоке, она не знала, как реагировать. — Вот так. Почти два месяца назад мы узнали, что ждем ребенка. Мы хотели это все пока держать в секрете. Мне просто так было спокойнее, понимаешь? Илья уже долго мечтал о ребенке. Он постоянно мне намекал на то, что нам нужно родить. Я была не против, но только у нас ничего не получалось. И вот я сделала тест, и он оказался положительным. Он так обрадовался, просто весь светился… А потом случилось это. Я проснулась с острой болью посреди ночи. Илья отвез меня в ближайшую больницу. Там мне и сказали, что беременность замерла, хотя я тогда сама все понимала. В общем, не получилось у меня. Не смогла я. — А что тебе врачи сказали? Ведь через время можно снова беременеть. — Врачи говорят, что все в порядке. Просто так случилось. Но я наверно больше не смогу. Не физически, морально. Я постоянно вспоминаю, что было в больнице. Я боюсь пережить это снова. Ты бы видела глаза Ильи. Он был со мной тогда в операционной. Сидел рядом, держал за руку, говорил какие-то слова поддержки, успокаивал. А глаза все равно его выдавали. Иногда мне казалось, что вот-вот, и он заплачет. Сейчас мы вроде уже приходим в себя. Но теперь эта потеря всегда будет с нами. Тут уже ничего не сделаешь. Жене все слова давались непросто. Но все же ей нужно было высказаться. И после этого ей стало немного легче. Каждый раз, когда она все проговаривает вслух она отпускает часть боли. Рана начала затягиваться. Она снова начинает жить.